Рассказ №14490

     Убеждена, что такой откровенный прием возбуждает лучше всего. Я же придерживаюсь другого принципа. Считаю, что человека больше привлекает и ему всегда больше нравится то, что чуть-чуть прикрыто и как бы запретно. Такова его природа. Потому-то и "полураздетость" , умышленно подчеркиваемая специальным бельем, возбуждает и ласкает взгляд куда силь¬нее, чем абсолютная нагота.
     Сейчас мне хотелось самой скорее ощутить в себе такую прелесть. Я уже мысленно представляла себя сидящей на артисте верхом. Конечно, мне довелось повидать немало мужчин и попробовать разные члены, но далеко не каждый вызывал у меня такое неподдельное и естественное желание. Тем ценней оно было для меня на этот раз.
     Но, вопреки моему ожиданию, артист, увидев меня обнаженной, представшей перед ним во всей красе моего белого и ладного тела, потерял интерес к своему члену и сосредоточил все внимание на мне. Принялся ласкать языком розовые набухшие соски, целовал живот, пупок, терся лицом о лохматый золотистый лобок. А какой женщине не лестно, когда мужчина столь откровенно восхищается ее телом и отдает дань его красоте? Тем более, что исходило это от такого знаменитого в искусстве человека и сейчас он заботился не только сам о себе.
     - Ты уже хочешь? -спрашивал он. - Говори, что ты хочешь, что ты очень хочешь.
     Я повторяла эти нехитрые слова, и они еще больше возбуждали меня саму. Клитор набух, а влагалище буквально пылало. Их не могла остудить даже обильно хлынувшая смазка, о которой Цветаева пишет: "Эта слизь называется - жизнью".
     Наконец он сам лег на тахту рядом со мной, и я подумала, что вот теперь-то мы приступим к главному, и он натянет меня на свой чудесный член, какой, откровенно говоря, мне еще не встречался. Он был подобен его уникальному таланту. Невольно позавидовала жене артиста, которая всегда имеет рядом такое сокровище. Так, наверное, ему завидуют за талант и коллеги по сцене. Но он опять не торопился и сказал:
     - Теперь ложись на меня валетом.
     - А туда?
     - Туда в следующий раз. В ожидании тоже - наслаждение.
     Я прочитала артисту сонет Шекспира в переводе Маршака, который завершали такие строки:
     Ты даришь мне и торжество свиданья,
     И трепетную радость ожиданья.
     Минет он делал умело, хорошо ориентируясь на "местности" и проявляя необходимую осторожность и деликатность. У меня было такое чувство, будто он произносит туда свои знаменитые реплики, а я им аплодирую всплесками. Мне же делать ему минет оказалось не так просто.
     От прикосновений языка, которым я обводила головку, облизывая ее, она так налилась, что, казалось, вот-вот лопнет. Смоченная слюной, она вся лоснилась и блестела. Когда я все-таки с трудом протолкнула ее в рот, языку уже негде было по-настоящему развернуться, и мне ничего не оставалось, как только опускать и поднимать голову. Между собой мы в таком случае говорим: строчить минет. И в самом деле, становишься похожей на швейную машинку...
     Кончили мы вместе к нашему обоюдному удовольствию. Он выплеснул в меня горячую струю спермы, которой при его возрасте к моему удивлению оказалось довольно много. Поймав ее на лету, я сделала жадный глоток, но чуть не подавилась из-за огромной головки, которая заполонила весь рот. Мне захотелось сделать артисту приятное еще и по-другому. Выпустив головку изо рта и отдышавшись, проникновенно воспроизвела ему, как экспромт, шесть строк, принадлежащих знакомой проститутке Ларисе, пишущей неплохие стихи.
     Я от счастья млею и таю,
     Пью когда и глотаю,
     Когда глотаю и пью
     Терпкую сладость твою,
     Плоти твоей нектар -
     Для меня божественный дар.
     У нас тоже есть свой самиздат, и по рукам ходит немало стихов, рассказов и новелл ничуть не хуже тех, которыми нынче щедро одаривают новоявленные непризнанные гении. Эти стараются поражать воображение смелостью лексики и бесстыдством, возмещая этим незнание жизни и художническую беспомощность. Считают, что достаточно перенести с забора и стены общественного туалета матерщину на страницы книги, чтобы стать писателем...
     Вообще-то, самыми обильными производителями спермы считаются финны. Не удивительно, что там в, Дагомысе, я буквально захлебывалась ею, терпкой и необычайно приятной на вкус. Когда проглатывала этот чудесный эликсир, у меня возникало чувство, будто миллионы сперматозоидов разбегаются по всему телу и проникают в каждую клеточку.
     Потом и в "Аргументах и фактах" , которые все лучше всех знают, прочитала, что первенство по сперме держат именно финны. А я-то по простоте душевной до сих пор думала, что только проститутки осведомлены, у кого сколько спермы и каково ее качество. Оказывается, дока в этом пикантном вопросе и лучше всех в нем разбирается редактор еженедельника В. А. Старков. Искренне поздравляю его от имени нашего братства за столь высокий уровень компетенции. Теперь понимаю, почему у этого издания больше всех подписчиков. А теперь и я буду в их числе.
     Если верить "Аргументам и фактам" , то и сперматозоидами сперма насыщена у финнов больше, чем у других. Объясняется это тем, по словам газеты, что среда обитания изготовителей столь замечательной спермы отличается экологической чистотой. Ну чем не наглядная агитация за экологическую чистоту природы?
     Представила, какое наслаждение могла испытать, если бы артистом было тогда задействовано влагалище. Но об этом мне оставалось пока что только грезить. Наверное, артист прав, говоря, что наслаждение заложено уже в самом его страстном ожидании.
     Уходя, он надел мне на шею тонкую золотую цепочку.
     Пусть она отныне соединяет нас. Ты не возражаешь?
     Я подарила ему благодарный поцелуй. И к его явному удовольствию признательно погладила через брюки член-предмет его законной гордости и теперь моего желания. Каждый раз, надевая потом цепочку, подаренную артистом, я чувствовала, как сладостно щемит сердце от предвкушения новой встречи.
     Снова он пришел с цветами. Теперь я сама минетом сразу подняла у него член, руководствуясь известной ленинской формулой: "Промедление смерти подобно". Но взять меня артист пожелал только сзади и предложил встать "на четыре точки" , принять колено-локтевую позу, или, как ее называют сексологи - дорзо-вентральную. Предшествовало этому и еще одно желание, показавшееся мне довольно странным. Но желание клиента для меня - закон.
     - Когда я всуну, ты кричи: "Меня ебет гусар! Меня ебет гусар!" Повтори.
     Я произнесла эти слова.
     - Да не так! - сказал он с досадой. - Не таким будничным тоном. - И сам воспроизвел их с нужной ему эмоциональной окраской.
     - Вложи в свой голос интонацию восторга, упоения, захлебывайся словами.
     Он работал со мной как режиссер. Инструктировал и наставлял, словно я актриса, а он постановщик сцены.
     Долго репетировать мне не пришлось. Я оказалась способной ученицей и нужную ему реплику освоила сразу.
     Пока мы занимались подготовкой, член, естественно, опал, но я его опять быстро подняла. Поводила языком по всему стволу снизу вверх и предусмотрительно обильно смочила головку слюной, чтобы облегчить проникновение и улучшить скольжение. Затем встала в нужную позу. Вогнать в меня свое сокровище артист смог только с двух толчков. У меня было ощущение, что он заполнил меня всю и перемешивает все мои внутренности. Изо рта вырывались заказанные слова, но происходило это уже само собой, , непроизвольно, под действием экстаза. По-моему, я даже импровизировала:
     - Миленький гусарчик, еби меня, заебывай меня! Ах, дорогой гусар, как сладко ты меня ебешь. Еще! Еще!
     Воспроизвожу это, чтобы кое кто понял, почему новая сексуальная газета, посредством которой предприимчивые прибалты качают деньги из россиян, имеет такое необычное название- "Еще". Это короткое и емкое слово - важная составная часть сексуального лексикона.
     Артист усердно старался. Обхватил меня руками за бедра и синхронно прижимал к себе навстречу собственным толчкам. Я в свою очередь задом выписывала "кренделя" и одновременно верещала. Я чувствовала, что мои истошные возгласы еще больше подогревают клиента и приводят в азарт. Они распаляли его артистическое воображение, помогали входить в образ.
     Пылкая фантазия рисовала ему образ гусара, как полового гиганта, каким его запечатлела русская литература, начиная с Баркова, Пушкина, Лермонтова, на которой он воспитывался в гимназии. Это бесценное и уникальное качество гусара в представлении тогдашнего общества наверняка имел в виду и Лермонтов, когда написал эпиграмму на А. А. Толстую:
     Не даром она, не даром
     С отставным гусаром.
     Та женщина знала, кому отдавать предпочтение в постели. Мне тоже понравилось представлять себя под бешеным гусаром, который не знает удержу. Верно сказал когда-то Козьма Прутков: "Если хочешь быть красивым, поступи в гусары". Словом, по примеру артиста, который следовал совету Козьмы Пруткова, я вошла в предложенную мне роль. Не пойти ему навстречу не могла, учитывая необходимость для него такого психологического допинга.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также: