 |
| |
| | Девушка вскрикнула ощущая удары спермы по стенкам матки, но на этот раз все было не так как раньше, девушка не знала что действительно залетела, с головы совсем вылетели слова женщины о том что на этой планете все иначе, как только девушка ступила на землю ее беременность стала возможной. Ничего этого не зная девушка обняв ногами нового партнера получала кайф, а парень все не унимался продолжая иметь ее пока их доставляли в лагерь где жили все аборигены, когда они прибыли в лагерь на встречу вышли полностью голые женщины, увидев их девушка поняла что носить что либо тут не надо, однако ей стало понятно по чему так все пялились на ее грудь, у нее она была самой красивой чем у остальных аборигенок, ее это позабавило, но потом все долго рассматривали ее тело и видели что в нее кончил их вождь как в последствии выяснилось, но с каждым днем девушке становилось понятно то что она залетела по настоящему очень быстро она родила девочку от вождя, не прошло и двух дней как девушка снова залетела, вождь каждый день трахал ее. | | |
| |
|
| |
| | Чудесный вид, представший пред моим взором, подтолкнул меня к активным действиям, и мой язык сноровисто заскользил промеж выбритых складок ее половых губ, захватывая и анус, и лобок, и внутреннюю поверхность бедер. Лобок оказался не настолько гладко выбрит, как мне показалось под душем: начавшие отрастать волосики покалывали и щекотали мой язык. Не сильно обратив на это внимание, я подключил к ласкам свои руки: переключив основное внимание оральных ласк на Ленкин клитор, принялся погружать пальцы в ее истекающее соками влагалище. От удовольствия Ленка завиляла задом, поглубже насаживаясь на мои пальцы, и, наверное, застонала бы от наслаждения, если бы уста ее в тот момент были свободны от моего члена. Но ствол моего органа, почти до самого основания находился в глубине ее рта, а голова Ленки совершала возвратно-поступательные движения. Тут я почувствовал, что она начала выбиваться из ритма, а амплитуда вращения попки увеличилась. Я усилил нажим языка на ее клитор, активизировал движения пальцев внутри ее тела. Ленку затрясло, спина выгнулась, и, издав сдавленное мычание, она обмякла. Но, через несколько секунд, она снова взялась ласкать мои гениталии. Я же теперь мог спокойно насладиться своими ощущениями внизу живота, где трудилась Ленка, и ласкал ее раскисшее междуножье лишь ради собственного удовольствия. Вскоре и я стал приближаться к пику сексуального блаженства, особенно после того, как заботливая Ленка подключила к ласкам обе руки: одной ладошкой она двигала по стволу члена, а другой ласково поглаживала яички. Еще мгновение, и я, содрогаясь от оргазма, освободился от излишков семени в трепещущий ротик девушки! | | |
| |
|
| |
| | Сейчас прозвенит звонок и кончится третья пара, как всегда я сижу на своем любимом месте - это третья парта ближе к окну, моя подруга вот уже несколько дней отсутствовала по неизвестной еще мне причине, и поэтому мне не с кем было пойти сегодня на пляж, конечно, я могла захватить с собой кого либо из ухажеров, но к сожалению я давно ими пересытилась, не люблю долгих отношений, потому, что в конце концов они начинают к чему либо обязывать. Ага вот и долгожданный звонок, что-то не хочется тащиться | | |
| |
|
| |
| | Я поднимаюсь на четвертый этаж к себе в бюро сварки. Начальник уже на месте и сухо здоровается со мной. Это означает, что сегодня я опоздал и вообще, в целом - голимый работник, не оправдываю надежд. Пошел ты на хуй, думаю. Сел за свое место, включил комп и поменял картинку на десктопе, делаю так через каждую неделю. Порылся в столе, взял для видимости работы какую-то бумажку и вышел из нашей комнаты - надо немного прогуляться. Встречаю двух знакомых девонек из БТЗ. БТЗ - это бюро труда и зарплаты. Ира и Лена. Давно уже познакомился, да только не знаю, что с ними дальше делать. Иру или Лену? Одинакового роста, подруги. Лена посимпатичнее Иры, но Ира мне больше улыбается. У Лены лучше фигура, но Ира с большим вкусом одета. А это у нас большая редкость. Бывает, жутко смотреть - молодые еще совсем девчонки, недавно только позаканчивали учебу, а уже натягивают на себя какие-то бабушкины платья, загробные жакеты с огромными пуговицами и тяжеленные пальто, чтобы ходить потом подобно боярыням. Рыдай, "Птюч". Мои штаны кроя "милитари" с карманами на бедрах, похоже, воспринимаются большинством теток, как рабочие, и полученные у кладовщицы. Предел "молодежности" в одежде здешних работающих - это джинсовые рубахи, желательно, заправленные в штаны, можно даже в классические брюки со стрелками. Ире и Лене я, пожалуй, нравлюсь за высокий рост и отсутствие прыщей. Еще на мне надет золотой перстень с позолоченными же часами - а это символы некоторой зажиточности. | | |
| |
|
Рассказ №20783
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 16/09/2023
Прочитано раз: 15811 (за неделю: 7)
Рейтинг: 27% (за неделю: 0%)
Цитата: "Утром, после того, как Светлана Александровна позавтракает, рабыни, раздетые догола, собирались в просторной кладовой, в центре которой оставалось ещё достаточно места, и где стояла крепкая деревянная лавка для порки. У лавки уже стояла кадушка с мокнущими в ней розгами. Выстроившись в ряд вдоль лавки, рабыни терпеливо ждали появления хозяйки. Та входила в чём-то домашнем, иногда просто в белье, и, посмотрев на замерших по стойке "смирно" голых женщин, произносила что-то вроде: "Ну что, сучки, доигрались? Долго ещё кровь мою пить будете? Я вам сейчас покажу, скотам, где раки зимуют!" После этого она брала первый прут, внимательно осматривала его, взмахивала им в воздухе, с силой рассекая им воздух (и горе Вите, если прут хозяйке придётся не по нраву!) и вызывала первую жертву...."
Страницы: [ 1 ]
Наказывала Светлана Александровна своих рабынь много и часто. Наказание - чаще всего порка - следовало даже за самую незначительную провинность, часто даже воображаемую хозяйкой. Прекословить ей, спорить, оправдываться рабыня не имела права - пытаясь хоть немного смягчить хозяйку, женщины униженно просили прощения, молили о пощаде, клялись впредь работать лучше, быть внимательнее и аккуратнее.
Степанова могла походя отвесить работающей рабыне звонкий шлепок по выставленной заднице - это и наказанием не считалось - и рабыня обязана была поклониться и сказать: "Спасибо, Госпожа!" За какой-то мелкий проступок Светлана Александровна могла оттаскать рабыню за уши или за волосы, надавать пощёчин, пнуть в ногу или живот. Рабыня должна была это переносить покорно и молча, за крики боли следовали удары по губам с криком: "Заткнись, животное!"
За более серьёзные проступки следовала порка. Порола Светлана Александровна своих рабынь часто и с видимым удовольствием. Если по какой-то причине у неё не было желания или настроения пороть девку самой, она поручала это Вите или Елизавете, и те выполняли приказ всегда старательно и добросовестно, так, что сами рабыни предпочли бы получить взбучку от хозяйки, было бы не так больно.
Ирина и Мурка обижались на Виту, делившую с ними комнату, страшно, и после особенно жестоких порок подолгу бойкотировали её, что Вита переносила довольно спокойно - главным смыслом её существа стало служение её хозяйке, и общение с подругами по несчастью было для неё вторичным, тем более, что рассказывать о своей жизни до рабства Вита избегала, сама Ирину и Мурку никогда ни о чём не расспрашивала, и ничем, никакими переживаниями с другими рабынями не делилась.
Светлана Александровна верила в чудодейственную силу розги, и не пренебрегала этим воспитательным инструментом. В саду специально для задниц её девок росли несколько кустов краснотала, с которых Вита обязана была регулярно срезать особенно упругие, крепкие, длинные ветви, и готовить из них певучие, кусачие розги, запас которых всегда был в доме.
Каждое субботнее утро Светлана Александровна обязательно сама порола розгами всех своих рабынь, невзирая на поведение каждой. Накануне Вита должна была наготовить партию розог на всех рабынь дома, включая себя. Она выходила в сад, придирчиво выбирала прутья, срезала их секатором, несла в дом, мыла и срезала с них неровности, получая чистый, ровный, прямой прут с мизинец толщиной, который она, вместе с другим прутьями, замачивала на ночь в специальной ванночке в горячей подсолённой воде.
Утром, после того, как Светлана Александровна позавтракает, рабыни, раздетые догола, собирались в просторной кладовой, в центре которой оставалось ещё достаточно места, и где стояла крепкая деревянная лавка для порки. У лавки уже стояла кадушка с мокнущими в ней розгами. Выстроившись в ряд вдоль лавки, рабыни терпеливо ждали появления хозяйки. Та входила в чём-то домашнем, иногда просто в белье, и, посмотрев на замерших по стойке "смирно" голых женщин, произносила что-то вроде: "Ну что, сучки, доигрались? Долго ещё кровь мою пить будете? Я вам сейчас покажу, скотам, где раки зимуют!" После этого она брала первый прут, внимательно осматривала его, взмахивала им в воздухе, с силой рассекая им воздух (и горе Вите, если прут хозяйке придётся не по нраву!) и вызывала первую жертву.
Обычно ей была Елизавета - капризная Светлана Александровна была весьма привередлива в еде, и порола повариху особенно часто, так что на субботнюю порку та приходила с полосатой задницей, но это не мешало хозяйке в субботу пороть её остервенело, жестоко. Когда наказуемая была на лавке, Светлана Александровна обходила её несколько раз, гладила зад, хлопала по нему, потом, без предупреждения, начинала драть. Порола она жестоко, больно, сильно. Стоявшая в ряду ожидающих Вита (или Елизавета, пока Виту пороли) подобострастно считала удары. Наконец, насытившись наказанием, Светлана Александровна опускала розгу и кивала. Выпоротая рабыня, вскочив с лавки, должна была встать перед хозяйкой на колени, поцеловать её руку, и поблагодарить за наказание, после чего её место занимала следующая рабыня.
Поротая же встала на колени к стене на специально рассыпанный там горох, носом в стену, положив руки на голову, и стояла там до конца экзекуции и ещё полчаса после. Исключением из этого обычно была Вита или Мурка, которых хозяйка могла забрать с собой сразу для прислуживания себе - избалованная Светлана Александровна полностью зависела от своих рабынь даже в самых мелких своих потребностях и нуждах. Даже если ей нужен был стакан воды, стоявший на расстоянии вытянутой руки от неё, она требовала от рабыни подать его ей. Поэтому одна из невольниц должна была находиться при неё постоянно, в том числе во время променада и когда Светлана Александровна выходила в гости, в кино, ресторан или театр.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
|
