Рассказ №3662 (страница 4)

     Тем временем, Аня уже производила завершающие пассы со своей одеждой. Всякий раз, перед выходом из комнаты, Аня тщательно застегивала молнию на джинсах, чтобы через несколько мгновений, дойдя до туалета снова расстегивать её.
     Как и обычно, перед уходом, Аня одарила мой унитаз мощной струей из своей уже теперь почти знакомой мне пизды. В этот раз мне показалось, что она ссыт гораздо дольше и даже сильнее, чем раньше, возможно, сказалось волнение и возбуждение новой ситуации. Затем она по-обыкновению тщательно подтерлась и, попрощавшись, ушла домой. . .
     Я повторял свой "осмотр" еще несколько раз. Теперь я достаточно хорошо познакомился с аниной промежностью и визуально. Мне казалось, что я достаточно изучил её.
     Теперь мы были с ней неразлучны. Вместе мы сидели на лекциях, вместе проводили переменки. Представители окружающей меня дружно дрочащей братии пытались было указать мне на неправильность выбора, но, убежденный в своей правоте, я поднял их на смех. Любые поползновения в наш адрес я воспринимал со смехом, а про себя почти жалел этих неудачников, в своем сером неведении даже не догадывавшихся об удивительном устройстве, расположенном между полными ножками моей всегда аккуратной невысокой подружки. Вскоре от нас отстали.
     Однако, я стремился к большему. Теперь я настаивал на "взрослом" свидании.
     Долго-долго Аня не могла решиться на это. Нами были проведены часы в уговорах и отказах. Наконец, мы выбрали день. К этому моменту она уже немного освоилась с моим членом (в смысле не теряла сознание при виде его).
     Я так ждал этого момента! Я весь дрожал от нетерпения. Я предвкушал рай.
     Кончилось все ужасно.
     Я был настолько возбужден, что когда мы оказались голыми и над ней (до этого я заранее проконсультировался у старших товарищей), всё что я смог сделать, это неловко ткнуться до предела эрегированным членом в её волосатую промежность. В следующую секунду я почувствовал знакомый спазм, который начинался где-то в районе головки члена, распространился на яйца и, далее, мгновенно на всё тело: я начал кончать.
     Памятуя о наставлениях по поводу нежелательной, но возможной беременности, я судорожно выхватил из под Ани свой член, в следующую секунду обдав её фонтаном спермы.
     Она была в сперме вся: без преувеличения. Струя была такой силы, что достигла её подбородка. Никогда не забуду эти сполохи полуметровой длины. Какие там порно- фильмы: там профессиональные ёбари уныло капают из своих намасленных концов. В моей сперме была её шея, обе груди (хорошо, мне удалось после немалых уговоров заголить её всю) и живот. Я всё кончал и кончал. Я бесконечно долго не мог остановиться. Мой несчастный член находился прямо над её мохнатым лобком, каждые пол секунды выплевывая очередную порцию юношеской перегоревшей малафьи. Каждый дальний залп заканчивался тем, что остатки вязкой, потерявшей направление и напор жидкости безнадежно падали прямо под член - на, ещё несколько секунд назад, брюнетисто- лохматый девственный Анин лобок. Не знаю, кому бы такое понравилось.
     После того, как я "отплевался", Аня, не говоря ни слова, смоталась в ванну и долго-долго смывала с себя то, что я, как она потом выразилась, "на неё написал". Я был уверен, что на этом наши отношения прекратятся, и я останусь вечным девственником.
     Я был почти в отчаянии. Однако, как ни странно, наши отношения продолжились. Неудачные свидания повторялись ещё несколько раз, после чего, я немного попривык к виду и ощущению обладания её белым телом, наконец, (не без её, разумеется, помощи) ввёл свой член в неё примерно на половину. После чего, правда, его пришлось снова немедленно вытащить, чтобы облить мою стойкую партнершу очередным фонтаном горячей спермы.
     В конце концов, мы научились (простите мне грубость) ебаться как взрослые. Она перестала быть девственницей без особой боли и совсем без крови. Нашими упражнениями мы постепенно просто растянули Ане целку настолько, что она смогла принять в себя мой член:
     
     В середине зимы 2001 года наш Военмеховский поток выпуска 1991-го года отмечал десятилетие в пивном заведении с нехитрым названием "Нектар". В самом начале вечера, уже приняв для разгона на грудь, небольшая компания парней стояла перед входом в кабак на улице. Курили. Разговаривали. Большинство народу я не видел с самого выпуска. Наши повзрослевшие на десять лет девицы, кучковались в помещении, привычно и непрерывно болтая о том о сём.
     Неожиданно, прямо ко входу, разгоняя неглубокую снежную кашу, подкатил разухабисто- серебристый Ауди шестой модели с тонированными стеклами. Разговоры мгновенно стихли. У всех в голове одновременно возник ревнивый вопрос "кто же из наших так поднялся?" Дверь автомобиля распахнулась и с пассажирского места появилась женщина.
     Стройная, точеная фигура, сапоги на высоких каблуках, какое-то умопомрачительное платье и темный дорогой плащ, который был расстегнут, и который она небрежно и грациозно запахнула на ходу. Точеное лицо восточной красавицы. Дорогой, профессионально положенный макияж. Копна роскошных черных как смоль волос. Вопреки давней и безнадежной питерской зиме, лицо женщины было смуглым от загара. Она радостно приветствовала нашу пьяноватую компанию. Кто-то догадался открыть перед ней дверь.
     Признаться, узнали её не сразу. Вдруг нелепая мысль одарила мой скучающий мозг - Анька! Ё-моё, кому же ещё это быть! Вот это перемена. В голове услужливо всплыл заголовок "Сказка о гадком утенке". "Да пошел-ка ты на хрен!" - вежливо обратился я к самому себе.
     Перекур закончился. Народ, радостно балабоня начал подтягиваться в банкетный зал. Состоялись первые тосты. Военмеховская тусовка понеслась. Я видел как женщины (ох уж эта непоколебимая женская любовь симпатия и дружба!), косятся на Аньку. Слышал даже за соседним столиком чьё-то завистливое: "Конечно, при таком муже и при таких деньгах. . . шейпинги всякие, там солярии. Одной косметики, небось, на целое состояние".
     Я набирался всё больше. Начались танцы. Почему-то я не удивился, что она пригласила меня. Рука ощутила стройную литую талию, под сбруей безупречного платья и верх аккуратной тренированной анькиной попы.
     Она всё допытывалась, как у меня дела и, узнав, что всё у меня хорошо, даже как-то приуныла. "Хорошо выглядишь" - заявила она с уважением. "Веду здоровый образ жизни" - неумело парировал я.
     Мы танцевали долго. Нас как будто приклеили друг к другу. Быстрые и медленные мелодии сменяли одна другую. В какой-то момент я понял, что теряю нить разговора, перестал до конца понимать, о чем она говорит.
     В это время Аня методично рассказывала мне о том, что её муж - хоть и "новый русский", но все-равно, весь какой-то не такой, и с настойчивостью, свойственной хозяевам жизни, допытывалась, как я отношусь к элитным санаториям в курортной зоне под Питером, и не составлю ли ей компанию на выходных, так сказать "по старой памяти" и т.д., и т. п.
     Я отвечал невпопад. Да я практически не слушал её. В тот момент я был пьян. Я был счастлив. Я любил весь свет. Я не хотел "по старой памяти". Это идея показалась мне дикой. За десять лет все переменилось. В моем умиленном алкоголем мозгу непрерывно теплилась мысль о том, что в десятке сантиметров под моей ладонью в темном и душном коконе безупречно дорогого женского белья, купленного на деньги неизвестного мне безымянного бандита, живет, аккуратно упакованная аниными руками, такая сладкая, такая знакомая и желанная - первая в моей жизни и поэтому самая главная женская пизда. . .


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также в данной категории: