 |
 |
 |  | И однажды случилось то, к чему мы шли все лето. Я не помню, кто из них первый меня поцеловал, и ему ли я ответила поцелуем. Косичка сплелась и не расплестись ни одной прядке. Мы были на песке, между коричневато-серых тетраподов и солнце сияло над этой полянкой бетонного леса. Поцелуи, ласки ладоней, четырех ласковых ладоней на моем загорелом теле. Мои ладони на теплой коже, пальцы в вьющихся волосах. Веревочка купальника на спине, ее мягкий шорох. Лифчик скользнул с груди, губы, губы. Как я тебя хочу, руки, руки. Ласковые мои юные боги. Кто-то целует грудь, кто-то целует ноги. Я тоже тебя прижму, и спину твою поглажу. О боже! Как я тебя люблю и как я тебя жажду! Трусики у колен, губы живот ласкают, а пальцы, а пальцы ах! Мы уже где-то высоко, на облаках., и нет земли и только солнце, только ангелы. Два юных ангела. Как я вас люблю! Идите ко мне, войдите в меня! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Все наташины дырки были растянуты и хлюпали, из них стекала сперма. Ее рубашка была безнадежно порвана. Увесистые груди тяжело мотались, выскочив из лифчика. Ноги безвольно разъезжались в стороны. Но, несмотря на это, она хотела еще и еще. Перекуры с каждым разом становились все длиннее и длиннее, и, поняв, что она от нас больше ничего не добьется, Наташа схватила бутылку из-под Спрайта и с размаху загнала себе в пизду почти по самое основание. Пизда хлюпала, бутылка то показывалась наполовину, то почти полностью исчезала в ненасытной дырке. Наташа охала и стонала, ерзала задницей по столу и мяла свободной рукой свои большие груди. Кончив с помощью бутылки три или четыре раза подряд, Наташа наконец успокоилась и уснула, свернувшись калачиком на столе. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Oнa чувствoвaлa жaр и крупныe вeны eгo члeнa в свoeм рту и видeлa кaкoe нaслaждeниe испытывaл Сeргeй oт ee минeтa и этo зaвoдилo ee eщe сильнeй. Цeлуя гoлoвку oнa слeгa пoдрaчивaлa eгo. Ee рoт всe сильнee oпускaлся нa члeн Сeргeя. Тaня стaрaлaсь всaсывaть eгo кaк мoжнo бoлee плoтнo... Нa сeкунду oтoрвaвшись oнa прaвeлa язычкoм oт oснoвaния члeнa и дo гoлoвки и снoвa oбхвaтив eгo пoлнoстью губaми прoдoлжaлa эту слaдкую пытку Сeргeя. Прoдoлжaя сoсaть врeмя oт врeмeни oнa нeжнo дрoчилa eгo члeн, прикaсaясь к нeму языкoм... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я просто потеряла дар речи и не могла оторвать глаз от его члена... он просто светился от сока этой пьяной сучки... и я поняла, что хочу его... но пока я думала он уже стоял передо мной и взяв меня за руку повел в кабинку. Посадив на унитаз он гладил моё лицо, другой рукой он подрачивал свой член. Я только сейчас смогла рассмотреть его лучше. Широкие плечи, шатен и яркие зеленые глаза. Я смотрела на него приоткрыв рот. Он закрыл дверь на щеколду. -У тебя красивый ротик, сказал он мне и поднес член ко рту... я слегка коснулась его губами... - Не стесняйся... он рукой отвел мои волосы и оставил на затылке, -Тебе нравится? , я не успела ответить как открыв свой похабный ротик взяла головку. . я начала посасывать её... |  |  |
| |
|
Рассказ №21720
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 29/07/2019
Прочитано раз: 22680 (за неделю: 16)
Рейтинг: 48% (за неделю: 0%)
Цитата: "- крикнул я девушке и махнул рукой Свете, которая из кровопотери не могла говорить. И только умоляюще смотрела на меня, прося глазами чтобы я не уходил. А я уже бежал по лесу к матери, слыша как взорвались гранаты в том месте где она лежала с пулемётом. Страха у меня не было, просто я очень хотел увидеть свою мать живой и невредимой. И ещё я понял, что самый дорогой на свете человек это мать. Которая ко всему была ещё и моей любовницей. У меня почему-то появилась уверенность, что Марина не погибла. И то что из нашей группы тоже никто не погибнет. Этого не допустит " Плетнёвский призрак". Ведь тогда некому будет хоронить его и погибших с ним товарищей. Чьи скелеты лежали на нарах в блиндаже на острове...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Стой Костя, ты куда... .?
- окликнул меня Михалыч. Мы отошли от прикрывающий наш отход из пулемета Марины. Примерно на триста метров по направлению к блиндажу. Я вел раненную Свету, а Михалыч свою жену Оксану. Обе девушки потеряли много крови и самостоятельно не могли передвигаться. Ханна прикрывала наш отряд с тыла, со " шмайссером" в руках. Немецкая лётчица, добровольно пошла с нами, так как назад дороги для неё уже не было. Наверняка кто-то из " бранденбургевцев" видел как она стреляла из автомата по ним. И если молодая гауптман попадёт к ним в руки, то её сначала изнасилуют, а потом расстреляют. И это в лучшем случае, а то могут и пытать чтобы выведать у неё кто был с ней? Часть оружия мы побросали на месте боя.
И сейчас автоматы были только у меня и у Ханны. Михалыч правда тоже был вооружён, но не "шмайссерами" как мы с Ханной, а карабином " mauser". Который он не захотел бросать и нёс его с собой. А ещё муж тёти Оксаны, тащил на плечах рюкзак с " панцершоколадками". Он ни в какую не захотел оставить их на месте боя, и понес с собой. Ведь из за этих шоколадок мы попали на остров и переместились в прошлое. И к тому же они давали старому импотенту молодость. И он мог трахать женщин и молодых девушек, съев всего лишь одну шоколадку.
- Не могу Михалыч, моя мать там одна. И я хочу ей помочь. Уходите к блиндажу, а мы с Мариной вас догоним... . .
- ответил я мужу тёти Оксаны и жестами показал Ханне, чтобы она поддерживала Свету, помогая ей идти к входу в блиндаж.
- Costa, Costa, geh nicht... . .
- залепетала немка, прося чтобы я не уходил от неё. Белокурая валькирия, похоже если и не влюбилась в меня, то была неравнадушна ко мне.
- Я вернусь Ханна. Обязательно вернусь дорогая... . .
- крикнул я девушке и махнул рукой Свете, которая из кровопотери не могла говорить. И только умоляюще смотрела на меня, прося глазами чтобы я не уходил. А я уже бежал по лесу к матери, слыша как взорвались гранаты в том месте где она лежала с пулемётом. Страха у меня не было, просто я очень хотел увидеть свою мать живой и невредимой. И ещё я понял, что самый дорогой на свете человек это мать. Которая ко всему была ещё и моей любовницей. У меня почему-то появилась уверенность, что Марина не погибла. И то что из нашей группы тоже никто не погибнет. Этого не допустит " Плетнёвский призрак". Ведь тогда некому будет хоронить его и погибших с ним товарищей. Чьи скелеты лежали на нарах в блиндаже на острове.
- Костя, зачем ты вернулся сынок... .?
- крикнула мне Марина, когда я лёг к ней в укрытие под ствол старой березы. Метрах в десяти от неё лежали два убитых немца. И рядом с ними виднелись воронки от гранат. У моей матери кончились патроны к пулемёту. И она пустила в ход две ручные немецкие гранаты с длинными деревянными ручками. Которые у неё были всегда под рукой.
- Я за тобой любимая Мариночка. Ты ранена дорогая? Пошли скорее от сюда, я тебе помогу... .
- сказал я матери, видя что из простреленной ноги у неё идёт кровь. Рядом валялась аптечка немецкой летчицы. И я прямо на штанину не разрезая её, наложил Марине бинт, чтобы остановить кровь. А ещё я снял с неё ремень и перетянул им ногу матери. Под коленом на бедре, чтобы кровь не так сильно шла.
- Не получиться нам сынок уйти, они рядом со трёх сторон уже подошли. Их мало осталось, человек пять всего, но они тут в кустах... .
- едва произнесла Марина показывая на заросли орешника. Как от туда выскочила огромная чёрная немецкая овчарка и бросилась на нас. Марина двумя выстрелами из " маузера" уложила собаку. Но тут сбоку из кустов на меня и на мать, набросился здоровенный фашист в пятнистом маскхалате. Мы его не видели, пока наше внимание было занято овчаркой. Немец спецназовец напал на нас с боку из кустов. Я даже выстрелить по нему из " шмайссера" не успел. Фашист вырвал его у меня из рук и ловким приёмом сбил на землю. Марина направила на немца пистолет, но её верный " маузер", только щелкнул. У пистолета кончились патроны, ведь Марина отстреливалась из пистолета от наседающих на неё со всех сторон немцев. А последние два патрона израсходовала на овчарку.
