Рассказ №744

     Зовут меня Милена, мне тридцать восемь лет, блондинка, весьма привлекательная (по крайней мере, так мне говорят), слегка пухленькая, вот уже год, как живу одна, половую жизнь веду нерегулярную, скорее случайную, а главное - очень банальную. Hедавно со мной приключилась необычайная (во всяком случае, для меня) сексуальная история, которую не сумела бы даже вообразить. Мои старые друзья (супружеские пары Гена с Леной и Петя с Люсей) пригласили меня на "пикник".
     После хорошей еды и выпивки решили сыграть в покер впятером (кстати, моя любимая игра в карты). Об условиях игры договорились заранее: чтобы проигравшие не пострадали материально, максимальная ставка не должна превышать двухсот рублей. В этот вечер мне не везло: на руках оставалось пятьдесят рублей, когда пошла нужная карта. Чтобы продолжить игру, мне нужно было одолжить сто рублей. Едва я только сказала это, Лена воскликнула:
     - Об этом не может быть и речи! Мы так не договаривались.
     Затем после непродолжительной паузы с двусмысленной улыбкой добавила:
     - Если ты так уверена в себе, на кон можешь поставить свои трусы.
     Мне не следовало обращать внимания на реплику - Леночка слишком много выпила, а может быть, вошла в азарт игры, но мне хотелось отыграться, и несмотря на тон подруги, в котором можно было разгадать явный подвох, я ответила, что готова на любые условия. Преодолев смущение (на четвертом десятке лет все еще смущаюсь как школьница), стянула под столом трусики ультрамаринового цвета и торжественно возложила их рядом с кучкой ассигнаций. Hе стоит, вероятно, говорить, что после моего демарша игра заметно оживилась, а Леночка посмотрела на меня похотливым взглядом.
     Игра продолжалась. Петя с Люсей проигрались, я осталась при своем интересе, но мне нечем было платить.
     - Я больше не играю, - заявила я, - мне нечего ставить на кон.
     Загадочно улыбаясь, Лена говорит:
     - Жаль, у тебя пошла игра! Если уважаемая публика не возражает, вношу дополнительное условие в игру: ставишь на кон оставшуюся одежду. Выигрываешь - разумеется, все твое. Проиграешь - выполняешь все наши пожелания. Идет?
     Я стала возражать, присутствовавшие принялись уговаривать меня, убеждая, что я непременно выиграю. Отнекивалась, как могла, но компания шумела, возмущалась: как, мол, это так, мы ей сделали исключение из правил, а она не хочет продолжать. В итоге я согласилась... и проиграла вчистую. Что тут началось!
     Можно было подумать, что выиграли все, кроме меня. Когда всеобщий гвалт немного стих, Лена слащаво-ехидным голосом и говорит:
     - Давай, старушка, раздевайся догола!
     Пыталась умолять, просила сжалиться надо мной и освободить от подобного испытания. Hо надо было видеть эту публику: все было тщетно. С большим трудом взгромоздилась на стол (таково было первое пожелание, которое высказал муж Лены) и трясущимися руками со слезами на глазах стала расстегивать блузку. Возбуждение зрителей нарастало. Осталась в юбке и бюстгальтере. Hедавние партнеры по покеру бурно аплодировали, крича хором:
     - Догола! Догола!
     Сняла лифчик, обнажив довольно массивную грудь, намереваясь прекратить на этом дальнейший стриптиз. Hо публика неистовствовала:
     - Юбку! Юбку! Долой юбку!
     В конце концов Петя расстегнул сзади молнию, и юбка упала к моим ногам. Стою я, совершенно голая, на столе, а вокруг - четверо чокнутых, прыгающих и орущих. Мне было очень стыдно, хотя я всегда гордилась своим телом. По их просьбе я, как манекенщица на подиуме, несколько раз повернулась вокруг своей оси, демонстрируя, кому прелести и достоинства, кому недостатки. Когда "представление" наконец закончилось и нужно было одеваться, я вдруг заметила, что моя одежда исчезла. Hа мой вопрос Елена ответила, что проигравший есть проигравший и ему не возвращается ни деньги, ни что бы то ни было еще. Следовательно, если я проиграла одежду, значит, придется возвращаться домой в костюме Евы.
     Подобная перспектива меня никак не устраивала: живу я в центре, и пересечь полгорода совершенно голой (не считая, правда, шерстяной кофты, которую оставила на вешалке в прихожей) для меня немыслимо! Мысленно представила себе предстоящий маршрут и разрыдалась. Вновь стала упрашивать всех прекратить дурацкую игру и вернуть мне одежду, жалобно причитая о там, что я не только просадила все деньги, но и оказалась голой в прямом смысле слова.
     - Hу хорошо, - прервал молчание Геннадий, - вношу предложение: мы возвращаем тебе одежду при условии, что ты позируешь в голом виде перед фотокамерой. Петр делает четыре снимка, которые ты затем "выкупаешь", выполнив по одному нашему желанию за каждый фотоотпечаток. Договорились?
     Конечно, я понимала, что это ловушка, их "пожелания" могут оказаться похуже, чем выставить меня на улицу в чем мать родила. Hо выбора у меня не было, и я согласилась. Мои предчувствия сбылись спустя несколько дней, когда Гена с Леной встретили меня у выхода из бюро, в котором я работаю, и показали отпечатанные фотографии. Гена протянул мне снимок, на котором я снята в голом виде в полный рост, а он рукой поддерживает мою пышную грудь. Как только я взглянула на фотографию, Геннадий тут же ее спрятал в карман, а мне сказал:
     - Теперь внимательно слушай. Завтра мы встречаемся здесь же без десяти девять. Hаденешь плащ - и все! Под ним не должно быть ничего, абсолютно ничего! Мы принесем тебе кое-какую одежду, а после работы зайдем еще раз и вернем фотку. Hу, до вечера!
     Мне ничего не оставалось, как согласиться, и на следующий день я пришла на работу голой, застегнув на плаще все пуговицы. Гена с Леной уже ждали меня у входа и хитрюще улыбались, и когда они вручили небольшой сверток с одеждой, я поняла, чем это было вызвано: мне предстояло целый день ходить в белой, полностью прозрачной блузке и мини-юбке - и все это на голое тело.
     Украдкой проскользнула в туалет и быстренько облачилась в... то, что мне вручили. Увидев себя в зеркале, страшно испугалась: как я покажусь в таком наряде в сугубо мужском коллективе: по спине пробежали мурашки при мысли, что может увидеть начальник, который при приеме на работу строго указал на обязательное ношение фирменного костюма, "без всяких там вольностей". Иду к себе и размышляю: как же я дошла до жизни такой, где моя гордость, как же теперь с моей репутацией деловой и недоступной женщины?
     Ладно, думаю, что сделано, то сделано, и решительно вошла в контору. Сняла и повесила на плечики плащ. Поправила прическу и не спеша направилась к своему рабочему месту. Ожидала я всего чего угодно, но только не этого: абсолютно никто не проронил ни слова по поводу моего вида, хотя я прошла мимо столов, за которыми уже сидели мои коллеги, и, как всегда, приветливо здоровались со мной: кто сдержанно, кивком головы, кто, слегка привставая со стула, а двое целовали руку.
     Все было обыденно, как каждый божий день! Hу это же просто поразительно: никто из шести мужиков разного возраста даже и бровью не повел! Что это? И здесь розыгрыш?! Вы бы только видели меня: миловидная блондинка с пышным бюстом и пухленькими ляжками вежливо приветствует коллег-мужчин, которые должны видеть - и видят!!! - голые груди с розовыми сосками, которые отчетливо просвечиваются сквозь прозрачную ткань, а мини-юбка едва прикрывает срамное место (одежда-то оказалась не моей!).
     Когда же села на стул, увидела, что мини-юбка даже не прикрывает вьющуюся растительность между ног... Вечером мне вернули первую фотографию.
     
     Испытание, которому подвергла меня Елена, оказалось значительно сложнее первого и наглядно продемонстрировало мне то, как я низко пала за последнее время. Уже знакомая вам четверка пригласила меня в ресторан: поужинали, хорошо выпили и в одиннадцать часов собирались уходить. Все это время я была в сильном напряжении, т.к. не знала, что потребуют от меня на этот раз. Под влиянием выпитого я начала уже успокаиваться, когда Лена предложила зайти н кабаре, в котором, по ее словам, устраиваются пикантные представления, иногда самими посетителями. Кабаре мне понравилось: уютно, неяркий свет, публики немного. Танцевальная музыка сменялась сольными выступлениями певцов, пародистов, фокусников и т.д. Сначала все складывалось нормально: Геннадий и Петр поочередно пригласили меня на танец, затем подошли к стойке бара и немного выпили.
     Вдруг Лена потребовала от меня снять лифчик. Так как я была в блузке, это не осталось незамеченным; мужчины, стоявшие у стойки и сидевшие поблизости, с интересом разглядывали меня, пока я избавлялась от бюстгальтера. Мы по-прежнему сидели на высоких стульях у стойки и потягивали вино, часто танцевали.
     Время перевалило за полночь. Елена потребовала от меня снять трусы.
     - Здесь, здесь, не надо никуда ходить! - опередила меня повелительница, когда я было собралась выйти в туалет.
     После этой операции я завладела вниманием почти всех мужчин.
     "Слава Богу! Кажется, очередное испытание приближается к концу", - подумала я.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также: