 |
 |
 |  | - Я о себе, - повторила зачем-то. - Я любила Борю. Говорю в прошедшем времени осознанно, потому что больше той любви нет. Сначала я даже обрадовалась, когда ты его приворожил, но потом: он не любил меня, я это чувствовала. Иногда вёл себя по-хамски. Грубил, постоянно врал, мог поиздеваться. До рукоприкладства не доходило, но он всегда был самцом, лидером, и меня это, как оказалось, устраивало. А сейчас: как бы тебе объяснить. Вот любишь ты кошку. Она гадит где попало, рвёт обои, царапается, пакостит по-всякому, а тебе она всё равно мила. Ты, конечно, мечтаешь, чтобы она была послушной, как собака, чтобы на улицу просилась, чтобы преданными глазами смотрела, еду выпрашивая, а не нагло орала, как ненормальная; и представь, мечта исполняется. Ты умиляешься день, два, три, а потом замечаешь, что кошечка не та. Идеальная, но не та. Чешешь ей пузо - она не царапается, свиснешь - со всех ног летит, скомандуешь - мурлычет, греет, ластится, прикажешь - уйдёт беспрекословно. Собака, одним словом, хорошо воспитанная собака: а любил-то ты кошку. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вечер в конце лета, отпуск и восемнадцать градусов тепла на террасе снимаемой дачи. Запах ели, сосны и потухшего гриля. С сегодняшнего дня я осталась одна почти на двое суток (обе дочки уехали домой вместе с мужем). Сквозь листву деревьев в сумерках пробивается свет от незнакомых соседей, доносятся голоса, смех, звон стаканов.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Эта творческая нимфоманка всегда пребывала на стадии прелюдии, протекая на дорогую обивку с щедростью ниагарского водопада. Ее тощенькие ляжки будто на пружине распахивались при приближении любого объекта, испускающего тепло. Хозяйка и вовсе вне сравнений. Не подобрать тех эпитетов, которые дали бы полное представление об этой дочери малороссийских просторов. Думаю, обслуга не держится у нее долго, умученные сексуальными аппетитами Мадлены они спешно бегут из ее дома, наплевав на премии и щедрые подарки. Интересно, а что думает публика обо мне? |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Добравшись до внушительного клитора и убедившись в его крайнем напряжении я решил погрузить пальчики в киску. Она, на удивление, оказалась довольно сухой. Я смочил слюной два пальца и аккуратно ввел их Тане в киску. Но на это действие она, увлекшись моим членом никак не отреагировала. "Попробуем по другому" , подумал я и решил перебраться чуть повыше. Я стал медленно вводить средний палец в ее начисто выбритую маленькую дырочку. Ответом был протяжный стон с нотками удовольствия. Татьяна даже отвлеклась от моего члена. Явно, действие было для нее интересно, если вообще не в новинку. Войдя пальчиком до конца, я стал медленно его вынимать. Неееетт - раздался приглушенный стон и я вернул его назад. Таня совсем замерла, только пригнулась в плечах и выставила попку повыше. Почувствовав, что становится немного сухо, я аккуратно вывел пальчик, обильно смочил его слюной и ввел снова. На этот раз Татьяна подалась ему на встречу сама и мы начали медленно но уверенно двигаться на встречу друг другу. Почувствовав, что для одного пальчика попка уже разработана хорошо, я ввел второй. На этот раз ее движение было более чем резким и намекающим на активное действие. |  |  |
| |
|
Рассказ №22115
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 30/11/2019
Прочитано раз: 17276 (за неделю: 62)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Помоги- попросил насильник и тут же её голову сильно дернули за волосы к полу. Катя закричала от боли и на мгновение потеряла контроль за ситуацией. Этого было достаточно, чтобы огромный кол вошёл в её кишку и начал медленно продвигаться, пытаясь войти целиком. Боль была жуткая. Кате казалось, что её разрывают пополам, выдергивают позвоночник. Она не могла даже кричать, судороги сбивали ей дыхание. В глазах потемнело, боль ушла, и она увидела происходящее со стороны. Вот она сучит ногами, пытаясь вырваться, её крепко держат за волосы, а с другой стороны её тело нанизаны на толстый и длинный шампур. Кричит она звонко, громко, вкладывая в крик всю свою боль. Рядом насилуют Гульнар. Она плачет на взрыв, стонет от боли и дергает стройными ногами...."
Страницы: [ 1 ]
Женщинам связали веревкой руки за спиной, кинули животом на скамью и за волосы притянули голову к полу, делая очень болезненным каждое движение. Катя видела только грязный пол перед собой о том, что происходила в районе её голого зада она пыталась догадаться по разговорам и звукам. Но насильники максимально упростили ей задачу. Чей-то грубый и шершавый палец бесцеремонно проник ей в задний проход спокойно преодолев сопротивление колечка ануса.
- Оооо тугая. Не тронутая ещё. - Сказали голосом седого судьи.
- Сейчас смажем- Катя почувствовала, как палец вернулся, неся на себе прохладную смазку, которая позволила без боли, но очень неприятно проникнуть в глубь её прямой кишки. Катя морщилась, пытаясь нормализовать дыхание, когда замычала, а потом болезненно вскрикнула Гульнар. Катин насильник не стал долго ждать и подгоняемый стонами Гульнар начал входить в Катю. Та, почувствовав боль, инстинктивно сжала колечко ануса пытаясь избежать пытки.
- Помоги- попросил насильник и тут же её голову сильно дернули за волосы к полу. Катя закричала от боли и на мгновение потеряла контроль за ситуацией. Этого было достаточно, чтобы огромный кол вошёл в её кишку и начал медленно продвигаться, пытаясь войти целиком. Боль была жуткая. Кате казалось, что её разрывают пополам, выдергивают позвоночник. Она не могла даже кричать, судороги сбивали ей дыхание. В глазах потемнело, боль ушла, и она увидела происходящее со стороны. Вот она сучит ногами, пытаясь вырваться, её крепко держат за волосы, а с другой стороны её тело нанизаны на толстый и длинный шампур. Кричит она звонко, громко, вкладывая в крик всю свою боль. Рядом насилуют Гульнар. Она плачет на взрыв, стонет от боли и дергает стройными ногами.
Внутренняя Катя спокойно комментировалась зрелище
- У неё зад разработанный. Муж постарался. Больно конечно по сухому, но не так как тебе. Терпи. Скоро дупло растянуться и будет не так больно. Действительно, скоро стало тихо и не больно. На третьем насильнике Катя потеряла сознание.
Пришла в себя Катя, когда её за волосы волокли по полу. Она затрепыхалась от боли и её поставили на ноги и погнали по пыльной дороге. Теперь помимо передка у Кати жутко болел задок. Она не знала сколько человек там побывало, но боль была ужасная. Она еле брела к месту, где её и Гульнар с нетерпением ждали зрители.
Женщин вывели на небольшую площадь. В одном конце её стоял высокий столб с веревками на другом, о ужас! На другом конце площади на торчащем из земли колу сидела женщина- конвойная.
Она была в сознании и тихо выла, смотря безумными глазами куда-то за горизонт. Погоны с её кителя были пришиты к коже на её плечах. Все тело было залито кровью, на груди ножом вырезана звезда. На лице выжжено жуткое клеймо...
Пока Катя осознавала происшедшее с конвойной, руки Гульнар начали привязывать к столбу таким образом, чтобы она касалась земли только кончиками пальцев ног.
Привязав женщину, не став тянуть с шоу, два дюжих бородача начали её сечь плетьми в две руки. Первые удары Гульнар корчилась, но молчала. Но когда кончик плети юркнул ей между ног и ужалил истерзанную нежную плоть несчастная закричала, засеменила ногами и обмочилась прямо на песок под столбом.
Очень скоро от шеи и до пят тело Гульнар было в кровавых полосах.
Кричать наказуемая уже не могла, а только выла. Заканчивали порку под аккомпанемент чавкающих шлепков плети о окровавленную рассеченную плоть. Гульнар была без сознания.
После 100 ударов, её отвязали и уволокли в тень, где и бросили.
Наступила очередь Кати.
Палачи, наказывавшие Гульнар, пошли отдыхать после трудов, а два свежих, полных сил мужика схватив оцепеневшую от ужаса и начавшую упираться Катю и поволокли к месту наказания. Старательно, не спеша, со вкусом, привязав Катю к столбу, палачи приступили к порке. Катя не стала играть в мужество и когда первый удар ожег ее ягодицу, она истошно завопила,
вызвав этим одобрительный гул толпы. Палачи размеренно, равнодушно и привычно выполняли свою работу-секли очередную жертву. Для них она была преступницей и получала заслуженное и справедливое наказание. По мере превращения Катимого зада в сплошную рану, боль становилась из нестерпимой в запредельную. Катя перестала контролировать своё тело и своё сознание. Ее тело беспомощном билось, пытаясь хоть на секунду прервать жуткую, невыносимую боль, она чувствовала только, что ее рот открыт, наверно она кричала, а может выла, или звала маму, а может просто пыталась дышать. По ее ногам что-то текло, наверно пот, кровь, моча. Или может она и обгадилась. Потом, наконец, она потеряла сознание.
Очнулась Катя лежащей на животе, на каком-то тряпьё. Рядом громко стонала Гульнар. Какая-то женщина чем- то смазывала раны несчастной. Старательно смазав Гульнар, она так-же молча нанесла мазь на тело Кати и тихо вышла.
Женщин держали в сарае. Молчаливая женщина ежедневно старательно ухаживала за их ранами. На вопросы женщин она не отвечала, дав понять, что не горит желанием присоединиться к ним. Более разговорчивым оказался один из часовых. Застегивая штаны, после того как утолил свою похоть, воспользовавшись Катей, он важно заявил, что блядей, раз они выжили после порки, решили подлечить и продать в рабство. Судья проявил снисхождение в связи с их полным раскаянием. Охранники регулярно, вечерком, как спадала жара, заходили в сарай к женщинам, выбрав себе любовницу молча придавал ее телу желаемую позу, спускал штаны и деловито приступал к развлечению. Закончив, они любили с пренебрежением смотреть как женщина бессильно падает с коленей на живот тряся ягодицами или ложится на бок поджимая колени к груди.
Женщины же старались страдать молча, чтобы не доставлять дополнительной радости насильнику. Как правило, охранники наведывались один, а то и два раза за ночь. Пленницы уже потеряли счёт дням. Наконец, в один из дней, их заставили выкупаться в грязном арыке, вместо мыла им выдали стиральный порошок "Лотос" , одели в какие- то мешки, погрузили в УАЗ - таблетку и куда- то повезли. Поскольку женщины лежали на полу, они могли видеть лишь грязные ноги своих конвоиров да мусор на полу. Внезапно конвоиры испуганно загалдели и автобус резко остановился.
Кате в затылок уперлось что- то твёрдое и она услышала голос конвоира:
- Откроешь рот- пристрелю! Поняла блядь русская. И тут- же она услышала молодой мужской голос, говоривший по-русски:
-: : войска,: : документов: везёте?
Катя, давно не боялась смерти и не смотря на железку у головы закричала:
- Мальчики спасите!!! Дороги:
Она увидела яркую вспышку и дальше была ночь.
Катя уже не видела, как Гульнар держала ее окровавленную голову на коленях и что-то плача кричала в небо, как молоденький санитар дрожащими руками, но умело бинтовал ей голову и успокаивал Гульнар:
- Не кричите так, у нее только кожа содрана, она просто сильно контужена, ее спасут. Катя не слышала, как молоденький лейтенантик в краповом берете вызывал по рации вертолет чтобы забрать раненную:
***
Женщин доставили сначала в военный госпиталь, потом в гражданскую больницу. После выписки, обе женщины уехали в Россию.
Болтали, что, вдоволь насладившись отношениями с мужчинами, они предпочли жить вместе и не плохо себя чувствовали.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|