 |
 |
 |  | А на другом конце города студенты-химики Писцов и Хрюпин отмечали удачу одного из них. В комнате царил легкий полумрак, на столе - открытая бутылка красного вина и бокал, один на двоих. Время от времени они подходили к окну, чуть отодвигали штору и хихикая наблюдали за тем, что творилось на улице. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И вот он уже проводит языком по второму соску, а потом он нежно обхватывает сосок губами, втягивает в себя и играется с ним. Саша все мало и мало, он хочет большего, хочкет ее и уже инстинктивно начинает стягивать с себя шорты, освобождая свой уже полностью стоящий член, на сободу. Продолжая наблюдать за Полиной, он обхватывает член рукой и начинает двигать рукой, вызывая волны наслаждения в своем теле, который подчиняют его мозг. Как бы инстинктивно он обхватывает свой член ее рукой, и начинает двигать ее по разгоряченному стволу. Он смотрет на ее тело, грудь и представляет как он входит в нее, как страстно берет ее тело, при этом продолжает ее рукой двигать по своему члену. . *Хоть бы она не пронулась*, -проносится у него в голове, но его тело все же уже под властью желания с которым не возможно бороться, да и зачем вот она перед ним, та которую он давно хотел. Под этими мыслями он сам не замечает как начинает двигать ее рукой еще быстрее, быстрее, быстрее. . * Я могу получить ее всю, владеть ее телом*-под этими мыслями он отпускает ее руку со своего члена и пытается успокоится. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Трюк, который войдя в душевую, увидела Наташа не восхитил ее, а ошарашил. Учитель, прижимая к себе круглый задик стоявшей на ровных ногах учительницы, ритмично сзади вводил в неё свой член. Женщина, упираясь руками в кафель душевой, старательно оттопыривала свою попку навстречу члена мужчины. По движущим телам ручьями лилась вода из душа, обволакивая их паровым облаком. Но полюбоваться увиденной картиной Наташе долго не получилось, скрип двери в душевой оторвал учителей от мокрого дела. Сначала они замерли, потом, вскрикнув, учительница выскочила из душевой кабинки и, прошлепав мокрыми пятками по кафельному полу, выскочила в раздевалку, прикрывая одной рукой лицо, другой поддерживала колыхающуюся при беге внушительных размеров грудь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А в веке двадцать первом при прохождении курса молодого бойца один из сержантов, симпатичный двадцатилетний Артём, влюбился в не менее симпатичного Дениса, и... Всё случилось-произошло за день до Присяги, - восемнадцатилетний Денис, никогда до этого не думавший ни о чем подобном применительно к себе, а потому пребывавший в беспечном неведении относительно собственных природных возможностей, вплотную соприкоснулся с голубым сексом, и не просто соприкоснулся, а - отчасти не противясь обстоятельствам, сложившимся в лице симпатичного улыбчивого сержанта, отчасти из любопытства, обусловленного незамутнёнными представлениями о сексе - естественным образом влился в бесчисленные ряды невидимой армии вкусивших упоительную сладость голубой любви, причем ничего удивительного или чего-то необычного в этом не было, да и быть не могло: ведь для того, чтобы эту сладость познать, совсем не обязательно быть геем - достаточно быть просто самим собой... достаточно услышать в своей душе голос самой природы - голос, не замутнённый шелухой устрашающих слов, которые понавыдумывали на закате античности лукавые ловцы человеческих душ и которыми не без некоторого успеха и по сей день жонглируют среди малограмотной паствы разномастные манипуляторы, стремящиеся контролировать внутренний мир каждого, видя в каждом потенциальный источник собственного дохода... Естественный голос природы Денис услышал раньше, чем слух его успел впитать-усвоить голоса нечистоплотных пастырей, и потому для Дениса всё случилось-произошло вполне естественно, - в мире, где луна приходит на смену солнцу, а солнце снова сменяет луну, одним попутчиком стало больше: Денис, пассивно отдавшись Артёму, вслед за этим активно познал Артёма сам, и это знобяще сладкое, совершенно естественное, неизбежно закономерное сексуальное удовольствие обогатило душу Дениса новым знанием о неведомых ранее ощущениях... но - разве этого мало? Губы, обжигающие страстью... члены, обжимаемые жаром губ... ладони рук, то и дело наполняемые сочной мякотью упругих ягодиц... широко распахнувшиеся, раскрывшиеся ягодицы - символ страсти и доверия... разве этого мало? Артём не насиловал Дениса, не принуждал его - Артём показал Денису путь, точнее, открыл для Дениса один из возможных путей-вариантов, и не более того; а уж как долго Денис, обогащенный новым знанием, будет по этому пути идти, или как часто он будет на него сворачивать... кто может сказать в начале, что будет в конце? Всё это случилось-произошло для Дениса в самом начале службы - спустя две недели после того, как он, призванный в армию из небольшого провинциального городка, вместе с полусотней других пацанов прибыл в расположение части для прохождения курса молодого бойца, - случилось всё это за день до Присяги - после отбоя, когда все спали... влюблённый Артём был нежен, был совершенно уверен в естественности происходящего, и вместе с тем он был деликатно терпелив, так что Денис не мог не почувствовать совершенно естественное желание, ответно устремлённое навстречу Артёму, - молодые парни с упоением отдались взаимной страсти, и... на цены на нефть этот частный случай никакого влияния не оказал. |  |  |
| |
|
Рассказ №9992
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 05/11/2008
Прочитано раз: 47874 (за неделю: 41)
Рейтинг: 56% (за неделю: 0%)
Цитата: "Эти два дня и так славно прошли, посчитала она, и не зря. Раб познал много нового, и она еще больше закрепилась в его глазах - как госпожа, с большой буквы! Да и спешить не нужно было, понимала она, все постепенно, а то и надломить его так можно. Нужно обращаться бережно со своими вещами, эта мысль безумно нравилась Елене...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Увидев, что ее нога совершенно сухая, девушка убрала ее от лица раба, иначе он будет лизать ее, пока она не остановит. На полу, остались несколько капель молока, после того, как они стекли с ее пальчиков.
Я уже надеялся, что хоть сейчас, госпожа разрешит мне спокойно попить, как услышал совсем другое.
- Ты разве не видишь, что на полу, раб? - Строго, но в тоже время игриво промолвила госпожа. - Ты знаешь, я не потерплю грязь на моей кухне, так что слижи там все!
Вздыхая, я склонил голову к полу и стал слизывать эти скупые капельки. Едва я закончил, как к своему разочарованию, увидел, как Елена снова зачерпнула ногой молоко и ткнула ей мне в лицо. На этот раз, на пол пролилось еще больше... придется потом подбирать все, понимал я, после чего снова присосался к ножке госпожи.
Девушка немного попоила раба таким способом. Особенно ей нравилось, когда он лизал с пола, и она старалась побольше налить туда. Вскоре, она притомилась этой игрой.
- Ладно раб... теперь можешь просто лакать! Именно лакать, ты понял? А не пить! Выполняй! И не забывай про свой зад, он должен всегда быть задран! - Девушка удобно присела, решившись насладиться зрелищем.
Лакать, как животное было тяжело, хоть я и быстро работал языком, но все же он мог мало зачерпнуть этой необходимой мне жидкости. Жаль, что она не разрешила мне просто высосать молоко из фужера...
Девушке жутко нравилось то, что она видела перед своими глазами. А что такого особенного, веселилась и шутила она. Ее даже нужно поблагодарить - ведь заботливая хозяйка кормит свое домашнее животное, что тут такое необычное, Гринпис не прикопаеться...
Интересно, подумала она, а если я написаю в фужер, он с таким же рвением будет лакать. Решения мгновенно созревали в ее голове. Нужно просто не поить его денек, и он спокойно примет то, что она скажет. Или припугнуть его о наказании... да она сам будет просить, лишь увидит кнут в моей руке, усмехнулась Елена... пользуясь простыми человеческими слабостями, можно заставить выполнять его все желания.
Елена неожиданно встала, и подошла к парню.
- Раб! - Строго воскликнула она.
Я покосился вверх, оторвавшись от фужера, в котором еще оставалось половина.
Набрав побольше слюны, девушка сплюнула ее на пол.
- Слижи! - раздался ее приказ.
И... и я сделал это...
Точно, решила про себя довольно Елена, от моей мочи он тоже не сможет отказаться... пусть только попробует, усмехнулась она.
Как горят его ушки то, даже покраснел... от стыда что ли или напряга, усмехалась Елена. Умный раб, старается ничего не упустить...
- Держи осанку! - Прикрикнула на раба девушка, лишний раз, думая, что ему не помешает напомнить.
Моя личная собственность - с гордостью думала Елена, глядя на своего раба. Будем совершенствовать, и постегать новые высоты...
Девушка снова негромко рассмеялась, получив огромное количество положительных эмоций от произошедшего.
- Допивай все до конца, раб! Ты должен все употреблять до конца, что дает тебе твоя госпожа! - Девушка с довольным видом смотрела, как домашнее животное, ее животное лакает из фужера.
Дрессировка и еще раз дрессировка, подумала Елена. Настойчивость... не давать ни малейшую слабину и поблажек рабу, он не должен чувствовать и ощущать, что госпожа хоть на миг выпустит власть из своих рук.
В принципе, Елена считала себя не жестокой госпожой, ее не прельщали бессмысленные оскорбления или грубая физическая боль, которую она могла вызвать у своего раба. Но строгость и дисциплина, она в совершенстве воспитывала у своих рабов. Пусть это приходилось воспитывать у них через кнут и порку, зато, обжегшись один раз, раб в будущем не совершит подобную ошибку. По истечении времени, раб будет идеальным и шелковым в ее руках и власти. Девушка в совершенстве научилась пользоваться кнутом и гордилась этим. Она умела от легкого наказания до довольно болезненного, которое раб надолго запомнит. А уж, какое именно применить, решала, конечно, только она. Плюс было большое количество других наказаний, которые даже не требовали ее вмешательства и личного и непосредственного применения, которые раб надолго запомнит и не захочет их повторения, сделав все, что она повелит.
А уж этого раба, который был перед ней, ей не составит труда выдрессировать, тем более он сам так дал себя в ее руки...
В фужере, передо мной, оставалось все меньше молока, но оно так медленно убывало. Все же лакать одним языком было очень проблематично. Я уж подумал, что зря попросил госпожу об этом, но все же жажда была сильнее. Ух, горестно думал я, простые человеческие потребности, как еда и вода, а Елена может с легкостью пользоваться этими слабостями, в течение определенного времени, ограничив в чем-то. После чего, ты готов будешь исполнять самые ее безумные желания, лишь бы утолить свой голод или жажду...
Подойдя вплотную к рабу, девушка перекинула ногу, перешагнув, после чего замерла. Теперь он был под ней, между ее ног. Елена с улыбкой смотрела вниз, на покачивание головы раба, на легкое хлюпанье от его язычка по молоку. Ей нравилось ее положение, и звуки ласкали слух...
- Осанка раб! Гордая осанка! - Проговорила она.
- Да госпожа. - Я немного пугливо оглянулся вверх, не зная, чего ждать от госпожи, после, возобновил лакать с фужера молоко.
Быстрее уж бы оно закончилось, была единственная моя мысль. Находиться и стоять так, было очень стыдно и унизительно.
- Поторопись раб! Что-то ты долго. - Потребовала госпожа.
Ох, это было не так то просто сделать, но возразить я не мог. Но, вскоре, все же осилил этот фужер...
- Молодец раб! - Елена была довольна своим рабом. - Надеюсь, ты утолил свою жажду? Видишь, какая твоя хозяйка добрая. Ты не думаешь, что ее нужно отблагодарить за это?
- Спасибо госпожа, вы очень добры и щедры! - Находясь внизу, под Еленой, я чувствовал себя не очень спокойно и хорошо.
Сделав небольшое движение назад, я решил, что если покрою своими поцелуями ее ступни, то этим выражу свою признательность и благодарность за молоко. Склонив голову вниз и вбок, я стал целовать ее ноги...
- Именно раб! - Разрешила Елена. - Не забывай и про вторую...
Девушка некоторое время, молча стояла, чуть приподняв голову, и ощущая на своих ступнях прикосновения губ раба. Большая благодарность раба, за любую малейшую доброту к нему, это тоже воспитывается. Для него и так - великая честь, прикасаться своим ртом к моим ногах, улыбнулась она.
- Ладно, раб, хватит! Убери и помой тут все. - Елена убрала свои ноги, давая парню простор.
Ну и, пожалуй, на сегодня хватит, решила она про себя. Воскресенье подходило к концу, и она и так славно провела выходные. У девушки не было больше особого желания возиться со своим рабом. Можно конечно оставить его еще часика на четыре, велев ждать на своем месте, вдруг ей что-нибудь понадобиться еще. Но, прислушавшись к своим ощущения, она поняла, что надобности в нем на сегодня нет.
Эти два дня и так славно прошли, посчитала она, и не зря. Раб познал много нового, и она еще больше закрепилась в его глазах - как госпожа, с большой буквы! Да и спешить не нужно было, понимала она, все постепенно, а то и надломить его так можно. Нужно обращаться бережно со своими вещами, эта мысль безумно нравилась Елене.
Девушка стояла и наблюдала за действиями парня. Вскоре, ее кухня была чистой и ничего не напоминало о безобидной игре, которую она устроила.
- Так раб, можешь идти одеваться. Ты сегодня не понадобишься больше мне. - Лениво, даже немного зевая, произнесла девушка.
- Да госпожа... - Ответил я, признаться, не ожидая этого.
Как быстро побежал, усмехнулась Елена, пронаблюдав за своим рабом. Притомился служить чтоль уже, веселилась она. Глупенький, ни куда ты уже не денешься от меня... я просто отпустила поводок, дав тебе вдохнуть свежего воздуха и перевести дух. Но поводок то все равно у меня в руках. Я могу его чуть припустить, дав тебе волю, а могу и притянуть к своим ногам, и ты уж никуда не денешься.
Впечатлений, думаю, хватит тебе теперь надолго, была уверена госпожа. Отдыхай пока...
Перед самым уходом, девушка задержала меня...
- Я хочу раб... - Елена продемонстрировала мне небольшое позолоченное колечко. - Чтобы ты теперь всегда носил это кольцо!
Я непонимающе взглянул на нее...
- Здесь гравировка. - Девушка продемонстрировала мне внутреннюю часть.
Раб Госпожи Елены - прочитал я.
- Так как ты теперь являешься моей вещью и полной собственностью в этой жизни, ты обязан всегда носить его, и не снимать. Только я могу снять его с тебя! Понятно?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|