Рассказ №931 (страница 56)

     В Багамский архипелаг входят семьсот островов, которые начинаются к востоку от Майами и на протяжении шестисот миль буквально усыпают Атлантический океан к юго-востоку. Из них примерно двадцать, наиболее крупных, заселены. Почти половина 131-тысячного населения Багамских островов проживает на острове Новое Провидение, где находится столица Нассау. Остров не богат полезными ископаемыми, не имеет развитой промышленности или сельского хозяйства, поэтому основным источником является туризм.
     Все гостиницы, начиная от скромных пансионов до гостиниц международного ранга соревнуются в борьбе за доллары, текущие к ним от американских и канадских туристов, ищущих отдыха от своего более сурового климата.
     Гостиница, в которой мы остановились, не являлась исключением. Она была первоклассной, обслуживание на высоте, а в результате моего посещения она приобрела дополнительную рекламу в прессе.
     Вскоре после отъезда Ларри, Кирстен и я познакомились с приятной англичанкой по имени Анни, которая с гордостью носила свой восьмимесячный беременный живот. Это была женщина определенного типа, которая безумно хочет иметь ребенка и которой наплевать на то, как она выглядит и что делает при этом.
     Она расхаживала вокруг в самом нескромном бикини, а ее разбухшие груди буквально вываливались из лифчика, почти касаясь неимоверно вздутого живота, который не умещался в трусиках размером не более носового платка.
     Я нашла ее поведение забавным и по-настоящему привязалась к ней. Ее парень, он же отец будущего ребенка, был банкир по имени Брайан, тоже англичанин. Они познакомились год назад в Лондоне, где Анни вела легкомысленный образ жизни. В течение шести лет она была шлюхой, зарабатывая деньги, чтобы содержать своего незаконнорожденного сына, которому исполнилось сейчас двенадцать лет.
     Она официально числилась замужем за кем-то и где-то, но муж давно бросил ее, и теперь она была вторично замужем - увы, без юридического оформления, - за Брайаном.
     С первой встречи Брайан и Анни полюбили друг друга.
     - Брось свое занятие, - сказал он, - уложи чемоданы и поехали со мной.
     Анни не потребовалось упрашивать. Ей надоела до чертиков жизнь проститутки, а Брайан предлагал ей тот образ жизни, о котором она всегда мечтала. Она упаковала чемоданы и сумки в рекордно короткий срок и, как принято выражаться в книгах, направила свои стопы за уходящим солнцем вместе с мужчиной ее мечты.
     Солнечный закат привел на Багамы, где у Брайана была куча деловых интересов, и примерно за восемь месяцев до нашей встречи их связь достигла той стадии, когда они решились заиметь ребенка. Первого у Брайана, второго у Анны. Они также пришли к выводу, что это, скорее всего, их последний ребенок - ей было уже тридцать три года.
     Брайан был предметом постоянного внимания Анни. Она по утрам привозила его в контору, заезжала за ним во время ленча, доставляла обратно и ждала вечером у конторы после работы.
     Однажды в порыве откровенности Анни рассказала мне, что они трахались все время, используя любую возможность. Сейчас, однако, она находилась в той стадии беременности, когда частота и напряженность половых актов должны быть ограничены.
     Я поверила ей: когда бы я ни звонила им, у меня создавалось впечатление, будто я что-то прерывала. Я сказала об этом Анни, она проболталась Брайану, и тот каждый раз, когда я звонила по телефону, разыгрывал меня.
     - Я занимаюсь с ней любовью, - со стоном и придыханиями заявлял он, услышав мой голос. - Мой Бог, я прижал ее к стене и трахаю... мы занимались этим же самым на кухонном столе, но так нам больше нравится... Мы только что вылезли из машины, где я обрабатывал ее языком... Послушай, не могла бы ты позвонить через часик-два?
     Когда он начал шутить подобным образом, я решила, что все это происходило на самом деле, настолько убедительно он говорил. Однако вскоре я поняла, что он разыгрывает меня, и это превратилось в шутку, понятную только нам троим.
     Кирстен и я наслаждались обществом Брайана и Анни, и мы много времени проводили на пляже... часто раздевшись догола, на виду у прохожих. В большинстве своем это были туристы обоего пола, и они прерывали свою прогулку, чтобы понаблюдать за тем, как три женщины (одна из них беременная) и мужчина кувыркались в набегающих на берег волнах, Кирстен, гордившаяся своими по-новому вздернутыми титьками, любила плескаться в воде, будто никого вокруг не было... просто, чтобы привести зевак в шоковое состояние. Возможно, это требовалось ей для самоутверждения.
     Однако, Нассау не отличался той степенью терпимости, которая была характерна для острова Иль дю Леван и Сен-Тропеза, и если бы во время нашего купания рядом оказался полицейский, нас бы арестовали и бросили в тюрьму за нарушение общественного порядка. Это был риск, и мы ему подвергались.
     Мы, бывало, сидели на пляже вместе с Анни, когда Брайан был в конторе, и разглядывали проходящих мимо мужиков. Анни жила в Нассау больше года и показывала нам наиболее привлекательных молодых особ, одновременно пересказывая ходившие о них сплетни.
     Имеющих смешанную кровь здесь называли "дезертирами Джо", и многие из них имели большие голубые глаза, светлые волосы и выглядели "белыми". В то же самое время из-под белого обличья у них так и вылезали черные повадки. Это были приятные на вид молодые люди.
     Стоит ли говорить, что Ксавьера почувствовала любопытство!
     Из-за особенной близости Анни и Брайана мне не удалось посвинговать с ними, а старый надежный Ларри был снова в Нью-Йорке. Поэтому я холостяковала гораздо дольше, чем рассчитывала; сказать, что мне хотелось, было бы явным преуменьшением.
     Особенно жадно я следила за одним "дезертиром Джо", у которого был катамаран на одном из пляжей. Это был высокий стройный блондин с чрезвычайно сексуальными зелеными глазами и энергичным лицом. Его дела шли в гору, и он предпочел устоять перед моими недвусмысленными предложениями "прокатиться больше, чем по морю", когда однажды мы с Анни наняли его катамаран. Я надеялась, что он пойдет в лодке вместе с нами, но он наотрез отказался. Он предложил вместо себя одного из помощников, Колина, чтобы тот научил нас, как надо пользоваться катамараном.
     И вот Анни и я, облаченные в скандально узкие бикини, отправились вместе с Колином в открытое море. Колин был местный уроженец с иссиня-черной кожей, прекрасно сложенный, и его красно-бело-синие трусы и белая рубашка великолепно оттеняли черную кожу.
     Его курчавые волосы защищала от солнца огромная белая полотняная шляпа. Из-под нее сверкали два темно-карих глаза, одновременно полные жизни и разочарования. Лицо не покидала улыбка, которая открывала чувственные губы, идеально белые зубы и великолепный розовый язык.
     Когда лодка спустилась на воду, он легко вывел ее в море. Я не очень долго сожалела, что на его месте не оказался хозяин. Замена была стоящей. Когда мы плыли с большой скоростью по воде - катамараны, обнаружила я, могут передвигаться, как настоящие суда - Анни нашла самое удобное место в лодке и легла на спину, явно наслаждаясь, ее беременный живот возвышался в воздухе наподобие горы.
     Колин приказал мне сесть между его длинных коричневых ног, чтобы, не дай бог, не сделать мне больно (!), а также чтобы он мог дотянуться до меня и научить, как надо управлять лодкой.
     Пробыв в море примерно пятнадцать минут, Анни и я решили избавиться от верхней части наших купальников. Когда мы их сняли, наши груди вырвались на свободу, мои - легко и спокойно, а у Анни - с сильным шлепающим звуком - отяжелевшие от молока груди вдруг лишились поддержки.
     В этот момент Колин тесно прижался к моей спине, взял мой лифчик и повесил его на веревку, чтобы его не унесло ветром. Я обернулась и увидела его белые жемчужные зубы и чувственный рот прямо над собой, устроилась поуютнее и махнула на все рукой - чему быть, того не миновать. Проделывая все это, я почувствовала, что его член встал по стойке "смирно", и услышала подавленный вздох облегчения. Было трудно удерживать в повиновении то, что было у него внутри плавок. Мой бог, его член буквально колотился о мой затылок.
     Я уже собиралась повернуться и приласкать его, как вдруг Колин преднамеренно или потому, что его мысли были где-то в другом месте, выпустил из рук снасти, и катамаран, потеряв управление, стал беспорядочно прыгать на волнах. Анни и я одновременно закричали от страха. Я завопила:
     - Что, черт возьми, происходит? - и повернулась к нему. Колин не слышал нас. Он был слишком занят своими короткими плавками, из которых, как одноглазый питон, выглядывал его чудовищный член. Через какую-то секунду он вырвался наружу... монумент, прославляющий физическую мощь.
     Анни в удивлении посмотрела вверх, а затем по ее опустившейся челюсти я поняла, что ее обуяли другие чувства. Она с восхищением уставилась на чудо природы, причем к изумлению примешивалось нечто большее.
     - Боже милостивый, - прошептала она, - нельзя быть таким большим. Я считала, что Брайан хорошо экипирован, но... боже мой! Посмотри на него, Ксавьера!


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ] [ 38 ] [ 39 ] [ 40 ] [ 41 ] [ 42 ] [ 43 ] [ 44 ] [ 45 ] [ 46 ] [ 47 ] [ 48 ] [ 49 ] [ 50 ] [ 51 ] [ 52 ] [ 53 ] [ 54 ] [ 55 ] [ 56 ] [ 57 ] [ 58 ] [ 59 ] [ 60 ] [ 61 ] [ 62 ] [ 63 ] [ 64 ] [ 65 ] [ 66 ] [ 67 ] [ 68 ] [ 69 ] [ 70 ] [ 71 ] [ 72 ] [ 73 ] [ 74 ] [ 75 ] [ 76 ] [ 77 ]

Читать также: