Рассказ №23065

     Галина была на пределе беспамятства от таких ласк. Она еще никогда не встречала мужчину, который так мог сочетать в себе и нежность и жесткость. Ей казалось, что этот молодой любовник, обладает незабываемой техникой ласк. От его прикосновений и от ее сильнейшего возбуждения, по телу начали растекаться бурлящие потоки оргазменного блаженства.
     Раз за разом Галину накрывало волной тактильного оргазма, она не понимала, как не чувствуя в себе плоть мужчины, она испытывает сильнейшую эмоциональную и физическую разрядку.
     Пока разгоряченное тело Галины трепетало в очередной неге, Андрей аккуратно начал снимать с нее колготки и плавки.
     Такие упругие большие бедра Андрей видел в неглиже и ласкал впервые. Он раньше думал, что попы у женщин, чем крупнее, тем больше походят на желейную массу, покрытую апельсиновой коркой, однако кожа Галины была гладкая и упругая. Про таких женщин говорят не толстая, а "крупная женщина".
     И сейчас эта новая, во всех смыслах для Андрея женщина, лежала перед ним нагая, наслаждаясь внутренними процессами запущенными его ласками.
     Слегка полноватый живот переходил в довольно крупное лоно, покрытое четким треугольником недавно начинающих отрастать небольших щетинок. Большие лепестки ее любовного цветка не выступали, а были продолжением ее бугорка Венеры, и плавно растворялись под сводом ее тыльной части бедер. Через раскрытый от страсти любовный грот, сочился ее любовный нектар.
     Андрей, скинув с себя облачение, предстал перед Галиной во всей своей красе. Его молодое, подтянутое тело, с явно выраженными атлетическими формами, с крепким, налившимся, мужской энергией, нефритовым стержнем, одним только своим видом сводило с ума, и так находящуюся, словно в "опийном кумаре" , Галину.
     Медленно сев на полке, Галина оказалась лицом, напротив, торчащего любовного орудия Андрея, жаждущего слиться воедино с ее трепещущим и жаждущим горячих ласк, лоном.
     - Ты мой идеал, - произнесла Галина и медленно вставая, коснулась носом и грудью выдающейся, разгоряченной плоти Андрея.
     Они вновь слились уж стоя, в едином страсти поцелуе. Ее прекрасные телеса касались его упругого тела, а его твердыня, упираясь в ее живот, обжигала его своим огнем.
     Покрывая ее уста, шею и плечи поцелуями, Андрей развернул Галину к себе спиной. Лаская ее плечи, руки, бедра начал целовать плечи и спину, обжигая своим дыханием страсти. Руки его легли на страстью наполненную ее грудь, и немного наклонив Галину всем своим телом, Андрей направил свой напряженный любовный стержень в ее изнывающее страстью лоно.
     Таких мгновений в жизни этих двух людей до сего момента не было и точно уж не будет, поскольку нет в нашей жизни дублированных "кадров".
     Только резко вошедшее в изливающее соком любви лоно Галины, разгоряченное естество Андрея заполнило своим присутствием, неудержимая волна экстаза лишила счастливую женщину чувств.
     Андрей испугавшись, принялся было, тормошить Галину, приводя ее в чувство, но услышал тихий голос: "не тряси, это нормально, у меня всегда так, дай насладиться этим моментом, войди обратно".
     Послушно войдя в Галину, уже настороженно, Андрей начал неторопливые движения бедрами.
     - Да, вот так, - прошептала Галина, - не торопись, я хочу, чтоб мы "прибыли к конечной остановке" вместе.
     - Как скажешь, ты меня направляй, а я уж не подведу, - ответил Андрей уже более уверенно.
     Андрей первый раз в процессе любовных утех, подчинялся наставлениям женщины, обычно он сам знал (так казалось ему) , что и как делать.
     - Вот так, да, не останавливайся, войди в меня весь, я хочу ощутить тебя всего, - задыхаясь от неги, прошептала в такт движениям Андрея, Галина.
     Взявшись своими руками за пышные бедра Галины, входил Андрей всем своим естеством, чувствуя всю глубину обжигающего женского любовного сосуда:
     Никогда не мог себе представить Андрей, что такая "монументальная" женщина при одном к ней прикосновении начинает трепетать каждой своей клеточкой от наслаждения.
     Осмыслив это, Андрей, переместил одну свою руку, на свисавшую грудь проводницы, и начал лаская ее, стимулировать сосок.
     Галин охнув, прогнулась в истоме, чем дала возможность более глубокого проникновения любовного орудия Андрея.
     Превозмогая свои силы, Андрей взвыл в стоне от нахлынувшего на него оргазма, и тут же ощутил резкие сжимающие конвульсии лона Галины, что было ознаменованием ее "вселенского ликования".
     Мощный поток нектара, обжег и без того горящее лоно Галины, и она от давно забытых ощущений разразилась бурным потоком взаимного извержения "кипящего" сока на плотно вошедший в нее стержень Андрея.
     У Андрея тряслись ноги от перевозбуждения и, как ему в тот момент показалось, что единственной опорой был его увядающий, но все еще находящийся в Галине, мужской корень.
     Держась за верхнюю полку, Андрей медленно вышел из Галины и сел, перед его взором были белые бедра проводницы, которая все так и продолжала лежать, вздрагивая всем телом на столике. Андрей борясь с внезапно нахлынувшей усталостью, наклонился вперед, и поцеловал бедро Галины.
     Галина встала, ее ноги тоже тряслись и были ватными от разлитой по всему организму неги. Она села напротив Андрея, смотря на него сквозь полузакрытые веки, и улыбаясь, прошептала: "я действительно в тебе не ошиблась, ты идеальный любовник! Это что-то! Спасибо тебе!".
     - За что, - удивился Андрей;
     - За то, что мне очень давно так хорошо не было. За то, что я счастлива, - томным голосом ответила Галина.
     Они так и сидели, смотря друг на друга, в навалившейся на них от расслабления, полудреме. Звук внезапно появившегося встречного поезда вывел их из состояния приятной неги, и Галина, одеваясь, обратилась к Андрею: "Я тебе очень благодарна, но давай, пусть все будет, как было до этого момента. Эта безумная, умопомрачительная близость наших тел, останется в моих воспоминаниях навсегда, но прошу тебя, завтра, вернее уже сегодня, между нами должно быть ровно столько взаимного внимания, как и в первую нашу с тобой встречу. Хорошо? Надеюсь, ты меня понимаешь?!"
     Андрей, конечно, понимал, возможные последствия и для него и для Галины, если вдруг, кто заметит их горящие взгляды, которые сразу все "расскажут". Косые взгляды, пересуды, и. в конечном счете, добавления, и без того "красочные байки" , про проводниц и пассажиров.
     - Хорошо, я все понял, и тебе спасибо за урок, я только сейчас понял, как это важно прислушиваться к женщине и к реакциям ее тела, аккумулируя все свои силы в нужном направлении - ответил Андрей.
     - Ты хороший ученик, - теребя рукой за волосы Андрея, похвалила его Галина.
     Поцеловавшись на прощание, оба любовника разошлись "навсегда". Андрей пошел тихонько в свое купе, а Галина, не спеша, прибрав со стола, легла на постель и погрузилась с улыбкой на губах, в блаженный сон.
     Перед сном Андрей решил покурить. Зайдя в тамбур, встретил "старого знакомого" худощавого соседа по вагону. Тот, держась за выходную дверь, заметно качаясь, смотрел себе под ноги и курил.
     Посмотрев на входящего Андрея невидящим взглядом, "худощавый" только махнул в его сторону рукой, и опять "повесив" голову, пробубнил понятную лишь ему, несвязную, череду слов.
     Закурив сигарету, Андрей стал чуть поодаль от своего еле стоящего на ногах соседа, дабы подстраховать его, если тот начнет падать.
     Докурив свою сигарету, Андрей погасил окурок о пепельницу, удивляясь гуттаперчевой стойкости "худощавого" , который словно подвязанный на канатах, колыхался в такт вагону и не давал никакого намека на то, что он упадет.
     - Пойдем, доведу, - обратился Андрей к "худощавому" , и, не дожидаясь ответа, подхватил его под руку.
     "Худощавый" , остатками своего сознания, понимая (так показалось Андрею) , чего от него хотят, махнув перед собой рукой, словно давая отмашку на начало движения, кивнул головой.
     От "худощавого" , шел незабываемый "аромат" : смесь сильного перегара, дешёвого табака и пота.
     - Какое купе? - практически волоча по коридору, спросил Андрей, у еле передвигающего ноги "худощавого" , стараясь дышать в другую сторону.
     - С-е-мь, - еле шевелящимся языком прошипел "худощавый" , не поднимая головы.
     Дверь в купе была открыта, и из-за нее доносился какофония "работающих тракторов". На нижней полке спала пышнотелая дама с короткой стрижкой.
     На одной из верхних полок лежал на спине "Степаныч" , одеяла на нем не было, майка собралась под большой грудью (такой груди и малолетки, позавидуют - смеясь, подметил Андрей) . Его огромный живот, похожий на гору, равномерно то поднимался, то опускался, в такт его храпа, и изредка, этот монотонный акт, разбавляли и дополнительные резкие звуки, доносящиеся из-под "горы".


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: