 |
| |
| | И опять этот эротический гурман играет сосками, гладит мой живот, ковыряет пупок. Потом просунул под меня ладони, сильно сдавил ягодицы и раздвинул их, растянул в стороны. Толстый палец прижался к анусу и потихоньку стал проникать в заднюю дырочку. А сам не отрываясь, следит за выражением моего лица. Изучает реакцию моего тела, гурман паршивый! В заднем проходе щекочет. Не скажу, что ощущение неприятное, но стыдно, никто еще не совал палец в мой зад. Непроизвольно приподнимаю попу, пытаясь освободиться от его пальца. | | |
| |
|
| |
| | После примерно двадцати минут такого безумного секс-марафона я понял, что приближаюсь к финалу. Я резко выдернул свой инструмент из Ксюши и буквально запихал его в Машин рот. После трех-четырех ее сосательных движений я не сдержал крик наслаждения и начал изливаться в нее. Уместить в себя такое количество спермы она не была готова, а потому вытащила член, который продолжал оргазмировать прямо на ее лицо. Ксюша тоже вовремя среагировала на изменение ситуации, она подползла к подруге и стала помогать ей справляться с потоком лавы, выплескивающейся из меня. В итоге Маша абсолютно обессилев осталась лежать с широко распростертыми ногами. Ее лицо было покрыто толстым слоем моей спермы, а сама она тяжело дышала. Ксюша же нежно высасывала остатки моего сока, облизывая член. | | |
| |
|
| |
| | Эта история случилась со мной в 1996 году. Тогда я учился в 11 классе. Моя сестра выходила замуж, и я соответственно был приглашён на свадьбу. Местом проведения неофициальной части был избран дом будущего мужа. Дом представлял собой двухэтажное строение находящееся на окраине города в так называемом <спальном вагоне>. Столы были расставлены во дворе, так как было лето и внутри дома было бы жарко и душно. Целый день я занимался подготовкой мероприятия и к концу дня порядком выдохся поэтому особо | | |
| |
|
| |
| | Видишь ли Флориан, так бывает когда твое тело становится чувственным и хочет познать женщину. Но ты решил мазать на фото из порножурнала. Фло смущенно кивнул. И в момент когда ты начал мастурбировать то у тебя возникло чувство вины, это нормальное явление для парней и так создался образ твоей покойной бабушки потому что при ней тебе было бы очень стыдно смотреть такой журнал. Напрасно называть мастурбацию ужасной привычкой - он всего-навсего заменитель секса, и не более того. Начнешь половую жизнь - не будет необходимости в мастурбации, и она исчезнет без последствий. Чувство разбитости - следствие борьбы с самим собой, эмоционального напряжения из-за того, что это плохо. Относитесь спокойнее - Вам будет легче жить. А отказаться от мастурбации невозможно - чувство сексуального голода так же сильно, как и голода пищевого. Удачи! | | |
| |
|
Рассказ №20693
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 11/09/2022
Прочитано раз: 25496 (за неделю: 26)
Рейтинг: 22% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали...."
Страницы: [ 1 ]
Олег Петрович Сумароков, один из значимых и значительных граждан города Северный Донец, проснулся в плохом настроении. Не выспался (и не высыпался уже несколько ночей подряд до этого) , ноющая боль в боку (печень?) , прямо скажем неважные дела в семейном предприятии Сумароковых, грозившие немалыми убытками почтенному семейству.
Просунув ноги в стоптанные тапки, Олег Петрович прошёл в столовую. Там как раз молоденькая горничная подавала завтрак его супруге Елене Васильевне. Горничная немного отвлеклась, приветствуя вошедшего хозяина, и опровикинула вазочку с вареньем на скатерть. Жена позвонила в колокольчик, и через минуту на пороге выросла суровая домоправительница Сумароковых Ирина.
"Выдрать" , бросила Елена Васильевна, и Ирина повела побелевшую от страха девушку пороть.
Позавтракав, Олег Петрович сел в персональный автомобиль, и поехал в офис. В приемной его привычно встречали Ольга Михайловна, степенная сорокапятилетняя дама, исполнявшая обязанности начальника канцелярии, и молоденькая секретарша Ирочка.
Олег Петрович молча прошёл в кабинет, не ответив на приветствие подчинённых, и через минуту на столе Ольги Михайловны раздался резкий звонок. Она спокойно и неторопливо взяла папку с документами на подпись, и другу с поступившей корреспонденцией, положила их на поднос, на котором уже стоял хрустальный стакан янтарного чая в бронзовом подстаканнике и на фарфоровом блюдце лежали три печенья "Юбилейное" , которые хозяин любил есть, слегка размачивая в горячем чае, взяла поднос и прошла в кабинет.
Пройти сквозь двойную дверь казалось непростой задачей, но Ольга Михайловна справилась с ней с присущей ей грацией. Поставив поднос на массивный стол, покрытый зелёным сукном, она подала папку с документами.
Олег Петрович принялся нетерпеливо просматривать поступившую и ожидавшую его распоряжений пачку документов. Некоторые он подписывал, другие откладывал. Вдруг раздалось недовольное ворчание, и Ольга Михайловна встревоженно подалась вперёд. "А где виза Талицкой на платёжной ведомости? Вы что мне принесли!" спросил Олег Петрович раздражённо, глядя на Ольгу Михайловну. Она на секунду смутилась, потом взяла злополучный документ, и произнесла извиняющимся тоном: "Простите, Олег Петрович, не досмотрела. Отнесу сейчас Елизавете Петровне, попрошу проверить!" Но начальник уже не обращал на неё никакого внимания, погружённый в отчёт об оценке здания, которое предприятие намеревалось продать.
Ольга Михайловна собрала подписанные документы в папку, и направилась к выходу. Уже в дверях, она услышала за спиной: "Пойдите к Смирновой, пусть она Вас выпорет! Скажите двадцать четыре тростью по голой заднице!" Обернувшись, она вежливо произнесла: "Конечно, Олег Петрович. Я зайду к Ирине Михайловне прямо сейчас." И направилась в службу кадров.
Сытно пообедав, Олег Петрович вспомнил о ещё одном важном деле - классная руководительница дочери вызвала родителей в школу, а у жены, конечно, нашлось более важное дело, и ехать пришлось ему. Двадцать лет супружеской жизни приучили его к тому, что спорить с женой значило лишь сокращать своё долголетие. Ему-то через пятнадцать минут надоест, а жене нет. И, вздохнув (куда приятнее после обеда было бы соснуть на диване в комнате отдыха) , Олег Петрович направился к выходу. Проходя через приёмную, он не заметил ни припуших глаз Ольги Михайловны, ни того, с какой осторожностью она опустилась на подложенную на кресло подушечку после того, как встала при появлении шефа. Его занимали более важные дела - дочь Людмила росла совершенно неуправляемой девицей, и что делать с ней дальше, супруги Сумароковы не знали. Не то, чтобы будущее дочери так сильно волновало Олега Петровича - но постоянные попрёки жены его отцовской несостоятельностью волновали.
Приехав в школу, Олег Петрович прошёл в кабинет классной руководительницы Людмилы. Екатерина Викторовна, строгая дама в безукоризненно накрахмаленной блузке и в очках в роговой оправе, ядовито улыбнулась ему: "Что же Вы так редко заходите, Олег Петрович? Совсем нас забыли!" Считавший себя человеком не робкого десятка, Олег Петрович смутился и не нашёлся, что ответить.
Разговор об учёбе дочери быстро перешёл на её воспитание. "Пороть её надо, драть! Вон кобылу какую вырастили, а распустили - мочи нет! Не будете пороть - не будет толку из Людмилы" , с каким-то сладострастием выговаривала Екатерина Викторовна, хищно глядя на совсем потерявшегося Сумарокова. "Да жена ж её порет, порет, а толку всё нет!" виновато лепетал он. "А Вы на жену-то не валите, берите дело в свои руки! У Людмилы такая задница, что ей Ваша жена - что слону дробина. Ей мужская рука нужна!" , произнесла Екатерина Викторовна с таким напором, что Сумаровок поёжился. "Выпорю, Екатерина Викторовна, непременно выпорю паршивку!" , пообещал Сумароков, и был, наконец, выпущен на свободу.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 59%)
|