- Russische Schweine... .
- заорал немец, целясь в нас с Мариной из автомата. Ну вот и всё, нам хана пришла и призрак на не помог? Пронеслось у меня в голове, глядя на чёрное дуло автомата, из которого должна была вылететь смерть. Но за спиной фашиста, раздался пистолетный выстрел и он тут же стал оседать с побледневшим лицом. Падая на землю, смертельно раненый немец всё же успел нажать на курок автомата. И выпустил очередь предназначенную для нас с матерью, в сторону реки от куда он и пришёл к нам. А за упавшим на землю фашистом. Стоял другой немец с пистолетом в руке и советским автоматом "ппш"на ремне на шее. За ремнем у него были заткнуты гранаты.
- Партизаны... . .?
- спросил немец на чистом русском языке, направляя на нас пистолет. Так это же Иван, дед Михалыча? С удивлением подумал я рассматривая нашего спасителя. А он был похож на помолодевшего сейчас мужа тёти Оксаны. И как две капли воды походил на парня с фотографии военных лет. Которую нам показывал Михалыч, говоря что это его дед служивший в войну у немцев в "РОНА". И точно, наш спаситель хоть и был одет в немецкую военную форму. Но на рукаве у него был знак русских коллаборационистов. Чёрный крест на белом щите и буквы " РОНА", вверху.
- Не стреляй в нас Иван. Мы не партизаны, а мы из Плетнёвки... . .
- сказала Марина, парню в немецкой форме. Моя мать тоже его узнала и боялась что он нас застрелит, приняв за партизан. Но Иван и не думал в нас стрелять. По его взгляду направленного на мою мать. Я понял что родственнику Михалыча, понравилась красивая рыжая девчонка, лежащая на траве.
- Откуда ты знаешь как меня зовут? И где вы в Плетнёвке живёте Я только что от туда иду, и вас я раньше там не встречал... .?
- было удивленно переспросил Иван и тут же упал к нам за берёзу. Потому что из орешника послышался собачий лай и автоматные очереди. На поляну выскочила овчарка, а вслед за ней четыре фашиста с автоматами в руках. Они накрыли нас автоматным огнём и из березы за которой мы лежали, только щепки полетели. На наше счастье берёза была очень толстой и её не пробивали автоматные пули.
- Вань, я собаку валю а ты немцев давай... . .
- крикнула Марина родственнику Михалыча и взяв мой " шмайссер" открыла огонь по бежавшей к берёзе овчарке. Застрелив её уже в прыжке, когда огромная псина с оскаленной пастью. Прыгнула через берёзу, чтобы вцепиться нам в глотки. Раненная в ногу Марина, продолжала сражаться, чем удивила молодого " роновца". Иван вслед за моей матерью, вступил в перестрелку с фашистами стреляя очередями из своего " ППШ". И даже умудрился кинуть в их сторону гранату. Встреченные огнём немцы наконец отступили, оставив на поляне одного убитого.
- Уходить нужно, они сейчас подмогу приведут. Их часть в Локте базируется. Но прежде я хочу узнать кто вы такие и откуда знаете как меня зовут... .?
- спросил у нас родственник Михалыча. Но уже не направляя в нашу сторону оружие. Потому что в руках у Марины тоже был автомат. И она могла бы запросто застрелить " роновца" если бы он дернулся на нас.
- Мы в Плетнёвке в вашем доме у реки живём. Но только не в настоящем, а в будущем. Тут недалеко ваш внук находится. У него есть ваша фотография военных лет. Но нам нужно спешить, а то он может уйти в блиндаж на острове и нам его не найти в тёмноте... . .
- сказал я всю правду про нас парню в немецкой форме.
- Из какого ещё будущего? Что ты плетешь парень? Я сам в доме у реки живу и мои родители со мной живут. А вы пришлые и одеты странно? Ну да ладно, пошли туда где ты говоришь внук мой находится? Нам всё равно валить нужно отсюда. Но только дай мне автомат дорогая. Иначе я с вами никуда не пойду... . .
- сказал родственник Михалыча, направляя на мою мать автомат, а та направила свой " ствол " на него. Несколько секунд они держали автоматы друг на друга, но потом Марина сдалась и отдала оружие в руки Ивана. Без него нам всё равно не уйти далеко, учитывая ранение полученное моей мамой. А если бы этот Иван хотел убить нас, то он давно бы это сделал, когда наблюдал за нами.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|