 |
| |
| | Куннилингус я любил. Причём не сколько сам процесс, сколько побочные результаты. Во-первых, во время таких ласк я здорово заводился сам: зрелище, запахи, влажные прикосновения лица, кожи и слизистых партнёрши. А во-вторых, большинство женщин с благодарностью и страстью принимали это и затем возвращали сторицей. Поэтому напротив вагины Ирэн я ока-зался перед любимым занятием. Что я только не попробовал: то ласково, то неистово облизывал и нацеловывал кожу губ сладкого плода, то вдруг нырял во влажную розовую его мякоть и хо-зяйничал там языком. Ирэн застонала. Я посмотрел вверх, и увидел, что Мари вовсю помогает мне - она попеременно всасывала в себя соски своей компаньонши, теребя их во рту языком. Ирэн завибрировала телом, подсказывая, что мы на верном пути. Вскоре её рука опустилась к моему лицу: средний палец приник ко входу во влагалище и начал круговые движения, как бы обозначая колечко входа в лоно. Я понял действия Ирэн по-своему: убрал её руку, положил свой большой палец на нужное место и начал те же движения с той же амплитудой и частотой. Я ока-зался прав. Француженка повысила голос - её стоны стали громче и призывней, бёдра задвига-лись в такт моему пальцу. Я слегка углубил его в вагину, исследуя ногтем верхний свод влага-лища. Входить дальше я не планировал, так как уже нарушил правило гласящее, что сегодня только оральный секс. Но ведь Вероника сказала "пока". Кто знает, может "пока" уже прошло? Ирэн тем временем задрожала крупнее, заохала и сжала бёдра с такой силой, что мне пришлось убрать язык из промежности. Она стиснула мой кулак, пропихивая палец несколько дальше, и забилась в оргазме. Затихнув, она достала мою ладонь из своих бёдер, поднесла большой палец к губам и начала облизывать и посасывать его. | | |
| |
|
| |
| | Я уже для себя решил, что это должно произойти именно сегодня и ему говорю, что надо попробовать в этой жизни все хотя бы раз. Леха опять мне что то пролепетал и через несколько минут мы уже лежали на кровати. Я начал стаскивать с него джинсы, а он лежит и даже не шевелится. Все думаю добрался(леха) до кровати и сейчас уснет. Говорю ему преподними задницу я джинсы сниму. Надо сказать, что по комплекции Леха коренастый и соответствено тяжелей меня, а я выше его и худой. Короче я снял с него эти джинсы вместе с трусами до колени, и сразу взял его член в рот и стал с наслаждением сосать. Я был рад что добрался до этого большого члена, кстати он у него был толще моего и сейчас в спокойном состоянии он был в диаметре как мой член когда он в возбужденнои состоянии. Я делал минет Лехе как сумашедший, но он у него не вставал, сказалось наверное количество выпитого пива. Но вот через несколько минут моих усилий он начал твердеть, я быстрее с себя все снял, остался только в майке. Повернулся к нему спиной и начал насаживаться на его член, когда он коснулся моего ануса я вздрогул, таким он был горячим и большим. В меня вошла только головка его члена, весь его было трудно в себя вогнать, не потому что он сильно большой, а потому что он был слишком ещё мягкий. Но останавливаться на этом я не хотел, моя задница сильно хотела его. Я снова стал его сосать, одной рукой поглаживая его большие яйца. Но вот наконец Леха возбудился член его стал твердый, встав на край кровати на колени я приподнял свою грешную задницу повыше как бы приглашая. Леха подошел сзади ко мне и стал вводить член в меня, но не сразу. Сначала он мне в анус засунул палец, поводил круговыми движениями и не вытаскивая палец прикоснулся к анусу своей головкой члена. Потом вынув палец, стал вставлять сначала головку, а потом вошел вменя на все длину. Я почуствовал как его яйца прикасаются с моими. Леха засопел и начал водить членом туда сюда медленно, вытаскивая его почти полностью. Потом он взял мой член левой рукой и стал дрочить его. Мне стало хорошо и я забылся. Очнулся наверное минут через десять, лежа уже на животе, а Леха был на мне. Я сначала приподнял задницу, а потом опустил её и его член вышел из меня. Повернулся к Лехе положил его на спину, своими коленями прижал его плечи взял в руки его голову и насадил на мой член, мой член вошел в него польностью, он был мягкий я не мог еще возбудиться, даже губами Леха умудрился достать до моих яиц. Постепенно мой член стал твердетьи мне стало приятно что мой член впервые в жизни сосет не женщина, а мужик. | | |
| |
|
| |
| | Я разомкнул губы и в мой рот погрузился большой хуй её мужа. Мужика, к которому она ушла от меня 7 лет назад. Длинный, но к счастью не очень толстый член елозил в моей ротовой полости. Кирилл все время пытался пропихнуть его глубже. Меня все время одолевали рвотные позывы. Во рту было ужасно тесно. Из глаз текли слезы, а я мечтал просто чтобы это быстрее закончилось. Вдруг, Ленин муж вынимает член из моего рта и я получаю звонкую пощечину. | | |
| |
|
| |
| | Девушка брыкалась, но ничего не могла сделать, его силы будто возросли стократ. Он разорвал свою рубашку и завязал ей рот. Руки привязал к стойке для навеса от солнца. Ноги он развёл в разные стороны и привязал к каким-то железкам. Он ничего не видел кроме её тела. Он сорвал топик и взял в руки её груди. Они были мягкими и упругими. Он нежно вращал их и прикасался губами. Стал спускаться по влажному от напряжения животу, разрезал юбку и трусики. Она осталась совершенно голая. Он не спешил раздеваться. Если бы он разделся, то взял бы её тут же, а этого ему не хотелось, он должен был насладиться её телом. Он касался её плеч, спины, за эти несколько минут он узнал каждую мышцу её тела. Его губы проникли в самые укромные места, они путешествовали от уголка между шейкой и плечом до сладкой ложбинки между ног. Он покусывал её ушко, гладил ягодицы и, наконец, шире раздвинул её ноги и резкими поцелуями в половые губы стал возбуждать её. | | |
| |
|
Рассказ №20693
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 11/09/2022
Прочитано раз: 24761 (за неделю: 15)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали...."
Страницы: [ 1 ]
Олег Петрович Сумароков, один из значимых и значительных граждан города Северный Донец, проснулся в плохом настроении. Не выспался (и не высыпался уже несколько ночей подряд до этого) , ноющая боль в боку (печень?) , прямо скажем неважные дела в семейном предприятии Сумароковых, грозившие немалыми убытками почтенному семейству.
Просунув ноги в стоптанные тапки, Олег Петрович прошёл в столовую. Там как раз молоденькая горничная подавала завтрак его супруге Елене Васильевне. Горничная немного отвлеклась, приветствуя вошедшего хозяина, и опровикинула вазочку с вареньем на скатерть. Жена позвонила в колокольчик, и через минуту на пороге выросла суровая домоправительница Сумароковых Ирина.
"Выдрать" , бросила Елена Васильевна, и Ирина повела побелевшую от страха девушку пороть.
Позавтракав, Олег Петрович сел в персональный автомобиль, и поехал в офис. В приемной его привычно встречали Ольга Михайловна, степенная сорокапятилетняя дама, исполнявшая обязанности начальника канцелярии, и молоденькая секретарша Ирочка.
Олег Петрович молча прошёл в кабинет, не ответив на приветствие подчинённых, и через минуту на столе Ольги Михайловны раздался резкий звонок. Она спокойно и неторопливо взяла папку с документами на подпись, и другу с поступившей корреспонденцией, положила их на поднос, на котором уже стоял хрустальный стакан янтарного чая в бронзовом подстаканнике и на фарфоровом блюдце лежали три печенья "Юбилейное" , которые хозяин любил есть, слегка размачивая в горячем чае, взяла поднос и прошла в кабинет.
Пройти сквозь двойную дверь казалось непростой задачей, но Ольга Михайловна справилась с ней с присущей ей грацией. Поставив поднос на массивный стол, покрытый зелёным сукном, она подала папку с документами.
Олег Петрович принялся нетерпеливо просматривать поступившую и ожидавшую его распоряжений пачку документов. Некоторые он подписывал, другие откладывал. Вдруг раздалось недовольное ворчание, и Ольга Михайловна встревоженно подалась вперёд. "А где виза Талицкой на платёжной ведомости? Вы что мне принесли!" спросил Олег Петрович раздражённо, глядя на Ольгу Михайловну. Она на секунду смутилась, потом взяла злополучный документ, и произнесла извиняющимся тоном: "Простите, Олег Петрович, не досмотрела. Отнесу сейчас Елизавете Петровне, попрошу проверить!" Но начальник уже не обращал на неё никакого внимания, погружённый в отчёт об оценке здания, которое предприятие намеревалось продать.
Ольга Михайловна собрала подписанные документы в папку, и направилась к выходу. Уже в дверях, она услышала за спиной: "Пойдите к Смирновой, пусть она Вас выпорет! Скажите двадцать четыре тростью по голой заднице!" Обернувшись, она вежливо произнесла: "Конечно, Олег Петрович. Я зайду к Ирине Михайловне прямо сейчас." И направилась в службу кадров.
Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали.
Приехав в школу, Олег Петрович прошёл в кабинет классной руководительницы Людмилы. Екатерина Викторовна, строгая дама в безукоризненно накрахмаленной блузке и в очках в роговой оправе, ядовито улыбнулась ему: "Что же Вы так редко заходите, Олег Петрович? Совсем нас забыли!" Считавший себя человеком не робкого десятка, Олег Петрович смутился и не нашёлся, что ответить.
Разговор об учёбе дочери быстро перешёл на её воспитание. "Пороть её надо, драть! Вон кобылу какую вырастили, а распустили - мочи нет! Не будете пороть - не будет толку из Людмилы" , с каким-то сладострастием выговаривала Екатерина Викторовна, хищно глядя на совсем потерявшегося Сумарокова. "Да жена ж её порет, порет, а толку всё нет!" виновато лепетал он. "А Вы на жену-то не валите, берите дело в свои руки! У Людмилы такая задница, что ей Ваша жена - что слону дробина. Ей мужская рука нужна!" , произнесла Екатерина Викторовна с таким напором, что Сумаровок поёжился. "Выпорю, Екатерина Викторовна, непременно выпорю паршивку!" , пообещал Сумароков, и был, наконец, выпущен на свободу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
|
