 |
| |
| | Все поспешили выразить свой восторг. Каждый затем лично проверил пленочку в ее влагалище. Они ощупывали ее живот, обнимали за бедра, гладили и щипали грудь. Осмотр продолжался некоторое время, потом все вернулись к своим занятиям, а ей разрешили лечь на коврике в углу. В конце дня на окнах появились автоматически закрывающиеся стальные решетки, двери, стены и потолки были обиты мягким материалом, словно в палате сумасшедшего дома, зеркала повесили поверх них, а стенд со свободными весами заменен новым, оборудованным дверцами и защелками. | | |
| |
|
| |
| | Сейчас, чтобы увидеть женские трусики, нужно разорвать пополам попку". Она купила и боди, и чулочки, и колготки, и платье с большим декольте. Даже платье возбуждало Ивана, и заранее вызывало его ревность, так как он представлял, как фотограф будет заглядывать с фотоаппаратом в декольте. Услужливое воображение рисовало ему немыслимую картину: "Вот фотограф тянется фотоаппаратом к полуобнаженной груди Маши. Вот он засунул аппарат между грудей. Вот он, как мультяшный герой, проскальзывает весь под платье Ваниной любимой, та втягивает животик. Фотограф проскальзывает дальше, в трусики. И там снимает, снимает. То перед, то зад. Потом погружается весь в 3. 14ду"! Если платье с декольте вызывало такие подозрения, то, естественно, нижнее белье вызвало в Ване протест: | | |
| |
|
| |
| | Дальше Света пребывала в непонятном состоянии - руками повисла на шее, а бедрами так меня обхватила, что любой самбист позавидует. Я уложил ее на кровать и начал доводить себя до кондиции. Подо мной было безжизненное тело и мало что получалось. Когда я, было, почувствовал приход, девушка начала приходить в себя. И снова она вскарабкалась на меня, и снова насадилась с силой. На этот раз трение было не такое сухое и намного приятнее. Но это было только начало. Дальше она все сильнее вминала меня в кровать. Казалось, что член внутри нее уже выше пупка, но ей было все мало. Она дошла до темпа кроликов, зрачки ее глаз полезли вверх, длинные светлые волосы сбились в бесформенную кучу, а ей было все мало. Я и сам забылся, потерял контроль. Когда она насаживала киску аж на яйца, думал что умру. И тут все закончилось. Пришел в себя не скоро, начал одеваться. Посмотрел на часы, было поздно и чтобы успеть на метро нужно поторапливаться. Когда оделся, попытался растолкать Свету, но ничего не вышло, она вновь отключилась, только сильно сжимала подушку. Так что проводила нас только Оксана, а уже на улице Сергей сказал, что Света немного ненормальная. | | |
| |
|
| |
| | Наше с ним знакомство произошло как-то само по себе, просто в один из дней начали здороваться. Узнал я, что зовут его Ваней, учится он в параллельной группе. Я старался не пропускать ни одного занятия, где наши группы были вместе. И что самое ужасное нравился мне этот парень с каждым днём всё больше и больше. Выспрашивая, у тех с кем уже познакомился, о других однокашниках, в том числе интересовался, как бы невзначай, и о нём. Слухами земля полнится. Много чего новенького я узнал о незнакомых мне людях, но интересовал меня только один. Как оказалось, этот изящный брюнет, с тонкими чертами лица, и бездонно голубыми глазами занимался танцами, и подрабатывал в одном из ночных клубов города. Конечно же, этот человечек отличался от всех окружающих, он был всегда стильно одет, хорошо причёсан, ухожен и уверен в себе. И по слухам, был он самым настоящим Геем, но, слухи - слухами, а в поведении его читалось именно это. А мне, вот именно такие и нравились. По разговорам ни парни, ни девушки его не воспринимали. Отношение к Геям у большинства людей показушное, говорят много, громко, и плохо, просто не понимая, а может, понимая, но ведь как можно - стереотипы. Поэтому мои хорошие отношения с ним, наверное, многим показались подозрительными, но кроме рукопожатий нас ничего не связывало. А мне хотелось, безумно хотелось вдыхать его аромат, бесконечно тонуть в голубизне его глаз, говорить и говорить с ним. В своих фантазиях я подходил к нему, прижимал к сердцу, обнимал со всей нежностью и утопал в его горячем поцелуе. Мои пальцы путались в его кудрях, сердце выскакивало из груди, а всё моё существо закипало в порыве страсти. Но всё это только картины воображения, наяву- только две sms-ки, причём отправленные мной, ответа я так и не дождался. Сколько человек может скрывать свои чувства? Рано или поздно всё должно было открыться, но итог был непредсказуем. Любя, и не зная чувств другого человека, внушаешь себе, что ты ему безразличен, и боишься быть отвергнутым и сделать первым шаг. Но жизнь проходит и, наверное, нет более глупо потраченных дней, чем в ожидании, страхе и незнании. Развязка пришла сама собой. Один из выходных дней, ночной клуб, Ванька на сцене, безмерное количество алкоголя в моём организме, такси. Мы ехали на заднем сидении <волги> по ночному городу, молча смотрели друг - другу в глаза, держались за руки, и каждый, наверное, думал о своём, и казалось, что вот там за поворотом - конец света. Так хотелось умереть, на глазах слёзы а в голове цепная реакция. Нет, это не рай, наверное, это и есть обычная земная жизнь. Жизнь в которой нет завтра, не было вчера, а есть только мгновение счастья. И не важно, отдам всё, за этот миг молчания, шума мотора и шуршания шин. За этого человека, и дальше пустота. Ночь пролетела. Нежные поцелуи, от которых кружилась голова и хотелось бежать, бежать от этого сумасшедшего мира в дикие джунгли. Аромат любви, заставляющий каждый нерв в мозгу притуплять ощущения, и чувствовать, как по телу проносятся электрические разряды. Мы слились в единое целое, и я в первый раз занимался именно любовью, а не сексом. Я входил в него и чувствовал, как он принимает меня, как наши пульсы бьются на одной частоте, как наши тела, только что познавшие друг друга, при прикосновении лихорадило, и мы растворялись. Губы покрывали нежными поцелуями каждую клеточку обнажённого юношеского тела, и не было ни чего прекрасней слов шептаемых на ухо. Тёплое дыхание заставляло мурашки бегать по всему телу, и мы находились в лёгком ознобе. Я его любил. Он меня любил. Всего один миг. А завтра уже не наступило. | | |
| |
|
Рассказ №6426
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 06/08/2005
Прочитано раз: 32814 (за неделю: 0)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Айн момент! - задорная учетчица выпорхнула из женской раздевалки, сбросила на ходу халатик и грациозно вспорхнула на станок. Расставив ноги она лежала на брюхе и красным язычком кокетливо облизывала суппорт. Крупные половые губы девушки двумя тряпочками вывалились на заструженную станину...."
Страницы: [ 1 ]
- Ура-а-а! - закричал Витька и оттянув рукой член решительно полоснул по нему. Из паха брызнула кровь. Едва сохраняя сознание Витька с силой вонзил отрубленный член в рот инвалида. Хруст и чавканье донеслись до меня...
Я потерял сознание - последнее что я видел - кровища, густо струящуюся по тяжёлому подбородку монстра.- Очнулся! - сквозь пелену я увидел склонившегося надо мной друга.
- Да... - сознание начинало возвращаться ко мне: кошмар, Аркадий!..
- Не cсы! Живой, а это меня радует! Главное не расслабляться до конца смены - меньше часа, один урок - и ранцы в зубы! - Аркадий по-собачьи встряхнулся.
- Слушай, где мы?
- Как где? Ты что, сбрендил? Вот мудак, цеха родного не признаёт, - Аркадий обращался уже к мастеру, который, грустно глядя на меня стоял рядом.
- Что ж ты, сынок? Встал бы - люди-то делом занимаются... Стыдно лежать-то, при людях!
- Петрович! - это кричал Шурик, возившийся у окна, - айда сюда, пиздишь, а я, водила, станки смотреть должен?
- Бегу!
Мы в Аркадием остались вдвоём. Удобно устроившись на боку я принял с утра заготовленной водочки и повеселел.
Чтобы отвлечься от дурных мыслей я стал было напевать мысленно полюбившуюся еще со школьной скамьи непритязательную песенку о первой любви, что-то вроде: "Великий русский прозаик - Лев Николаич Толстой, своё половое кредо он прикрывал бородойЙ", когда идиллия была нарушена мощным гулом. Взрыкнув, "запел" "Токарев".
С интересом я стал следить за происходящим. За станок встал Шурик - голый и мускулистый, как кенгуру. Сквозь его сосцы были продеты массивные медные кольца - к кольцам на проволоке ВР-ке крепились 41-е гайки при каждом движении они били шофёра в пах. Член Шурика был в двух местах перехвачен тяжелыми, оклёпанными шипами подшипниками, шелушащимися спекшейся кровью. "Дамочку трахал" - пронеслось в голове: "жалко дамочку!.." В несколько приемов Шурик зарядил в патрон станка хорошо обработанную, толстую, как полено папы Карло, деревянную болванку, обдал ее из масленки, оглянулся.
- Светка! - крикнул Шурик-Вампир, - наш друг Токарев готов! Мы изнемогаем! - Шурик тряхнул плечами, получил гайками по хую, ухмыльнулся и врубил передачу - болванка бешено завертелась.
- Айн момент! - задорная учетчица выпорхнула из женской раздевалки, сбросила на ходу халатик и грациозно вспорхнула на станок. Расставив ноги она лежала на брюхе и красным язычком кокетливо облизывала суппорт. Крупные половые губы девушки двумя тряпочками вывалились на заструженную станину.
- Держись, Токарев!.. - завизжала Светка и Шурик повёл болванку к ее промежности. Обороты были сбавлены, болванка, нежно поворачиваясь вошла и, разворашивая влагалище, скрылась в глубоком Светкином теле... Учетчица, судорожно подмахивая "Токареву", неистово терлась клитором и всхлипывала. По болванке бежала слизь.
- Эх-ма! - Аркадий схватился за член и стал стремительно надрачивать, пытаясь воткнуть его в Светкин глаз. Я лишь с грустью посмотрел на моего бессильного червя-дождевика.
- Клиника! - мастер в утешение похлопал меня по плечу и заправил член в рот учетчице. Бригада обступила станок, прижималась к разгорячённой девице - слышалась сопение и яростная брань.
- Без мата кончить не может, ему или самому на говно изойти надо, или чтоб слушать! - перекрывая гвалт проорал Аркадий, кивнув на мастера.
- Душ, душ! - закричал вдруг Шурик. Он энергично выкрутил болванку из Светки и повысил передачу. Болванка завертелась быстрее - капли светкиного сока полетели в стороны, орошая рабочих.
- Душ! - кричал Шурик и прыгал. Гайки хлестали его прямо по яйцам. Член, зажатый кольцами, надулся и вдруг выстрелил длинней струёй, хлестнувшей меня по щеке.
- Полегче! - заметил я. Но меня не слышали.
По станине побежали желтые струйки.
- Ссытся, блядина! - возбуждаясь от собственных воплей Аркадий в упор кончил Светке на глаз - учетчица заморгала и разразилась матом...
Вдруг все затихли. В цех большими шагами влетел толстый человек с портфелем и при галстуке.
- Наше - вам! - отрекомендовался он. И посмотрел на мастера. Мастер кивнул на меня.
- Мойоденький, мойоденький... - напевал человек с портфелем, уверенно приближаясь ко мне. Я поднялся.
- Новенький? - человек приятно картавил.
- Новенький... Два дня как...
- Мойоденький... - снова запел человек и неожиданно властно сказал, - Покажи хуй!
Удивленный, я повиновался. Человек нагнулся и крепко забрал мой фаллос в рот. Я дернулся было, но маленькие пухлые ручки держали мои яйца, как поводья. Толстые щёки заходили ходуном - человек сосал и я находил это довольно приятным. Мой бесполезный червяк вновь обрел очертания дородного тепличного огурца. Очевидно, "работал" профессионал.
Человек неожиданно с чмоком выплюнул член и, обдавая перегаром, задышал мне прямо в лице:
- Я хочу тебя, пайень, хочу! Трахни меня, исковыряй мне жопу, изъеби, чтоб я, сука беременная, шевельнуться не мог!..
Я беспомощно оглянулся на бригаду. Товарищи хранили гробовое молчание.
Тем временем перед моим лицом прыгала уже жирная задница, густо поросшая рыжими волосами. Подчиняясь самому мне неведомому чувству я зажмурил глаза и воткнул член в похотливую жаркую дырку. Задница энергично заходила взад-вперед. Человек с портфелем блаженно захрюкал.
- АндреичЙ - над моим ухом склонился мастер, - ты, Андреич, старайся, знатно трахай... Трахаешь-то кого? Директора!..
- Ди... директора?!. - от ужаса всё в моей глотке слиплось Мой балбес моментально потерял форму и выпал из объёмистой жопы директора. Обмякнув, я рухнул на скамью...
- Бойван! - директор, прижимая к груди портфель, брызгал слюной: кого набираем, педерастов-недоростков!.. В какую пизду кадьйовик смотрит!
- Сматывайся лучше! - посоветовал Аркадий. Понуро я вышел из цеха...
За моей спиной мастер натрахивал директора, о чем-то прося его, а тот капризно куксился. Уже в дверях я услышал:
- Ну, извините вы его... Молодой ведь парень! Выучится, мажет, классного слесаря из него сделаем!..
- Слесайя... - бурчал директор, покрякивая, слесайя - это хойошо-оЙ
...Я добрался до дому к утру. Мать была напугана, догадываясь по моему истерзанному виду, что случилась нечто кошмарное, непоправимое, поэтому вопросов не задавала, а молча проводила до кровати, сунула томик Костанеды и выключила свет.
Ворочавшегося в постели, меня заставил вздрогнуть телефон.
- Толик... Ты уволен! - это был Аркадий.
- Пошёл на хуй! - ответил я и спокойно уснул. В ту ночь мне снились деревья и бабочки...
Утром я поднялся со свежей головой и строил прожекты моей будущей судьбы когда в комнату ввалилась веселая гогочущая толпа, осыпающая меня цветами и конфетти.
- Ребята? Да ведь я...
- Нет, не уволен! - Аркадий мягко улыбался, - Понимаешь, это - розыгрыш такой...
- Что?!
Ко мне пробился мастер:
- Ты извини, Андреич... Просто мы на заводе новичков всегда разыгрываем. Грубовато, может... Но, парни-то мы простые, рабочая кость, по-умному шутить не приспособленные... - Мастер замялся
- Ага! Простые мы... - промычал кудрявый парень в шерстяной куртёшке.
- Витька!? А как же это... Ну, это... - я полоснул ребром ладони у паха.
- Что - это?
- Ну, то, что оттяпал? А?!..
Витька ухмыльнулся:
- Ну, коль оттяпал, значит оттяпалЙ А чё? Зато разыграли по мировому!..
Мужики залпом захохотали.
Я вздохнул:
- Эх, мужики, мужики... У меня аж седины полезлиЙ
- Йна хую! - подсказал корчившийся от смеха Аркадий.
Да ладно тебе, - я дружески ткнул Аркадия в челюсть, - Теперь-то что?
- Как это - что? - мастер нахмурился, - На завод теперь. Дела-то стоят!
И ко мне протянулась широкая трудовая ладонь.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
