Рассказ №18725

     Я лежу на мягком светло-коричневом диване и смотрю на мужа, застёгивающего манжеты своей элегантной белой рубашки на запонки. Рубашка пока расстёгнута, и я вижу его волосатую грудь. Поднимаю взгляд выше - аристократичные губы плотно, решительно сжаты, холодный строгий взгляд зелёных глаз из-под длинных ресниц, волосы растрепались. Оглушительная тишина стоит в доме. За окном серый осенний день. Дети в школе. На меня бесстрастно смотрят круглые тёмные "глаза" в деревянном узоре потолка библиотеки. Промежность и живот болят. Я чувствую, как из влагалища вытекает сперма. Как он умеет своим среднего размера членом, если нужно, причинять такую боль? Но наказание заслуженное, этого я не могу не признать:
     
     - Я тебе сколько раз говорил - прикуси свой острый язык?
     - Я не виновата, что это правда. Разве я такое для того говорю, чтобы тебя обидеть? Я тебя люблю - вот и говорю тебе правду! Лучше было бы, если бы я лизала тебе задницу, как твоя бывшая жена и её родственнички, врала бы, что люблю тебя, ради денег, а сама не любила? Я тебе всё это наедине сказала, а не при людях!
     - Мне сейчас плевать!!! Пойдём! - муж тащит меня за локоть в первую попавшуюся комнату - библиотеку. У меня нет сил сопротивляться его сильному, мускулистому телу. Да и не хочу.
     Дверь с грохотом распахивается - и тут же захлопывается, и замок защёлкивается: вдруг явятся из школы дети.
     Я лечу на диван.
     Муж расстёгивает манжеты и закатывает рукава, расстёгивает рубашку и брюки и извлекает из трусов свой не такой уж и большой, но и не маленький, уже вставший, член.
     Не дав мне опомниться, стремительно и решительно встаёт на колени на диван, и член оказывается у моего лица.
     - Открой рот!
     Я раскрываю рот, и он с размаху засовывает мне в глотку свой член. Толчки. Дышать трудновато. Он имеет меня в рот жёстко, методично. Хватает за волосы и насаживает меня на свой разгорячённый "агрегат". Вынимает стоящий колом, крепкий, затвердевший, как камень, горячий член.
     - Делай минет!
     Я стараюсь, как девчонка. Лижу, сосу, ласкаю руками его милую писечку вместе с яйцами. Он начинает тяжело дышать - и, как всегда, молча выстреливает мне в рот солоноватой спермой. Вкусный мой! Мой самый любимый леденец! Я целую его неопавший член, подняв взгляд.
     Неумолимый Виталий жёстко смотрит мне в глаза.
     - Ложись и раздвигай ноги!
     Я снимаю мокрые трусы и покорно ложусь ногами к окну, вытянув руки вдоль туловища и раздвинув ноги, как буква Y.
     Виталий ложится на меня. Его член касается моей отчаянно мокрой вздувшейся писечки, и на лице Виталика появляется довольная хитрая ухмылка. Я на пару мгновений смущённо прикрываю глаза под его пронизывающим, всё понимающим взглядом. Начинается. Член Виталика резко входит в меня. Толчок. Ещё. Муж откровенно жестоко трахает меня, так, чтобы мне было больно. Мне и правда больно, но я покорно молчу, разве что мои глаза выдают, что мне больно - недаром Виталий смотрит мне в глаза, и я вижу в его взгляде торжество.
     Мне больно, но наслаждение накатывает на меня. Быстро, поршнем ходит внутри меня любимый член, нарочито как придётся, чтобы причинять боль, слышатся шлепки яиц по моей промежности: Ноги сводит, сводит влагалище, тело изгибается, глаза закатываются, стон исходит из меня сам собой. Муж, как всегда, молча, воткнувшись до упора между моими бёдрами, спускает в меня сперму.
     Небольшая передышка.
     Виталий смотрит на меня.
     Его палец оказывается на моём клиторе. Играет им, иногда пальцы больно сжимают клитор, ласкают вульву, муж запускает пальцы во влагалище. Я начинаю сходить с ума. Боже, как хорошо! Стон опять сам собой вырывается из меня, спазм сводит влагалище. Хорошо!
     Опять передышка.
     Муж опять ласкает мои интимные складочки, тяжело дыша. Меня опять накрывает оргазм. Я уже хочу пúсать.
     Но отпроситься нельзя. Наказание надо выдержать до конца.
     Лаская мою писечку пальцами, Виталий, конечно, возбудился. Его член опять, как каменный.
     Он загоняет его в меня до упора - и опять жестоко ебёт меня, просто избивает моё нутро своим твёрдым членом. Хочется писать. Больно. Наконец, член входит в меня до упора - и в меня изливается сперма.
     Экзекуция закончена.
     Виталий встаёт, неспеша натягивает трусы, застёгивает брюки, потом раскатывает рукава и застёгивает манжеты на запонки:
     Начинает застёгивать рубашку.
     Мой красавец. Как я люблю его!
     Лёгкая улыбка появляется на моих губах.
     Он замечает и её, и мой нежный взгляд.
     - Почисти зубы, умойся - и принеси мне газировки, - командует мой господин.
     - Какой? - тихо спрашиваю я, берясь за свои трусы.
     - Грушевой, - отрезает муж.
     Грушевая - его любимая. Я натягиваю трусы, более-менее привожу себя в порядок - вдруг дети увидят, - и плетусь в ванную, пописать, почистить зубы и умыться. Болит между ног, их с трудом можно свести, болит внутри. Писаю, чищу зубы, умываюсь. Ползу в кухню. Делаю стакан грушевой газировки и несу в библиотеку.
     Мой строгий красавец сидит в кресле с философски-аристократично-неприступным видом. Словно сделав одолжение, берёт стакан и начинает потягивать газировку, не глядя на меня.
     - Я тебя люблю, - улыбнувшись, тихо произношу я.
     Виталий косится на меня.
     - Ты мой родной, - снова улыбаюсь я.
     Муж снова косится на меня, но его взгляд уже теплее.
     Я опускаюсь перед ним на колени и, улыбаясь, кладу ему на колени голову.
     Рука нежно опускается на мои волосы. Так хорошо! Я словно маленькая девочка, которую папа гладит по голове!
     - Светик. Светоч мой, - нежный голос ласкает мою душу.
     Я целую его руку.
     С наслаждением втягиваю в себя аромат выделанной кожи, уда, табака и пачулей.
     Муж ставит стакан на столик и поднимает меня к себе на колени.
     - Всё равно тебя не исправить, правдорубка, - улыбается он. - Придётся регулярно ебать до боли, пока сил хватит.
     Я улыбаюсь, с нежностью глядя ему в глаза, и целую его. Вкус грушевой газировки остаётся у меня во рту:
     
     Мы неспеша выходим на улицу и пешком направляемся домой - здесь недалеко. У меня в сумочке - рецепты на прописанные доктором препараты. Живот уже тяжёлый, и мне не очень удобно идти, но надо подышать свежим воздухом, и я опираюсь на руку Виталечки, чуть отклонившись назад и немного переваливаясь. Муж заботливо посматривает на меня, и в его взгляде заметна гордость собой. Ещё бы. Пусть мы хорошо выглядим, но мне уже сорок пять, ему - сорок три. Наш ребёнок, как показали все анализы, родится здоровым. Наказание удалось на славу:) !


Страницы: [ 1 ]

Читать также в данной категории: