Рассказ №21242

     От ласк и милых слов Марта совершенно расслабилась. Страхи куда-то улетучились. И тут она почувствовала что, что-то резко раздвигая стенки влагалища заполняет ее женское естество. Чувствовалась небольшая саднящая боль в паху. Но это была полная ерунда с ощущением заполненности, с чувством неги, со сладким нытьем внизу живота. Мужчина, наконец, вошел в нее, и она стала женщиной! Это чувство, что ее хотят, что она нравиться этому сильному молодому парню привело ее в состояние эйфории. Несмотря на небольшую саднящую боль, Марта стала двигаться навстречу своему мужчине, помогая ему войти в себя, помогая ему овладеть собой.
     Сема для храбрости хлебнул из фляги грамм сто. И теперь это сказывалось. Он двигался и двигался в Марте, а разрядка никак не наступала. Он чувствовал, что Марта заведена до предела. Она все резче и настойчивей двигала бедрами ему на встречу. И, вот, она обняла его, резко дернулась несколько раз, застонала и обмякла по ним.
     Сема от гордого ощущения того, что он с первого раза удовлетворил эту чудесную девушку, возбудился так, что в несколько яростных толчков, кончил, излив в нее свое семя.
     Марта лежала и счастливо улыбалась. Парень целовал ее лицо, губы, щеки, ухо, повернутое к нему. Она чувствовала, как он благодарен ей за то, что только что произошло между ними. Марта вспомнила наставления Гертруды Мейер и дернулась встать и пойти в душевую, чтобы подмыться. А потом подумала: "А, зачем? Будет ли в ее жизни еще мужчина? Если она не вышла замуж до войны, то есть ли теперь у нее шанс, когда на двадцать женщин остался один мужчина? А так, у нее будет ребенок - радость в жизни и опора в старости". Марта положила голову своему мужчине на плечо, и, уткнувшись ему в грудь, счастливо уснула.
     Сема слышал расслабленное дыхание девушки. Он понял, что Марта спит. Прижался щекой к ее волосам и, улыбаясь, чудесно проведенному вечеру, уснул.
     
     Глава 6.
     
     Саша Курочкин поставил в предоставленную ему комнату рацию, пристроил в углу автомат. "Слава Богу, что комвзвода разведки, видя его хилую фигуру, дал ему рожок для ППШ, а то с трехкилограммовым диском он бы и помер во время перехода. Следуя приказу помогать хозяйке, он только больше суетился и мешал, чем помогал ей. Единственно, что ему реально удалось сделать, это принести пару ведер воды из колонки и охапку дров к летней печи.
     Инга Борге, женщина 24-х лет с пятилетним семейным стажем, с еле сдерживаемой улыбкой смотрела на потуги русского парня помочь ей. Когда в 1942 году под Смоленском погиб ее любимый муж, она возненавидела русских всей душой. Но боль утраты за три года утихла, а вместе с ней рассеялась и ненависть. Она не знала о приказе русского командира, и считала причиной метушни русского солдата, единственно угодить ей.
     И вот, настал час ужина. Саша попытался открыть ножом банку тушенки, но только слегка поранил себе палец.
     Инга принесла консервный нож и демонстративно сама открыла банку. Они ужинали. Курочкин был непьющий и из выданной водки налил полрюмки хозяйке и треть себе.
     Инга выпила русского шнапса, закусила бутербродом с русской тушенкой. Нет, не такими она представляла себе этих страшных русских, убивших ее мужа. Доели бутерброды с тушенкой, попили чаю со смородиновым вареньем.
     Инга проводила русского в его комнату, он кивнул, благодаря, и она пошла убирать со стола.
     Саше всю жизнь навезло с женщинами. Городские девчонки предпочитали более бойких ребят. А на фронте радистки в штабе искали общества офицеров, но ни как не ефрейтора. И, вот, перед ним сидит шикарная женщина, а он ничего не может сделать.
     Саша лег в застеленную немкой кровать, но от осознания того, что эта женщина за стенкой и она одна, не шел никакой сон. Он стащил с себя нательную рубаху, крутился, вертелся. Член все сильнее ощущался в кальсонах.
     Сашка не выдержал: "Выгонит - так выгонит". Он на цыпочках добежал до комнаты хозяйки, открыл ее и скакнул к ее кровати.
     Инга при свете маленькой керосиновой лампы читала сой любимый рыцарский роман. Вдруг открылась дверь, и щуплая фигура в кальсонах скользнула к ее кровати.
     Сашка подбежал к кровати хозяйки и скользнул под одеяло. Она читала, но повернув голову, взглянула на него. От этого движения широкая лямка ночной рубашки упала с ее плеча, и великолепное белое женское плечо оказалась обнаженным.
     Боже! Сашка видел плечи девушек один раз, когда они ходили классом во дворец плавательного спорта на соревнования по плаванию. Он кинулся к этому плечу и стал осыпать его поцелуями. Он присосался к нему, как младенец к мамкиной титьке.
     Инга с удивлением наблюдала как русский буквально лобзает ее плечо. Он, как в бреду, закрыв глаза, раз за разом впивался в него.
     Инга обхватила его лицо руками, остановив его движения. Долго всматривалась в него, в это до удивления наивное лицо молодого парня.
     Когда его отняли от плеча, Сашка ожидал одного - изгнания. И, когда немка прильнула к его губам жадным долгим поцелуем, у Сашки потемнело в глазах. Он стал отвечать на ее жаркие поцелуи, потом целовать ее лицо, нос щеки, лоб, глаза. Потом, вдруг, схватил ее руки и стал осыпать ладони поцелуями.
     Ингу сначала просто забавляла эта игра. Но постепенно она начала возбуждаться от страстных и искренних действий русского. А когда он стал целовать ее ладони, что-то сдвинулось в ее мыслях. И, теперь это был не русский, а просто молодой парень, у которого никогда не было женщины. Она всем своим женским естеством чувствовала девственника. И это ее дико возбуждало. Сашка так и целовался бы всю ночь, но немка, вдруг отняла свои ладони. Потом села на кровати и сняла через голову свою ночнушку. Потом кивнула ему ладонью, мол, теперь ты, снимай с себя всё.
     Сашка дрожащими руками стянул кальсоны. Это делать было крайне неудобно, так как член стоял дыбом и постоянно цеплялся.
     Инга потянула солдатика за руку на себя.
     Сашка обалдел, когда его потянула за руку эта женщина и уложила на себя. Он целовал всё что видел: шею, грудь, губы:
     Ингу забавляла страсть этого мальчишки.
     Он целовал ее, куда только мог дотянуться.
     Наконец, она почувствовала возбуждение внизу живота. Губки влагалища стали увлажненными. А этот парень все целовал и целовал ее, даже не пытаясь сделать что-то более серьезное.
     Инга раскинула ноги в стороны, нащупала и ухватила рукой член этого мальчишки и вставила его в себя.
     Сашка вдруг ощутил, как его мужское достоинство ухватили, потащили, и вот он в приятной влажной глубине. Сашка забился на Инге, как эпилептик. вдруг стал нарастать жар на кончике члена, стала ощущаться болезненная пульсация в головке, и он, закричал, и, впервые в жизни излился в женщину.
     Инга едва что-то почувствовала, как русский уже разрядился в нее.
     Сашка, впервые познав женщину, был на вершине счастья. Но немка, вдруг куда-то ушла. Ему было невдомек, что женщина пошла после него подмыться.
     Инга вернулась. Солдатик смотрел на нее, как болонка на хозяйку. Она придвинула его к себе. Поцеловала в губы, поиграла его членом. И, вот, под ее руками снова ощущалось полноценное мужское хозяйство.
     Сашка был на вершине блаженства. Его целовали, ласкали. И, вот, он почувствовал, как его член снова восстал. Но теперь немка начала любовную игру по-другому. Она уселась на нем, протолкнув член в свою вульву. И начала мерно раскачиваться, а потом, практически скакать на нем. Он чувствовал, как она то резко наседает на него, то освобождается от его члена. И, вот, она быстро задергалась на нем, застонала и обмякла. Он, вдруг понял, что удовлетворил женщину. От этого понятия и ощущения, головка члена раздулась до невероятных размеров и Сашка, несколько раз протолкнув ее в вагину женщины, охнул, и, кончил второй раз.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: