 |
| |
| | С появлением презервативов с изображениями раздетых красоток появились новые фантазии. Я стал представлять себя особой женского пола, подвергающейся интенсивному траханью в зад. Лежа на боку в одном темпе мастурбировал по часу - полтора и более, периодически облизывая имитатор. | | |
| |
|
| |
| | Еще движение. Он почти вынимает член и опять подается вперед. Он заставляешь меня стонать, снова и снова. Не знаю, чего я хочу больше, чтобы он раздирал мою попку или чтобы дрочил мне клитор... Наверно все сразу! Я качаюсь на его члене, когда он во мне, и ощущаю пустоту когда он только головкой во мне. Шире раздвигаю ноги, прогибаю спину. Я хочу, чтобы он меня всю почувствовал, такую мокрую и горячую. В комнате запах выделений, тихие стоны. Или они мне кажутся тихими? Он треться об меня, я как на вертеле, но до чего же сладко. Мои ножки широко расставлены. Киска на его ладони. | | |
| |
|
| |
| | Помедлив, я покорно направилась в чулан сама. Совсем не такой представляла я встречу с моим парнем. Сейчас он увидит меня и сразу же узнает, что я бью посуду взаправду, а не для выяснения отношений. Станет ли Оля меня наказывать в его присутствии, размышляла я. В чулане никого не было. Мне стало очень больно, причём я вдруг осознала, что эту боль я ощущаю уже некоторое время. Саша! Где он? Я выскочила в коридор; мои мысли путались, я не могла составить себе никакого плана действий.
Девочка пробегала с подносом, я на автопилоте спросила её:
- Где Саша?
Возвращаясь ныне к этому вопросу, я удивляюсь: ну откуда бы девочке знать, что за Саша, и кто я такая, и где он может быть.
- Сашу дядя Джон увёл в спортзал.
У меня реально болело сердце, я не могла тогда даже внятно сформулировать себе, что это я "беспокоюсь о Саше". Мне хотелось оказаться с ним рядом, вот что! Всё остальное не имело никакого значения.
Я вышла через запасной выход, около кухни, в сад. Он ослепил меня своей красотой и ароматом, но это было несущественно; мне требовались красота и аромат моего парня.
Я пробралась узкой аллеей, отводя от лица тисовые ветки, к бассейну и свернула к гардеробу, за которым, как я предполагала, размещался спортзал.
Так и есть: пройдя мимо шкафов раздевалки, я вступила в пустой спортивный зал с раскрашенным деревянным полом. В углу была дверь, как я понимаю, нечто вроде тренерской. Я обошла стопку матов и рванула дверь на себя.
Саша был привязан скакалками к чёрному кожаному коню, а дядя Джон был без трусов. Он смазывал свою маленькую письку прозрачным гелем из флакона, который он встряхивал и рассматривал на свет.
Уважаемая Мария Валентиновна! Отдаю себе отчёт, что надоела Вам уже со своими цитатами из речей мальчиков. Всё-таки позвольте мне в завершающей части сочинения привести ещё одну, Сашину:
"Женька, ты такая вбежала в тренерскую и с порога ударила по мячу; забила Джону гол. Отбила педерасту хуй."
Неужели события развернулись столь стремительно? Мне казалось, что я вначале осмотрелась в помещении, затем, поразмыслив немного, составила план действий.
Дело в том, что я ненавижу баскетбол; вздорное изобретение люмпенов; к тому же у меня все пальцы выбиты этим жёстким глупым мячом, которым нас заставляет играть на физкультуре наш физрук Роман Борисович.
Поэтому оранжево-целлюлитный мяч у входа в тренерскую как нельзя лучше подходил для выплёскивания моих эмоций: дядя Джон собирался сделать с Сашей то, что Саша сделал со мной!
Я была поражена. Как можно сравнивать Джона и Сашу! Саша - мой любимый, а Джон? Как он посмел сравниться с Сашей? С чего он взял, что Саше нужно то же, что и мне?
Я пнула мяч что есть силы. Хотела ногой по полу топнуть, но ударила по мячу.
Мяч почему-то полетел дяде Джону в пах, гулко и противно зазвенел, как он обычно это делает, отбивая мне суставы на пальцах, и почему-то стремительно отскочил в мою сторону.
Я едва успела присесть, как мяч пронёсся надо мной, через открытую дверь, и - по утверждениям Саши - попал прямёхонько в корзину. Стук-стук-стук.
Вообще я особенно никогда не блистала у Романа Борисовича, так что это для меня, можно сказать, достижение. От значка ГТО к олимпийской медали.
Дядя Джон уже сидел на корточках, округлив глаза, часто дыша. Его очки на носу были неуместны.
Я стала отвязывать Сашу. Это были прямо какие-то морские узлы.
В это время в тренерскую вбежала Оля и залепила мне долгожданную пощёчину. Вот уж Оля-то точно мгновенно сориентировалась в ситуации.
Одним глазом я начала рассматривать искры, потекли слёзы, я закрыла его ладонью, а вторым глазом я следила за схваткой Оли и Саши.
Спешившись, Саша совершенно хладнокровно, как мне показалось, наносил Оле удары кулаками. Несмотря на то, что он был младше и ниже ростом, он загнал её в угол и последним ударом в лицо заставил сесть подле завывавшего Джона.
Я уже не успевала следить за своими чувствами: кого мне более жаль, а кого менее.
Саша о чём-то негромко беседовал с обоими.
- Вам что же, ничего не сказали? - доносилось до меня из угла. - Вас не приглашали на ночной совет дружины заднефланговых?
"Не приглашали" , подумала я, "да я бы ещё и не пошла; дура я, что ли; ночью спать надо, а не шляться по советам."
Мне вдруг захотелось спать, я начала зевать. Возможно, по этой причине дальнейшие события я помню, как во сне.
Дядя Джон, вновь прилично одетый и осмотрительно-вежливый, вновь сопроводил нас, широко расставляя ноги при ходьбе, до гардероба, где в шкафчиках висела наша одежда, с которой начались наши сказочные приключения.
Для меня-то уж точно сказочные.
Я с сожалением переоделась, Саша с деланным равнодушием.
Обедали мы уже в лагере, Саша в столовой степенно рассказывал своим друзьям о кроликах и о том, как фазан клюнул меня в глаз. Я дождалась-таки его ищущего взгляда и небрежно передала ему хлеб. Он сдержанно поблагодарил и продолжил свою речь; но я заметила, что он был рад; он улыбнулся! Он сохранил тайну.
Я планировала послесловие к моему рассказу, перебирая черновики, наброски и дневники на своём столе, но звонкая капель за окном вмешалась в мои планы, позвала на улицу.
Я понимаю всецело, Мария Валентиновна, что звонок для учителя, но разрешите мне всё же дописать до точки и поскорее сбежать на перемену; перемену мыслей и поступков, составов и мозгов, и сердечных помышлений и намерений, а также всяческих оценок. | | |
| |
|
| |
| | Через несколько секунд Дима почувствовал, как кто-то крепко сжал его яички и вогнал толстый член в анус, раздирая мальчика изнутри. Дима замычал от боли ртом, полностью заполненным членом, но рабочие торопились домой, поэтому они вскоре спустили сперму, заполнив Диму во всех отверстиях тягучей жидкостью и ушли наверх. Дима, поднявшись с пола, заспешил вниз, лихорадочно отплёвываясь, и вот, наконец, долгожданная улица. | | |
| |
|
Рассказ №3690
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 06/03/2003
Прочитано раз: 166704 (за неделю: 35)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сначала было больно, просто больно. Я думала, что обкакаюсь. Но, вот он вошёл и начал медленные движения, которые оказались в сочетании с присутствием в пизде гарикиного хуя весьма приятными. Я громко закричала и забилась в конвульсиях нового оргазма. Провалилась в забытьи. Гарик вышел из меня, опять развернул теперь на хую у Ази...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Мне было тогда 18 лет. После свадьбы мы впервые отправились вместе с мужем в медовый отпуск к Чёрному морю, на крымский полуостров. Сослуживец мужа дал ему адрес в Алуште, где можно было за три рубля в сутки снимать домик, который на самом деле оказался просто сарайчиком. Из мебели в нем присутствовали две металлические арамейские кровати, стол, две табуретки и небольшой старый шкаф. Хозяин - дед Илия(h), жил один в доме. Он сам вёл всё хозяйство и держал довольно приличный сад с фруктовыми деревьями, смородиной, крыжовником и т.п.
Как только мы разместились, я сразу же потянула мужа на пляж к морю. Первые пять дней мы просто не вылезали с пляжа. На шестой погода немного испортилась и пришлось вернуться в наш "домик" раньше обычного. По дороге муж купил бидон сухого вина, прямо из бочки на улице. Впервые за время нашего отдыха мы сели с мужем чинно ужинать за столом в сараюхе. Я мечтательно подумала, что это наконец будет наш "тайный вечер" любви. Однако, к нам пожаловал Азя (Азезель) сын старого деда, "поближе познакомиться".
Он принёс с собой бутылку абрикосовой самогонки и яблок из сада Илии на закуску. Я правда, её только попробовала - крепкая зараза, градусов 50. Пьётся легко, но здорово даёт в ноги. Голова вроде свежая, всё соображает, а ноги не слушаются. Поэтому я попивала вино и хрумкала яблоки, а мужики пили абрикосовую. Муж довольно быстро захмелел, а на Азе употребление продукта его самогоноварения очевидно не сказывалось. Только лицо покраснело и он заметно разговорился, от чего стал ещё смешнее. Мне этот мужик, старше меня на 20 лет, сразу показался забавным. Здоровый, такой дядька с животиком. Вечно лазает по саду в соломенной шляпе, светлой рубашке с коротким рукавом и в старых джинсах с "вытянутыми коленями". Но, всё время выбрит и надушен популярным в то время одеколоном "Шипр". Пьет и не пъянеет... Только разговорился и травил пошленькие анекдоты с намёками на тонкие моменты.
Словом, пока мужики не допили бутылку, общение так и не закончилось. Азя за это время успел наговорить столько, что стало казаться, что я его знаю уже лет десять, видимо он стал полюбившимся мне демагогом. Было весело от настроя на оставшиеся недели отпуска у моря, а скорее всего от приличного количества выпитого вина. Захотелось мужа, и надо было как-то заканчивать эту пъянку. Тем более, Азя предложил принести ещё бутылку, а мне муж был ещё нужен в рабочем состоянии. Я наотрез отказалась, хотя мой суженный порывался продолжить.
Наконец Азю удалось отправить восвояси, он лишь между прочим отметил, что "лампочка у нас маломощная, надо поставить поярче". Электромонтёр-света, твою мать..
Между тем, когда я добралась до мужа, тот уже растянулся на кровати. Пришлось работать самой. Села на него сверху, направила и поскакала. Сразу же оценила достоинства пружинного металла кровати: экономится расход сил, но есть и отрицательные моменты - жуткий скрип. Муж был явно не в форме, что чувствовалось по неустойчивости его члена. Это сбивало и мне так и не удалось кончить, хотя муж выпустил в меня порцию семени и безжизненно откинулся на подушку. Ну что с ним будешь делать?
Я слезла с Адамова (такая фамилия у него, как у бывшего министра по атомной энергетики РФ), налила себе стаканчик вина и осушила его залпом. Внизу всё набухло и присутствовало чувство незаконченности процессом удовлетворения. Но делать было нечего. Выпитое вино давило на животик. Я накинула халат прямо на голое тело и вышла на крылечко. Некоторое время подождала, пока глаза привыкли к темноте и отправилась нетвёрдой походкой по тропинке в другой конец сада к деревянной будке туалета. Зашла, села над дыркой, пописала. Стало забавно, когда долго не могла закрыть дверь. Вино коварно нарушило координацию движений. Потом я оставила это занятие и поковыляля на свет тусклой лампы, освещавшей колонку. Ещё тогда подумала: хорошо, что у них тут колонки, а не колодцы. Я бы не смогла добыть воды из колодца в таком состоянии...
Посмотрев по сторонам и убедившись, что место надёжно скрыто от посторонних взглядов растительностью, присела на корточки, задрала подол халата, раздвинула коленки. Одной рукой надавила на рычаг, а другой начала ловить воду из прохладной струи. Смыла остатки спермы мужа. Пальцы невольно задержались на клиторе. Внутри сохранялось чувство неудовлетворённости и я защикотала себя указательным пальцем. Появилось опять желание. Ноги в напряжении сдвинулись, зажав руку. Через пару минут я опомнилась, решила пойти в койку и удовлетворить себя там. Томно дыша встала, поправила халат. Во рту пересохло и я наклонилась к колонке. Снова нажала на рычаг, потянулась к струе и жадно стала глотать воду.
Вдруг от неожиданности я оцепенела - кто-то коснулся моих ягодиц. Начала накатываться парализующая волна страха. Обеими руками вцепившись в колонку я медленно повернула голову и ахнула: за моей спиной широко улыбаясь стоял Азя. Рубаха полностью расстёгнутая открывала волосатую грудь и живот. Но не это заставило меня вскрикнуть. Джинсы вместе с трусами у него были приспущены до колен, а из паха торчал здоровый член. Комок подступил к горлу, часто заколотилось сердце, всё тело охватила дрожь.
Я попыталась распрямиться, но мужчина вплотную придвинулся ко мне сзади и надавил на спину рукой, заставляя оставаться всё в той же позе, посоветовал: "Тише девочка, не шуми". Быстрым движением он задрал на мне халат, обнажив мою задницу и пол спины. Обеими руками раздвинул мои ягодицы и изрёк: "Хороша москвичка!"
Я окаменела, как загипнотизированный кролик под взглядом удава, от охватившего меня страха застучали зубы. Вместе с тем тепло хлынуло в промежность, и по ляжкам сверху вниз побежали мурашки, я почувствовала, как увлажнилось влагалище. Мне казалось, что всё это происходит совсем не со мной.
Между тем удав-Азя продолжал руководить: "А ну ка, ножки пошире!"
Я как очумелая послушно расставила пошире ноги и ниже наклонилась к колонке. Мой насильник направил член, который широко раздвинув половые губы, вошёл в меня. Я услышала как мужик замычал от удовольствия. Всё произошло так быстро, что я даже не сообразила, когда же мне сопротивляться. Между тем Азезель уверенно взял меня обеими руками за талию и начал сношение, всё глубже и глубже вводя в меня пенис. Он почти полностью выводил хуй из влагалища, потом резко тянул меня на себя и подавал корпус вперед мне навстречу, шумно хлопаясь о мои ягодицы. "Хлоп, хлоп, хлоп!"- в такт его движениям разносилось по ночному саду.
- Вот так! Вот так! Вот так! - приговаривал ё+барь, - муж так не выебет!
Я отдалась мощному приливу наслаждения, побежавшему изнутри, защекотавшему задний проход и томительно сводя судорогами ноги. Такого оргазма я ещё не испытывала!!!
Я ещё шире расставила ноги и просто легла грудью на колонку, не чувствуя холода металла, застонала от удовольствия.
Все мои ощущения сосредоточились в паху, только откуда-то из далека до моего сознания долетало размеренное "Вот так! Вот так! Вот так!"
Струйка покатилась вниз по моему бедру. Неожиданно для себя я почувствовала новый прилив истомы. Запрокинула голову и застонала. После второго оргазма, я ослабла и уже не думала ни о чём, кроме сумасшествия от похоти.
Тем временем, Азезель ещё раз глубоко вошел в меня, навалился всем телом сзади, запустил обе руки под халат и помацал в широких ладонях сиськи. Потом быстро вышел, потянул рукой за волосы, разворачивая лицом к себе. Стащил через голову с меня халат и я, оставшись совершенно голенькая, увидела перед своим носом багровую раздувшуюся головку его срамного истукана.
- Я люблю тебя, - дрожа всем телом призналась ему в любви, нежно целуя губами его хуй.
- Бери, - приказал мой любовник и ткнул мне в губы залупу.
Я широко раскрыла рот и приняла в него его напряженный жилистый член. Азя обеими руками схватил меня за голову и потянул на себя. Его член упёрся в мои гланды, настойчиво пробиваясь в горло, что вызвало у меня спазм тошноты. Закружилась голова, и чтобы не упасть, я схватилась за его ноги. Азя сделал ещё два толчка, его член запульсировал, зажатый моими губами, и рот начал наполняться спермой. Он держал меня за затылок, не давая выпустить хуй изо рта, и мне оставалось только делать глотательные движения. Потом мужчина отпустил мою голову, и стал рукой поглаживать по спине, ожидая пока я отсасывала остатки малафьи.
Я обессилившая опустилась на колени. Все перемешалось в голове: самогонка, винище, муж, моё желание быть удовлетворённой и два мощных оргазма.
- Ну вот и ладненько, - донёсся до меня голос Ази, который неспеша натянул трусы, потом джинсы и застегнул ширинку. - Давно баб не ебал, - доверительно признался он. Потом, погладив меня по голове, предложил: "Захочешь ещё - приходи...", - и в развалочку пошёл в сторону дома.
Мне удалось на четвереньках добраться до колонки, где я снова припала к живительной струе, изрыгаемой из-под земли.
Муж спал, вдыхая и выдыхая воздух с мощным храпом. Я не стала включать свет, дошла до противоположной стенки и провалилась в дремоту под металлический скрип армейской кровати.
Но уже через некоторое время я поняла, что не сплю. Сильное нервное напряжение от всего свалившего на меня в эту ночь не давало заснуть. Вдруг я обнаружила, что непроизвольно ласкаю себя между ног, снова и снова прокручивая в уме подробности этого стремительного соития, пытаясь восстановить пережитое физически. До этого момента я считала себя фригидной. Уже смирилась с этим и даже, под различными предлогами отказывала в близости мужу: "голова болит", "устала", "нездоровится" и так далее.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
