 |
| |
| | - Костя, ты меня что, решил заебать сегодня сынок? Спросила у меня мамина сестра, когда я подошел к ней сзади и прижался членом к ее ягодицам, а сама она инстиктивно подалась жопой к моему стояку. - А вы разве против того тётя, не хотите быть заебанной? Я поцеловал мамину двоюродную сестру в шею и взял в ладони её сиськи. Стал мять и целовать нежную женскую шею и спину, упираясь членом в мягкие "булки" двоюродной тётки. - Хочу, очень хочу родной мой, быть хорошо выебаной. - Но только я боюсь что я тебе быстро в таком случае надоем. Тётка повернулась ко мне лицом и взяла в руку мой стоявший колом член. - Нет вы мне никогда не надоедите тётя Люба. - Вы моя первая женщина и всегда будете любимой и желанной. Я обнял мамину сестру и поцеловал её в губы, с пол минуты мы стояли сосались с двоюродной тёткой, я мял ее пухлые ягодицы и упирался членом ей в лобок а она гладила мне спину. | | |
| |
|
| |
| | Пацаны успели выйти из бани и к моменту, когда массаж был закончен, уже сидели на лавке. Я встал и мы все вместе пошли в баню. Увидев мою эрекцию, Коля усмехнулся, а Руслан пошутил: "Вижу, что массаж тебе понравился". "Чего пристал? Стояка раньше не видел?" - делано обиженно ответил я. Только лишь внутри бани от жары мой член успокоился и как раз вовремя, потому что дверь отворилась и на пороге появились в купальниках две вожатые из младших отрядов и физрук в плавках. Все трое поприветствовали нас и расселись по полкам, как ни в чем не бывало, несмотря на то, что мы все сидели голые. Коля весь съежился и закрылся полотенцем. Мы с Русланом переглянулись, как бы спрашивая себя, стоит ли из приличия закрываться, но, глядя на Сергея, спокойно сидящего на полке с широко раздвинутыми ногами, остались сидеть на полотенцах. "Хм-м-м. Среди вожатых тоже есть свой любитель походить голяком", - подумал я. | | |
| |
|
| |
| | Естественно никого заранее не предупредив. Я никогда не испытывал на себе вышеуказанной химии и поэтому мои ощущения были для меня крайне пугающе-непонятны: Сначала, я почувствовал, что как-то не так забилось сердце, затем я почувствовал, что, что-то начинает приподнимать простынку, которой были покрыты мои ноги. | | |
| |
|
| |
| | Она стояла в углу большого зала трактира и просто разглядывала княже, окружённого толпой вельмож, любопытных и девушек. Ему подносили много вина, но он почти не пил и выглядел утомлённым, хоть и весёлым. Мэйв он показался по настоящему красивым в той степени, в какой красивыми бывают мужчины. Он был не молод, виски и густую щетину на щеках тронула седина, но скуластое лицо оставалось гладким, спина прямой, а мускулистым поджарым телом он не уступил бы любому из своих молодых солдат. Мэйв пристально разглядывала князя и в какой-то момент встретила его взгляд - он почувствовал, что на него смотрят. Теперь и он разглядывал девушку. Никаких сомнений в её ремесле у него не было, платье обмануть не могло там, где решали всё взгляд, поза, улыбка. Одни только тёмные как лесная глушь зелёные глаза этой девицы уже звали и обещали многое. Княже молча поднял руку и поманил девушку к себе. Вокруг него тут же все замолчали, кто-то даже на полуслове. Толпа расступилась и пропустила Мэйв, провожая взглядами любопытства и зависти. | | |
| |
|
Рассказ №2962
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 21/08/2002
Прочитано раз: 17841 (за неделю: 1)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Над Италией обширной
..."
Страницы: [ 1 ]
Над Италией обширной
Солнце светит с наглой мордой.
А под лестницей, в каморке
Папа Карло режет бревна.
(Хочет сделать буратину,
что, скажу я вам, не проще,
чем пиздою улыбаться)
Сделал уши из картона,
Нос из щепки свилеватой,
Приспособил под мудя
два червивых желудя,
А потом, зевнув от скуки,
Под елду он точит руки.
Буратино получился
Чурка-чуркою, но мило
Улыбался он ебалом,
Что весьма немаловажно.
Папа Карло вытер руки
Прямо об его рубашку,
И сказал "тебе я - папа,
А теперь пиздуй-ка в школу,
Потому, как тут в каморке
Хавать нечего, по жизни".
(Даже выдал умну книжку,
"Патологии безмозглых",
Что нашел он на помойке,
Роясь в поисках полена)
Буратино был не промах,
Книжку продал он слепому,
Что стоял пред дверью храма,
(Получил взамен червонец,
Выдав сдачу пиздюлями)
И пошел, рыгая стружкой,
Прямо к кукольному театру.
В театре толстый жлоб - директор,
Изловил его в антракте,
(Запродать мечтал японцам,
В виде щепы или стружек),
Но полено отпизделось,
Рассказав ему про дверцу,
Что в каморке отделяла
От сортира всю жилплощать.
Тот лапшу разгреб руками
На своих ушах мясистых,
Дал ему двенадцать злотых
(Коих было пять - фальшивых),
И отправил тихо на хуй,
Приказав молчать про дверцу.
Но Базилио, страдавший
Геморроем, и Алисой,
Услыхав в его кармане
Звяканье монет об яйца,
Охмурить решил придурка,
Чтоб отнять весь аллюминий!
Подошел к нему он сбоку,
Костылем огрел по пузу,
И нимало не смущаясь,
Предложил свои услуги,
По вложенью денег в землю.
И Алиса тут же, наспех,
Как смогла, изобразила,
Словно в ящике - рекламу,
С раздеванием и MARS!-ом.
Буратино вмиг отбросил,
Все мечты нажраться пива,
И зарыл все деньги тут же,
В кучу мягкую навоза,
Посолив, сказал три слова:
"Крэкс, пэкс, фекс",
Иль что-то вроде...
Ночь подкралась незаметно,
Над навозом пар поднялся,
А проклятое полено
Сторожит свои финансы.
Кот ему и так и эдак,
И Алиса мелофоном
Отвлекает, и грозится
Что менты сюда пиздуют,
И конец, мол, скоро света...
Вдруг навоз зашевелился,
И оттуда показалась
В дупель пьяная Тортилла,
Что косила там от супа.
Уши от дерьма прочистив,
Предложила нагло сделку:
"Кто замочит Дуремара,
Что пиявками торгует,
Тот откроет две шкатулки,
Если отгадает слово".
Но ублюдок Буратино
Завопил - "играем "супер"!!!
Либо суп из этой сварим,
Либо - ключ от "запорожца!"
Черепаха, приумножив,
От тоски навозну кучу,
Предложила сразу - ключик,
Но! - За яйца Дуремара.
Дуремар присел в сортире.
Над очком по типу "дырка",
И... Мгновенно и бесшумно.
Отдала Тортилла ключик.
Что там было с Дуремаром,
Лишь один "товарищ" знает,
А богатый Буратино
Двух мошенников оставил
Добывать в дерьме монеты,
И направился в каморку,
На елде ключом вращая,
Им отца в сортире запер,
И продал каморку грекам
За свободную валюту.
Папа Карло так ругался
На очке, что через сутки,
Греки убежали в страхе,
Поминая в реке раков...
А полено с папой нынче,
Ездют в театр на ролс-ройсе,
И тогда директор вшивый,
К ним в сортир с отмычкой пезет,
Но чего ему там надо,
Знает лишь мудрец мохнатый...
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 43%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 85%)
|
