 |
| |
| | Он стал лизать мне анус и ввел язык. Я почувствовал, будто хочу в туалет, я продолжал лежать и ждать ощущений. Происходящее мне не очень нравилось и мне захотелось спать. Тут Слава ввел палец, и стало немного приятней, как он им двигает. Потом он ввел второй палец, мне стало больней, я напрягся, стало еще больней. Я услышал... "Расслабься, подумай, что загораешь на пляже, отвлекись от ощущений на попе." Я попробовал представить что загораю, и сразу меня посетил вопрос... А кто тогда ковыряется в моей заднице как в своей? | | |
| |
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
| |
| | Я поняла, что просить бесполезно, и стала отчаянно вырываться. Держа за шею, Ярослав припечатал меня к стене, прижав сзади всем телом. Коленом надавил меж зажатых ног, и, как только у него получилось их немного раздвинуть, он тут же развёл их сильнее второй ногой. Я пыталась освободиться, на что он только ещё сильнее вдавил меня в стену. Свободной рукой он сжал мою ягодицу, и по-хозяйски залез под юбку, сдвинув бельё. | | |
| |
|
| |
| | Мы зашли в море по грудь, и Злата поплыла. Я поплыл следом. Вода в Балтийском море не такая уж теплая. Моя пиписька остыла и немного сжалась. Потом Злата нырнула. И я тоже. Я больше смотрел на нее, чем на камни, а она нашла в гальке желто-коричневый камушек и всплыла наверх. Глубина здесь была ей по шейку, поэтому она встала на ноги. А я, все еще сдерживая дыхание, мог полюбоваться ею. Так близко я писю девочки еще никогда не видел. Мне хотелось потрогать ее и полизать, я даже проделал это мысленно, при этом моя пиписька опять надулась. Вдруг около Златиной стопы я увидел довольно крупный янтарь. Я схватил его и вынырнул, потому что уже сильно хотелось дышать. | | |
| |
|
Рассказ №7352
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 09/06/2006
Прочитано раз: 41268 (за неделю: 7)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мои "стринги" по правде и так почти ничего не прикрывали, но все-таки это был своего рода психологический рубеж. Снять трусы - не перед любимым человеком, не перед настоящим врачом даже, а перед бандой невесть кем возомнивших себя извращенцев! Однако я нашла в себе силы и преодолела этот рубеж. Хотя едва не упала в обморок от унижения:..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Илья прищурился.
- Вы на филфаке, часом, не учились?
- Не-ет... - вру я, - Меня даже в педагогический не взяли! А что?
- Да ничего, просто говорите как-то... с оборотами!
Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу.
- Да это я так... Начиталась умных книжек когда-то... Ну что, идем?
- Идем!
Далее разговор продолжился уже на ходу. Наученная горьким опытом, я старалась держаться как можно проще.
- Предупреждаю сразу - трахаться перед камерой я не буду!
Илья ничуть не удивился.
- Дело сугубо добровольное... И потом, съемки половых актов для нас не главное. Этого добра на рынке порно и так пруд пруди!
- То есть, секс вас не интересует?
- Нет, ну почему - не интересует? Просто то, что мы снимаем, на взгляд нашего режиссера гораздо эротичнее банального тупого траха...
- Но ведь вы же там у себя всякие клизмы снимаете?
- Ну и что? - вопросом на вопрос ответил Илья, - По-вашему девушка, которой ставят клизму, не может выглядеть эротично?
- Ну, не знаю... мне так не кажется:
- В таком случае, вы себя точно недооцениваете! - снова отпустил он довольно двусмысленный комплимент.
Кажется, мои щеки вспыхнули.
- Увы! - развел руками Илья, - Раздеваться и показывать свои интимные места вам все-таки придется... Все как в настоящей больнице!
- Да, я в курсе. Но можно сделать как-нибудь так, чтобы хотя бы лицо в кадр не попадало?
- Оля! У вас такая милая мордашка, что, боюсь, режиссер будет вынужден вам отказать...
Признаться, я загрустила. Клизма - хотя и не секс в чистом виде, но тоже не хотелось бы, чтобы потом весь город смаковал, наблюдая, как тебе ее ставят... Процедура-то, что и говорить, не для посторонних глаз!
- Да вы не бойтесь! - принялся успокаивать меня Илья, - Кассеты с записью все равно уйдут прямиком за бугор! Так что шансы на то, что вас увидит кто-нибудь из знакомых, не так уж велики... Я так понимаю, вас именно это обстоятельство беспокоит?
- Да, - призналась я, - Я тут вроде как замуж собралась...
- Понимаю, - хмыкнул Илья, еще раз на ходу оглядывая меня с головы до ног, - Вашему жениху здорово повезло. Но нашего режиссера все это интересует мало. Так что работать придется всерьез и помногу! Кстати, насчет требований к нашим девушкам ты... можно на ты? . .
- Конечно!
- Так вот. Насчет специфических требований ты абсолютно права...
- Трудно будет?
- Вообще-то конкуренция довольно жесткая. Например, у нас есть одна девушка, которая выдерживает клизму в четыре с половиной литра. К сожалению, она страшна, как смертный грех, так что у тебя определенно есть шансы! Меня передернуло. Вот, оказывается, что мне предстоит! Сердце мое опустилось ниже пяток:
- Четыре литра: это уже не клизма, - жалобно простонала я, - Это пытка! Я-то думала, вы там все просто изображаете...
- Нет, у нас все взаправду! Это, так сказать, кредо нашего режиссера. Между прочим, медицинский фетиш - это на самом деле одна из разновидностей садо-мазо: Час от часу не легче!
- То есть, у вас под видом медицинских процедур девушек просто мучают?
- Ну, не совсем и не всегда... А потом - многим же нравится! Вот тебе, например...
- Мне?! !
- А зачем тогда ты со мной идешь?
Ч-черт! Совсем забыла, кого я должна изображать...
- Ну, мне конечно, нравится... - смущенно бормочу я, - Когда чуть-чуть... А вообще-то мне просто деньги нужны!
- А вот этого ты нам, пожалуйста, не рассказывай! - криво ухмыльнулся Илья, - Существует миллион способов заработать и менее экзотическим путем, было бы желание... Кстати, мы уже почти пришли!
Перед нами возник окруженный стеной высоких деревьев кирпичный корпус районной поликлиники. Логично, подумала я. Где же еще снимать медицинские процедуры, как не в медучреждении?
- Слушай, Илья... А ты-то чем у них занимаешься?
- Помощником режиссера работаю. И оператором - по совместительству...
Час от часу не легче! Так это значит, именно ты, прыщавый недоносок, и будешь мне во все дырки заглядывать?! Представляю, о чем ты думал на протяжении всего нашего разговора... Небось, шел и уже представлял меня с шлангом в заднице: Боже, какой стыд! А самое обидное то, что мне, похоже, действительно придется доставить ему такое удовольствие. Окрашенный зеленой масляной краской обшарпанный коридор заканчивался белой дверью с красноречивой табличкой "Клизменная" , за которой слышались голоса и какая-то приглушенная возня. Так, приехали... Илья постучал в дверь условным стуком.
- Кто? - на всякий случай переспросили из-за двери.
- Это я, Илья! Новенькую привел!
Дверь распахнулась. На пороге стоял наголо бритый мужчина в белом медицинском халате. Его цепкий взгляд тут же скользнул снизу вверх по моей фигуре.
- Неплохо! - с чуть заметным акцентом произнес он, - Проходите, девушка! Сейчас мы будем беседовать!
С замиранием сердца я вошла внутрь и оказалась в помещении, чем-то напоминающее душевую или платный туалет. Те же выложенные белым кафелем стены, такие же закрашенные масляной краской окна и так же хлюпает где-то вода... По сравнению с клизменным кабинетом городской детской больницы, где я в свое время имела счастье принимать эту не слишком приятную процедуру, оборудование здесь было почти "по последнему слову". Имелся даже унитаз за ширмой. Судя по всему, съемки вот-вот должны были начаться. К пока еще пустующей, накрытой клеенкой, кушетке был придвинут высокий штатив, на котором угрожающе повисла раздувшаяся от воды огромная рыжая грелка с длинной резиновой трубкой. Рядом на столике были аккуратно разложены какие-то медицинские инструменты. Пара молодых людей меланхолично возились с аппаратурой, настраивая видеокамеры и устанавливая свет. Бритый мужчина в белом халате, взгромоздившись на высокую табуретку возле стола медсестры, руководил всем процессом. На стульях в углу непринужденно расположились две девушки: длинноногая юная блондиночка в коротком цветастом платье и девушка постарше - черноволосая и несколько менее приятной наружности... Я с надеждой подумала, что клизма на штативе предназначалась все-таки не мне, а кому-то из них. Пока же девушки, скромно сдвинув голые коленки и смущенно хихикая, внимательно изучали какой-то глянцевый журнал. Возле них нетерпеливо егозил неприятного вида молодой человек в роговых очках, так же, как и бритый, облаченный в застиранный белый халат. Очевидно, ему в фильме отводилась роль "врача".
- Ваше имя? - слышу я вдруг за спиной уже знакомый голос с акцентом.
Кажется, это меня! Сейчас начнется...
- Оля! - поворачиваюсь я на голос.
- Очень приятно! Я - доктор Алекс! - все с тем же легким акцентом представился мне бритый мужчина в белом халате, - Я режиссер этой студии. Подойдите, пожалуйста!
Процедура моего приема на работу была непродолжительна, но довольно насыщенна. Для начала "доктор" поинтересовался мотивами моего прихода, и мне пришлось соврать, что клизмами я увлекаюсь чуть ли не с детства, а теперь сплю и вижу, как меня будут накачивать в задницу водой лично доктор Алекс. Режиссер удовлетворенно кивнул и предложил мне пройтись по помещению. Стараясь не запнуться о тянущиеся по полу провода и кокетливо вихляя бедрами, я с максимально обворожительной улыбкой прошлась туда-сюда по всей клизменной. Краем глаза я заметила, что девушки-актрисы оторвались от журнала и во все глаза принялись таращиться на меня.
- Теперь, пожалуйста, нагнитесь! - потребовал режиссер.
Наверное, в этот момент я покраснела, но, к счастью, этого никто не видел... По удовлетворенному цоканью у себя за спиной догадываюсь, что "фэйс-контроль" моя попка также прошла успешно.
- Неплохо! Вы не носите нижнее белье?
- Нет, это просто трусики такие...
- А, стринг! Понимаю: Придется снять! Не стесняйтесь, тут все свои...
Мои "стринги" по правде и так почти ничего не прикрывали, но все-таки это был своего рода психологический рубеж. Снять трусы - не перед любимым человеком, не перед настоящим врачом даже, а перед бандой невесть кем возомнивших себя извращенцев! Однако я нашла в себе силы и преодолела этот рубеж. Хотя едва не упала в обморок от унижения:
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 43%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 59%)
|
