 |
 |
 |  | Кто-то опрокинул на Шейлу ведро воды, и она с визгом очнулась. Новый оргазм не заставил себя ждать. К Маку подбежали какой-то мужчина с женой. Мужчина засунул Шейле, а жена встала на колени перед Маком. Он запихал член в её рот и через пару секунд извергался в него, как зерновоз, высыпающий зерно в силос, - непрерывным и густым потоком. Она сглотнула, наверное, раз десять. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего... оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было... а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки... нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле... ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Был еще случай на рынке, когда она примеряла в палатке какого-то кавказца юбку и майку, а тот, делая вид, что помогает примерять, несколько раз потрогал ее за груди и попку, а когда я демонстративно отвернулся, даже вставил ей палец во влагалище и сделал несколько поступательных движений. Тоже очень не хотел ее отпускать и заставил перемерять целую кучу одежды, пришлось чуть ли не силой ее уводить, так как торговец все еще что то там себе бормотал и предлагал примерять еще и еще: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вынул из бадейки розгу и хлестнул по попке Свеланку, которая сразу завизжала в полный голос. Ну, не дождетесь, не буду я так визжать! По программе выживания нас учили отключать боль, но я решила этой хитростью не пользоваться и самой вытерпеть все. Батюшка порол дочку не долго и, подозреваю, не в полную силу, хотя красные полоски на ягодицах оставил. Высеченная девочка встала и, глотая слезы, поблагодарила: |  |  |
| |
|
Рассказ №13594 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 18/02/2012
Прочитано раз: 93056 (за неделю: 12)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ещё никогда меня не захлёстывала такая страсть и такая чувственность, как тогда, во время занятия с Томом любовью. Мы оба задыхались и стонали от вожделения, и вскоре я ощутила внутри себя, как он кончает. Я чувствовала, как он разряжается в меня, и меня начала охватывать паника. Но не успела она оформиться как следует, как Том произнёс:..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Я снова опустилась на колени, и он, протянув из-за спины руки, начал массировать мне грудь. Откинувшись головой ему на плечо, я растворилась в блаженстве. Затем он переключился на мои плечи и начал массировать руки, спускаясь к скованным позади меня запястьям. Я почувствовала, как он возится с ними, и в следующую минуту поняла, что браслеты ничто не держит. Я вывела руки из-за спины, с радостью убедившись, что цепь действительно снята. Я оглянулась на Тома, который снимал цепь с браслетов у меня на лодыжках. Взглянув на меня, Том ухмыльнулся, увидев мой удивлённый, но обрадованный взгляд.
- Раз уж мы собираемся заняться любовью, то я хотел бы увидеть с твоей стороны желание.
Чувство обожания к Тому переполняло меня. По щекам снова заструились слёзы. С тех пор, как я проснулась и обнаружила себя в рабстве, мои руки и ноги впервые были свободны. Опустив глаза, я попыталась собрать волю в кулак.
- Спасибо, Том. - Я прошептала это совсем тихо, но знала, что он услышал.
От неизвестности меня охватил трепет. Я не понимала, что со мной происходит. Мной овладело смятение, я не знала, что делать. Лишь стояла там на коленях, склонив голову и аккуратно сложив руки на бёдрах. Том слез с кровати и начал обходить её вокруг, глядя на меня. Сейчас меня удерживал лишь поводок, пристёгнутый к изголовью. Больше не связанная по рукам и ногам, я начала ощущать себя ещё более голой. Странные это были минуты.
- Лора... боже, какая же ты охуенная.
Я взглянула на Тома, чувствуя, как горят у меня щёки. Том снова забрался на кровать, оказавшись передо мной. Он взял меня за голову и снова поцеловал, на этот раз - мягко, чувственно.
- Хочешь заняться с мной любовью, Лора?
Он глядел мне прямо в глаза, и чёрт меня побери, если я не хотела заняться с ним любовью прямо сейчас. Опустив глаза, я смущённо кивнула.
- Не стыдись. Ты наконец-то начинаешь понимать своё место. Сейчас ты хочешь меня, и это естественно. Я - твой Господин, и должен всегда вызывать в тебе подобные чувства.
Плача, я снова посмотрела на него, и почему-то его слова не разозлили меня - лишь возбудили ещё сильнее. Мне хотелось, чтобы он взял меня как можно скорее. Но и так просто со своим положением смириться не могла.
- Да, Том, я понимаю, но я не могу, когда я так крепко связана, и когда со мной обращаются как с животным. Я не...
Том прикрыл мне рот рукой, и я смолкла.
- Лора, всё это - часть твоей новой жизни. Конечно, к этому сложно будет привыкнуть, потому что ты всю жизнь была свободной женщиной. Нельзя просто взять и стать рабыней, поэтому мы и выработали курс дрессировки. Но таких вечеров будет ещё много, хотя потом твои движения будут более ограниченными, и если ты будешь нас слушаться и смиришься со своей участью, всё будет хорошо. Ты - наша рабыня, и этого уже не изменишь, но лишь от тебя зависит, сколько боли или удовольствия тебя при этом ждёт.
Знакомые слёзы потекли по моим щекам, и я смотрела на Тома. Чувство беспомощности смешивалось во мне с чувством защищённости, и от этого мне было не по себе. Я уже устала испытывать столько противоречивых эмоций сразу.
- Но Том, ведь я же ничем этого не заслужила. Я не рабыня. Я женщина.
Том с жалостью смотрел на меня, как на дочку-подростка, клянчущую денег на автомобиль.
- Мы избавим от этих мыслей твою хорошенькую головку. Это наша забота. Твоя - перестать анализировать всё подряд и задавать вопросы, и начать смиряться со своим положением.
Я зажмурилась, всё ещё плача. Затем отрицательно покачала головой и собиралась было заговорить, но Том снова прикрыл мне рот ладонью.
- Лора, пойми наконец, что всё это навсегда. Ты - РАБЫНЯ. Этого ты уже не изменишь. Ты можешь лишь решить, что от этого получать - удовольствие или боль. Я не могу тебе в этом помочь, я могу лишь контролировать то, что тебя окружает. Только ты можешь решить для себя, как всё это воспринимать и переживать. Только эта свобода тебе оставлена. Не разбрасывайся ею, Лора.
Он убрал с моего рта ладонь и снова нежно поцеловал. Затем отстранился и с мягкой улыбкой посмотрел на меня.
- Конечно, в процессе дрессировки мы будем воспитывать в тебе нужные рефлексы, и это поможет делу.
Я не знала, что делать, поэтому лишь уткнулась головой ему в плечо и зарыдала. Он был прав, и я об этом знала, но я не могла так запросто расстаться со своей гордостью. Не могла перестать быть женщиной. Не могла расстаться с надеждой на свободу. Принять эту ситуацию значило сдаться.
Том отстранил меня и посмотрел в мои зарёванные глаза. Я лишь молча смотрела на него в ответ, всхлипывая. Он аккуратно положил меня на спину и руками раздвинул мне ноги. Лёжа так, я смотрела на потолок. Я знала, что будет дальше, но всё внутри меня будто бы онемело, и было уже всё равно.
Он навис надо мной, поднеся член к киске. Я чувствовала, как он упирается мне в губки. Он не стал двигаться дальше. Просто замер так и посмотрел на меня.
- Лора, посмотри на меня.
Я посмотрела на него.
- Сейчас я буду заниматься с тобой любовью как с Лорой. Просто как с Лорой. Я хочу, чтобы ты осознала это. Потому, что после этого вечера я буду просто ебать тебя, как собственную рабыню.
И поцеловал меня. С этими словами чувства снова всколыхнулись во мне, и с ними вернулась страсть, которая завладела мной без остатка и отдала меня ему. Я подалась навстречу, коснувшись его члена, и тот медленно вошёл в меня, пока мы целовались. Он начал двигаться во мне сильнее и сильнее, не прекращая поцелуев. Я возвращала ему каждый поцелуй и продолжала плакать, но возбуждение было сильнее, и с каждым его движением я подавалась ему навстречу.
Ещё никогда меня не захлёстывала такая страсть и такая чувственность, как тогда, во время занятия с Томом любовью. Мы оба задыхались и стонали от вожделения, и вскоре я ощутила внутри себя, как он кончает. Я чувствовала, как он разряжается в меня, и меня начала охватывать паника. Но не успела она оформиться как следует, как Том произнёс:
- Кончи для меня, Лора.
Он произнёс это во время собственного оргазма, буквально пропыхтев слова и продолжая изливать в меня свою сперму. К своему удивлению, я тут же разразилась ярчайшим оргазмом. Я бы в жизни не подумала, что смогу так отреагировать на приказ кончить. Но это произошло, и после первого оргазма тут же последовали ещё и ещё.
Когда я наконец пришла в себя, то поняла, что Том лежит рядом. Он водил рукой вдоль моего тела, забавляясь с грудью и поглаживая живот, и наконец тихо прошептал мне на ухо:
- Добро пожаловать в новую жизнь, Рабыня.
Конечно же, я снова расплакалась и ощутила, как разбиваются мои последние надежды. Он встал, отстегнул мой поводок и стащил меня с кровати. Стоя на полу, я тряслась и чувствовала, как его сперма вытекает из меня и сползает по внутренней стороне бёдер. А с этим как быть? Я даже не хотела об этом думать.
Том снова сковал мне руки за спиной и, потянув за поводок, повёл вон из комнаты. Меня, голую и закованную в цепи рабыню, возвращали обратно в свою "комнату" , в подвал. Как только мы вошли туда и я увидела клетку, меня пробрала дрожь. Я входила в эту комнату с каким-то новым взлядом на вещи, но ещё толком не понимала, что же переменилось. Том? Или я?
Мы остановились перед моей клеткой и Том повернулся ко мне с серьёзным выражением лица. Из глаз его пропала всякая теплота, и я уставилась в пол, понимая, что время быть Лорой уже прошло.
- Правила снова вступают в силу, рабыня.
После этого он протянул руку и сдёрнул парик у меня с головы. Я вскрикнула, но не посмела поднять глаз. Лишь горько подумала о том, что он только что содрал с меня Лору.
Затем Том отвёл меня к одной из свисающих с потолка цепей и пристегнул туда за ошейник. Отойдя на минуту, он вернулся с неизменным пенис-кляпом. Я уже не удивилась, когда он затолкал его мне в киску и подержал там немного, прижав к моему клитору вибратор. Ноги мои содрогнулись, когда вибратор исторг из меня небольшой оргазм, но он всё держал и держал его, пока не дождался второго.
Тот, правда, не спешил наступать, и он пригрозил, что отхлещет меня стеком, если я не потороплюсь. К счастью, я была уже близко, и он таки получил мой второй оргазм. Пока я, дрожа, восстанавливала силы, он затолкал мокрый от моих соков кляп мне в рот, после чего туго затянул на голове ремешки сбруи. Я лишь вздохнула, не поднимая глаз. Стоя рядом, он жёстко смотрел на меня.
- До чего же грязная, жалкая шлюха. Способна получить оргазм от чего угодно, да? - с отвращением произнёс он, особенно надавив на "от чего угодно". - Видимо, придётся проверить, как потаскуха будет себя чувствовать, если какое-то время поживёт без оргазмов. Раз уж она всё время связана и находится под нашим неусыпным контролем, то, пожалуй, мы не разрешим ей кончать на протяжении месяца, или около того. Думаю, рабыня это заслужила. Что шлюшка скажет по этому поводу?
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 85%)
|