Рассказ №25118

     Не знаю, что заставило меня последовать совету брата. Замирая от благовейного ужаса, но с невероятным удовольствием я взял мать за голову и удерживая её за затылок, с силой насадил её алый ротик на свою возбуждённую булаву. Мама смиренно распахнула свои уста мне навстречу, и не помышляя сопротивлении.
     
     Она застонала.
     
     Всё что она теперь могла делать, так это лишь тихо мычать, ибо я крепко держал обеими руками её за голову, с силой насаживая её горячий податливый рот на свой возбуждённый член.
     
     Я даже закатил глаза от блаженства. Рот взрослой красивой и опытной женщины. . Рот моей матери. . Я всё никак не мог поверить в то, что это происходит со мной наяву. Особенно в то, что мать совсем не противится этому, а послушно исполняет все мои прихоти.
     
     Дрожь прошла по моему телу и я почувствовал, что, словно вулкан, готов мощной струёй излиться в материнский рот.
     
     - "Брат, , - простонал я, брат, а мне можно излить своё семя ей в рот?"
     
     Яр тихо рассмеялся:
     
     - Да, Кир. . Тебе теперь можно делать с ней всё, что угодно. . Но не сейчас. .
     
     Внезапно, он взял мать за волосы, потянул её голову назад и снял её рот с моего члена. Я недовольно посмотрел на него.
     
     Яр покачал головой:
     
     - Ты дико возбуждён, братец! Думаю, не стоит тратить столько семени впустую. . Это семя должно принять материнское лоно. . Мама, стоявшая на коленях, казалось, была готова расплакаться:
     
     - Яр, - взмолилась она, - уже второй мой сын собирается оросить моё лоно своим семенем. . А как же Таинство? Это грех!
     
     Я недоумённо воззрился на брата. Меня начинала разбирать злость, - возбуждение было невероятным, я просто изнывал. Моя мать, которая могла утолить эту жажду, голенькая и доступная, сидела на коленях у моих ног. . Я не хотел вернутся в её рот немедленно.
     
     - Обряд Таинства, брат. . , - пожав плечами, проговорил Яр, - без этого обряда её лоно по-прежнему священно и неприкосновенно для тебя. Это лоно твоей матери. . И этот грех, не бойся, ложится не на мать, а на тебя. , - он хмыкнул, - я, думаю, наш батюшка тебе его отпустит. . Но если ты хочешь ждать, конечно. .
     
     Нет, ждать более я не мог!
     
     - Мама. . Мама. . - зашептал я, потянувшись к её телу.
     
     Мама испуганно отпрянула было назад, но Яр оказался быстрее. Он догнал мать, и легко повалил её на пол, на мягкую шкуру, прижимая её запястья к полу.
     
     - Давай, братец, - горячо прошептал он мне, - иди и возьми свою мамочку! Подари ей свою невинность!
     
     Я склонился над лежащей матерью, бессильно трепыхавшейся, словно бабочка, удерживаемая Яром.
     
     Она попыталась свести ноги вместе, - и это отняло у меня какое-то время, - вдобавок, ко всему она двигала из стороны в сторону бёдрами, всячески мне противясь. Но это только меня распалило. Яр снисходительно мне посоветовал закинуть её ноги себе на плечи. .
     
     Я с силой раздвинул бёдра мамы в сторону, и сжав её лодыжки, поместил мамины ножки на своих плечах. Мать снова с мольбой посмотрела на меня. . Но мне уже было наплевать, что она там молит у меня. Я вожделел только одного, наконец-то слиться с ней воедино в любовной схватке.
     
     Я навалился на мать всем телом, прижимая её своим весом к полу, чувствуя, как она подо мной беспомощно дрожит и всхлипывает. Я потянулся губами к её устам, но она отвернула голову в сторону. .
     
     Сжимая в кулаке своё любовное орудие, я направил его в трепещущее материнское лоно. . И через миг мать познала плоть своего младшего сына. .
     
     Она вскрикнула, принимая меня, забилась подо мной раненной птицей, ибо слишком уж был я возбуждён и нетерпелив. Но я не нашёл в себе сил остановиться и всё протискивался в её нежную горячую узкую щель, пока не достиг дна. . Мои яички тихо шлёпнулись о бёдра матери. Ножки матери на моих плечах напряглись, её бёдра потрясала дрожь. . На несколько мгновений мы так и замерли, в объятиях друг друга, тяжело дыша.
     
     - Какой ты огромный! , - прошептала мать, глядя мне в глаза широко распахнутыми глазами, - настоящий богатырь! Мой младший сын вырос и стал настоящим мужчиной!
     
     Я чуть не застонал от желания, настолько возбудили меня эти слова. Медленно, с чавкающим звуком, я извлёк член из матери и тотчас, снова, с резким мощным толчком вновь вогнал его в лоно матери. Она снова вскрикнула. Пронзительно и жалобно. .
     
     - О, господи, мой мальчик. . Да. . Да. . Да. . Ты стал, наконец, мужчиной! Да, ты доказал это своей мамочке. . Ох. . Ещё как доказал, моё солнышко ясное. . Но остановись. . Я не хочу, чтобы грешил из-за своей страсти ко мне. . Сначала, Таинство, сокол мой ясный. .
     
     Но я её не слушал. Всё быстрее и быстрее я качал своими бёдрами, сотрясая тело матери мощными короткими толчками, так что шлепки от ударов наших бёдер друг от друга раздавались на всю комнату. Я был слишком возбуждён, чтобы продолжать так долго. .
     
     Громко застонав, я обрушился на мать со всей силы, изливая в её податливое лоно потоки семени. . Мама только тихонько всхлипывала, подаваясь бёдрами навстречу мне. . Это длилось, наверное, долго.
     
     - Поздравляю, Кир, - прервал меня весёлый голос Яра, - ты стал мужчиной! Теперь поцелуй за это свою мамочку!
     
     Я послушно потянулся к маминым устам. По-моему, у неё просто не было сил, чтобы мне сопротивляться. Её мягкие влажные губы приоткрылись и я впился в них долгим пылким поцелуем. . Она не ответила мне, но и не сопротивлялась.
     
     Насладившись своим первым поцелуем с женщиной, я без сил свалился на бок, развалившись рядом с мамой на медвежьей шкуре.
     
     Всё в моей душе ликовало! Да! Я стал мужчиной! Я был несказанно горд собой! Подобного блаженства я в жизни не испытывал! Каждая клеточка тела просто сочилась истомой. Заложив руки за голову, я развалился на спине, уставившись в высокий потолок.
     
     Яр взъерошил мне волосы. Матери отдохнуть он не дал:
     
     - Мам, давай, отблагодари что ли теперь сына за обильное возлияние в твоё лоно. . , - он взял её за волосы, заставляя сесть передо мной на колени между моих ног, и склонил её голову к моему поникшему мужскому орудию, - давай, поиграй, с ним язычком. .
     
     Мать послушно взяла мою уставшую булаву и принялась её нежно вылизывать. По моему телу пробежала приятная дрожь.
     
     Яр улёгся на боку рядом, лицом ко мне:
     
     -Ну, теперь, ты понял для чего нужна мужающему отроку мать?
     
     Я счастливо кивнул, с благодарностью посмотрев на неё.
     
     - То-то. . , - добродушно хмыкнул Яр, - старшего брата надо слушать. . А то мямлил тут, - мама, да мама. .
     
     Мы вместе весело рассмеялись. Мама меж тем самозабвенно трудилась между моих ног, обеими ручками оглаживая и лаская мои яички и обмякший ствол, тщательно вылизывая и обсасывая мою вялую булаву. Я чувствовал, как её юркий проворный язычок гуляет по моей коже.
     
     Преисполненный блаженства я расслабленно лежал, тихо перебрасываясь с братом ничего не значащими фразами, глядя, как пушистая головка матери мерно поднимается и опускается между моих ног.
     
     Очень скоро я почувствовал, как моё копьё, благодаря материнской ласке, вновь наливается кровью, на глазах разбухая и поднимаясь в ручках мамы.
     
     - Да, ты любвеобильный, братец! - снова рассмеялся Яр, - видишь, какая мать кудесница, а? Повезло всё-таки отцу с женой! А, ну-ка, мам, давай, оседлай-ка, Кира, да объезди этого молодого жеребца!


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: