 |
 |
 |  | Кто-то опрокинул на Шейлу ведро воды, и она с визгом очнулась. Новый оргазм не заставил себя ждать. К Маку подбежали какой-то мужчина с женой. Мужчина засунул Шейле, а жена встала на колени перед Маком. Он запихал член в её рот и через пару секунд извергался в него, как зерновоз, высыпающий зерно в силос, - непрерывным и густым потоком. Она сглотнула, наверное, раз десять. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего... оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было... а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки... нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле... ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Был еще случай на рынке, когда она примеряла в палатке какого-то кавказца юбку и майку, а тот, делая вид, что помогает примерять, несколько раз потрогал ее за груди и попку, а когда я демонстративно отвернулся, даже вставил ей палец во влагалище и сделал несколько поступательных движений. Тоже очень не хотел ее отпускать и заставил перемерять целую кучу одежды, пришлось чуть ли не силой ее уводить, так как торговец все еще что то там себе бормотал и предлагал примерять еще и еще: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вынул из бадейки розгу и хлестнул по попке Свеланку, которая сразу завизжала в полный голос. Ну, не дождетесь, не буду я так визжать! По программе выживания нас учили отключать боль, но я решила этой хитростью не пользоваться и самой вытерпеть все. Батюшка порол дочку не долго и, подозреваю, не в полную силу, хотя красные полоски на ягодицах оставил. Высеченная девочка встала и, глотая слезы, поблагодарила: |  |  |
| |
|
Рассказ №13594 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 18/02/2012
Прочитано раз: 93056 (за неделю: 12)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ещё никогда меня не захлёстывала такая страсть и такая чувственность, как тогда, во время занятия с Томом любовью. Мы оба задыхались и стонали от вожделения, и вскоре я ощутила внутри себя, как он кончает. Я чувствовала, как он разряжается в меня, и меня начала охватывать паника. Но не успела она оформиться как следует, как Том произнёс:..."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ] [ ]
- Надеюсь, рабыня, что ты помнишь обо всех правилах.
С этими словами он тут же сделал что-то с кляпом, и тот ослаб, после чего он вытащил его у меня изо рта. Я удивлённо и с благодарностью взглянула на него, после чего немедленно опустила глаза к полу и начала разминать челюсть. Я с хлюпаньем втянула в себя слюну, натёкшую вокруг рта, и пошевелила челюстью, чтобы унять боль. Без кляпа я ощущала себя практически на седьмом небе. С ума сойти, как самая обычная вещь, вроде отсутствия во рту кляпа, казалась мне теперь привилегией. Но в тот момент мне было всё равно, я слишком наслаждалась тем, что кляпа больше нет. Наверно, я даже улыбнулась легонько, буквально на секунду - а может, мне это просто показалось.
Дальнейшее изумило меня ещё больше. Том осторожно поднёс бокал к моим губам и начал медленно вливать мне в рот восхитительную жидкость. От неожиданности я чуть не поперхнулась, но быстро взяла себя в руки и начала пить. Это было пино-нуар, моё любимое вино. Причём первосортное. Я пила сколько могла - с учётом того, что не могла распоряжаться бокалом - и наслаждалась. Наконец убрав бокал, Том поставил его на стол и снова вышел из комнаты. Продолжая стоять на коленях, я пребывала в какой-то эйфории.
Том вернулся с тарелкой и салфеткой. Поставив тарелку на стол, он сел рядом и снова потрепал меня за волосы, разглядывая меня.
- Какая же ты красивая, зверушка моя.
Я начала представлять, как выгляжу со стороны. Свою грудь, торчащую из-под дивного чёрного платья, свой парик, струящийся позади меня шелковистой русой волной, своё искусно накрашенное лицо, свои туго связанные позади меня руки, свои полные желания глаза - мать честная, я наверняка выглядела чистейшей воды проституткой. Том снова почесал меня за правым ухом. Господи, как же это было классно. Не отдавая себе отчёта, я сама потёрлась головой о его ладонь.
Я услышала стук вилки о тарелку и в следующую минуту поняла, что к моему рту приближается небольшая порция ризотто. Я удивлённо посмотрела на него - он улыбался, держа вилку возле моих губ. Я широко открыла рот и грациозно приняла пищу. Ризотто было божественно. Мне казалось, что от переизбытка роскоши я сейчас умру. Сперва я жевала медленно, но потом желудок осознал ситуацию, а вслед за ним и я поняла, до чего голодна. Лиза так меня и не покормила. Не то чтобы мне хотелось собачьего корма, но совсем без еды я тоже не могла. Это же, по сравнению с кормом, было небо и земля. Просто невероятно. Я жадно прожевала и проглотила остаток.
Это продолжалось до тех пор, пока еда не подошла к концу. Судя по всему, её было много, потому что я смогла наесться досыта, плюс и он сам отведал немного. Он почти не говорил со мной, лишь ужинал и время от времени подкармливал меня - как верную собачку, стоявшую рядом с ним на коленях в ожидании подачки. О, до чего это был верный образ. Время от времени он давал мне отхлебнуть и вина. Кажется, это был один из самых роскошных ужинов в моей жизни. Ну а чего вы хотели, в моём-то положении?
Когда мы поели, он утёр лицо салфеткой, после чего наклонился ко мне и промокнул салфеткой моё лицо, стараясь не смазать косметику. Положив салфетку на стол, он взял оттуда связку ключей и отомкнул замок на моём поводке. Он поднял меня наверх, и после этого ему пришлось придержать меня немного - от долгого стояния на коленях ноги мои изрядно затекли.
Он стоял совсем близко, и я чувствовала его голову рядом со своей, но продолжала смотреть в пол. Как только я снова начала ощущать собственные ноги и держаться на них самостоятельно, он немного наклонился ко мне и начал нежно целовать в губы. Это меня ошеломило, и какие-то мгновения я колебалась, после чего растворилась в поцелуе. Я чувствовала, как он взял меня рукой за затылок и ещё крепче прижал к себе. На секунду я потеряла равновесие, но он не дрогнул. Не знаю, сколько длился этот поцелуй, но мне казалось, что я могу простоять так целую вечность и быть при этом безумно счастливой.
Том отстранился от моих губ и сразу же дёрнул за поводок, приказывая идти вслед за ним. Я пошла как в тумане, одурманенная его поцелуем. Этот мужик знал, как обворожить женщину. После стольких часов дискомфорта сейчас было невероятно трудно быть рядом с ним начеку. Конечно же, он прекрасно об этом знал.
Мы пришли в комнату, похожую на кабинет. Впрочем, не совсем обычный - там был светло-голубой плюшевый ковёр, повсюду виднелись образчики индустриального искусства. По стенам были развешаны странноватые картины, на столиках красовались не менее странные статуэтки. Полки были уставлены бесконечными рядами книг, и полки тоже были необычные - металлические. Комната выглядела очень стильно, но вместе с тем довольно высокомерно.
Усевшись на чёрный кожаный диван, Том указал себе под ноги, приказывая стать на колени рядом. Тогда, будучи в дурмане, я ещё не сознавала этого, но подчинилась ему мгновенно, не раздумывая. Ковёр был совсем мягкий, куда лучше твёрдого пола столовой. Я сразу же опустила глаза к полу. Том начал наматывать поводок себе на руку до тех пор, пока слабины не осталось вовсе. Я не могла повернуть головы вообще и чувствовала, как Том смотрит на меня.
