 |
 |
 |  | Она даже не раздевалась и сапог не снимала, только подол задирала (без трусов ходила), ведь на улице следующие пятеро ждут. Все всё знали, но никто не шептался и бабу Тосю глубоко уважали. Даже комиссар и особист к ней ночами ходили, но естественно по одному. Особист уж очень любил ебать ее в жирную старую задницу, бывало всю ночь не слезал, все своей большущей колотушкой в ее прямой кишке шуровал. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Секс между женщинами я видел впервые. Игорь и отец, похоже, тоже. Это зрелище подействовало на нас самым волшебным образом. Я, не надеявшийся на эрекцию по крайней мере в ближайшие часа три, вдруг обнаружил у себя отличный стояк. Да что я, даже батя, как он выразился "старый уже", и тот поглаживал свою дубину. Игорь не выдержал и забравшись на кровать сунул член в тетю Люду. Его движения заставили ее приподнять голову от промежности дочери и ей в губы уткнулся член отца.
Ну наконец-то! - успела сказать она до того, как толстый ствол заткнул ей рот.
Ирка выбралась из-под них и оседлала меня. Было видно, что стараниями матери до оргазма ей оставалось совсем немного. Остальное добавил мой член и она с громким стоном повалилась мне на грудь. Я же только начал и хотел продолжения. Ирка была уложена мной на живот, я лег сверху и головка, раздвинув ягодицы, провалилась в знакомую попку. Рядом громко вскрикивала тетя Люда. Ее снова трахали в оба нижних отверстия.
Я потерял чувство времени. Мы менялись, составляя различные комбинации. То мы с отцом вдвоем трахали повизгивающую Ирку, то втроем тетю Люду. Кажется, Ирку тоже пробовали втроем... или только собирались... не помню. Точно было, что мы с Игорем снова натянули тетю Люду влагалищем на два члена и она против этого не возражала. Может, конечно, потому, что в это время ее рот был заткнут органом отца. Когда все закончилось, осталось только чувство восторга от того, что каждый делал то, что хотел, с тем, с кем хотел и так, как хотел. И всем это нравилось.
После этого о продолжении речи не шло. Все были выжаты досуха. Спать остались у нас. Тетя Люда с отцом на большой кровати и я, как самый мелкий, там же. Игорь и Ирка на наших с Риткой местах. Никто, конечно, одеваться не стал. Я так и заснул, прижавшись вялым членом к теплым тети Людиным ягодицам. И в голову при этом не пришло ни единой эротической мысли.
Утром нас разбудил предусмотрительно заведенный отцом будильник. Иначе наверняка кое-кто проспал бы и автобус, и поезд. Тетя Люда при звонке подскочила, точно и в самом деле проспала, но поглядев на часы успокоилась. Они с Иркой, не потрудившись надеть белье, накинули то, что было, сверху и отбыли к себе, предварительно всех перецеловав. Через пять минут вернулись наши. При первом взгляде на них стало понятно что им ночью тоже досталось. Обе еле переставляющие ноги, все в засохшей сперме, но с довольными улыбками, они растянулись на кровати.
- Ну как? - пристали мы к ним.
- О-о-о! - других слов у Ритки не нашлось.
А мама вообще только хитро улыбалась.
- Рассказывайте уже! - потребовал я.
- Не-а!
Мама пояснила:
- Мы сейчас с Людкой встретились и решили - ничего вам об этой ночи не говорить. Ни мы вам, ни они своим. Так интереснее. Но было круто, это я вам точно говорю. Я не думала, что на такое способна. И про Ритку не думала.
- Э-э-э... а мы-то так не договаривались! - возмутился батя. - Мы знать хотим! Особенно после этого твоего "я не думала"!
- А вот фиг! Мы же вас не спрашиваем!
Тут меня осенило, что поскольку у них там участвовали две стороны, одна из которых так же сейчас допытывается подробностей, то не все еще потеряно:
- Пап, да отстань ты от них. Я Мишку расспрошу.
- О, точно! А я Серегу! Вот! - посмотрел он на маму - Все равно мы все узнаем!
Маму это не сильно смутило:
- Ага, щас... Мишку он спросит... Мишка сегодня уезжает, а до того за ним Людка с Иркой присмотрят. И ты тоже - посмотрела она на Игоря - На Олега не рассчитывай.
- Это почему?
- Он тебе сам скажет.
Заинтригованный Игорь оделся и пошел искать друга.
Получилось так, как и сказала мама. Несмотря на все мои ухищрения, поговорить с Мишкой наедине не получилось. Рядом всегда оказывался кто-нибудь из женщин и выразительно смотрел на нас. Приходилось замолкать и ждать следующего подходящего момента, который так и не наступил. Игорь с Олегом - вот удивительно! - тоже на эту тему как воды в рот набрали. Мало того, они ни в какую не хотели признаваться что именно заставляет их молчать. Я аж обиделся. Козлы. Проводив соседей до автобуса, подумал, что тайна уехала вместе с ними. Оставалась надежда на Ритку - может проболтается когда-нибудь. Но и она пока только загадочно улыбалась, не давая даже намеков.
На пляже без половины компании мне показалось скучно. А еще я заметил - после прошедшей бурной ночи не тянуло трахаться! В предыдущие дни я был готов по первому зову в любой момент, а сейчас - нет. Кое-как провалявшись под солнцем до вечера, вернулся вместе со всеми домой, и входя в калитку внезапно понял, что и тут меня не ждет ничего интересного. Мишка с Иркой-то уехали! Без них вечерние прогулки потеряли интерес. Поболтать не с кем, а Ритку трахать я и дома могу. К тому же Игорь с Олегом опять исчезли... В общем, скукота.
Перед сном, переодеваясь, мама с сестрой копались посреди комнаты. Я лежал кверху пузом, решая как жить дальше. Отвлек меня батин возглас:
- Ого! Поди-ка сюда!
Заинтересовавшись, я обернулся. Отец что-то рассматривал у мамы между ног.
- Федь, иди глянь! - позвал он.
Я подошел. Сразу бросилось в глаза, что с мамой там что-то не так. В следующую секунду я осознал, что вся ее промежность гладко выбрита. Ни следа от пушистых зарослей не осталось. Ритка расставила ноги, продемонстрировав то же самое. Но если у худой Ритки это смотрелось более-менее нормально, то голая мамина промежность между пухлых ляжек взрослой женщины, с толстенькими гладкими губками и выпуклым животиком сверху, выглядела совсем... ммм... нешаблонно.
- Это вы ночью? - спросил отец. - Зачем?
- А это не мы!
- А кто?
- Так... нашлось кому. Перед вторым разом. Связали и побрили, а потом... ну неважно. Здорово, правда?
- Да уж... - покачал головой батя. - Связали, говоришь? Ну-ну.
В расспросы по этому поводу он вдаваться не стал. Я тоже был уверен что мы ничего бы не добились. Но маленькая часть прошлой ночи нам все же приоткрылась.
- Такой я тебя не видел. - продолжал батя, водя пальцем по гладким губкам. - Можно сказать, я тебя в этом месте не узнаю. Как будто другая женщина. которою я еще не... но сейчас мы это исправим.
Он сбросил трусы, потянув маму на себя. Она хихикала, стараясь отклонится назад, чтобы до последнего дать ему возможность смотреть на голый лобок. Меня к кровати потащила Ритка. Лежа на ней, я некоторое время наощупь изучал непривычно гладкое междуножие сестры, и только с первыми мамиными вздохами не выдержал и сунул член между скользких губок. Ритка обняла меня ногами и часто задышала, подкидывая бедра навстречу. Удивительно, но ее влагалище после прошедшей ночи осталось относительно узким, вопреки моим ожиданиям. А вот Риткино поведение изменилось - казалось, в ней проснулись дремлющие ранее нимфоманские наклонности. Через пять минут я уже не понимал кто здесь кого трахает. Она оказалась сверху, прижимая меня к постели и резко насаживаясь на член, еще и успевая в нижнем положении вращать бедрами. Естественно, меня при такой скачке не хватило надолго, но и она вроде бы тоже осталась довольна.
Утро не принесло ничего нового. Появившийся на пляже Олег, почему-то без друга, снова молчал, на интересующий меня вопрос отделываясь общими фразами. Единственный вопрос, на который я получил внятный ответ - "где Игорь?".
- Уехал. Я разве не говорил?
- Как уехал? Вроде ж не собирался? И попрощаться не зашел!
- Да он сам не ожидал. Собирался завтра-послезавтра, а тут знакомые на машине подвернулись. Ну он и рванул, чтобы в автобусах и электричках не толкаться. А вы на пляже были, попрощаться он просто не успел.
Ну вот, еще одним из компании стало меньше... Десять, блин, негритят... - грустно подумал я, глядя как Олег крутится возле мамы с легко угадываемыми намерениями, но она ему, похоже, отказала. Так ему надо - решил я - Может же женщина просто не хотеть. Да и вообще... Тоже мне, секреты тут развели. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Девочка хмыкнула насмешливо и наделась ротиком на любимую игрушку, ласково и плотно. Она обхватила Олега ладошками за голые ягодицы и насаживалась всё ещё взлохмаченной головкой на его член до тех пор, пока её носик не упёрся в мужской лобок. Тут она отдёрнула голову назад, соскочив с нефритового стержня Олега и закашлялась, с трудом переводя дыхание. В глазах её вскипели слёзы, а в уголке губ повисла тягучая слюна. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Не успела Натали опомниться, как он ловко перевернул ее на живот и уже привычным движением ввел свой напряженный член в еее упругую тренированную задницу. Натали вскрикнула, настолько это было неожиданно. Затем она почуствовала легкую боль, постепенно переходящую в сладкую истому. Наконец она почувствовала себя совсем легкой, как бы летая. А потом что-то словно в ней взорвалось, что-то горячее, как вулкан. Это был всесокрушающий мощный по своей силе оргазм... |  |  |
| |
|
Рассказ №0778 (страница 8)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 30/04/2002
Прочитано раз: 447570 (за неделю: 53)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Старый, но довольно опрятный, катер медленно приближался к каменному причалу Саламина. Мотор натужно взревел в последний раз и затих. Старый матрос-грек, ничего кроме моря в своей жизни не видевший, равнодушно сплюнул в воду залива, добросовестно кормящего его, и бросил канат встречающему. Молоденький подручный быстро и ловко привязал канат, катер стукнулся о мрачный камень причала, оттолкнулся - канат натянулся как струна. Матрос бросил второй канат. Из рубки вышел капитан, такой же старый, как..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 8 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
- Ты же сказал, что свободен как птица, - напомнила Патриция насмешливо.
Но неверный муж, оказавшийся перед угрозой скорого разоблачения, был не в состоянии оценить ее тонкий юмор. Он схватил девушку за руку и рывком поднял с кресла.
- Скорее, скорее! - торопил он ее, ведя в дом.
"Может, еще обойдется!" - не очень-то уверенно уповал он на счастливый случай. Сейчас он ее спрячет в кабинете, а потом тихо выведет через черный ход. Бесплодная болезненная эрекция заставила его мучительно застонать.
- Ты же сказал, что вы не ревнуете друг друга, - обиженно скорчила капризную гримасу Патриция, нехотя повинуясь его настоятельному подталкиванию к дверям дома..
- Она ревнует. Она из меня капаму сделает, если увидит тебя здесь. Скорее!
Они скрылись в доме.
Вовремя, так как он услышал вдалеке пронзительный голос ревнивой жены:
- Тимус! - Она бежала по аллее, держа руку на вздымающейся от волнения груди. - Тимус!
Он подтолкнул Патрицию к лестнице, ведущей на второй этаж, в его кабинет:
- Подожди меня в кабинете. Я потом все объясню. Только не выходи оттуда, христом господом заклинаю! - Взмолился он и сунул ей смятую в спешке одежду и тяжелую сумку.
Кроссовки Патриции с грохотом упали на пол, он в сердцах чертыхнулся, но понадеялся, что она сама справится и поспешно выскочил из дома. Он наивно полагал, что девушка вряд ли захочет попадаться на глаза женщине, с супругом которой столь беззастенчиво флиртовала.
На круглом столе красовались два бокала с коктейлями безжалостно выдавая его. Он схватил со стола один из двух стаканов и торопливо спрятал под кресло вопиющую улику.
Из-за поворота аллеи показалась запыхавшаяся супруга. Он выпрямился, сделал радушное лицо любящего супруга и воздел к ней навстречу руки.
- Тимус! - вновь воскликнула она и остановилась, переводя дыхание.
- Дорогая, - сделал он удивленное лицо. - Почему ты не улетела?
- Отложили рейс на четыре часа - Мадрид не принимает, - объяснила супруга и тут же перешла в лобовую атаку: - Что за девица встречалась с тобой в аэропорту? Где она?! - от злости женщина сжала кулаки и походила на разъяренную фурию.
- Какая девица встречалась со мной в аэропорту? - сыграл оскорбленную невинность супруг. - О чем ты говоришь, дорогая?
- Ах о чем? - возмутилась его жена. - О той вертихвостке, что села в нашу машину. И не отнекивайся - я видела собственными глазами! Где она?
- Ах ты, о той девушке! - очень правдоподобно хлопнул он себя по лбу. - Ну, подвез...
- Где она?!
- Да откуда я знаю! Вылезла на площади Омониа, - без зазрения совести солгал он.
Солгал убедительно. Либо ей очень хотелось поверить в правдивость его слов. Но холодная рука ревности стала отпускать закравшееся сомнение в его супружеской верности.
- Ты ее просто подвозил, Тимус? - примирительно сказала она, подходя к мужу и взяв его за руку.
- Конечно, - ответил он, внешне оставаясь спокойным, но сердце его стучало по ребрам, как попавший в смертельную западню дикий зверь. Чтобы скрыть это от супруги он сам перешел в наступление: - А ты засомневалась во мне, дорогая? Да разве я подавал когда-либо повод для этого?
Она почувствовала себя виноватой и смутилась. Мчалась на такси через весь город, представляла картины одна срамнее другой, а он благопристойно вернулся домой, один и, наверное, беспокоился, как она себя чувствует в воздухе. А эта девица - всего лишь случайная попутчица.
Она хотела сказать мужу что-нибудь приятное, чтобы загладить свое оскорбительное, беспочвенное обвинение, но в этот момент из дверей дома вышла Патриция.
В одних плавках и черных очках.
В руке Патриция держала свою огромную сумку, меж ручек которой были аккуратно сложены джинсы, футболка и куртка, другой рукой закинула за спину кроссовки, держа их за шнурки. Ее обнаженные груди рассказали обманутой женщине всю глубину нравственного падения ее мужа яснее любых слов.
Супруга вырвала руку из ладони мужа и отпрянула. Лишь невнятное мычание сорвалось с ярко и безвкусно накрашенных губ - дар речи покинул ее. Ему тоже было нечего сказать - более дурацкого положения он даже представить себе не мог. Ему оставалось одно - достойно пропадать. Мурашки ужаса заставили спину выгнуться, на лбу выступил холодный пот.
Проходя мимо изумленной супружеской пары, Патриция мило улыбнулась неудачливому ловеласу:
- Пока, плэйбой!
Они оба онемело смотрели на ее обнаженную спину и едва прикрытые узкими плавками такие соблазнительные ягодицы. Мужчина непроизвольно облизнул губы - даже в преддверии семейного скандала он не мог не оценить их по достоинству. А ведь обладание ими было так близко! Чертова погода в Мадриде, чертов аэрофлот, чертова девица - знала и молчала! Ну попадись она ему еще раз - завалит на спину без всяких предварительных разговоров!
Патриция не оглядываясь скрылась за поворотом аллеи, не спеша вышла к открытым воротам на улице и остановилась, чтобы одеться. Из глубины аллеи донесся оглушительный взрыв гневных тирад обманутой жены. Девушка довольно улыбнулась.
Патриция стала натягивать джинсы и вдруг в дальнем конце улицы показалась машина с привычной надписью сверху.
"Очень кстати", - подумала Патриция и застегнула пуговку джин, чтоб не сваливались.
- Такси! - закричала она и подняла руку. Тугая грудь ее вздернулась к безоблачному небу.
Водитель высунулся в открытое окно кабины окно и, увидев коричневые овалы ее сосков, забыл обо всем остальном. То есть, что он сидит за рулем, а дорога делает поворот.
Как результат - врезался в высокий каменный забор. Хорошо, что хоть скорость невелика была.
Патриция поняла, что на этом такси она уже никуда не уедет и надела футболку.
Таксист выскочил из кабины и первым делом посмотрел в каком состоянии мотор. Капот автомобиля был перекорежен, вокруг валялись осколки вдребезги вышибленных фар. Из-под смятого железа поднялась вверх невесомая струйка пара.
Водитель непристойно выругался, не обращая теперь никакого внимания на соблазнительную невольную виновницу аварии и расстроенно махнул рукой. Кроме себя самого осуждать некого, вот что обидно!
Наконец он сердито повернулся к незнакомке, чтобы высказать ей все-таки свое праведное негодование по поводу ее непристойного поведения. Но она уже оделась и таксист увидел лишь затянутый в джинсы плотный зад удаляющейся по улице девушки.
- Шлюха проклятая! - бросил он ей вслед несправедливое оскорбление, облегчив таким образом душу, хоть немного.
Но Патриция его не услышала.
Патриции пришлось долго блуждать по тихим уютным улочкам, утопающим в зелени. Район был тихим, респектабельным, почти пригородным. В конце концов она вышла на оживленное шоссе, встала у обочины и подняла руку.
Почти сразу же затормозил небольшой грузовичок с открытым кузовом. Патриция заметила, что оттуда торчит большой старинный комод и торшер - кого-то перевозили в другой город. Толстый добродушный на вид шофер приветливо открыл дверцу кабины.
- Здравствуй, - весело сказала Патриция. - Подбросишь?
- А куда надо? - улыбнулся толстяк. - Я еду в Коринф.
- Прекрасно, - ответила Патриция. - Значит, едем в Коринф.
Глаза шофера масляно блеснули. Патриция подумала, что приключений ей на сегодня, пожалуй, хватит. Ей необходимо подумать в одиночестве.
Она забралась было в кабину и поморщилась:
- Как бензином-то пахнет... Можно я в кузове проедусь?
Улыбка сползла с лица шофера, надежда скоротать путь с приятной собеседницей умерла, едва родившись. Но отказать прекрасной даме он не посмел.
Патриция удобно расположилась на зачехленном грубой холстиной диване.
Ветерок освежающе обдувал ее, она с удовольствием любовалась проносившимися мимо древними развалинами. Потом шоссе обступили с обоих сторон заросли маквиса и шибляка.
Солнце клонилось к горизонту, когда они подъезжали к Элефсису. Патриция заметила внушительные развалины древнего храма и постучала по кабине. Машина послушно остановилась.
Девушка искренне поблагодарила толстяка за доставленное удовольствие.
- На здоровье, - пожал плечами тот.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 8 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
|