 |
| |
| | Неожиданно Антон повалил его на бок и стал трахать в такой позе, засовывая ему в рот пальчики и принуждая посасывать их. Но в какой-то момент ему и этого стало мало, и он вытащил член из Даниных ляжек и, продолжая трахать сам себя рукой, придвинулся ко рту друга, нисколько не реагируя на вялые Данины протесты. Засунул свой член ему в рот, продолжая трахать уже в него, он кончил через пару десятков движений, ударив струей спермы прямо в горло. Даня закашлялся и проглотил сперму.
- Ты прекрасна девочка моя! - улыбнулся Антон.
- Какая гадость! - продолжал кашлять Даня. - Зачем ты это сделал?
- Давно этого хотел - признался друг. - Думал, что тебе тоже хочется чего-то такого. Ладно, не обижайся, давай переоденься в платье и мы все-таки покушаем.
- Точно? - засомневался Даня, снимая с себя трусики и юбочку.
- Точно, точно и вещи все я тебе дарю. А после еды мы с тобой попробуем кое-что новое, это я тоже очень давно хочу испытать с тобой! - обрадовал его Антон и принес другие трусики и платье.
Быстренько переодевшись, Даня покрутился немного перед зеркалом, отмечая, что платье ему нравится даже больше и поспешил на кухню.
- О-о-о! - протянул друг, уплетая оладьи, оставленные на завтрак мамой. - Этот наряд мне нравится даже больше того!
- Ага - засмущался Даня, накидываясь на завтрак.
Покончив с едой, Антон повел его на терасску дома, там повсюду были окна, в углу стоял диван, а возле других стен два шкафа, она заменяла прихожую в доме.
- Ты хочешь заняться этим здесь? - удивился Даня.
- Да моя прелестная! - произнес друг, усаживая его на диван и раздвигая ноги в стороны.
- Что ты задумал? - испугался Даня.
- Расслабься - только и проговорил Антон, устраиваясь на полу, между ног своей девочки и пресек все последующие вопросы ласками яичек и члена.
Даня моментально отреагировал на прикосновения языка друга и со стоном откинулся на спинку дивана, погружаясь в сладкое удовольствие, чувствуя, как его язычок играет с членом, облизывая головку. Затем он опустился к яичкам и лизал их по очереди, уделяя много внимания каждому, вызывая громкие стоны Дани, вовсю ласкающего себя, везде где только дотягивался, он даже запускал пальчики в волосы друга и тянул их. Тем временем язычок друга спускался все ниже и вот он уже лизал сморщенный анус своей девочки. От новых ощущений Даня выгнулся навстречу наслаждению, словно выгоняя его, но упрямый язычок вновь нашел желанную дырочку и снова лизал ее, пытаясь пробраться внутрь. Чувствуя, что он проникает, Даня задохнулся и задвигал бедрами, словно насаживаясь на язычок и желая, чтобы он проник еще глубже. | | |
| |
|
| |
| | Они лежали на кровати в позе 69. Лена сидела на его лице, и пыталась сосать его член. Видно было, что она использует все возможности своего ротика, но с трудом помещает его лишь на треть. Благодаря толщине головки, член не проходил в горло, поэтому она во всю помогает себе, надрачивая его рукой. Я еще раз поразился его толщине. Лена охватывала его рукой, но пальцы, обвитые вокруг члена, не сходились вместе, и между ними оставался ещё приличный зазор. Поль, похоже не первый раз уже, пытался снять с себя Лену и перейти к более серьезным действиям, но Лена очередной раз, просила его ещё немного подождать. Оглянувшись на дверь, Лена увидела меня. Тут же махнула мне рукой, и слезла с Поля. "Андрюш, мне не хватает твоего язычка, поласкай меня, как ты это умеешь, пожалуйста". Когда я подошел к ней, она сказала мне, что я хотел все видеть, и она придумала. Теперь я все увижу в деталях. Положила меня на кровать, сама залезла сверху все в ту же позу 69. Глянув на Мари, я увидел, что она осталась на кресле возле деверей, пока не собираясь присоединяться к нам. Я снова начал ласкать киску жены языком, она поцеловала мне член, повернулась к Полю. Без слов взяла его за стоящий колом хер, и начала подтягивать к своей киске. Дальше он и сам все понял. Благодаря моему положению, а очень отчетливо видел, как Поль взял свой член в руку, примерился, и попытался проткнуть им лоно моей жены. Ее киска натянулась, но не пустила его внутрь. Лена издала протяжный стон и подалась вперед. Тогда Поль начал водить головкой члена по губкам, собирая с них смазку, с каждым разом все сильнее надавливая им. Губки пытались провалиться во влагалище вместе с членом, вызывая у Лены боль. Тогда я развел ее половые губы в стороны, открывая вход, и увидел как блестящая от смазки и раздувшаяся от желания головка начала проникать во влагалище, натягивая вокруг себя половые губы. Лена со стоном подалась навстречу этому гигантскому грибу и вот уже губы охватили головку целиком, сомкнувшись на узком месте под головкой. Поль начал делать осторожные толчки, но в смазке была только головка, и оставшаяся часть члена (которая, кстати, даже превосходила толщиной головку) все никак не могла войти, а когда Поль вытягивал, то губы как бы натянутые на края головки пытались вывернуться наружу. Тогда я взял Поля за член, и начал смазывать его стекающей с половых губ смазкой. После этого, раз за разом Поль начал проникать все глубже, видимо и влагалище Лены начало растягиваться, приноравливаясь к столь крупному гостю. И наступил момент, когда Поль натянул уже Лену более чем на половину своего членища, самая толстая часть члена, как мне казалось, растянула влагалище до предела, Лена начала дрожать всем телом, двинулась ему навстречу, насадившись до самых яиц, и начала кончать, завывая и царапая мне ноги. Поль стоял не двигаясь, по нему было видно, что он напуган такой реакцией. Он не понимал, кричит Лена от боли или от наслаждения. Боюсь, что и сама Лена в тот момент не понимала этого. Когда конвульсии прекратились, Лена в изнеможении упала на меня, насаженная на жезл Поля. Поль начал совершать неторопливые движения в ней, то, оставляя в лишь головку, то, загоняя весь свой агрегат в нее. Сначала она не подавала признаков жизни, через минуту уже постанывала, а ещё через пару минут очнулась полностью, заглотив мой член и подмахивая попкой. Поль, почувствовав, что его действия принимаются благосклонно, начал наращивать темп, и уже во всю долбил головкой ее матку. Его крупные яйца бились то о мое лицо, то хлопали по клитору. Было такое ощущение, что Лена просто потеряла голову. Она завывала, кусалась и сама насаживалась на член. Было такое ощущение, что сейчас она дошла до состояния оргазма и пребывала в нем постоянно. Поль решил сменить позу. Он снял с меня Лену, завалив на бок, и продолжал долбить ее. Появилась Мари. Она подползла к Лене, целуя, то ее грудь, то губы. Я тут же вставил свой изнывающий от бездействия член в нее. Шелковое влагалище Мари мягко доило его, то, сжимаясь, то расслабляясь. Поль легко перевернул Лену на спину, и залез сверху, закинув ее ноги себе на плечи. Но видимо так он доставал слишком глубоко, Лена попросила ещё раз сменить позу. Тогда Поль лег на спину, посадив Лену на себя. От меня видно было, как Лена насаживается на его член. Ее киска из маленькой аккуратненькой щелки, превратилась в красную, развороченную, натертую и сочащуюся соками раздолбанную, не закрывающуюся дыру. Впрочем, это было ещё не все. Как только конец Поля почувствовал горячую глубину влагалища, он продолжил разрабатывать его. Как отбойный молоток он то забивал свою елду то по самые яйца, то, подбрасывая попку Лены над собой доставал полностью, периодически меняя направление входа. Глядя на раскрытое влагалище, проглатывающее распухший лилово-черный член, я дико возбудился и начал изливаться в Мари. Она тоже видимо уже была на грани, и, почувствовав конвульсии члена, сама начала бурно кончать. Я полностью обессиленный отвалился от Мари, и как бы во сне слышал, рычание Поля, стоны Лены и хлюпающие звуки. Видимо так я и уснул. Проснулся я среди ночи, с дикой жаждой. Я все также лежал на кровати бережно укрытый простынею. Рядом со мной лежала Лена, почему-то попкой ко мне. Приглядевшись, я увидел, что она лежит на груди Поля, тихонько посапывает и держится одной рукой за валяющийся на животе Поля член. Я вышел в другую комнату. Налил себе сока. На диване калачиком спала Мари. Я принес ещё одну простынь, укрыл ее и ушел снова на кровать. Разбудила меня какая-то качка. Продрав глаза, с похмельной головной болью, я увидел в утренних сумерках раскинутые белые ноги Лены. Между ними прыгала блестящая от пота черная задница. Я опять поднялся, пошел попить, постоял под прохладным душем, почувствовав себя лучше, вышел. Все уже сидели за столом. По синим кругам под глазами Лены, я понял, что для нее это была тяжелая ночка. Но при этом она улыбалась, и лицо ее просто светилось счастьем. Немного поболтав ни о чем, мы начали собираться. Потом до обеда ещё отсыпались каждый в своем номере. После обеда сходили все вместе на общий пляж, а следующий день был уже нашим днем отъезда. | | |
| |
|
| |
| | Глаза ее были завязаны (об этом она попросила сама). Губки на лице, покрытом подтеками густой спермы, сильно распухли (и немудрено: сколько раз она сегодня отсосала!). От того, что руки ее были задраны высоко вверх, и без того крошечные грудки почти пропали, оставив лишь небольшие бугорки с воспаленными от пальцев и прищепок, торчащими сосками. На попке виднелись красные полосы - следы ласковой порки. Губки, прикрывавшие когда-то вход во влагалище, теперь сильно распухли и бесстыдно разошлись в стороны, обнажив нежно-розовое лоно. Еще утром аккуратненькая пещерка и девственный анус представляли из себя теперь зияющие дыры, мокрые от собственных выделений и спермы, которые, не уместившись внутри, образовали под Ольгой лужицу. | | |
| |
|
| |
| | Мой член, даже мне на удивление, все еще стоял. Я зашел с другой стороны и вонзил его в киску жены. Вика засасывала клитор жены, носом упираясь в мой член. Ускоряясь, я почувствовал, что Викин язык проходит по стволу и лижет яйца. Киска Илоны начала сжиматься в предверии оргазма. Мой член начал раздуваться и жена начала кончать. За ней кончил и я. Я разрядился в нее и, вынув член, излил остатки на лицо Вики. | | |
| |
|
Рассказ №25413
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 20/11/2021
Прочитано раз: 25597 (за неделю: 75)
Рейтинг: 51% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ее голос был испуганным, жалобным, и... было в нем еще какое-то чувство, которое я пока не смог определить. Но что-то во мне щелкнуло, и в голову мгновенно пришла мысль - спонтанная вспышка, без раздумий о дальнейшем. Пользуясь тем, что она полулежит на моей руке, я подтянул ее, прижал к своей груди и звонко шлепнул по заднице. Она приглушенно ахнула и широко открыла глаза. Я подождал несколько секунд, но она не попыталась вырваться, не возмутилась, вообще никак не показала, что ей что-то не нравится. Страха в ее глазах я тоже не видел. Озорной бес в моей голове, подтолкнувший меня шлепнуть ее, настойчиво звал дальше...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
(посвящается очаровательному прообразу главной героини, Насте Б. , которая была моим первым читателем и музой в эти жаркие летние дни)
- Виктор Геннадьевич, а Настя где, вы не знаете? - спросила меня Алена, поглядывая в конец улицы, откуда через несколько минут должен был появиться автобус.
- Нет, Аленушка, не знаю, - вздохнул я. - Пропадает где-то. Еще вчера мне клялась и божилась, что будет как штык. Сейчас ее маме позвоню.
Алена пожала плечами и отошла к подругам, те о чем-то зашушукались. Я взял в руку мобильник и позвонил Насте - она не брала трубку. Тогда я набрал номер настиной мамы.
- Доброе утро! - поздоровался я. - Это настин тренер по гимнастике. Скажите, а ваша дочь сегодня появится? У нас через пятнадцать минут автобус отходит, на районные состязания едем, а ее все не видать.
- А, Виктор Геннадьевич! - обрадовалась мама. - Доброе утро! Она пять минут назад к вам пошла. Сказала, зайдет по пути к своей подруге Оле Скворцовой - она в прошлый раз у нее после тренировки весь свой инвентарь забыла - и пойдет на остановку.
- Спасибо, доброго вам дня! - я положил трубку. На всякий случай позвонил и Скворцовой, но у нее был выключен телефон. В моей душе начинало потихоньку подниматься беспокойство - мало ли что могло случиться с симпатичной ХХ-летней девушкой! - но вероятность того, что произошло что-то, угрожающее ей, мне пока казалась низкой. Скорее было вероятно, что она просто где-то продолбалась. Она была хорошей и довольно талантливой гимнасткой, ей легко давались упражнения, а ладно сложенная фигурка всегда нравилась и судьям, и зрителям. Но была и ложка дегтя: у Насти были большие проблемы с самоорганизованностью и дисциплиной. Она регулярно опаздывала на тренировки, забывала то форму, то инвентарь, а иногда доходила почти до хамства. Но до поры ей все сходило с рук.
Автобус подошел, ждать дальше возможности не было, так что мы с девочками сели и отправились в районный Дворец Спорта. Расписание для нас было довольно удачным, все мои девочки выступали одними из первых, а в перерывах между их выступлениями я все пытался дозвониться Насте. Но трубку она так и не брала.
Через несколько часов мы стояли на той же остановке. Я поздравил Алену и еще нескольких девочек с честно заслуженными медалями, утешил остальных (разбор их ошибок я решил оставить на следующую тренировку) , теперь оставалось только найти Настю. Звонить снова родителям и волновать ее маму не хотелось, так что я отправился прямиком к Оле Скворцовой. За эти несколько часов оба чувства, которые я испытывал - и беспокойство за Настю, и злость на нее - стали на порядок сильнее.
Дверь мне открыла сама Оля - миниатюрная курносая девчонка, настина ровесница. Мы были знакомы, потому что я ее видел еще в школе на уроках физкультуры, когда приходил присматривать будущих звезд в секцию. Данные для художественной гимнастики у Оли были самые оптимальные, я ее много раз звал к себе, но она совершенно не хотела этим заниматься, посвящая свободное время кружку биологии и игре на гитаре.
- О, здрасьте, Виктгенадич! - на одном выдохе произнесла Оля. - Вы ко мне?
- Не совсем к тебе, Оля, - ответил я. - Насти сейчас у тебя нет?
- Чё эт нет? Есть! Заходите! - Оля широким жестом указала внутрь квартиры и отступила в сторону. У нее на лице был не совсем естественный румянец, а язык немного заплетался. Так что я не очень удивился, когда, проходя мимо нее в квартиру, почувствовал от нее запах алкоголя.
Сбросив уличные туфли, я вошел в комнату. Мое беспокойство за Настю моментально ушло: вот она, живая, здоровая и, судя по всему, прекрасно проводит время: открытая бутылка мартини, фужеры, миска с клубникой, по телевизору фильм, где под романтичную музыку мускулистый красавец расцеловывает не особенно одетую прелестницу. Настя лежала на диване в полурасстегнутой блузке и юбке - совершенно приличной, но юная гимнастка высоко задрала ногу, уперев ее в стену, так что юбка сползла почти до бедер, обнажив узкую полосочку белых трусиков. Нечего и говорить, если беспокойство за Настю у меня в этот момент ушло, то раздражение в ее адрес начало переходить уже в гнев.
- Настя! - рявкнул я грозно. - Ты что себе позволяешь, негодница? Ты понимаешь, что ты районные соревнования прогуляла?
- А ш-што, они сегодня? - пробормотала девушка. - Я д-думала, завтра!
Ложь была неубедительной - во-первых, завтра понедельник, а в рабочий день соревнования не проводятся, во-вторых, она же с утра выходила из дома, собираясь на соревнования.
- Так! Привела себя в порядок - и быстро со мной! - приказал я резко.
- А если я не хочу? - попыталась было покачать права юная нарушительница. Но я был до того рассержен, что никакие слова сейчас не могли переубедить меня.
- Быстро, я сказал! - прикрикнул я и, пройдя через комнату, схватил ученицу за руку, сдернул ее с дивана и дал ей звонкого шлепка.
- Ой! - Настя схватилась за стройную попу, больше от неожиданности, чем от боли. - Виктор Геннадьевич, вы что?
- Что?! - переспросил я гневно. - Вот ты у меня скоро узнаешь, что!
Оля во все глаза глядела на эту сцену.
- Вы ее пороть будете, Виктор Геннадьевич? - невинно поинтересовалась она.
- Оля! - Настя вспыхнула и закусила губу, видимо, с одной стороны, сердясь на подругу, что так ее подставила, а с другой стороны, представив эту картину.
- Да и тебе тоже не мешало бы всыпать! - ответил я, но уже не так сердито. - Ты в курсе, что она по твоей милости прогуляла районные состязания?
Оля изобразила самое невинное выражение лица и тут же закопала подругу еще глубже:
- Нет, она мне ничего такого не говорила!
- Оля! - снова воскликнула Настя, но уже куда более жалобно. Хмель из нее выветривался прямо на глазах, и она понимала, насколько провинилась. Дав ей застегнуть пуговки на блузке, я схватил ее за руку и потащил в прихожую, а потом, обувшись - на улицу.
Пока мы шли, я пытался разобраться с чувствами, бушевавшими во мне. Да, Настька серьезно накосячила. Но все же это был первый раз за все мои годы преподавания, когда я шлепнул свою ученицу. Хотя, конечно, желание такое иногда возникало, особенно когда они начинали балбесничать. У меня занимались хорошие девчонки, трудолюбивые, но подростки есть подростки. Иногда их тянуло на авантюры, иногда хотелось проверить тренера на прочность. А иногда они просто внаглую заигрывали, пользуясь тем, что гимнастика - не хоккей, и обтягивающее трико выставляет тело ученицы в самом выгодном свете. Иногда я спускал девочкам на тормозах их выкрутасы, делая вид, что не замечаю, иногда решительно пресекал, пользуясь своим среди них авторитетом.
Я стал вспоминать такие случаи за последнее время: Настя, Алена, Юля, Настя, Вика, снова Настя... Да, пожалуй, из всех моих учениц именно эта юная чертовка чаще всего пыталась бросить мне вызов. На позапрошлой тренировке, например, она подтянула низ своего трико таак, что края ткани почти пропали в ложбинке между ее упругих ягодиц. Выглядело это так, будто она не в трико занимается, а в стрингах. И упражнения она стремилась делать спиной ко мне, прогибаясь в спине и двигая тазом самым эротичным образом. Нет, вряд ли это было попыткой меня соблазнить, тем более при всех, просто у девочки растет либидо, и она исследует свою юношескую сексуальность в том числе и так. Я посмотрел на ее подруг - все они иногда с интересом посматривали на настину попку, а иногда на меня - как я отреагирую? Я отреагировал очень просто: сделал вид, что ничего особенного не произошло. Мне самому это зрелище было весьма приятно.
В один из моментов, когда Настя стала во время исполнения упражнений двигать своей попкой совсем уж как танцовщица тверка, а не как гимнастка, я подошел к ней сзади и положил руки на ее ягодицы. Девочка судорожно вдохнула и замерла, так и прогнувшись вперед - видимо, поняла, что перешла черту, и сейчас ей влетит. Я несколько секунд постоял молча и неподвижно, давая ей осознать происходящее. Однако заговорил с ней так, будто бы ничего необычного в сегодняшнем занятии не было:
- Настя, что это за судорожные движения? Тебя что, током бьет? Ты же прекрасно знаешь, как делается это упражнение, если забыла, вон, на Алену посмотри или на Таню. Бедра здесь описывают ровный плавный круг, сначала в одну сторону, потом в другую, - нажимая на ее попку руками, я показал, как нужно двигаться. А еще при этом я рассмотрел на влажной от пота попке еле-еле заметные, уже почти сошедшие, полоски. Кажется, Настя балбесничает не только на секции, но и дома. И еще похоже на то, что мама в отличие от меня ей это так просто не спускает.
Я закончил движение. Оно было совсем не сложным для таких тренированных девушек, но Настя, все еще наклонившись вперед, тяжело дышала, стараясь, чтобы это было не очень заметно. Ее лицо было красным.
- Поняла? Запомнила? - спросил я ее. Она только кивнула. Больше на той тренировке никаких фокусов от нее не было, хотя трико она так и не поправила.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
