 |
| |
| | Подхватываю ладненькую и крепенькую "полковницу" под габаритненький, тяжёленький кузовок и, придерживая безвольную головушку, переношу с "президентского" диванодрома на "премьерминистровский" (своих отъёбанных - всегда лично отношу! Хочу, чтоб когда "Зиминуха" отойдёт /в кавычках, естесственно! / и спросит "А кто меня так: перенёс?", я бы, молотнув себя в грудь, выпятил губу: "Сам! На собственных руках!": Люблю их всех, сучек! А эту - чаще остальных! ... Блядь, не знал, что я такой сентиментальный! . .) . | | |
| |
|
| |
| | Когда Джон вернулся, людей на пляже еще поубавилось. Солнце висело над самым горизонтом, и люди расползались по домам. Однако бледный свет не мешал его матери загорать. Она все так же лежала на полотенце, на спине, ноги раскинуты, руки по сторонам, ладонями вверх. Позади лежала пустая бутылка из под воды, которую она вылила на себя. Это было нормально, но сейчас Джон заметил, насколько прозрачна ткань купальника. Ее соски явно проступали скозь кусочки ткани, которые были топиком. Они лишь слегка | | |
| |
|
| |
| | Джон видимо тоже захотел кончить поэтому опять положил мне руку на голову и стал задавать темп, что помогало мой уставшей шее двигаться вверх-вниз губами по его члену. Джон обзывал меня грязной сучкой и белой шлюхой, членосоской начал стонать все громче и громче. Я понял, что близок к победе через не могу еще прибавил в скорости отсоса. Джон сказал, что он сейчас кончит и убрал руку с головы, наверное, подумав, что я захочу я вытащу член из рта, но я, не сбавляя темпа продолжил ему сосать член. Джон очень громко застонал, зарычал и закричал, что кончает. Я был непоколебим и продолжал сосать. Джон разряжался теплой солоновато-сладкой спермой мне в ротик. Я старательно глотал, смешивая ее с остатками моей слюны, которая была изрядно израсходована за столь долгий минет. Хоть жидкости было и не мало, но мой уставший ротик глотать все не успевал и часть стекала по губам, члену и подбородку на кресло и пол. Джон с блаженством приговаривал, то я не просто членосос, но еще и спермаглот, и что это ему нравится: | | |
| |
|
| |
| | Ира с отвращением смотрела на палец сергея только что побывавший в ее заднем проходе. Оближи, не будет так больно - сергей придвинул палец к ее рту. Поняв всею безысходность ситуации ира открыла рот и обхватила палец губами обильно смачивая его слюнями. Затем сергей снова вставил свой палец ире в анус. На этот раз палец смоченный слюной прошел без особых затруднений. Подрочив ее анус некоторое время сергей опять приблизил свою руку к ириному лицу - теперь пососи два пальчика. Может не надо - пролепетала ира - два пальчика это много. Ничего детка, наши члены потолще будут - сергей всунул ей пальцы в рот - слюнявь и все будет хорошо. Ира послушно пососала два пальца и сергей стал засовывать их ей в анус. Ира напряглась, из ее рта раздалось натруженное сопение но пальцы неумолимо проникали внутрь. А-а-а - произнесла ира когда сергей начал покручивать рукой у нее в заднице. Ну миша, дерзай - сергей сделал приглашающий жест - лиши свою супругу анальной девственности. Они опустили ирину на колени, поставили раком и михаил стал пристраиваться сзади. | | |
| |
|
Рассказ №4977
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 20/01/2025
Прочитано раз: 24044 (за неделю: 3)
Рейтинг: 79% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сама процедура постановки клизмы никак не вязалась с ангельским обликом мальчика. Он был такой хорошенький и чистенький, что его никак нельзя было представить в такой грубой ситуации, да еще проводимой без всякого стеснения и целомудренности. Это несоответствие и заставляло бабушку искать более гуманные методы, чем вливание в попу большого количества воды. Мать делала свое дело буднично, не очень сосредотачиваясь на происходящем. Всовывая в дергающегося ребенка наконечник, она говорила ему дежурные ободряющие слова, хотя совсем ему не сочуствовала, и была противницей всяких бабушкиных рассусоливаний...."
Страницы: [ 1 ]
Все пошло насмарку. Кефиры, отвары, массаж. Она с самого начала настаивала на радикльных мерах. Ей надоели все эти рассусоливания бабушки с диетой, упрашивания потужиться и уговоры не зажиматься. Халатик поверх трусиков и лифчика, полтора литра теплой воды в грелку со шлангом и наконечником, и ... приговор окончательный, обжалованию не подлежит. Растерянные бабушка и сын. Итак, предстоит клизма. Теперь-то, когда все будет, как она хочет, можно и пошутить. Вот вам замечательная водная диета, внутренний массаж и возможность позажиматься сколько душе угодно. Где наша прелестная попка? Скоренько снимаем штанишки и трусики. Оп-ля. Ложимся к мамочке на коленки. Ну-ка, а где эта дырочка, которая из себя ничего не выпускает? Вот она, дорогая. А сейчас мы проверим впустит ли она наконечник? Смотри-ка впустила. Тише, тише. Все идет как надо. Сейчас попросим бабушку поднять повыше клизму, и вода тебя хорошенечко промоет. Только не дергаться и глубоко дышать.
Эти слова были сопровождением последовательности действий. Маленький белокурый херувим был быстро раздет, перекинут через колено, распялен так, что вся попа широко раздвинулась, и в задний проход был вставлен наконечник клизмы, которая была воздета расстроенной бабушкой над испуганным и плачущим мальчиком.
Сама процедура постановки клизмы никак не вязалась с ангельским обликом мальчика. Он был такой хорошенький и чистенький, что его никак нельзя было представить в такой грубой ситуации, да еще проводимой без всякого стеснения и целомудренности. Это несоответствие и заставляло бабушку искать более гуманные методы, чем вливание в попу большого количества воды. Мать делала свое дело буднично, не очень сосредотачиваясь на происходящем. Всовывая в дергающегося ребенка наконечник, она говорила ему дежурные ободряющие слова, хотя совсем ему не сочуствовала, и была противницей всяких бабушкиных рассусоливаний.
Вставив наконечник и включив воду, мать почувствовала как членик мальчика уперся ей в голое бедро. Она пошевелила наконечником, и мальчик задергался то ли желая сползти, то ли от возбуждения. Это позабавило мать, и она, не привлекая внимания бабушки, стала шевелить наконечником, слегка выводя его и всовывая вновь. Бабушка, желая побыстрее вырвать внука из рук дочери, подняла кружку повыше и пронзаемый струей херувимчик заколотил ногами и руками и громко заорал. Мать недовольная криками сына, шлепнула его по голой попе и потребовала, чтобы он замолчал и глубоко дышал ртом. Малчик запыхтел и через несколько минут мама, сжав ему ягодицы, вынула наконечник. Она переложила сына со своих коленей на диван, и шутя предложила позажиматься как можно дольше. Взяв опустошенную клизму, она вышла из комнаты, а бабушка осталась караулить своего любимца, которого сама же только что подвергла сильным мучениям. Мальчик, лежа на животе, продолжал всхлипыать, и бабушка, как могла, успокаивала его, говоря, что все уже кончилось и если он еще немножко потерпит, то клизмочка хорошо подействует и ему будет легко и весело.
Ну, вот и все.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
