Рассказ №9297

     Вы тужитесь, а я буду пытаться его захватить пальцами. Вдвоём нам удастся!". Татьяна сильно стиснула мышцы попы, а медсестра Валя начала пытаться сдвинуть с "мёртвой точки" каловый камень. Через секунд 10 это удалось, и она медленно потащила копролит к выходу. Как только часть калового камня вылезла наружу, вдруг раздался хлопок, похожий на пушечный выстрел, и содержание кишечника бабы водопадной струей вырвалось наружу. Основная часть струи попала на белый халат медсестры и здорово его вымазала, куски размягченного кала упали как на пол, так и на ноги девушки. "Ради бога, быстро садитесь на ведро!", распорядилась Валя. Баба плюхнулась попой на ведро, а медсестра была вынуждена снять свой халат, оставшись лишь в бежевого цвета трусиках и лифчике, на которых, кстати, тоже были видны влажные пятна. Девушка открыла шкаф, начала там искать что-нибудь другое, пригодное для того, чтобы надеть вместо халата. Нашевши кое-какой, тоже запятнанный бурым цветом старый халат, она его быстро надела и взяла испачканный калом бабы свой предыдущий халат, чтобы нести его в ванну замачивать.
     Баба Таня, вся покрасневши чуть ли не до посинения, начала оправдываться: "Доченька, не сердись на меня, я это не специально, просто не могла удержать... ". "Всё в порядке, бабушка, я на вас не сержусь. Сидите и какайте, я эту проблему сама улажу!". Она отправилась в ванную, там достала тазик и замочила в него грязный халат, затем сняла только что надетый халат, также лифчик и трусики, залезла в ванну и начала обмывать себя душем. Бабуля тем временем продолжала сидеть на ведре и тужиться. Это ей весьма трудно удавалось, после выкаканной первой порции испражнений новые не стали быстро следовать. "Ух, эх, м-м-м", пыхтела несчастная старушка, наконец после 1, 5-2 минутных стараний вновь выпал большой кусок затвердевшего кала, за ним последовала вода и газы. "Буль-буль, пук- пррк!", прозвучал соответствующий этому процессу шум. Баба вытерла пот рукой с лица, глубоко вдохнула и выдохнула. Затем она опять стала выжимать каку. Несмотря на сделанную большого объёма клизму, кал выходил с трудом, маленькими порциями, лишь при усиленном тужении бабули. Зато вонь в комнате стояла просто ужасная, как и подобает при выходе старого, давно застоявшегося в кишечнике кала.
     Блондинка тем временем обмылась в душе, вытерла своё тело полотенцем, надела нижнее белье и задрыпанный халат, и отправилась назад к бабе Тане. "Ну, бабушка, как какается?", она спросила. "С трудом, детка, с большим трудом", Таня ответила. "Ах так... ну видно, у вас очень сильный запор возникши. Ничего, я вам сделаю еще одну клизму, с касторкой и отваром ромашки", успокаивала её медсестра, затем взяла тряпку и начала собирать лежащие на полу испражнения. "Нет, вторую клизму не надо! Я покакаю и после этой, просто не могу выкакать всё сразу", начала возражать бабушка. "Подымите попу, покажите, что так в ведре!", распорядилась Валя. Баба с трудом оторвала попу от ведра и опять нагнулась вперёд. Медсестра посмотрела содержание ведра. "Кала мало, в основном вода, и тот, который есть, тоже весьма твёрдый", она констатировала. Затем она повторно ввела бабе в задний проход свой указательный палец. "Да, бабушка", она вздохнула, "закрепило вас не на шутку, даже после клизмы какашки стоят в попе и не выходят. Ложитесь обратно на кушетку в ту же позу, буду вам делать ещё одну клизму, на сей раз усиленно-послабляющею". "Детка, может всё-таки не надо?".
     "Надо обязательно, и без лишних разговоров, ясно?", строго распорядилась медсестра. Баба медленным, неуверенным шагом, слегка пошатываясь, дошла до кушетки и вновь легла на левый бок. Девушка вновь стала набирать воду в кружку Эсмарха; когда она почти наполнилась, добавила туда же 100 грамм касторки (вылила практически всю бутылочку) и несколько ложек экстракта ромашки, который хранился у нее на полке как раз для применения в клизмах при усиленных запорах, довольно таки часто возникающих у старых, малоподвижных людей. Вновь выпустивши воздух из шланга и намазавши наконечник клизмы вазелином, она подошла к лежащей на кушетке бабули. "Ну, бабушка, так дело не пойдёт, я же вам говорила - ноги ближе к подбородку... вот так... и ещё, ещё... правую ножку ещё немного подтяните... так, сейчас буду засовывать наконечник", командовала медсестра, держа в правой руке наполненную водой кружку, а в левой - клизменный шланг. Она нагнулась над Татьяной и вновь медленно, осторожно ввела бабе в анальное отверстие наконечник. "Ой!", опять воскликнула бабуля. "Не психуйте, всё будет нормально... сейчас открою зажим... ну вот, опять водичка потекла в кишечник", успокаивала её Валя и, взявши кружку обоими руками, вновь подняла её вверх где-то метр над лежащей больной.
     На сей раз бабе терпеть, видно, было легче, она ничего не говорила, пока где-то две трети содержания кружки Эсмарха не перешли в её живот, лишь затем опять начала жаловаться на боль и распирание в кишках, упрашивать прекратить клизму. Но медсестра, как и в прошлый раз, лишь немного опустила вниз кружку и велела бабе усиленно дышать ртом, пока боль не прекратиться. Старушка послушала, и через несколько секунд ей полегчало. Вдруг дверь кабинета медсестры открылась, и в него вошел бородатый старичок, опираясь на трость. "Детка, дайте мне таблетку снотворного, а то опять всю ночь не засну!", он заговорил. "Погодите, вы что не видите, что я занята!", возразила Валя. "А, так вы это... клизму делаете... Тане Рыбаковой, не так ли?", старичок подошел по ближе и начал усиленно рассматривать происходящеё. Он увидел бабульку, лежащую на левом боку с задранным вверх платьем и спущенными до колен панталонами, полушария голой попы бабы были широко раскрыты, в сраке торчал шланг, который время от времени покачивался направо и налево, рядом стояла медсестра и держала в руке кружку Эсмарха, которая уже была почти пустая, баба крахтела и сопела, пытаясь удержать всё поступающие новые порции воды и одолеть позывы на низ, которые с каждой минутой всё усиливались.
     "Да, можете посмотреть, раз вам довилась такая возможность", усмехнулась блондинка. "Что мне там, старику, смотреть... вот, когда я был молодой, тогда другое дело... мог часами подсматривать через окно процедурной гинекологического отделения местной больницы, куда часто приводили молодых девушек на клизму и другие подобного рода процедуры. Окно было на половину закрашено, однако я доставал ящик, забирался на него и смотрел. Особенно хорошо было в темное время суток, когда внутри горел свет, и я отлично всё видел, а меня никто не мог заметить... Да, это было здорово, ну а теперь у меня уже и интерес пропал, да и стоять долго не могу, через 5-7 минут упал бы наверное", философствовал старичок. "Ладно, вспоминая молодость, подержите сжатыми ягодицы Татьяны, а пойду мыть кружку и искать для вас таблетку", распорядилась медсестра, закрыла кран на шланге и извлекла и попы бабы наконечник. "Ух ты, спасибо, мне за жизнь такое ещё не приходилось делать", проворчал довольный старик. Он нагнулся и обоими руками стиснул полушария попы бабы. "Ну, так хорошо будет?", он спросил медсестру. "Превосходно!", та ответила. "Вася, дурень, не сжимай так сильно, мне и без того хреново!", воскликнула баба Таня. "Ага, а я не хочу, чтобы ты тут обделалась бы и мою рубашку испоганила бы", возразил дед Василий.
     "Да, да, держите посильней!", раздался голос медсестры из соседней комнаты, "она уже один раз не смогла удержать воду и испачкала мой халат". "Ах, вот как!", свистнул сквозь зубы старик, "стало быть, вы ей уже не первую клизму делаете?". "Да, уже вторую, первая ей не помогла как следует", девушка ответила. "Она, наверное, слишком рано воду выпустила?", интересовался Василий. "Да нет, там была другая проблема. Я вытаскивала ей из попы каловый камень, ну и заодно вода вылилась... Ну, ладно, вот ваша таблетка, берите её, отпускайте ягодицы Татьяны и уходите!", распоряжалась медсестра. "О нет, детка, дайте, я посмотрю до конца, как всё закончится. Я хоть уже и не молодой, но всё-таки интересно", стал возражать старик, как будто забывши, что ещё пару минут назад утверждал обратное. "Ну ладно, смотрите, только что тут вы ещё такого увидите", блондинка пожала плечами, "разве что запах кала сможете понюхать". "Эх, запах мне не мешает", махнул рукой старичок, "но какающие женщины меня всегда интересовали, моя бывшая жена тоже ругалась, когда я подглядывал на ней, когда она на горшке сидела". "Так у вас была жена?", спросила медсестра. "Да, ушла от меня лет 20 тому назад. Я, конечно, сам виноват, сильно выпивал в то время", признался дед Вася.
     "Ну, я думаю, хватит удерживать попу Тани, отпускайте её и помогите ей встать и сесть на горшок!", сказала Валя. Старик послушно отпустил ягодицы бабы Тани, взял её за правую руку, медсестра в свою очередь схватила её за левую. Вдвоем они быстро подняли бабу с кушетки, отвели пару шагов в сторону и вновь посадили на то же ведро, в которое она какала после первой сделанной клизмы. Опять раздался звук выливающейся воды, со свистом вышли в кишечнике ещё находящейся газы. Однако потом стал выделяться и твердый кал, размягченный в процессе двойного клизмования. Куски испражнений падали в воду, находящейся в ведре, издавая характерные булькающие звуки. Заодно комнату наполнил сильный, противный запах старого, запорного кала. Медсестра сморщила нос и вышла из помещения в коридор погулять и подышать свежим воздухом. Старик в свою очередь продолжал наблюдать за какающей соседкой и невольно начал чувствовать, как его член, уже долгое время не испытывавший эрекцию, как в молодости начинает вставать и вырываться из брюк. Он смутился, ибо боялся, что медсестра Валя или пациентка Таня это заметят, потому взял оставленную таблетку и, пожелав бабе успешно закончить начатое, ушел в свою комнатку. Татьяна Георгиевна продолжала какать еще минут 7, затем сказала возвратившейся медсестре, что живот у неё пустой.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: