 |
 |
 |  | У Сявы была подруга - Света: хорошая девчонка, симпатичная. Ладная фигурка, стройные ножки, чуть пухлые губы. Главное - не говнистая, с душой была человечек. При всем при этом, девка была без тормозов - могла загулять на несколько дней, плюнуть на всё, поехать к черту на куличики - БЫЛО Б С КЕМ! Ей нравились шумные кампании и мужское внимание (не обратить внимание на такую девчонку - из разряда чего-то невозможного!) . Но никто из нас, ее знакомых, не считал Светку потаскушкой - она везде становилась всеобщей любимицей. И так, чтобы взять и запросто трахнуть ее - это мимо кассы. И уж тем более, если в кампании находился ее Сява. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Что я и сделал. НА соседней кровати, рып тоже прекратился и послышались голоса. Я тоже слез с неё и улёгся рядом. Она гладила мой член, я изучал строение пизды, поглаживая её раздвигая влажные волосики. Через час послышался рып у соседей, да и у нас было всё готово к продолжению. Утром не открывая штор, мы ещё раз трахнулись После чего пообещав придти мы ушли. Через два дня мы уехали в технарь. Где веселясь вспоминали наш такой вот трах с тётками. Они были нас старше лет на пять семь, но тогда казалось, что огромный разрыв. Через пол года закончив техникум я получил повестку, и через неделю моя родня собралась у меня на проводах, где мой двоюродный брат пришёл с женой, ей оказалась та чёрненькая, пизда которой оказалась моей первой. Я не подал виду, хотя её это сильно напрягло. Когда попал с ней на едине, точнее она сама подгадала этот момент, сказала, что хотела бы, что бы это осталось тайной, и если я хочу её, как и прежде, ведь в армии не придётся поиграть с лохматкой, то может дать уединясь хитро и тайно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Он увидел меня и пошел ко мне, меня стало немножко трясти. Он подошел спросил как долетела и взяв меня за плечи поцеловал в щеку. Я была напряжена и немного вздрогнула, он улыбнулся и повел меня в машину и мы куда-то поехали. Приехали мы в красивое место в лесу. Там был ресторан и гостиница. Сняв номер мы пошли в ресторан. Я потихоньку стала расслабляться мы о чем-то говорили, правда я говорила значительно больше прорвало. Он предложил мне выбрать, что будем пить и порекомендовал какое-то вино. Я согласилась. Мы провели прекрасно вечер я полностью расслабилась и даже стала опять пытаться взять инициативу в свои руки, переводя разговор в нужное русло. На какой-то очередной теме мы поднялись в номер. Закрылась дверь и я ощутила его руки на своих плечах. Он целовал мне шею и по всему моему телу разливалось тепло сильнее чем от вина. Я не могу понять, что он делал не так как пытаются другие, но я еле держалась на ногах. Сразу уточню, что выпили мы всего одну бутылку сухого вина. У меня было чувство, что я сейчас потеряю сознание. Я выскользнула из его объятий и опустилась на колени чтобы показать, что тоже что-то умею. Я расстегнула пуговицу затем ширинку и его брюки оказались на полу. Может быть я была в состоянии эффекта, но то, что я увидела по моему было идеально и по длине и по ширине. С таким удовольствием как в тот вечер я никогда не ела даже конфет. Мой выход продолжался минут пять и мне показалось ему это тоже понравилось т. к. размерчик еще увеличился. Что было дальше описать практически не возможно. После того как инициативу в свои руки вновь забрал он у меня сложилось впечатление, что начался |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Солнечный луч описав дугу замер на лице Нелечки и она сразу же открыла глаза. В первое мгновение ее охватила паника и она резко отпрянула от молодого мужчины, на груди которого только что покоилась ее голова. Но испуг на ее лице вскоре сменился пониманием, а затем она вся засветилась таким неподдельным счастьем, что казалось сама начала излучать свет подобно небесному светилу. Потом настала утро и воспоминание об этой ночи заставило замереть готовое разорваться от счастья сердечко девушки. Блаженно улыбнувшись, она вновь положила голову на грудь лежащего на спине Евгения, который продолжал спать, как и все мужчины - негромко похрапывая. |  |  |
| |
|
Рассказ №19740
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 07/10/2017
Прочитано раз: 19400 (за неделю: 44)
Рейтинг: 72% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мы пили чай, я, чтобы дать мази высохнуть, так и стоял с голой попой. Людмила Фёдоровна, уже изрядно протрезвевшая рассказала свою невесёлую историю. До прошлого года она преподавала математику в соседней школе. Народ там учился простой, безбашенный, нервы выворачивал наизнанку. Кончилось тем, что, не сдержавшись, она залепила пощёчину какому-то наглому хмырю, позволившему себе оскорбительное высказывание в её адрес. Папаша хмыря внезапно оказался "крутым" и Людмиле Фёдоровне быстренько предложили написать "по собственному желанию". Семейная жизнь не добавляла радости: муж Людмилы Фёдоровны - инженер-авиаконструктор, внезапно оставшийся без работы непосредственно после начала "экономических реформ" , крепко и баззаветно пил всё что горит, срывая на жене свою неудовлетворённость жизнью. Пил, пока не дорвался до спирта "Ройяль" : 20-летняя дочь умудрилась выскочить замуж за немца и безо всякого сожаления свалила в ФРГ. На похороны отца она не приехала...."
Страницы: [ 1 ]
- Уважаемая Людмила Фёдоровна, - очень чётко и крайне вежливо произнёс я, - не доставите ли Вы мне удовольствие, позволив подлизать Вашу жопу?
- Доставлю, Алёшенька, - хохотнула она в ответ, - как же не доставить! Вылезай, вытирайся и приступай!
Я скорейшим образом завершил свой туалет, не забыв как следует вымыть член и собственную попу, и выбрался из ванны. Вытершись махровым полотенцем, на которое мне указала Людмила Фёдоровна, я предстал перед ней, восседающей на "белом коне".
- Ну, что, Лёшенька, - весело спросила она, - ты в самом деле готов подлизать мне попку?
- Да, Людмила Фёдоровна! - с жаром ответил я.
- Да-а-а, Алёша, - уже без всякой весёлости ответила Людмила Фёдоровна, - ты бесконечно, испорченный мальчишка: Впрочем, чего и греха таить, я сильно приложила к этому руку. Что ж я за старая блядюга: - Она почему-то загрустила. - Нет, Алёша, - твёрдо продолжила она, - сегодня ты мне жопу подлизывать не будешь! Когда-нибудь потом, может быть: Если захочешь и сам попросишь.
- Но почему не сейчас? - взвыл я.
- Потому что я так сказала! - рявкнула Людмила Фёдоровна. - И вообще, я тебя ещё не выпорола как следует, вали в комнату и готовься к порке! Быстро!
Она засунула руку с бумажкой между ног и подтёрлась, что не помешало ей отвесить мне другой рукой довольно чувствительного шлепка, красноречиво изгоняющего меня за пределы санузла. За закрытой дверью я услышал звук спускаемой воды и шум рукомойного крана.
Так или иначе, душа моя пела! Таких эротических впечатлений мне ещё не доводилось испытывать! Самое крутое, что было до этого момента - это неуклюжие попытки однополой любви с моим другом детства Серёгой: мы на пару дрочили на его колоду порнографических карт, зачастую друг дружке, на две-три секунды брали друг у друга в рот, а один раз, когда у Серёги никого не было дома даже попробовали потрахать друг друга в попку, по принципу "на безрыбье". Стоит ли говорить, что из этого ни фига не вышло?
Неспешно перемещаясь абсолютно голым по квартире Людмилы Фёдоровны, я вернулся на место экзекуции, то есть к дивану, и стал думать, какую бы позицию пособлазнительнее мне занять для второй части порки. В конце концов я не нашёл ничего лучшего, кроме как лечь животом на тот же диван, подложив под свои бёдра маленькую диванную подушечку, чтобы попка выдавалась кверху. Так я и лежал, пока не услышал шаги Людмилы Фёдоровны. Вошла она уже будучи одетой в просторный шёлковый халатик, не скрывающий, впрочем, её соблазнительных форм. Было заметно, что под ним на ней уже нет никакого нижнего белья!
- Хм, позиция неплохая, - одобряюще произнесла она. - Одно только непонятно пока что: сколько же горячих тебе ещё выдать? - Она взяла в руки мой ремень, сложила его вдвое и грозно щёлкнула им. - Сам как думаешь, сколько тебе причитается?
- Двадцать горячих, Людмила Фёдоровна! - не задумываясь, словно бравый оловянный солдатик отрапортовал я. На самом деле я прикидывал, что для полного кайфа и чтобы не было слишком больно двадцати ударов должно хватить.
- Двадцать: - медленно, раздумывая, произнесла Людмила Фёдоровна. - Хм, как наказуемый ты склонен скорее всего раза в 1, 5 занижать причитающееся тебе, так что по факту должно быть 30 горячих. С другой стороны, ты так здорово мне отлизал, что заслуживаешь амнистии в два раза меньше - получаем 15 горячих. С третьей стороны, ты такой маленький мерзкий извращенец, что надбавить тебе 10 горячих сам Бог велел, итого получаем 25. Готов?
- Так точно, Людмила Фёдоровна! - ответствовал я со своей голгофы.