- Итак, рабыня, вот правила нашей беседы. Каждый ответ нужно завершать словом "Господин" - это, я надеюсь, ты уже усвоила. - Сказав это, он слегка дёрнул меня за поводок. - Говорить самой тебе ЗАПРЕЩАЕТСЯ, кроме тех случаев, когда я тебя спрашиваю или когда разрешаю спросить самой. Несмотря на все кажущиеся послабления, исключений не будет - только если я сам этого не разрешу. Рабыне понятно? Если хочешь, во время разговора можешь смотреть на меня. Теперь покажи, что тебе всё понятно, рабыня.
Он снова дёрнул за поводок. Я посмотрела на него и кивнула.
- Мне всё понятно, Господин.
Звук моего голоса показался мне чужим. Я почти целый день не говорила без кляпа во рту.
- Умница, рабыня. - Он снова погладил меня по "волосам". - У рабыни очень милый голосок.
- Спасибо, Господин.
- Хм. Ну, на здоровье, сучка.
Я слышала, как он усмехается.
- Ну что, рабыня - расскажи мне, как тебе твоя нынешняя жизнь.
Прямота вопроса сбила меня с толку. Я ожидала какой-то предварительной разминки, не такого резкого перехода к делу.
- Эммм, - начала я и запнулась. Я не решалась говорить - то боясь сказать правду, то неправду. Видимо, Том это понял. Он снова дёрнул за поводок.
- За правду тебя не накажут, рабыня.
Это помогло мне собраться с мыслями.
- Мне не нравится моя новая жизнь, Господин. Я её ненавижу. Я хочу домой, хочу обратно свою жизнь. Я не хочу быть тут. Просто не могу. Я такого не заслужила. Ничем не заслужила. Ещё пару дней назад я была свободной женщиной... - слёзы начали течь у меня по щекам, в горле образовался ком, - а теперь нет. Ведь я ничего такого не сделала. Ничем всё это не заслужила. Я...
На этом месте меня снова дёрнули за поводок, и я поняла, что лучше остановиться. Захлёбываясь в рыданиях, я смотрела в пол, жалея себя. Я знала, что отвечала слишком долго и сбивчиво, но меня захлестнули эмоции. Стоя на коленях рядом с Томом, я продолжала содрогаться в рыданиях от жалости к самой себе.
- Ну-ка соберись, рабыня. Ты начала забываться. Обращайся к Господину и себе как полагается.
Меня снова дёрнули за поводок, но я продолжала рыдать. Едва лишь мне казалось, что я могу собрать волю в кулак и перестать, как новая волна рыданий подкатывала следом. Я просто не могла остановиться. И затем я услышала, как ко мне обратились по имени.
- Лора...
Я замерла. Я медленно взглянула на Тома. Он пристально смотрел на меня. С платком в руках он наклонился ко мне, чтобы осушить мои слёзы. Я тут же забыла про них, когда он произнёс моё имя. Меня всё ещё трясло, но рыдания наконец стихли, и дыхание моё начало восстанавливаться.
- Так-то лучше. Этот разговор кончится очень быстро, если ты не возьмёшь себя в руки. Понятно?
Я медленно кивнула, втайне изнывая от желания, чтобы он ещё раз обратился ко мне по имени. Он говорил со мной почти как с человеком - пусть и как с ребёнком, но всё равно с человеком. Самые разные чувства кипели во мне. Я знала, что они знали, как меня зовут, но услышать своё имя, услышать его после всего, что я вынесла, было невероятно. Я продолжала смотреть на Тома во все глаза; я пыталась не выказать своего обожания к нему, которое начало пульсировать во мне.
- Так вот - очень скоро ты позабудешь об этих чувствах. У нас приготовлен для тебя очень плотный график дрессировки. Ты привыкнешь к своей новой жизни. У тебя нет другого выбора, Лора.
Меня передёрнуло, когда я услышала своё имя после такой фразы. Было так хорошо его слышать, но не рядом с такими словами. Нахмурившись, я опустила глаза. Неужели это правда? Неужели у меня никогда больше не будет выбора? Не может быть.
- А теперь расскажи мне о своём детстве.
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 85%)
|