 |
| |
| | Но я был непреклонен. Перевернув ее на спину я отнял ее связанные руки от лона и прижал к полу над ее головой. Левой рукой проверил, не появилась ли райская роса на ее лоне, но нет, и в этот раз было сухо, только кровь замочила мои пальцы. Дурочка, если бы расслабилась, в этот раз было бы легче, а так: и я вновь вторгся в ворота, не смотря на то, что девчонка взвыла и заметалась опять. И во второй раз я вбивал кол и вытаскивал его множество раз, пока не вспотел и излил живительную влагу. Тут моя жертва прикрыла глазки и в бесчувствии откинулась на шкуры. Ну этого не надо! Я быстро привел ее в чувство двумя оплеухами и решил напоследок преподать ей настоящий урок. Вновь перевернув ее на живот, я раздвинул ее ягодицы и всадил свой перемазанный в крови ее лона и моем семени кол ей в попу. Я думал, она не сможет завопить громче, чем вопила до сих пор, но она орала, как будто ее резали. Хотя это было недалеко от истины. Ее узенькая попка не была предназначена для такого внушительного инструмента, как мой и поэтому я порвал ее, входя и выходя вновь. Крики ее были, должно быть, слышны по всему городу, так что не удивительно, что к тому времени, когда я выпустил из себя последнюю на этот раз струю семени, в дом вломились мои воины. Быстро найдя нас по ее воплям (ну я же говорил, что не надо кричать) они встали вокруг и хвалили меня с удачной находкой. Полностью удовлетворенный, я пожаловал это сокровище своим воякам на неделю. А если она выживет, то будет хорошей, покорной и исполнительной рабыней. А нет - так хоть ребята мои потешатся. | | |
| |
|
| |
| | Настоящая моя сестра, проживающая в столице, попросила однажды, чтобы я взял на некоторое время ее дочь Марту к себе на дачу отдохнуть. Марта была очаровательное существо, прекрасная девочка, великолепный ребенок. Объем груди ее достаточно велик и заставлял иногда трепетать мое сердце. Она была красива собой. Ее русые волосы вились на голове, нависая на плечи и голубые глаза. Марта была чрезвычайно смелой. При встрече со мной она награждала меня поцелуями, подтягивая меня, чтобы обнять за шею, л | | |
| |
|
| |
| | Так же я подглядывал за мамой когда она мылась в ванне. Мама у меня была ниже среднего роста, с грудями 3 размера (она имела абалденные соски), довольно не плохой попкой с проростями целюлита, хорошо развитой растительностью между ног, про остальное потом. Всё началось с того что я помылся в ванне, стал на стулец и начал витиратся. Я был голый, а когда я такой, то всегда игрался с членом: немного подрчивал, натягивал шкурку, вмочал в тёплую воду - от чего получал неописуемое удовольствие. И тут вдруг неожиданно зашла мать. Я сразу встал, но спрятать своего бойца не смог, он так стоял, что ни какая Ейфелева башня с ним не сравнится. Она увидела всё ето, но почему то не обратила внимание, а только спросила: "Не обрезать ли мне ногти?", с чем я с радостью согласился. Мама начала мне обрезать ногти, но член как назло не ложился и в голову лезли плохие мысли. Тут она меня попросила встать и поставить ногу на ванну. А так как я оперался ногами ещё и на стулец, то встав на него и ванну, мой член оказался как раз напротив лица моей матери. Но тут она уже не могла ничего не сказать. "Чего ето ты так возбудился"- спросила она и одновременно взялась за него рукой, потянула шкурку вниз. Я чуть не кончил от етого. Мой член стал прямо таки бурдовым, а также увеличился на пару сантиметров. Но она его не отпускала, а начала ещё быстрее надрачивать мне. Ето было выше моих сил. Я начал кончать, бурно кончать, на лицо на груди, на шею, губы , нос. Так мног спермы я не выливал ещё никогда. После етого немного оклимавшись, я посмотрел на маму. Её лицо было всё в сперме, которую она слизывала. Но посмотрев в глаза, я увидел в них похоть. "Ну что сынок, я вижу ты мужчина, да и инструмент ничего, а сможеш так зделать что бы я кончила?"- спросила она. Я на всё готов ответил ей. Не долго думая, я начал мять её диньки. Снял халат. И увидел Монну Лизу только в панталончиках и голую по пояс. Не смог здержатся и впился ртом в её соски . Как я их сосал, ето надо было видеть. Никакой младенец не сравнится со мной. Я сосал сосочки, покусывал их, оттягивал, зажимая между губами, дул на них. Не прошло и минуты, как мать начала стонать и полезла рукой к своей киске-волосатке. Дошло до того, что чем искусней я сосал её соски, тем более яросней она начала двигать там в низу, засовывая пальци себе в пездёнку. Она стала вся красной и начала кричать, вздыхать, охать, ахать и мычать. Но я тоже был возбуждён до придела и не мог выдержать притог крови и спермы к члену. Не долго думая, я оторвал голову от соска, снял с мамы панталоны. В етот момент я услышал её крики: "не останавливайся, еби меня, трахай, я хочу что бы ты всунул мне". Не долго думая, я вытянул своего бойца, обнажил головку и всунул ей на полную длину. Как там было гарячо. Ето была не киска, а настоящая вульва. Мама так искустно сжимала и разжимала стенки влагалища. Я начал брать её в бешеном темпе. Заганяя ей свой набухшый член в дебри влагалища. | | |
| |
|
| |
| | При этом этот тип вставил мне кляп. Вот на это договора не было! Блин!!! А как же пищать?! Мне положено тоненько пищать! Как назло, я в юбке... . Ладони у него такие шероховатые... Сквозь колготки чувствую его руки, не порвал бы он их своими трудовыми мозолями. А бедра-то зачем связывать? Что, секса не будет? ... Такое беспомощно-кайфовое состояние. Мне смешно! А может, всегда такого прикола и хотела? Иногда я сама себя не понимаю. Угадать не могу. Тут насилие надо моной, а я, дура, хихикаю. Почему-то вспомнилось, как в далеком пучеглазом детстве меня связали во дворе. Играли во что-то, типа "индейцы и ковбои" или еще что... Ничего такого в игре не было! Просто привязали к столбу. За локти и запястья. Но вот тогда, помню, было немного больно. Я даже заплакала, доказывая, что игра кончилась. Больно ведь! Никто не слушал. Все продолжали играть, а мои слезы приняли за часть игры... Жестоко! Потом еще мама спросила, что это у меня за странные следы на запястьях рук. Не помню даже, что я там такое ей ответила... . О-о-о! ... Вот ведь!!! Он, сосед мой санаторный, уже успел прикрутить мои несчастные рученьки к ногам! Я, видимо, уже на почтовую посылочку похожа... . Наверно, смешная я сейчас со стороны... (Виртуальный секс реален! Попробуй сам! Заведи себе русскую виртуальную любовницу-давалку! - добрый совет) | | |
| |
|
Рассказ №8136
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Суббота, 24/02/2007
Прочитано раз: 129961 (за неделю: 51)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Когда голый Ваня снова возник в комнате, маленький голый Ростик, одиноко сидящий на краю постели, в темпе "быстро-быстро" постигал азы науки юных грёз и одиноких сладостных мечтаний... впрочем, мой прозорливый читатель, науку эту рано или поздно постигают все, и мы об этом уже вскользь говорили...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Правильно. Для начала, как минимум, нужно было смазать... Да, мой читатель, да: любое, даже самое банальное знание переедаётся либо от более опытных ветеранов неопытным несмышлёнышам и прочим неофитам, либо - добывается путем проб и ошибок уже собственных; Ваня и Ростик шли по второму пути... и опять-таки, мой терпеливый читатель, я вовсе не хочу сказать, что Ваня, студент первого курса технического колледжа, совершенно не имеющий никакого личного опыта по части проникновения в туго сжатые отверстия, никогда не слышал применительно к анальному сексу хотя бы о таком общедоступном слове, как "вазелин"... слышал, и слышал неоднократно!"С вазелином", "с вазелинчиком" - говорили-шутили и в школе, и в колледже, когда возникали-накатывали всякие неоднозначные разговоры... но, как теперь оказалось-выяснилось, всё это была одна сплошная и, к тому же, плохо усвоенная для первого применения лишь волнующая теория... и хотя теория - вещь тоже неплохая, но теорией, как известно, сыт не будешь - петуха не смажешь... Вазелина в доме не оказалось. А оказался подвернувшийся под руку мамин крем "УТРЕННИЙ", и хотя дело это происходило поздним вечером, Ваня вполне резонно и даже обоснованно решил, что столь конкретное указание на применение крема в данном контексте никакой существенной роли не играет... Смазав утренним кремом у петушка головку, а у маленького Ростика - туго стиснутый, не пропускающий входик, нетерпеливый Ваня тут же, не теряя ни мгновения времени быстротекущей жизни, целеустремленно и уже как бы привычно и даже как бы профессионально вновь пристроился к наклонившемуся Ростику сзади... уж теперь-то дело пойдёт! Ан нет... как бы не так! Петушок, даже смазанный, не входил... то есть, он, петушок, может быть, и вошел бы, и даже наверняка вошел бы! - в том состоянии боевого стояния, в каком он сейчас находился, он, то есть Ванин петушок, вообще мог войти куда угодно - хоть в танковую броню... да только норка Ростика наотрез отказывалась вот так, сразу и с первого раза, расширяться-растягиваться до нужного диапазона, - и Ваня, устав и даже намучившись от безрезультатных усилий, должен был со всей прозорливостью констатировать, что толку от этой затеи никакого не будет. Во всяком случае, сегодня...
- Ванечка, но я же не виноват... - виновато оправдывался маленький Ростик, видя, как Ваня непонятно откуда взявшимся носовым платком тщательно вытирает головку своему неудовлетворенному по намеченной программе петушку...
- Да я что... обвиняю тебя, что ли? - вполне здравомысляще, хотя и не очень весело отвечал на это шестнадцатилетний Ваня. - Мы потом... потом ещё раз попробуем... да?
И маленький Ростик, который в общем и в целом, а также в частности был сам не прочь попробовать "потом" и "ещё раз", обнадёживающе и даже беспечно согласился:
- Да.
Какое-то время они, Ваня и Ростик, вновь обнимались и тискались... впрочем, тискал маленького Ростика исключительно Ваня, а Ростик только податливо отдавался, при этом не забывая ласкать ладошкой Ваниного твёрдо смотрящего в будущее петушка...
- Ваня, а когда дрочишь... это приятно? - неожиданно прошептал Ростик в момент короткометражной паузы, эксклюзивно образовавшейся в сплошном потоке Ваниного сопения и пыхтения.
- Ну, приятно... - чистосердечно признался Ваня, в который раз водружая маленького Ростика на себя.
- Я тоже... тоже хочу, как ты... - прошептал маленький Ростик, чуть колыхаясь, как на волнах, на пыхтящем голом Ване, потому как изобретательный Ваня, вновь лаская и упоённо тиская круглые булочки Ростика, одновременно с этим волнообразно двигал под Ростиком бёдрами, изо всех сил стараясь достигнуть максимального соприкосновения "снизу вверх".
- Как... как ты хочешь? - отозвался Ваня, не прекращая волнительного эксперимента.
- Ну, как ты... - прошептал Ростик, обнимая Ваню за шею. И помолчав - чувствуя, что Ваня всё равно не понял - коротко пояснил: - Дрочить...
- Росточка, это же просто! Ложись... - упоительно экспериментирующий Ваня в одно мгновение перевернул Ростика на спину, так что маленький голый Ростик оказался лежащим на голом Ване на спине, и, одной рукой придерживая горячего и покорного Ростика за грудь, ладонью другой руки Ваня сжал-обвил возбужденно торчащий член младшего несмышленого брата. - Вот... вот так берёшь... где твоя рука? Ага, вот... ну, обхватывай в кулак... вот так! - Ваня своим горячим и многоопытным в данном вопросе кулаком исключительно в обучающих и только в обучающих целях обхватил кулачок маленького Ростика, несильно и познавательно сжал его, легонько стиснул, - и двигаешь... быстро-быстро двигаешь... ну-ка, попробуй!
Ростик попробовал... и ничего не почувствовал.
- Ростик, ну, может, ты еще маленький... - неуверенно проговорил Ваня, одновременно пытаясь вспомнить, когда и в каком возрасте начал заниматься этим он сам. И - вспомнить этого не смог: Ване вдруг показалось, что он занимался этим всегда... даже, может быть, с самого своего рождения...
- А давай... - проговорил Ростик... и, чувствуя, как твёрдый и совершенно неугомонный Ванин петушок заскользил-заегозил по его попке, а сказать точнее - по ложбинке, неизменно существующей на месте смыкания полусфер, отчего он, маленький Ростик, тут же снова заколыхался как маленький безвозвратный принц, едущий в карете по европейскому бездорожью, маленький Ростик целомудренно понизил голос. - Ванечка, давай... знаешь - что? - И, не дожидаясь, пока Ваня встречным вопросом уточнит, чего он, Ванечка, не знает и что он знать должен, сам же на свой вопрос и ответил: - Я петушка твоего поцелую...
Конечно, мой читатель, по всем правилам жанра маленький Ростик должен был бы сказать "отсосу"... либо, на худой конец, употребить более индифферентное слово "пососу", либо... либо - без всяких дополнительных слов молча и проникновенно прикоснуться к петушку губами и, великолепно и всеохватывающе поиграв языком с уздечкой, вобрать, замирая от наслаждения, этого самого петушка, имеющего немалые размеры, до самого основания в рот... и всё это с первого неповторимого раза! - но так, мой читатель, бывает только в реальной и даже исключительно реальной жизни! А у нас - сказка, и Ростик в нашей сказочной истории был еще совершенно искренне и однозначно неискушен в подобных душевных делах, и потому сказал так, как сказал, при этом, конечно же, имея в виду не мимолетное прикосновение к петушку в виде какого-то банального целования, а имея в виду именно сосание...
- Только ты помой его, - простодушно, но от этого не менее прагматично добавил Ростик.
Ничего не отвечая, Ваня, студент первого курса технического колледжа, тут же освободив свою юное тело от не менее и даже болеее юного тела маленького Ростика, мигом помёлся в ванную, рассекая при этом чуть заколыхавшимся на весу петушком лунный комнатный воздух... Ну, конечно... конечно, Ростик был прав - маленький Ростик был снова прав! Как ни тщательно специальным носовым платком вытирал Ваня своего петушка, присутствие крема "УТРЕННИЙ" в этот столь не утренний час было все равно заметно - и Ваня, в голом виде стоя над ванной и даже чуть прогибая бёдра вперёд, тут же из распылителя хоть и торопливо, но однозначно тщательно смыл с торчащего петушка налёт неудавшейся попытки этого молодого бойца-завоевателя попасть в уже сладко желаемый теремок весенних грёз... на какой-то миг в виде реформаторского затмения у Вани даже мелькнула мысль опылить своего чистого и свежего петушка дезодорантом в целях улучшения петушиного имиджа и придания своему петушку чистоплотной солидности, но уже спустя мгновение следующее смекалистый Ваня сообразил, что хрен редьки не слаще, и делать при помощи химии из продукта натурального муляж неизвестно чего вряд ли целесообразно и даже как-то не совсем естественно... ну, и не стал Ваня этого делать - не стал опылять-травить своего петушка пахучим дезодорантом! И правильно сделал, что делать этого не стал, ибо соразмерно прекрасный и во всех прочих отношениях несомненно достойный, он, Ванин петушок, совершенно не нуждался в разных сомнительных улучшениях...
Когда голый Ваня снова возник в комнате, маленький голый Ростик, одиноко сидящий на краю постели, в темпе "быстро-быстро" постигал азы науки юных грёз и одиноких сладостных мечтаний... впрочем, мой прозорливый читатель, науку эту рано или поздно постигают все, и мы об этом уже вскользь говорили.
- Я дрочу, - коротко и простодушно прокомментировал Ростик своё незамысловатое по форме занятие, доверчиво подняв глаза на Ваню, вновь отчётливо и даже осязаемого возникшего в лунном свете их детской комнаты. - Так? Ванечка, смотри...
И маленький Ростик, вновь опустив глаза, с удвоенной силой продолжил, едва не вырывая с корнем, терзать малоопытной рукой своего мило симпатичного петушка.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
