Рассказ №630 (страница 4)

     Ира действовала медленно, то прижимая свой влажный источник к самой маске, то приподнимая на несколько сантиметров. Рот его переполнился острой пахучей влагой, избавиться от которой можно было, только проглотив. И как только отвращение перешло в удовольствие, а сопротивление - в покорность, девушки ослабили хватку и их игрушка получила долгожданный отдых.
     Алексей был чрезмерно утомлен своим возбуждением и с трудом поднимался с пола. Но Ира сочла возможным заняться его удовлетворением: усевшись на корточки возле облаченного в кожу юноши, она расстегнула хитроумный замок и приспустила пояс. Половой орган тотчас же предстал во всей красе. Даже Нина одобрительно кивнула, узрев возбуждение покорного ее власти Алексея. Ира медленно уселась на член, слегка сжав его у основания. Алексей понял это как приказ сдерживаться: Исполнить его казалось невозможным, да это и не потребовалось: девушка сама кончила после нескольких движений, одновременно с ним. Затем чресла юноши были насухо протерты, а пояс вернули на место. Потрепав Алексея по голове и сняв кожаную воронку, Нина поднесла ему стакан с минералкой.
     - Ты был хорошим мальчиком. Надеюсь, останешься им и впредь. А пока придется посидеть здесь.
     Она усадила его у стены и стянула запястья сзади, соединив их с деревянной стойкой. Ни встать, ни освободиться Алексей не мог. Девушки, закончив игру, перестали обращать на него внимания и не реагировали на дальнейшие вопросы и восклицания. Только Ира заметила:
     - Не будь надоедлив, а то заткну тебя окончательно. Вечером мы вернемся: Впрочем, это уже скоро.
      И сестры отправились по своим делам, оставив Алексея восстанавливать силы и приходить в себя, привыкая к непривычному положению. К удовольствию от кожаной одежды - чувственному и преходящему - прибавилось удовольствие от женской власти - постоянное и психологическое. Юношу настолько очаровала необычность происходящего, что о бегстве он и не помышлял, ожидая продолжения. Оно не заставило себя долго ждать.
     Сестры вернулись рано и не одни. Их (а точнее - Нину) сопровождала миловидная шатенка невысокого роста с детскими косичками и совсем не детским выражением испуга на лице. В дверях она, хныча, обратилась к старшей из сестер:
     - Ниночка, ты ведь простишь меня, пожалуйста! Это вышло совсем случайно: Честное слово! Я что угодно сделаю. Только ты, никого другого. Пожалуйста!
     Нина сохранила бесстрастие:
     - Ты - настоящая испорченная сучка; ни одни брюки мимо себя не пропустишь. Появится мужик - и уже готова, уже мокрая! А кто из них будет так о тебе заботиться, цацкаться с тобой! Маленькая бесстыдница! Раздевайся живо:
     Девушка с готовностью скинула с себя всю одежду: легкое платьице, бюстгальтер, трусики. Под ними обнаружился тонкий кожаный поясок, соединенный двумя цепочками с половыми губами юной особы. Раскрытое таким образом пространство прикрывал небольшой кусок мягкой темной кожи, прижатый к телу достаточно, чтобы оказывать возбуждающее действие при каждом шаге. От одного прикосновения к нему девушка пошатнулась и едва не упала. Тут же последовала пара звучных пощечин:
     - Стой смирно! И ноги раздвинь, пока я тебя проверяю:
     Девушка, всхлипывая, повиновалась. Власть Нины над ней была столь велика, что она не посмела пошевельнуться, даже когда бесстыдные пальцы сдвинули кожаную нашлепку и погрузились во влажные недра истомленной жертвы. Нина сосредоточенно действовала пальцами, прижимая одновременно кожу, вдавливая посторонний фрагмент глубже и глубже. Вся ее ладонь быстро покрылась влагой:
     - Тебе хочется еще, испорченная сучка?! Отвечай:
     - Да:. - нерешительно простонала девушка.
     - И ты это получишь! Кто же ты, получающая удовольствие от маленьких кожаных штучек?
     - Я:гадкая:девчонка: - слезы текли из ее глаз.
     - Так: И тебе хочется, чтобы эта кожа входила все глубже, шире и шире раздвигая твою пухлую щелку: Чтобы кожу прижимали изо всех сил, причиняя тебе боль, но давая удовольствие?
     - Даааа! Я хочу еще - глубже, сильнее. Я хочу больше кожи, больше цепочек. Я хочу носить поясок постоянно! - голос девушки, оставаясь плаксивым, окреп. Она как будто требовала, как будто получала давно обещанное:
     Алексей дрожал от возбуждения. Ира, уже облаченная в кожаную форму, подошла к нему и отвязала, помогая подняться. Нина же медленно отстегнула насквозь промокший кусочек кожи и, нагнувшись, лизнула девушку между ног:
     - Что же, шлюшка, ты можешь заслужить прощение! Но сначала будешь наказана:
     Она сняла со стены плеть с несколькими хвостами, продемонстрировав ее пришедшей в крайнее возбуждение девушке. Та с наслаждением вылизала туфельки Нины, затем замерла на четвереньках. Ее госпожа медленно подняла плетку - и решительно хлестнула по отставленной бледной попке. На ягодицах остался красноватый отпечаток. А рядом с ним возникали все новые и новые:
     Порка продолжалась очень долго, но девушка не произнесла ни звука. Более того - из конвульсивных подергиваний бедер стало ясно, что она испытала оргазм - может быть, не один. А на спине выступали капли крови. В конце концов Нина сочла наказание достаточным, и жертва поблагодарила ее, вылизав плеть. Прикоснувшись языком к коже, она вздрогнула от удовольствия и развела бедра. Это не укрылось от Нины, сказавшей сестре:
     - Эта сучка думает, что я ее трахну сегодня. А она испытает кое-что иное. Наша игрушка готова?
     Тут девушка увидела Алексея. Ее испуг был несколько наигранным - вероятно, она ожидала чего-то подобного. Но тем не менее со слезами на глазах прижалась к ногам Нины, умоляя не отдавать ее "этому существу". Но жар вожделения не стихал, а кожаная одежда юноши возбуждала ее не меньше, чем плеть. Однако Нина не торопилась:
     - Немножко приготовиться не помешает: Ира, займись ею!
     Кожаная сбруя, в которую облачили выпоротую девушку, отличалась простотой и изяществом: ошейник, связанный с двумя полосами, стягивающими грудь, а ниже - нечто вроде корсета. Бедра охватывают еще две кожаных ленты, которые связаны с полоской на пояснице, позволяющей контролировать положение ног. Нина продемонстрировала это тут же: девушка, удерживаемая связанными с корсетом лентами, не могла сдвинуть бедра, и это оставляло ее прелестный розовый бутончик доступным всем взглядам.
     На Алексея спектакль произвел должное впечатление. Однако им дело не завершилось. Ира спустила пояс и шлепнула его по заднице:
     - Как хорошие игрушки, вы должны хорошо узнать друг друга. А именно: Будь любезен - помочись на нее!
     Юноша отпрянул - уж этого он точно не ожидал. Но пара увесистых пинков послужила достаточным напоминанием о том, кто ведет игру. Он замер на коленях над лежащей девушкой; сестры, не отрываясь, наблюдали за его манипуляциями с членом:
     - Ну же, начинай, а не то выпорю! И намочи ее всю как следует!
     Девушка извивалась на полу, не отрывая глаз от члена; наконец юноша смог сосредоточиться, и струйка желтоватой влаги оросила живот и бедра партнерши:
     - Теперь на лицо и на грудь! - скомандовала Нина. - Не останавливаться!
      Алексей, чувствуя дыхание сестер за спиной, с трудом сдерживал себя; его жертва готова была кончить: она неистово втирала влагу в себя, ловя капли языком: Наконец поток иссяк, и последовал приказ безжалостной Нины:
     - Поменяйтесь местами! Алексей, ложись!
     Девушка исполнила свою обязанность с немалым усердием. Она устроилась, как собачка, на четвереньках, и, приподняв одну ногу, пустила струйку прямо на Алексея. Второй раз испытывая удивительное ощущение - от кожаной одежды, покрываемой золотым дождем - он чувствовал, что все испытываемое нравится ему еще больше, если это только возможно. Когда ручеек достиг бедер, юноша в самом деле понял, от чего едва не кончила его партнерша. Он испытывал не унижение, а восторг. И плоть, и дух соединились в этот миг. Но дальнейшее его все-таки смутило:
     - Раз смогли намочить друг друга - сможете и вылизать: поехали!
     Ира и Нина замерли над ними; Алексей попытался уклониться от предстоящего развлечения, но несколько ударов плетью по плечам и ягодицам изменили его настроение. Хоть кожа и смягчала боль, но ощущения все еще оставались неприятными - будто в уютный кожаный мир вторгалось нечто извне, болезненное и чуждое. Юноша прикоснулся ртом к нависшему над ним животику, слизывая свою собственную влагу, еще не успевшую высохнуть. Безымянная девушка оказывала подобную же любезность его бедрам - и с куда большей охотой. Движения ее языка демонстрировали настоящую изощренность. И она знала, в отличие от Алексея, что последует дальше.
     Сестры скинули свои кожаные юбочки и предстали нагими ниже пояса. Ира хихикнула, расставляя над головой Алексея ноги пошире:
     - А теперь - сюрприз!
     Обе явно дожидались этого момента; писать девушки начали одновременно, потоки влаги показались их "игрушке" даже чересчур обильными. Он захлебывался от острой, пахучей жидкости. И наслаждался ею - наслаждалось все тело, получавшее от женщин максимум - внимания, действий, любви. А когда партнерша уселась на его орудие, ловя ртом струйку Ирины, он почти мгновенно спустил:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ]

Читать также: