 |
| |
| | - Ай, ай, ай! - Всхлипывала она, извиваясь как змея, пока я её ебал. - АЙ! - Куда громче всхлипнула она, стоило мне шлёпнуть её ладошкой по жопе, оставив на ней красное пятно. - Гад! - Пробурчала Таня сквозь всхлипы, но быстро привыкла, продолжал я периодически её пошлепывать и мять жопу, пока она вновь не застонала, но куда громче. - МММ! Мама, мам, ма. . ааааа: - Задёргалась она подо мной, став кончать, довёл я её таки до оргазма и сам начал извергаться, подкосились у неё коленки и мы вытянулись на кровати, накрыл я её сверху, распластав, пока член в ней дёргался. | | |
| |
|
| |
| | Она сначала взяла двумя пальцами мой сосок, немного оттянула его, после взяла шприц и направила иглу к соску, потом стала медленно проталкивать иглу через сосок. Сначала было не больно так как комарик укусил, но чем глубже игла стала заходить тем сильнее была боль. На пол пути Челси ускорила тем и быстром движениям вогнала иглу полностью, я даже подпрыгнула от боли но терпела, немного даже скулила. Потом Челси стала водить эту жидкость в мою грудь. Сначала я ощутила глубоко в груди холодок, потом этот холодок начал немного жечь наверное минут пять, после все начало стихать, через десять минут я ничего не чувствовала, только сосок побаливал. | | |
| |
|
| |
| | Я с надеждой посмотрела на мужа и он меня не огорчил. Его инструмент бодро задирал халат и рвался в бой. Я быстро переместилась на его сторону дивана и залезла под халат. Интересно, когда это он успел снять трусы? Его член был настолько напряжен, что казалось он лопнет от одного прикосновения. Я села ему на колено. Он слегка раздвинул ноги и дал свободу своему члену. Его рука моментально оказалась у меня под юбкой. Гость сидел напротив и явно наслаждался шоу, происходящим в полуметре от него. Представление, а лучше сказать презентация моих прелестей удавалась на славу. Мои и без того прозрачные и порядком мокрые трусики были сдвинуты в сторону, открывая прекрасный вид на треугольник волос. Муж передвинул меня чуть выше, так что я оказалась сидящей на его животе и стал слегка раздвигать мои ноги, демонстрируя возбужденные до предела губы. Его рука плавно опустилась вниз, лаская по пути самые чувствительные места. Мое возбуждение достигло такого предела, что для того, чтобы кончить мне оставался даже не один шаг, а одно касание. Гость извертелся на своем месте, пытаясь разглядеть меня во всех подробностях. Ему явно мешал член мужа, который был настолько возбужден, что почти полностью закрывал мою щелку. Неожиданно муж подхватил мои ноги под колени и высоко задрал их. От неожиданного движения и от того, что мои прелести вдруг оказались широко открыты для обозрения, меня накрыла теплая волна. Но действо только начиналось. Муж очередной раз ухитрился удивить меня после стольких лет. Из кармана его халата вдруг появилось два (именно два!) маленьких пакетика. Один он протянул гостю, вторым занялся сам. Через секунду на свет появились два колечка презервативов и шоу продолжилось. Меня плавно переместили на диван при этом дав понять, что моя поза не должна измениться. Я не могла возражать и послушно подхватила себя под коленки. Все это очень напоминало дешевые порнофильмы, где женщины старательно раздвигали ноги, чтобы камера могла свободно скользить между их широко раскрытых ног. Эти мысли лишь на секунду промелькнули у меня в голове и я, неожиданно даже для себя самой, старательно раздвинула ноги как можно шире. Мне вдруг захотелось, чтобы двое мужчин, стоящих сейчас передо мной, смоги беспрепятственно изучать, наслаждаться, вожделеть мои прелести. И они не обманули моих надежд. Если бы я была девственницей, я думаю они сделали бы меня женщиной только своими взглядами. Два презерватива начали медленно, как бы нехотя, надеваться на восставшие члены. Медлительность происходящего сводила меня с ума. Члены были готовы ворваться в меня , а я готова была их принять. Вот когда я пожалела, что у меня только один вход. Конечно я знала из многочисленных порнокассет, которые муж периодически приносил бог знает откуда, что есть много других возможностей подступиться к женщине. По глазам обоих мужчин я поняла, что таких кассет они тоже посмотрели немало. Они переглянулись, как бы распределяя варианты между участниками шоу. Я посмотрела на своего мужа и увидела его как будто впервые. Передо мной стоял не мой муж, а один из двух мужчин, которые решали между собой, кто будет первым и где. Гость явно претендовал на самый простой и наиболее доступный в данный момент вариант и муж уступил, видимо решив, что наблюдать со стороны будет значительно интереснее. Я вспомнила, он не раз говорил мне, что очень хотел бы посмотреть, как чей нибудь член будет входить в меня, медленно раздвигая мои губы и выходя, издавая характерный, чуть хлюпающий звук. Он сделал шаг в сторону, давая гостю полную свободу доступа к моему сокровищу. Я напряглась в ожидании ощущения незнакомого члена, проникающего в меня, и закрыла глаза. Но ничего не произошло. Гость явно вошел в роль и почувствовал вкус игры. Приоткрыв глаза, я увидела его стоящим на коленях и пожирающим глазами мою промежность во всей ее красе и влаге. Он не торопился. Ему явно нравилась роль гурмана, потирающего руки в предвкушении вкуса изысканного блюда. Его рука плавно легла на мои волосы, скользнула вниз и остановилась у влажного и горячего входа. Он раздвинул мои губы еще шире и стал водить пальцем вокруг влагалища, как бы рисуя контуры моего тела на невидимом холсте. Художник из него получился бы очень неплохой. Он улавливал даже легкие оттенки полутона моих реакций и умело использовал полученные знания. Мазок за мазком он превращал мое тело в некий шедевр эротического возбуждения и только когда он убедился, что ни одна складочка не обделена его вниманием, он поднес головку члена к раскрытому входу и слега качнул бедрами. Больше ему ничего не надо было делать. Вся процедура подготовки настолько возбудила меня, что я подалась вперед все телом, едва почувствовав его прикосновение. Боже, какое это было наслаждение. Его член заполнил меня полностью и с каждым движением вперед проникал все глубже. Все мое тело содрогалось от волн наслаждения, которые приходили одна за другой и сливались в один ритм с движениями его бедер. Наконец член проник в меня полностью и низ его живота плотно прижался к моему треугольнику. Его волосы соприкоснулись с моими и следующее движение вперед крепко прижало мой клитор. Сдержаться я уже не смогла и громкий стон вырвался из моей груди, оповестив всех присутствующих о высоте тона моего возбуждения. Внезапно я почувствовала, что мне больше не надо самой поддерживать ноги. Муж пристроился рядом со мной на диване придерживая их и раздвигая и сдвигая мои бедра в такт движениям члена внутри меня. Его член при этом оказался настолько близко от моего лица, что не взять его в рот показалось мне просто преступлением. Презерватив был все еще надет, так что сначала я почувствовала только химический вкус смазки, но этот ощущение быстро прошло и член мужа, одетый в гладкую и эластичную резиновую оболочку стал легко скользить у меня во рту. Никогда да того я не пробовала сосать член в презервативе. Это оказалось очень приятным и эротичным занятием. Я еще не знала, что через несколько секунд я буду наслаждаться другим вкусом, вкусом моей собственной возбужденной плоти потому что мужчины поменялись местами и член гостя в презервативе, густо покрытом моей же смазкой ,оказался у меня во рту . Муж занял свою любимую позицию на коленях передо мной и при этом неотрывно смотрел на член гостя, то появляющийся то исчезающий в моем рту. Развязка приближалась и я чувствовала это по тому, как еще больше напряглись и без того готовые разорваться члены моих любовников. Оба не сговариваясь слегка замедлили темп движений ,как бы готовясь к последнему рывку, а потом .... А потом началась бешенная скачка трех оргазмов. Не могу точно сказать, что я делала следующие несколько минут. Мне хотелось одновременно прижать обоих мужчин и заставить их проникнуть в меня еще глубже. Муж так усердно трудился у меня внизу, что ни мне ни гостю двигаться было не обязательно. Мы слились в одно целое, рычащее и конвульсирующее чудовище, которое кончало и кончало, содрогаясь от следующих один за другим оргазмов. Оба члена во мне стали пульсировать, выбрасывая сперму в презервативы, и постепенно обмякать. Мужчины вышли из моего тела и я почувствовала себя брошенной. Чувство заполненности ушло, но волны возбуждения не оставляли меня ни на секунду. Мое тело требовало продолжения и оба мужчины моментально ответили на этот призыв. Презервативы были сброшены и четыре ласковые и заботливые руки стали сначала неуверенно, а потом все смелее исследовать меня. Как передать это наслаждение, когда каждый сантиметр плоти получает свою долю ласки именно в тот момент, когда он ее больше всего желает. Четыре руки и две пары губ не оставляли без внимания ни один, даже самый скрытый уголок меня. Чьи то пальцы проникали внутрь меня, чей то язык нежно скользил по моему анусу, чей то член (о боже, опять напряженный) гладил мои губы и я пыталась поймать его ртом. Не знаю и не помню сколько раз я кончила. Когда я смогла открыть глаза в следующий раз, я увидела только две огромных головки членов, нацеленные на мою широко открытую щелку. Я уже лежала на спине и двое мужчин, каждый держа одной рукой одну мою ногу и отодвигая ее в сторону, другой рукой отчаянно трудился над своим членом. Мне безумно захотелось, чтобы и в этот раз они кончили одновременно. Два члена были направлены на меня как два дротика и чтобы дать им достойную мишень я обеими руками раздвинула губы и открыла вход так широко, как только могла. Промахнуться они теперь просто не могли. Муж всегда говорил мне, что вид чуть темного входа между розовыми, возбужденными губами - это самое эротичное, о чем может мечтать любой мужчина, и он безусловно оказался прав. Несмотря на всю, как мне казалось не эстетичность моей позы оба мужчины кончили почти в то же мгновение когда раздвинутые губы позволили им увидеть мой вход. Два фонтана выстрелили в мою сторону и я моментально оказалась покрыта густым слоем спермы. Последняя волна оргазма накрыла меня и все окружающее превратилось в медленно плывущий мираж. Я чувствовала как четыре руки аккуратно опустили мои ноги и уложили на диван. Что то теплое накрыло меня и последние проблески реальности стали исчезать, оставляя за собой лишь легкие сполохи. Я провалилась в сладкое небытие и только редкие сполохи уходящего оргазма слега сотрясали мое тело. Потом ушли и они и осталось лишь чувство покоя и расслабленности. | | |
| |
|
| |
| | Я помог ей подняться. Сам же взял две наименее тугие бельевые прищепки и, облизав ее соски, прицепил их к ним под ее протестующий стон. Я лишь взял из бельевой корзины пару ее трусиков и заткнул его ими. | | |
| |
|
Рассказ №22540
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 19/02/2020
Прочитано раз: 24189 (за неделю: 26)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Лицо у неё было чистое, и удивительно добрые глаза. Но сейчас Она едва сдерживала слёзы, поскольку ранее уже побывала здесь, знала, что только лишь медицинской процедурой дело не ограничится. Она встала чуть сбоку от дверей, пока Катя с Леной передавали Свету пришедшим санитаркам, с указанием закатать её в мокрые пелёнки. Девушке завернули руки в плечах, не позволив даже одеть трусики, и поволокли. Света ревела в голос, уже не от боли, а оттого, что сейчас, вот прямо сейчас её разденут догола, вколют болезненный укол, туго окрутят мокрыми простынями, которые, высыхая, так сожмут тело, что невозможно будет не то чтобы шевельнуться, а и дышать, уложат на голую сетку кровати, покрытую лишь клеёнкой, и крепко привяжут, как некоторое время назад на её глазах клали в пелёнки и Эмму...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
И с этими словами она прошлась жгутом наискось попы, ещё и ещё раз. Женщина застонала, и позволила медсестре вставить наконечник клизмы в её попу. Но в этот раз случился казус: Эмма не смогла выдержать всю воду до конца, и как не сжимала медсестра её ягодицы, тонкий, но сильный фонтан грязной воды окатил брызгами её клеёнчатый фартук.
- Я не могу больше, пустите! - умоляла женщина, и струйки воды нет-нет, да вырывались у неё из попы.
Видя безуспешность влить всю клизму до конца, тем более что и осталось воды в ней немного, Валентина Васильевна велела санитаркам развязывать её, и как только она извлекла наконечник, и Эмма бросилась к ведру, почти вся вода вместе с калом оказалась на полу.
- Тварюга чёртова! - взвизгнула Катя, и прошлась жгутом по её спине. - Теперь убирай говно, сука, сама! Ну, смотри, теперь тебе будет! До утра завернём в сырые пелёнки!
Эмма в это время выкакала всё, что в ней осталось, затем подтёршись, стала руками и бумагой собирать с полу то, что она "нагаверзила". И в этот момент в ванную втащили больную Лену, низкорослую и толстую как чурак глупышку, не совсем понимающую, куда её ведут. Но эта Лена панически боялась любой физической боли, даже когда ей делали уколы, её держали три-четыре санитарки, даже привязывали обычно. Для Кати и Лены-санитарки это был лакомый кусок: действительно, как интересно будет хлестать её, зная, какой она испытывает ужас, как она будет извиваться в слезах! Но пока что надо будет разобраться с Эммой, а то, что это будет происходить на глазах у Ленки, только добавит ей страху.
Эмме связали руки, и разложили на топчане. Под мышками прихватили к нему, а связанные ноги притянули к ножкам лежака. Ленка с расширенными от ужаса глазами, дрожа всем телом, сидела на краю ванны и наблюдала за происходящим. Первой начала Катя. После первого же хлёсткого удара Эмма взвизгнула и зашлась в крике, трясясь всем телом. А жгут со свистом опускался, поперек её попы вздувались чёрные полосы. Отсчитав ей десятка полтора ударов, Катя отошла в сторону.
Лена-санитарка старалась попадать по самому низу попы, где она переходит в ляшку, или щелкануть кончиком жгута по краю в самой середине попы. Эмма задыхалась от крика, билась лбом в подушку на топчане, а Лена с язвительными "нравоучениями" продолжала наказание.
Отвязав плачущую Эмму, они бросили её вызванным с отделения санитаркам с указанием закатать её в сырые пелёнки до утра, а сами взялись за Ленку. Та, теперь понимая, что её ждёт, заорала диким голосом, полным животного страха. Санитарки подняли ей подол халата, сняли штанишки. Лишь смеясь над её "Не надо! Не надо!", её, как и всех предыдущих, бросили поперек топчана и размеренно стегали несколько минут. Далее последовала клизма. Нет нужды говорить, в какой панике была глупенькая сорокавосьмилетняя женщина, по своему состоянию соответствующая уровню трёхлетнего ребёнку, от первых же секунд процедуры! Как только Валентина Васильевна раздвинула ей попу и воткнула толстый стеклянный наконечник в её анальное отверстие, Ленка с диким рёвом взметнулась, и сбросила бы с себя санитарок, если бы не была туго связана. Но медсестра, давно к такому привыкшая, словно не происходило абсолютно ничего, продолжала засовывать стеклянную трубку глубже и глубже в попу пациентке. Под конец клизмы та хрипела и завывала, но угроза порки заставляла её держать воду, и не уронив ни капли, сесть на ведро...
Затем привели старушку лет далеко за 70, бабушку Соню, как называли её больные. Родственники просто выбросили её в больницу умирать. Совершенно не держащуюся на ногах, высохшую в "живой скелет из Освенцима", санитарки буквально принесли на руках, и бросили Лене с Катей.
- О, ты ещё жива?! Сама уже похожа на смерть, а всё шевелиться? - "приветствовала" её Лена. Она подняла на ней драное платье. Штанишек на ней не было. Связав ей лишь руки, санитарки растянули бабулю, обтянутую лишь кожей, похожей на пергамент, на топчане. Ленка-больная, на тот момент подтирающая попу, со смертельным ужасом в глазах смотрела, как стонет, не в силах даже кричать, полуживая старушка. И клизму она не смогла удержать даже половины объема, за что санитарки пороли её почти до потери сознания.
Когда бабушку уже поднимали на ноги, Ленка-больная приоткрыла кран в ванне, чтобы попить воды, что было запрещено, пить можно было только четыре раза в день, чай в столовой. Но едва она нагнулась к текущей струйке, как Катя ловко прошлась жгутом по её попе, и та отпрянула с диким взвизгом. Санитарка схватила её за волосы и швырнула к двери с приложением колена.
- Сволочуга! - заорала она, отделяя больную оплеухой. - Жаль, нету на тебя времени, но смотри, в следующий раз получишь у меня вдвое, чем сегодня!
И верно, в следующую секунду открылись двери, и санитарки втолкнули Свету, 21-летнюю толстушку, весёлую хохотушку, любимицу всех больных, красивую девушку с копной волос цвета воронова крыла, немножко смуглой кожей, с едва уловимой полоской пуха над верхней губой.
Но сейчас от её весёлости не видно было и следа. Она переминалась с ноги на ногу, дрожала словно в ознобе, её огромные чёрные глаза были влажны.
Велев Ленке-больной помочь санитаркам довести бабушку Соню до её койки, Катя с Леной, смачно улыбаясь, приблизились к Свете...
Со Светой была связана одна история. С полгода назад её родители добивались у врачей выписки дочери, но те отчаянно упирались, поскольку не получили от них подарки. Суд тоже решил в пользу больницы, опираясь на медицинское заключение врачей. Те пошли во все тяжкие, запретили родителям свидания с дочкой и передачи ей, предоставив суду заключение о том, что это пагубно влияет на состояние пациентки. Санитарки меж тем постоянно говорили ей, будто родители у неё погибли, и она сама уже никогда не выйдет из больницы, что вызывало дикие истерики, оканчивающиеся привязыванием к кровати и уколами аминазина, всё это сопровождалось побоями. Врачи, в свою очередь, делали всё, чтобы отрывочные сведения о положении дочери доходили до родителей, те наконец "въехали" и "положили к ногам" врачей подарки, вещественные и денежные, и им были милостиво разрешены свидания. Передачи они привозили огромными сумками, зная, что три четверти или больше в ближайшие два-три дня будет растащено персоналом.
Брать передачи больных работники психбольницы были просто обязаны, ради солидарности. Всякий, кто отстранялся от этого, а тем более поднимал голос против этой тенденции, мог попасть в "подозрительные", с последующей проверкой на состояние здоровья, где ему определили бы "параноидную шизофрению" или "бредовое расстройство", и тут же поменять медицинский костюм на драный халат, и быть брошенным под надзор вчерашних коллег...
Санитарки схватили Свету, связали руки впереди. Оттягивая её назад за локти, Катя выгнула её назад, Лена расстегнула на ней джинсы и спустила их вместе с трусиками до колен, обнажив точёную округлую шаровидную попку, бросили девушку на топчан и содрали джинсы полностью. От ужаса та лишь прерывисто дышала. Как обычно, навалясь коленом ей чуть ниже лопаток, одна из них держала несчастную. Света уже знала, что хуже всех приходится тем, кого приводят в последнюю очередь, когда санитарки распалены, и им нужно насытиться большим видом мучений их жертв, как наркоману со временем требуется всё большая и большая доза. Света была в "средней" очереди.
Как только жгут оставил на её попе первую полосу, девушка закусила губу почти до крови. Только бы не закричать, не доставить удовольствие санитаркам! Следующий удар, ещё больнее первого. Она вжала лоб в твёрдый топчан, лишь вибрируя всем телом.
- Ты посмотри, ещё и гордячится! Вот мразь какая! А если вот так?! - и Лена, попав кончиком жгута в самый край разреза попы, прошлась с протяжкой. Света дрыгнула ногами, и разошлась криком.
- То-то же! - удовлетворённо процедила Лена. - У меня не заупрямишься! И они продолжили "усмирение". Девушка выла, истошно орала, а санитарки, насытившись, уложили её в позу для клизмирования и туго связали.
Когда медсестра всунула ей в попу наконечник, до того побывавший во всех предыдущих попах - наконечники не меняли - девушка дёрнулась и вскрикнула от боли, но потом, пока ей делали клизму, лежала спокойно, до тех пор, пока не вынули наконечник. Но санитарки не спешили её развязывать.
- Полежи, потерпи минут пятнадцать! - велела ей Катя.
Минут чераез десять, или чуть больше, из анального отверстия у девушки потекла струйка коричневой воды, зазмеилась по левой половинке попы. Катя замахнулась жгутом, но Валентина Васильевна остановила её.
- Развязывайте её, девочки, а то она тоже обсерется!
Но пока Свету освобождали от вязок, из попы у неё брызнул коричневый фонтан, едва не окативший Лену. Девушка сжала и напрягала ягодицы, но всё равно ей не удалось сдержать тонкую струйку, потёкшую на клеёнку.
- Ну, мразь, будет тебе на счастье! - торжествующе произнесла Лена, довольная, что всё-таки вынудила упрямицу совершить ошибку, за которой должно последовать наказание.
Развязанная Света метнулась к ведру, однако оставив дорожку воды за собою. С шумом выплеснула содержимое прямой кишки.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