- Ну, держись тогда!
Ремень со свистом врезался в мою выставленную на казнь задницу! Боль пронзила нижнюю часть тела, но в то же время дала импульс, ожививший мой временно угомонившийся член, как разряд тока сокращает мышцы мёртвого тела. Однако в отличие от трупа мой член собирался жить, причём весьма активно! На десятом ударе он крепко затвердел, на пятнадцатом - был готов прорвать обшивку дивана, на двадцатом - я молился лишь о том, чтобы не кончить! В это же время боль разливалась от ягодиц по бёдрам каким-то горьким, но в то же время живительным теплом. К двадцать пятому, последнему удару я был уже готов вознести небу проклятия своим родителям, которые в силу врождённой интеллигенции ни разу не наказывали меня ремнём и в течении, по меньшей мере, шести последних лет (с первого класса) лишали меня такого удовольствия!
- Ффух! - вздохнула Людмила Фёдоровна. - Ну, что Лёш, живой?
- Живой, Людмила Фёдоровна! - бодро ответствовал я. - Живее всех живых! Ох, здорово же Вы мне вломили, - сказал я поднимаясь.
- Видно, не так и здорово, раз ты такой довольный, - ответствовала Людмила Фёдоровна. - Ладно, иди одевайся, я чайник поставлю.
Я отправился в ванную за одеждой. Однако надеть сходу трусы не вышло: уж больно сильно жгла высеченная попа. Пришлось ограничиться футболкой, так что на кухню я вошёл "беспорточной командой".
Людмила Фёдоровна всё в том же своём шёлковом халатике хлопотала на кухне.
- А, оделся уже? - спросила она, обернувшись. - А трусы-то чего не надел? Понимаю: попа болит. Погоди, сейчас:
Людмила Фёдоровна вышла из кухни и через некоторое время вернулась с каким-то тюбиком в руке и села на диван.
- Иди сюда, - позвала она. - Повернись попой. Не бойся, больно не будет.
Она стала намазывать мою выпоротую попку какой-то мазью. Мазь давала прохладу, и болезненный зуд будто бы растворялся в её обволакивающей массе.
- Вот так, - сказала Людмила Фёдоровна, закончив процедуру. - Теперь минут 15-20 и всё пройдёт.
Мы пили чай, я, чтобы дать мази высохнуть, так и стоял с голой попой. Людмила Фёдоровна, уже изрядно протрезвевшая рассказала свою невесёлую историю. До прошлого года она преподавала математику в соседней школе. Народ там учился простой, безбашенный, нервы выворачивал наизнанку. Кончилось тем, что, не сдержавшись, она залепила пощёчину какому-то наглому хмырю, позволившему себе оскорбительное высказывание в её адрес. Папаша хмыря внезапно оказался "крутым" и Людмиле Фёдоровне быстренько предложили написать "по собственному желанию". Семейная жизнь не добавляла радости: муж Людмилы Фёдоровны - инженер-авиаконструктор, внезапно оставшийся без работы непосредственно после начала "экономических реформ" , крепко и баззаветно пил всё что горит, срывая на жене свою неудовлетворённость жизнью. Пил, пока не дорвался до спирта "Ройяль" : 20-летняя дочь умудрилась выскочить замуж за немца и безо всякого сожаления свалила в ФРГ. На похороны отца она не приехала.
Людмила Фёдоровна осталась одна. Череда мужиков один гаже другого, попытки встроиться в "новую экономическую систему" - всё это привело только к одному: росту количества употребляемых спиртных напитков, повышению градуса одиночества, депрессии, неудовлетворённости собой и окружающим миром.
И тут подвернулся я. Оказалось, что в первый момент, когда я поднял её из лужи, ей показалось, что я - это тот самый мальчик-мажор, из-за которого она вылетела из школы. Именно этим объяснялась её суровость в первые мгновения нашего общения. Она призналась, что "этого засранца" , как и многих других в её классе ей "реально хотелось выдрать ремнём по голой попе". И тут, казалось бы, "засранец" попался!
- Знаешь, Лёш, - говорила Людмила Фёдоровна, - реально поначалу показалось спьяну, что ты - это тот самый гондон! Даже когда ты вежливо так мне отвечал, казалось, что это издевательство какое-то, сарказм: Вот же блядь я старая, как же так нажраться можно было!
- Ничего страшного, - успокаивал я, - с кем не бывает. - К тому моменту мазь уже впиталась, и я сидел за столом на табуретке, хоть и по-прежнему без трусов.
- В общем, досталось тебе, что называется, "за того парня" , - грустно подытожила Людмила Фёдоровна. - И ещё за десятка два других козлов и коз. Ты уж не обижайся, дружок:
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|