 |
| |
| | Короче так было еще минут 15. ну а потом я ее в пизду ебать сначала начал(гондонов правда не было). я почувствовав, что щас кончу высунул свой хуй и кончил ей на живот. вот мы повалялись голые минут 20 где-то, целовались. выпили еще водочки. пошли в ванную. закрылись включили воду. потом короче она руками своими меня снова возбудила, я промыл свой х и начал ебать ее еще раз в пизду сначала, потом раком в пизду, ну а потом типа предложил анально, она не отказалась, и я ее туда пер. Потом прямо в анал ей кончил. Клева, супер. потом мы вышли из ванной и встретили моего отца, который в туалет ночью шел. Говна не было. Батя сразу даже ничего не сказал. Вот потом еще час уже где-то мы валялись на диване. водочку попивали опьянели в конец. потом она у меня отсосала, че осталось и мы спать улеглись клева было. 3 раза кончать за ночь. голые спали. Я еще просыпался ее за пизду дергал, за сиськи, но она даже не просыпалась клева. Когда мне под утро часов в 6 где-то захотелось еще, а она не просыпалась. она спала жопой к верху, и я ее незаметно поебал минут 15 в пизду и кончил, вот это клево. потом я ее больше не видел никогда. Она утром проснулась, улыбаясь оделась, я ее проводил до остановки, она спросила телефончик, а я балбес дал какой-то левый телефон. | | |
| |
|
| |
| | Фильм, отправленный мне мужчиной после нашей встречи, заставил меня задуматься о том, что может быть эти волнующие воображение кадры должны увидеть и другие люди, чтобы они могли испытать такое же прекрасное возбуждение, которые испытала я сама? Может быть грешно "запирать" эти красивые видения. Я осознаю, что это невозможно сделать по ряду определённых причин. Но все же: : | | |
| |
|
| |
| | Трахал Марину в разных позах. тут она сказала: "Бери меня как хочешь". Но при этом в рот брать отказалась. Трахнул я ее раком и салился обессиленный. Тут Марина заявляет, что теперь она хочет взять меня как она хочет, и тут-же села на меня сверху, так, что лицо мое оказалось у нее между ног. Я даже сообразить ничего не успел. (Надо заметить, что в те времена куннилингус считаля страшным извращением, хотя я в глубине души хотел-бы этого попробовать) . В результате я долго делал ей куннилингус. У меня онемел язык и занемела челюсть пока она кончила. При этом я сам испытал дикое возбуждение. Далее Марина спросила понравилось-ли мне все произошедшее. Я находясь в в возбужденном состоянии имел неосторожность заявить, что мене это все нравиться и я всегда готов лизать и целовать ее везде где она скажет. Странно усмехнушись, она потребовала, чтобы я целовал ее в задницу. У нее были упругие аккуратные ягодицы и я судовольствием сделал это. | | |
| |
|
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
Рассказ №9974
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 27/08/2026
Прочитано раз: 78001 (за неделю: 111)
Рейтинг: 71% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мне было больно и сладко одновременно. Я текла, как последняя сучка, пока Ника двигала во мне огромным фаллоимитатором, и правда представляла, что меня насилуют несколько мужиков с огромными членами. Групповое изнасилование - это была моя тайная фантазия уже давно, но я никому в этом не признавалась......"
Страницы: [ 1 ]
Я студентка 22 лет, меня зовут Катя. Очень люблю секс, занимаюсь им с 17 лет, и за это время у меня было много мужчин. Иногда даже я любила заниматься сексом сразу с двумя или даже тремя парнями, и это было классно.
Но с девушками никогда не было еще.
И вот что случилось на прошлых выходных.
Мои сокурсницы Ника и Лика позвали меня в гости. Они снимают квартиру вместе. Ника и Лика пригласили меня отдохнуть, поболтать, посмотреть кино. Они классные девчонки, мы дружим, и я потому пошла с радостью.
Дверь открыла мне Ника. Это высокая брюнетка с зелеными глазами, властными манерами и роскошными формами: высокая грудь, тонкая талия и крутые бедра. Парни сходят от нее с ума, но знают, что у нее есть богатый покровитель, и тут "не светит". А Лика - полненькая блондинка, очень аппетитная пампушечка, у которой постоянно какие-то легкие романчики.
Девушки по очереди расцеловали меня, здороваясь, но это был какой-то странный поцелуй - не просто чмок в щечку, как обычно. Лика поцеловала меня в губы, влажным эротическим поцелуем, а Ника, целуя меня так же в губы, потискала мою грудь. Я смутилась, но мне стало любопытно, что же будет дальше. Мы сели на диван в гостиной, Ника разлила шампанское "за встречу", а Лика принесла поднос с шоколадом и фруктами. Я ужасно люблю сладкое, и потому, закусив шампанское отличным шоколадом, повеселела. И тут обратила внимание, что девочки одеты очень вольно: на Нике тонкий пеньюар, под которым ничего нет, и ее роскошная грудь с розовыми сосками просвечивает совершенно нахально, а на Лике освсем коротенькая клетчатая юбочка и тоже полупрозрачная маечка, которая ей откровенно мала, так что все ее аппетитные формы просто на виду.
- Мы всегда так одеваемся дома, - улыбнулась Ника, поймав мой взгляд: уж слишком я пялилась на ее соски. - Я решила, что моей куколке Лике будет приятно смотреть на меня в этом пеньюаре. А мне очень приятно видеть мою куколку и шлюшку в виде такой развратной школьницы...
- Так вы лесбиянки?! - спросила я, удивенная.
- Ну конечно, милая! - засмеялась Лика. - Нет, мы трахаемся с мужиками тоже, но любим мы именно девочек. Давайте выпьем за это!
Мы выпили, шампанское ударило мне в голову. Лика села на ковер у ног Ники и стала целовать ее холеные ножки с темно-красным лаком на ноготках.
-Умница, куколка, - сказала Ника одобрительно. - Ты заслужила поощрение!
С этими словами она задрала Ликину юбочку (под ней не было ничего!), обнажив тщательно выбритый лобок и стала ласкать Ликин клитор. Та повизгивала от возбуждения, кусая свой алый ротик... Но Ника не дала ей кончить. Со смехом она оттолкнула свою подружку, сказав:
- Учись терпению, шлюшка. Оргазм надо заслужить!
Потом улыбнулась мне светской улыбкой:
- Прости, я же забыла, что тебя надо развлекать!
Она включила фильм и налила мне еще шампанского.
- Выпьем за тебя!
Мы выпили. Я не знала, куда деваться от смущения: все виденное дико меня возбудило, но я не знала, как себя вести. И фильм был не простой - а жесткое лесбийское порно. Оно страшно заводило меня, и я чувствовала, что у меня трусики совсем намокли.
- Нравится? - с улыбкой спросила Ника, садясь ко мне ближе и обнимая меня за талию.
- Да, - пробормотала я смущенно.
- Теперь понравится еще больше, - засмеялась она, целуя меня в губы и опускаясь все ниже и ниже: шея, грудь... Она расстегнула мою блузочку (я не ношу лифчика) и стала жать и сосать мои груди, а Лика в это время задрала мою юбку и принялась ласкать мои бедра.
- Девочки, - вяло попыталась сопротивляться я, - может, не надо?
- Тебя не спрашвают, сучка! - Ника размахнулась и ударила меня по лицу. - Твое дело - слушаться нас!
Мне было больно, я заплакала, но Нику это только раззадорило. Она стиснула мою грудь совсем больно и прошипела:
- Да, мы давно хотели тебя изнасиловать, сладкая сучка. И теперь ты попала к нам и лучше тебе не сопротивляться! Здесь - я хозяйка! Поняла?
Я кивнула, глотая слезы.
Но странное дело - меня вдруг еще сильнее возбудила боль, которую причиняла мне Ника, и мне ужасно захотелось подчиняться ей. Лика же в это время уже порвала мои трусики в клочья и усердно лизала мою киску, что мне бесконечно нравилось.
- Хорошая сучка, послушная, - одобрительно сказала Ника. - Перейдем в спальню.
В их огромной спальне была огромная кровать, на которую они меня бросили.
Ника защелкнула на моих запястьях наручники, привязала их к изголовью и заклеила мне рот скотчем. Я ждала в ужасе: что же дальше? Лика достала видеокамеру и установила ее так, что все происходящее записывалось. Ника стала брить мне лобок, говоря:
- Теперь ты - наша игрушка, и мы будем делать с тобой все, что нам вздумается.
Выбрив меня, она достала фаллоимитатор - такой огромный, что мне даже не приходило в голову, что такие бывают! - и засунула его в меня. Я замычала от боли, извиваясь, и Ника довольно засмеялась:
- Больно, сучка? Ничего, ты же любишь трахаться, я знаю. Представь, что тебя поймала куча мужиков с огромными членами и тебя насилуют по очереди, а ты только и знаешь, что визжать и кончать, подстилка!
Лика в это время сняла со своей хозяйки пеньюар и ласкала ее киску язычком.
-Видишь, сучка, что я люблю? - обратилась ко мне Ника. - Так ты будешь лизать нам обеим, пока нам не надоест. Но пока мне нравится трахать тебя вот этим членом.
Мне было больно и сладко одновременно. Я текла, как последняя сучка, пока Ника двигала во мне огромным фаллоимитатором, и правда представляла, что меня насилуют несколько мужиков с огромными членами. Групповое изнасилование - это была моя тайная фантазия уже давно, но я никому в этом не признавалась...
Ника застонала, кончая от Ликиных ласк, и вынула из меня член.
- Будешь слушаться, сучка? - спросила она меня.
Я кивнула, и она отклеила мне скотч.
В ту же минуту над моим ртом оказалась Ликина киска, в которую я с удовольствием вонзилась языком.
- Соси ее сладко, - сказала мне Ника, - она моя любимая игрушка, ей должно быть хорошо. Я лизала и сосала Ликину киску, забыв обо всем. Я даже не подозревала раньше, что мне так может понравиться все то, что со мной происходило сейчас. И тут я поучвствовала резкую боль в попке.
О ужас! Это Ника вставила тот же огромный член в мою заднюю дырочку!!!
- А как ты думала, сучка? - засмеялась она довольно. - Неужели мужики, которые тебя насилуют, откажутся попробовать твою сладкую тугую попку?
Ох, это тоже была моя тайная жгучая фантазия... но как же было больно, член был такой огромный!!! Ника насиловала меня им без жалости, я только взвизгивала от боли и кайфа, и тут меня накрыл такой оргазм, которого я никогда раньше не испытывала... и я потеряла сознание.
Придя в себя, я обнаружила, что нахожусь в той же комнате. На кровати раскинулись мои подружки, лежат лаская друг другу соски и целуясь. А я лежу на мальньком коврике на полу, мои руки связаны за спиной, а ноги скованы, и цепь прикована к кольцу, ввинченному в пол.
- Очнулась, сучка? - спросила меня Ника. - Отлично. Теперь слушай. Отныне ты наша игрушка, сучка и подстилка. Ясно? Спать ты будешь на этом коврике, пока не заслужишь что-то лучше. Ходить по дому можно только голой. Есть будешь из миски на полу рядом с ковриком. Нас слушаться беспрекословно. За малейшее нарушение правил - порка по попке. Иногда мы будем сдавать тебя в аренду мужчинам, которые любят послушных сучек. Теперь ты будешь жить так!
Теперь я живу так, уже неделю. Я сплю на коврике в их спальне, и меня кормять из миски - правда, кормят меня шоколадом и фруктами, а лакать дают шампанское. Иногда Лика водит меня по квартире на собачьем поводке, и мне это очень нравится. В аренду меня пока не сдавали, но я жду этот с нетерпением.
Вчера я попробовала порку. Ника порола меня за то, что я посмела включить порно без ее разрешения. Выпоров меня, она насиловала меня "по-тюремному", как на женской зоне, и мне это так понравилось, что сегодня я снова решила нарушить правила.
Я уже слышу ее шаги. Увидев меня за компьютером, она рассердится и снова выпорет и изнасилует меня...
И я хочу этого, ведь я - сучка и подстилка!
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
