Рассказ №18975

     Я демонстративно положил ладонь женщине на влажные еще половые губы, принялся потихоньку ласкать их, иногда касался клитора или всовывал неглубоко во влагалище палец.
     - Это называется петтинг. Чувствуешь - иногда тебе приятно, иногда - не очень? Но мы с тобой почти не знакомы, поэтому я не знаю точно, что тебе больше нравится, а что меньше. Теперь ты сама делай то же самое своей рукой. У тебя должно получиться лучше, потому что ты ощущаешь, где и как тебе приятней. Попробуй.
     Люся попробовала, но довольно скоро остановилась:
     - Да, ощущаю.
     - Тогда не прекращай, продолжай.
     - Долго?
     Я чуть не подпрыгнул:
     - Долго! Пока не кончишь еще раз! Дрочи давай, а то выгоню на мороз.
     Наблюдая, как она старательно и не очень-то умело терзает себя, я сам потихоньку начал заводиться. Чем бы ни завершились её старания, я таки трахну ее в любом случае.
     Мне все было хорошо видно в свете уличных фонарей: шторы, как и прошлой ночью, не задвигались. Закрыла глаза. Прикусила нижнюю губу. Всё больше внимания клитору. Изменилось выражение лица и коленки начали сдвигаться: Опять остановилась? Что случилось? Почему?
     - Ой: сейчас снова, кажется:
     - Так давай!!!
     - А если? . .
     - Что - если?! Давай, давай, продолжай, до самого конца!
     Помедлила, но все же продолжила, все быстрее и быстрее. Через короткое время - опять то же выражение лица, сдвиг коленок, потом внезапно пальцы почти остановились, и... Ахнула, выгнулась, взвыла тихонько, нащупала свободной рукой одеяло и рванула его себе на лицо. Под одеялом еще некоторое время раздавались приглушенные звуки, потом стихли.
     Я выждал небольшую паузу, сдернул одеяло, усмехнулся:
     - Вылезай, приехали! Это у тебя был оргазм от мастурбации. Молодец, усвоила урок!
     - Ой, мне так неудобно:
     - На потолке спать неудобно, потому что одеяло слетает всё время. И в почтовый ящик писать неудобно. Всё остальное удобно.
     - А почему: в почтовый ящик неудобно?
     - А ты на досуге как-нибудь попробуй, и сама убедишься.
     Люся засмеялась:
     - Ага, ну да, правильно. Представила!
     - Молодец. Ну, так как насчет миньета?
     - Сейчас, подождите: Настроиться надо.
     - Настраивайся, только не очень долго. Можешь для начала, чтобы обвыкнуться немного, взять член в руку. Бери!
     - Я боюсь пока.
     Черт возьми, ну что за секс у меня такой вторую ночь подряд? Ни то, ни сё. Вот связался на свою голову!
     - Вот, блин, несчастье-то! Хрен с тобой. Не хочешь - не надо! Раздвигай ноги. Трахну тебя, и будем уже спать.
     - Я сейчас: Вот, уже готова.
     - Ну давай, как в порнушке ты наверняка видела. Видела же? Вот! Только осторожно.
     Люся пристроилась так, как её, видимо, научил всезнающий интернет, и, решительно и отчаянно вздохнув, принялась за дело.
     - Ой, Люсенька, да это ж не леденец! . .
     Забегая вперед, скажу, что не очень-то вышло с миньетом, хотя я старательно направлял все ее действия. В конце концов, я, почему-то развеселившись, объявил урок оконченным, поставил ей за оральные ласки четверку с минусом, уложил на спину и самым примитивным образом поимел.
     Утром мы отправились домой. Людмила Петровна на переднем сиденье всю дорогу, а это часов шесть, чирикала с Пашей. Я сзади дремал, а в перерывах между дрёмами лениво ругал себя за всё происшедшее и не очень твердо обещал себе, что больше таких приключений устраивать не буду.
     Новое заявление об увольнении по собственному желанию Людмила Петровна положила мне на стол на следующий день. Без слов я наложил соответствующую резолюцию для отдела кадров и бухгалтерии, и мы навсегда расстались. Город у нас небольшой, и пару раз случайные встречи все же происходили, но ограничивались они самым простым "зрасссьте-как-дела-нормально".
     Василек вскоре тоже уволился, и о той командировке мне напоминала изредка лишь Аллочка, которая своим немыслимым чутьем догадалась обо всем. Впрочем, ее "месть за измену" ограничилась лишь тем, что она какое-то время на мои сигналы о кофе с сахаром действительно приносила кофе с сахаром. При этом сахара клала в чашку столько, что получался кофейный сироп.
     Так Аллочка мстила мне целую неделю. Мне это надоело, и когда в очередной раз швырнув мне очередную чашку с сиропом и демонстративно-презрительно крутанув попкой, она собралась было выйти из кабинета, я решил поставить зарвавшуюся секретаршу на место:
     - Алла Геннадьевна, вы же по диплому, кажется, социолог?
     - Да, Иван Егорович. А что?
     - Да просто думаю. Вы же знаете, у нас несколько новых должностей образовалось в отделе социологии. Там и оклады повыше чуток, и работа поинтересней: Вы подумайте, пожалуйста!
     Аллочка соображала шустро. Прибавка к зарплате - мизерная, работа в отделе социологии, если относиться к ней по-серьезному (а иного я не допускал) , намного более хлопотная, но самое главное - прощайте, секретарские привилегии! И все же не покапризничать она не могла:
     - Иван Егорович, спасибо большое за предложение, я подумаю.
     Слабину в таких случая давать никак нельзя, и я с самым миролюбивым видом ответил ей:
     - Хорошо, подумайте. А пока думаете - подготовьте проект приказа о вашем назначении ведущим специалистом в отдел к Александру Олеговичу. Минут сорок вам хватит? Чтобы я до обеда уже и подписал. Думаю, хватит: у вас должны быть заготовки приказов на все случаи жизни.
     И тут Аллочка, наконец, всерьез забеспокоилась:
     - Ой: А кто на мое место?
     - Думаю, желающие найдутся. Как считаете?
     - Я считаю: Ой, Иван Егорович, я, кажется, кофе вам испортила. Можно, я исправлюсь?
     - Попробуйте.
     Я встал из-за стола и направился в комнату отдыха. Аллочка метнулась к входной двери, щелкнула замком, зацокала каблучками по паркету вслед за мной.
     Вообще-то, мне в данный момент не слишком-то требовался секс, но капризульки секретарше прощать нельзя. Расположившись удобно в кресле, я великодушно позволил Аллочке поработать ротиком. Миньет она всегда делала неплохой, а в этот раз превзошла саму себя: так старалась, что в результате была прощена, и даже вновь удостоена чести общаться со мной на ты. Наедине, конечно, и только в соответствующие моменты.
     К теме приказа о переводе в отдел социологии мы больше не возвращались.
     Потекли обычные рабочие будни, скрашиваемые периодически сладеньким кофе. И даже Вера Николаевна стала доставлять мне гораздо меньше хлопот, чем раньше: основная её противница в борьбе за неформальную власть ушла, а остальные наши дамы серьезной конкуренции ей составить не могли.
     И всё бы было прекрасно, если бы не начальник главка. Мой ровесник и близкий друг, красавец мужчина, страстный ходок налево, он додумался до оригинального и действенного, как оказалось, способа, облагодетельствовать в этом плане и всех нас, подчиненных ему региональных руководителей.
     Внешне всё выглядело разумно и благопристойно: зачем собирать совещания отдельно начальников и отдельно, к примеру, главных бухгалтеров? Нужно экономить бюджет конторы, и поэтому вместе с нами, региональными руководителями, на всякие квартальные, годовые и прочие совещания в главк приглашались представители служб, отделов, направлений. Мы были вольны в выборе этих представителей, поэтому, естественно, вместо главбухов толстых старых тёток или пыльных счетоводов, находили уважительный повод взять с собой в двух трехдневную командировку юную длинноногую бухгалтершу.
     Обычно о предстоящем совещании сообщалось заранее, поэтому и я, и мои коллегируководители наловчились этот самый повод организовывать: гавбухше либо ставилась срочная и объемная задача, либо она выпроваживаелась на эти дни в отгулы под угрозой "не отгуляешь сейчас потеряешь отгулы насовсем" , либо еще чтолибо в таком же духе.
     То же самое, конечно, и с другими начальниками отделов и служб, если эти начальники либо не того пола, либо не подходящего возраста, либо еще по какимто причинам не годились в приятные спутницы.
     Конечно же, бывали случаи, когда нужен был именно руководитель подразделения, и никто больше, но это, скорее, исключения, чем правило.
     Весной начальник главка возжелал на квартальном совещании ознакомиться с работой секретариатов. Документооборот у нас очень большой, и у Аллочки было поэтому аж два помощника: серенькая толстенькая и очень добросовестная мышка и "позвоночный" , то есть навязанный по телефонному звонку "сверху" , парень. Само собой разумеется, выбор мой пал на Аллочку.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: