Рассказ №7248 (страница 2)

     
     ...
     
     "Как все хорошо" - думал я, радостно сбегая по лестнице. - "Как незаслуженно везет!" Я все еще ощущал ее спину, прикосновения к ее груди. Но самое главное было не это. У нее не было хлеба и в перерыве между танцами и последующим за ними чаепитием, я вызвался сбегать в магазин. И прихватил из прихожей ее ключи. И успел сделать с них копии. У меня появился доступ в ее квартиру, лаборантскую, учительскую.
     
     ...
     
     А потом я стал активно использовать это бесценное приобретение. Во время некого общешкольного мероприятия, гарантирующего пустоту учительской, я, проникнув внутрь, стащил оттуда все деньги, которые смог найти в сумочках наших учителей. Помимо денег, я обнаружил в учительской гордость нашего военрука - медаль, полученную им за бои в Корее. Радуясь удаче, я прикарманил и ее. В течение нескольких дней учителя возмущались случившимся: "Это какой-то кошмар. До чего дошли. Никогда же ничего не пропадало. Совсем совести нет, уж хоть медаль-то бы оставили. " А после этого, я сделал так, что на глазах у всей учительской, медаль выпала у достававшей свою шаль Светланы Павловны. Ее чуть не выгнали с работы. Да и в учительской, с ней больше не здоровались.
     
     ...
     
     Как я и следовало ожидать, очередной этап изъятия денег и ценностей у любимой преподавательницы прошел довольно гладко. В день зарплаты она принесла домой деньги и пошла в школу на какое-то дежурство. После этого я спокойно вошел в квартиру и взял неумело припрятанные зарплату, золотые кулончик на цепочке, пару колечек и сережки с жемчуженками. Все это было просто, значительно сложнее, оказалось, разыгрывать смесь сочувствия и досады, когда она, чуть не плача, сообщила мне, что у нее опять нет денег. Я сначала ей "не поверил". Затем я дал ей почувствовать, что я очень рассчитывал на то, что она вернет мне долг вовремя. И что у меня были планы, связанные с этими деньгами. В конце концов, я вошел в ее положение и даже предложил занять денег у Гоши Володарского, чтобы она смогла дожить до зарплаты и расплатится со мной. Эта дурочка согласилась. Она даже назвала меня "ее благодетелем" когда я выдавал ей деньги. Что ж, ее долг значительно вырос, был он теперь под проценты, да и должна она была теперь деньги не мне, а мифическому бандиту, что развязывало мне руки. Воистину благодетель.
     
     ...
     
     Следующую, уже третью подряд, зарплату я увел из запертой лаборантской буквально через пять минут после ее получения. Светлана Павловна оказывалась в очень недвусмысленном положении.
     
     ...
     
      - Илюша, миленький, я очень-очень сильно извиняюсь, - когда Светлана Павловна подошла ко мне, чтобы сообщить мне плохую новость, она была сама робость и смирение. - Я точно помню, что заперла сумочку с зарплатой в лаборантской...
      -...
      - Я отошла в столовую, буквально на пять минут, я сегодня не завтракала... Мне нужно было хотя бы булочку купить. У меня даже голова разболелась...
      - И...?
      - Деньги пропали, - выдохнула она. - Нигде не могу найти.
      - Ну почему все бабы такие дуры? - рявкнул я. - Опять нет? Наверняка куда-то засунула и забыла! Искать пробовала?
      - Да везде искала. Нету. Это все, что у меня осталось, - протянула она мне несколько монет. - Я очень-очень сильно извиняюсь.
     - Она извиняется, - продолжал я орать на нее. - А Гоше Володарскому, я что понесу? Гоша - бандит! Он и убить и покалечить может! Вот, помнится, этой весной, один тоже все долг не отдавал...
      - И что...?
      - А ничего!
     Теперь она уже не только чувствовала себя виноватой, но и боялась. И в таком состоянии она жутко возбуждала меня. Очаровательные, красиво подведенные, с выражением как у загнанной лани, глазки. Очень хорошенькое личико с пухленькими, как у нас говорили, "миньетными" губками. Тонкая кофточка, обтягивающая и подчеркивающая полноту и изящность формы ее груди. Стройная талия. Немного полные бедра, которые облегала узкая черная юбка. Все это в полном моем распоряжении. Или почти в полном. Мой член был готов вырваться из штанов.
     - Если я сегодня же не верну деньги Гоше, - сказал я заранее заготовленную фразу. - То он возьмет меня за жопу. - Я шагнул к ней и, как-то особенно уверенно, с довольно сильным шлепком, всей пятерней схватил ее за задницу. - Вот прямо так и возьмет!
     Я столько ждал этого момента... Светлана Павловна получила нагоняй, и теперь, подавленно стоя передо мной, получала хорошую дозу давно причитавшегося ей лапанья.
      - Не надо, пожалуйста, не надо, - наконец выдавила она из себя, отводя мою руку. Я внутренни вскипел от негодования. Похоже, эта сучка не понимала, что в ее ситуации надо из кожи лезть, стараясь мне угодить. И радоваться, что ее потискали. И помимо попки, подставлять мне и другие свои достоинства, надеясь, что я куплюсь на ее прелести, и не стану бросать ее на произвол судьбы. Похоже, она думала иначе... И за такое надо было наказывать. А "произвол судьбы" я внутренни пообещал устроить ей сегодня же вечером.
      - Светлана Павловна, - сказал я, - Пожалуй, я просто отдам вашу расписку Гоше. А дальше пусть его ребята сами с вами имеют дело. Я отведу вас к его представителю.
      Она ничего не ответила, и я вышел. Чтобы не быть голословным, надо было срочно принимать меры. Я направился на поиски Шамиля.
     
     ...
     
      В свои двадцать с небольшим, Шамиль был порядочно потреплен жизнью. Отсидел. На зоне по каким-то причинам был жестоко опущен и, после этого, вернутся в родные края уже не мог. В данный момент, он, хотя и был официально прописан на сто первом километре, часто наезжал как в наш городок, так и в Питер. Впрочем, обычно его поездки длились не долго. В силу его кавказкой, обезображенной шрамами рожи, у него очень быстро спрашивали документы, задерживали и выдворяли обратно. По-моему он и пил по черному и кололся. Обращение к нему могло закончиться очень плохо, но у него никогда не было денег, и я надеялся, что получив хороший задаток, он меня выслушает. И в надежде получить еще больше, сделает все, что от него потребуется. Деньги же у меня теперь были.
     
     ...
     
      Шамиля я нашел легко. Договорится с ним, оказалось тоже довольно просто и, в тот же вечер, я, под угрозой выдачи людям Гоши Володарского ее адреса, свел Светлану Павловну с Шамилем в одном из подвалов.
     
     
     ... стоит усилий, затраченных на ее выполнение...
     
      Я был зол. Столько усилий и все напрасно. Готовясь к процессу ее воспитания, я даже срезал в ближайшем лесочке и принес домой несколько длинных гибких прутьев-розг. Однако сам объект для воспитания этим розгами не появлялся. Это шло вразрез с моими ожиданиями. По-моему, Шамиль хорошо с ней поработал. Я сам видел как она довольно сильно помятая и еле живая от страха, с трудом, выбралась из подвала и, слегка покачиваясь, побрела домой. Шамиль дал ей понять, что если и сегодня к вечеру она не вернет денег, ей будет гораздо хуже. "Сегодня" уже наступило. Но ко мне она не обращалась. Либо она искала другие источники денег, либо пошла в милицию. Либо что-то еще. Все это меня не радовало. Не понятно было, что делать дальше. Было воскресенье и мои родители, взяв с собой младшего брата, уехали в Питер. Дома было тоскливо и одиноко.
     
     ...
     
     Во второй половине дня, буквально за пару часов до ожидаемого возвращения родителей, в дверь позвонили. Я открыл. В дверях стояла она, - Светлана Павловна собственной персоной. Судя по заплаканному личику, слегка приведенному в порядок, видимо наспех наложенным макияжем, она, в эту ночь, почти не спала.
      - Светлана Павловна? - я постарался по возможности удивиться.
      - Этот, от Гоши, он ужасный, грубый, - выдала она без вступления. - Он бил меня. В грудь, в живот. Он угрожал. Говорил, что матку опустит... Там кто-то в туалет сходил... - она шмыгнула. - По большому... так он меня в это... лицом. - Она с трудом сдерживала рыдания. - А в конце, он сказал, что если и сегодня денег не будет, то он мне начнет груди отрезать. Вот, посмотри! - Разведя полы накинутого на нее плаща, она расстегнула две верхние пуговки на блузке и немножко опустила лифчик. По краю груди действительно проходила неглубокая царапина.
     Я внутренне усмехнулся. Идея про груди принадлежала мне.
      - Ну, это я точно не знаю, - лениво сказал я. - Я слышал, что сначала они обычно избивают до полусмерти и пропускают через "трамвай"... это когда человек двадцать насилуют в очередь, а потом, чтобы покрыть долг, продают в горные районы Чечено-Ингушетии. В рабство. Жить в яме, делать черную работу с утра до вечера. Служить подстилкой всем мужчинам аула. Народ там дикий. Для них женщина, да еще и не чеченка хуже собаки... А собака, у них, считается, между прочим, нечистым животным, - добавил я после короткой паузы. Думаю, что, в данный момент, непочтительное отношение чеченцев к их собакам интересовало ее меньше всего.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ]

Читать также: