 |
| |
| | Голубая блузка чудом держалась на ее груди упав с плеч.
| | |
| |
|
| |
| | Нина, визжа от боли, закивала головой. Полицейский нанёс ей десять ударов, стащил её со стола, поставил на колени и вновь поднёс свой член к губам женщины. Нина разжала губы и обхватила ими головку, довольно большого органа. Насильник, тут же, схватил её за волосы и, буквально, насадил на себя. Он начал интенсивно двигать туловищем, глубоко проникая в рот жертвы. Остальные полицейские стояли вокруг и смотрели за процессом, интенсивно массируя между ног. Затем, старший полицейский, подошёл к Нине сзади, поднял её на ноги и раздвинув ягодицы, проник пальцами во влагалище. Нина отпрянула и пыталась избавиться от члена во рту, но тут же получила удар плёткой по спине и покорно замерла. Второй полицейский проник женщине во влагалище членом, и они начали насиловать её вдвоём. Полицейский, который насиловал Нину в рот, затрясся, вытащил член и пустил струю спермы в лицо женщине. Он отошёл в сторону, и его место тут же занял следующий, из тех, кто смотрел. Девушка, стоявшая у стены переводила только фразы, относящиеся к Наталье. В основном это были обзывательства со стороны полицейских. Анна и Наталья с ужасом наблюдали за всем происходящим. Анна плакала. Изнасилование Нины продолжалось минут тридцать. Все полицейские по очереди насиловали её в рот и во влагалище. После этого её растянули, лицом вниз на столе и все пятеро изнасиловали её в анус. Видимо Нина была "девственна" там, как сильно кричала. | | |
| |
|
| |
| | Он стал целовать меня в шею в губы о-у-у было так приятно я вся растаяла он держал меня на руках, он положил меня на постель и я страстно его целовала покусывая его верхнюю губу и засасывала его так что у меня кружилась голова, он стал расстегивать мою блузку, нежно и аккуратно целуя меня в шею и я почувствовала как что то жесткое толкает меня в бедро я поняла что он возбудился. Он стал расстегивать себе брюки и гладил меня по груди и нежно язычком мял, облизывал мои соски, я стонала от каждого его прикосновения, он стал стягивать с меня юбку и трусики. Я вдруг вспомнила что я девственница и остановила его, сказав подожди мне надо тебе что то сказать. Он спросил прямо сейчас? Ну? Я девственница- сказала я, он на меня посмотрел, улыбнулся и сказал- что правда, у тебя я первый? Я сказала ДА, тогда он сказал- не бойся малыш это будет не больно я сделаю все красиво не переживай. Он снял с себя трусы, и я увидела такой агрегат, он был такой огромный голый и большой, что я чуть в обморок не упала, молчание затянулось. В моем влагалище стало больше белого вещества. Он сказал не бойся я и не боялась просто я увидела первый раз в живую член и так близко. Он сказал, подойди ко мне и я тебе скажу, что с ним делать, а то я не знаю, подумала я и подошла поближе. Он встал и прижал меня к себе, я стала целовать его, он встал еще больше и напрягся, потом я лизала его головку кончиком языка, а он тихо стонал, я взяла его в руки и он выпустил сперму я размазала ее по члену и стала делать движения, которые видела в порно фильмах, ему так нравилось, что он вскрикивал и говорил да детка, давай я тебя хочу, еще-еще, не останавливайся, ну сильнее-сильнее, давай он кончил после он положил меня на кровать и положил под попу подушку и стал лизать мою киску о-а-а-о я испытала то что передать не возможно мое тело извивалось и всячески изгибалось он мял мой клитор и засасывал его а потом быстрыми движениями водил по нему я стонала, орала я кончила. Он сильнее раздвинул мне ноги и сказал не бойся котенок, я сделаю все красиво, тебе будет так же приятно, доверься мне, хорошо? Хорошо. Я почувствовала резкий толчек мне стало больно и я громко вскрикнула, он высунул свой член назад и еще больнее впихнул его в меня. Я почувствовала, как он в меня вошел и мне было не очень приятно, я терпела, он сказал сейчас все пройдет и действительно стало лучше, мои губки обволокли его член и он стал делать легкие ритмичные движения они стали увеличиваться и он извините меня за выражение ебал меня как хотел, а я стонала и орала, а он мычал как буйвол и я почувствовала как в меня вылилась куча спермы. Он вытащил свою штуку всю в моей крови и сказал мне, что я самая лучшая девушка, которая была у него и он ни когда со мной не расстанется. Он взял меня и отнес в ванную, помыл меня как котенка и понес мокрую в кровать. Мы уснули в обнимку. | | |
| |
|
| |
| | ... Ох, какой... ничего, девочки, поверьте старой Берте, это не ужас-ужас-ужас... давай, не сразу, не торопясь... что нам подсказывает внутренний голос? Ага, именно. Сначала лизнуть - с одного боку, с другого... коснуться губами, еле-еле, пощекотать, плотно прижаться, слегка засасывая, провести снизу вверх до самого кончика, вниз, снова вверх... теперь пауза, полюбоваться дрожащей перед глазами красотой... и не страшный вовсе... щекой его погладить, волосами пощекотать... а вот теперь, когда раздулся и побагровел до полного кошмара, можно слегка приоткрыть рот и меееедленно впустить, неглубоко пока, только за зубы... | | |
| |
|
Рассказ №20693
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 07/01/2023
Прочитано раз: 25094 (за неделю: 6)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали...."
Страницы: [ 1 ]
Олег Петрович Сумароков, один из значимых и значительных граждан города Северный Донец, проснулся в плохом настроении. Не выспался (и не высыпался уже несколько ночей подряд до этого) , ноющая боль в боку (печень?) , прямо скажем неважные дела в семейном предприятии Сумароковых, грозившие немалыми убытками почтенному семейству.
Просунув ноги в стоптанные тапки, Олег Петрович прошёл в столовую. Там как раз молоденькая горничная подавала завтрак его супруге Елене Васильевне. Горничная немного отвлеклась, приветствуя вошедшего хозяина, и опровикинула вазочку с вареньем на скатерть. Жена позвонила в колокольчик, и через минуту на пороге выросла суровая домоправительница Сумароковых Ирина.
"Выдрать" , бросила Елена Васильевна, и Ирина повела побелевшую от страха девушку пороть.
Позавтракав, Олег Петрович сел в персональный автомобиль, и поехал в офис. В приемной его привычно встречали Ольга Михайловна, степенная сорокапятилетняя дама, исполнявшая обязанности начальника канцелярии, и молоденькая секретарша Ирочка.
Олег Петрович молча прошёл в кабинет, не ответив на приветствие подчинённых, и через минуту на столе Ольги Михайловны раздался резкий звонок. Она спокойно и неторопливо взяла папку с документами на подпись, и другу с поступившей корреспонденцией, положила их на поднос, на котором уже стоял хрустальный стакан янтарного чая в бронзовом подстаканнике и на фарфоровом блюдце лежали три печенья "Юбилейное" , которые хозяин любил есть, слегка размачивая в горячем чае, взяла поднос и прошла в кабинет.
Пройти сквозь двойную дверь казалось непростой задачей, но Ольга Михайловна справилась с ней с присущей ей грацией. Поставив поднос на массивный стол, покрытый зелёным сукном, она подала папку с документами.
Олег Петрович принялся нетерпеливо просматривать поступившую и ожидавшую его распоряжений пачку документов. Некоторые он подписывал, другие откладывал. Вдруг раздалось недовольное ворчание, и Ольга Михайловна встревоженно подалась вперёд. "А где виза Талицкой на платёжной ведомости? Вы что мне принесли!" спросил Олег Петрович раздражённо, глядя на Ольгу Михайловну. Она на секунду смутилась, потом взяла злополучный документ, и произнесла извиняющимся тоном: "Простите, Олег Петрович, не досмотрела. Отнесу сейчас Елизавете Петровне, попрошу проверить!" Но начальник уже не обращал на неё никакого внимания, погружённый в отчёт об оценке здания, которое предприятие намеревалось продать.
Ольга Михайловна собрала подписанные документы в папку, и направилась к выходу. Уже в дверях, она услышала за спиной: "Пойдите к Смирновой, пусть она Вас выпорет! Скажите двадцать четыре тростью по голой заднице!" Обернувшись, она вежливо произнесла: "Конечно, Олег Петрович. Я зайду к Ирине Михайловне прямо сейчас." И направилась в службу кадров.
Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали.
Приехав в школу, Олег Петрович прошёл в кабинет классной руководительницы Людмилы. Екатерина Викторовна, строгая дама в безукоризненно накрахмаленной блузке и в очках в роговой оправе, ядовито улыбнулась ему: "Что же Вы так редко заходите, Олег Петрович? Совсем нас забыли!" Считавший себя человеком не робкого десятка, Олег Петрович смутился и не нашёлся, что ответить.
Разговор об учёбе дочери быстро перешёл на её воспитание. "Пороть её надо, драть! Вон кобылу какую вырастили, а распустили - мочи нет! Не будете пороть - не будет толку из Людмилы" , с каким-то сладострастием выговаривала Екатерина Викторовна, хищно глядя на совсем потерявшегося Сумарокова. "Да жена ж её порет, порет, а толку всё нет!" виновато лепетал он. "А Вы на жену-то не валите, берите дело в свои руки! У Людмилы такая задница, что ей Ваша жена - что слону дробина. Ей мужская рука нужна!" , произнесла Екатерина Викторовна с таким напором, что Сумаровок поёжился. "Выпорю, Екатерина Викторовна, непременно выпорю паршивку!" , пообещал Сумароков, и был, наконец, выпущен на свободу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 29%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 84%)
|
