 |
| |
| | Приятное ощущение нарастало.И вот ,это приятное,сравнимое только состихией чувствоокатило меня.Коснувшись мозга,расшевелив все нервные окончания,все клетки пробежалось вниз живота ,вновь вернувшись назад и опять вниз в лоно.Как раскаты грома слышны далеко,так мое тело вздрогнуло ,затронув приятной истомой всю меня,остановившись где то в центре живота,щекоча меня там и тихий смешок вырвался из меня наружу. И не сумев сдержаться от смеха,чувствуя как мне щекотно ирадостно внутри я перестала ее ласкать.Она ,как женщина опытная,быстро все поняла. Слезла с меня и встав задом к мужчине уперлась руками в столик возле дивана. | | |
| |
|
| |
| | Палец захватил край резинки возле валика и отодвинул в сторону трусы. Писька была не такой как он видел её до этого. Губы были большими и пухлыми, было похоже на крупный абрикос. Сверху с лобка и немножечко на губах были чёрные волоски. Мальчик, не встретив преграды своим действиям, осмелился и попробовал снять трусы девочки. Он помогла ему, забрала трусы и спрятала их в карман сарафана не меняя позы. Теперь перед мальчиком раскинулась терра инкогнита. Можно было смотреть вечно на эту абрикоску, розовую дырочку внизу, и даже изюминку попы. Увидев попу, он почему-то смутился. Как-то неожиданно это получилось. | | |
| |
|
| |
| | Она вертела задницей из стороны в сторону и сжимала свой анус, но это возбуждало меня все больше и больше, потому что он сжимал мой палец подобно замку. Я вынул палец из мамочкиной попки и схватив моего 8-дюймового монстра стремительно ворвался в ее киску. Она закричала. Я качал ее все быстрее и быстрее с каждым ударом. Внезапно, я вынул его из ее отверстия и приставил ко входу ее жопы. Она начала бешено вертеться на кровати, но в конечном счете я сумел насадить ее на свой кол. Я видел как ее лицо покраснело от боли. Я проталкивал его все глубже и глубже с каждым ударом, пока мой длинный член полностью не вошел в ее горячую жопу. Я чувствовал как мой член проникает в ее прямую кишку. | | |
| |
|
| |
| | И вот Балтийский вокзал, уже в тамбуре, где все столпились на выходе она незаметно для окружающих, протянула руку и дотронулась до моего паха. И меня прорвало я вдруг невыносимо захотел её, так что уже на улице я разумеется согласился зайти на чашку кофе с коньяком, (вы так замерзли, молодой человек, вам это необходимо). Жила Татьяна, а так её звали рядом на улице Шкапина, так-что через 10 минут мы были в её квартире. Как только мы, сняв верхнюю одежду, прошли в комнату, я буквально набросился на нее, стал неистово целовать её, срывать одежду. Она тоже впилась своими губами в мои, и через пару мгновений я бросил ее на диван и без всяких предварительных ласк, резким движением вогнал свой член в её истекающую соком вагину. Наш первый секс был очень страстным но коротким, мы были слишком возбуждены для долгих игр. Уже через 10 минут мы лежали в обнимку, а моя рука не спеша путешествовала по ее телу. Предаваясь ласкам, мы вели неспешную беседу, я узнал, что Лене оказывается 55 лет, она вдова. Надо сказать, что тело её было просто восхитительно, стройная, изящная, грудь среднего размера, но идеальной формы с обалденными сосками. Оказывается она изрядную часть своих доходов тратит на шейпинг и косметологов, так что ничего лишнего под её бархатной кожей не откладывается. Не одеваясь, мы прошли на кухню, выпили коньячку, и вскоре я почувствовал, что снова хочу её. Я обнял Лену, и мы начали целоваться, наши языки исполняли танец страсти у нее во рту, мои руки мяли её роскошную попу. Мы снова оказались на диване, Лена легла на спину, а я начал массировать ей грудь, гладить ее живот, бедра, мои пальцы проникли в ее киску. Лена тяжело дышала, её соски затвердели, наконец, отстранив мои руки, она положила меня на спину и склонилась над моим членом. Я почувствовал, как её пухлые губки взяли в кольцо мою головку, и мой член погрузился во влажное тепло рта. Через некоторое время неземного удовольствия, она отпустила его и села на меня сверху, я видел восхитительную картину - неземной красоты женщину нанизывающуюся на мой каменный член. Я протянул руки и стал массировать ее соски, гладить её, мять попу. Вскоре она застонала, и в тот момент кода моя сперма бурным потоком заполнила её она закричала, упала на меня и я почувствовал, как сокращается она, внутри сжимая мой стреляющий конец. | | |
| |
|
Рассказ №23631
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 08/01/2021
Прочитано раз: 22358 (за неделю: 135)
Рейтинг: 51% (за неделю: 0%)
Цитата: "Да, это был общеизвестный детдомовский ненорматив: летом в дежурство Матвея Изольдовича можно было сбега? ть на ночной пляж их маленькой речки. Всеми остальными ночами двери детского дома с вечера накрепко закрывались, а вот строгий директор школы и безответственный воспитатель Матвей Изольдович любил попить чайку в сторожке у приветливой Марьи Ипатьевны. Правда, негласно им оставлялся за себя какой-нибудь дежурный из мелкашей, который и сообщал через полчаса-час после свершившегося ночного побега о случившемся, зачастую сам перед этим вдоволь набрызгавшись в тёплой ночной воде. Тогда Матвей Изольдович схватывался за сердце и торопился на берег......"
Страницы: [ 1 ]
- Матвей Изольдович, мы... - Наташа встала с корточек, обернулась и не успела произнести дежурное "больше не будем" : её готовый просить прощения взгляд и наивная улыбка пришлись на захлопнувшуюся уже дверь...
Через тридцать пронзительно долгих секунд директор школы робко постучал в двери собственного кабинета: "Девочки... можно?". И, появившись, абсолютно не знал, куда себя деть, а лишь промокал большим клетчатым платком всё потеющий лоб и повторял "Всё прибрали... . Ага... . Молодцы... Теперь интерьер...". Эту фразу он, похоже, придумывал, когда только входил первый раз в кабинет.
Интерьер состоял из лёгкой сиреневой занавески на окно, огромного, во всю стену, листа диаграммы школьных показателей, портрета Антона Макаренко и принесённой Наташей со склада запылившейся репродукции с картины Шишкина "Рожь" ("Матвей Изольдович, скучно же! Пусть хоть маленькая картинка пока повисит, а потом я вам ещё лучше сама нарисую!") .
Лика, забравшись на стул, вешала всё на торчавшие с прошлого года в стене гвозди, Наташа подавала, что прийдётся, а директор поддерживал Лику за талию, потому что сам он со своей комплекцией на жалобно поскрипывающий стул взобраться никак не мог.
Спокойно пришёлся на своё привычное место только всегда скромно улыбающийся педагог всех времён и народов. Занавеска же постоянно соскакивала с навешенных уже деревянных колец и несколько раз, вообще, чуть не оборвалась полностью. К тому же карниз был под самым потолком, и Лике приходилось всё время тянуться изо всех сил вверх. Из-за этого её длинная спортивная майка задиралась, задиралась, задиралась... пока взиравший вверх и искренне переживавший за Лику Матвей Изольдович не ощутил у себя под ладонью упругий голый живот... Лишь Наташа заметила, как он слегка покраснел и стремительно одёрнул на Лике маечку. Но работа кипела, и процедуру одёргивания пришлось повторить ещё трижды.
- Фух! - измученная Лика соскочила со стула на пол, под тёмной чёлкой на лбу её выступили капельки пота. - Матвей Изольдович, я не буду диаграмму эту вешать! Зачем она нужна, такая громадина! Давайте Наташину картинку повесим и всё!
- Ли... лапочка... как же! - Матвей Изольдович в который уж раз за день был потерян и смят. - Без диаграммы это не кабинет будет, а вообще неизвестно что! Ну, хорошо, я сам повешу. Только подайте мне...
Он стал снимать пиджак, примериваясь взобраться на стул.
- Нет, я вас не пущу! - Лика опередила его, мгновенно присев перед ним на краешек подрассохшейся школьной мебели. - Стулья сначала нормальные сделайте в мастерской, а потом будете на них карабкаться! Наташ, тащи уже эту простыню, попробуем...
Наташа прыснула, представив, как всё-таки Матвей Изольдович будет карабкаться на стул, когда его сделают нормальным в мастерской, и стала разворачивать свисающую со стола сложенную вчетверо диаграмму.
Диаграмма захлёстывала своими устремлёнными ввысь показателями всех по очереди и одновременно. Расшатавшиеся гвозди норовили выскочить из стены, Лика тихонько бубнила что-то себе под нос, а Наташа от души хохотала каждый раз, когда сорвавшийся один или другой край укутывал Лику с Матвеем Изольдовичем в подобие готовой к открытию скульптуры какого-нибудь памятника.
Когда приступы хохота немного схлынули, Наташа озабоченно уставилась на вешающих образцово-показательные достижения: Лика изо всех сил тянулась, закрепляя противоположный от неё край на последнем гвозде, с Матвея Изольдовича пот лил в три ручья, а его пухлая растопыренная ладонь крепко сжимала через спортивные трусы Ликину попу...
- Матвей Изольдович, а, правда, вы подглядываете за девочками? - тихо спросила посерьёзневшая вдруг Наташа, и директор чуть не выпустил поддерживаемую Лику из рук.
- Наташка, не балуйся! - воскликнула пошатнувшаяся на стуле Лика.
- Нет, не правда! - произнёс Матвей Изольдович, стараясь всё-таки удержать Лику в её полуакробатическом этюде.
- Нет - правда!
- Нет - не правда!
- Нет - да...
Наташа села на директорский стол, Матвей Изольдович выпустил из рук переливающиеся под трусами булочки, и Лика, повесив, наконец, безумную диаграмму, облегчённо спрыгнула со стула.
- С чего ты взяла?
- А чего вы сидите в кустах каждый раз, когда мы купаемся ночью?
Да, это был общеизвестный детдомовский ненорматив: летом в дежурство Матвея Изольдовича можно было сбега? ть на ночной пляж их маленькой речки. Всеми остальными ночами двери детского дома с вечера накрепко закрывались, а вот строгий директор школы и безответственный воспитатель Матвей Изольдович любил попить чайку в сторожке у приветливой Марьи Ипатьевны. Правда, негласно им оставлялся за себя какой-нибудь дежурный из мелкашей, который и сообщал через полчаса-час после свершившегося ночного побега о случившемся, зачастую сам перед этим вдоволь набрызгавшись в тёплой ночной воде. Тогда Матвей Изольдович схватывался за сердце и торопился на берег...
- Я - чтобы никто не утонул!
- Матвей Изольдович, вы что! - Наташа даже сделала "страшные" глаза. - У нас же воробью по колено! В нашей речке утонуть может только лягушка, да и то если прыгнет с разбегу!
- Наташк, ты дурочка! - вступилась за директора Лика, снова сидя на подоконнике и, отдыхая от вешаний, потягиваясь на тёплом ветру. - Матвей Изольдович просто на реку ходит смотреть, а не на вас, глупых малявок - он и без никого там бывает сидит. Скажи спасибо, что не загоняет вас сразу же по кроватям, как только увидит!
- Спасибо... - машинально восприняла добрый совет Наташа, но всё же не отстала: - А, всё равно, ведь подглядываете же, Матвей Изольдович, да? Подглядываете? Подглядываете?
- Нет!
- Почему?
- Там видно плохо...
Наташа счастливо заулыбалась от нечаянно вытянутого ею полупризнания. Потом сосредоточилась вновь, слегка даже нахмурив бровки:
- Ну и что же! А я вам, может, и так могу показать... когда хорошо видно...
- Врёшь!
- Не вру!
Страницы: [ 1 ]
Сайт автора: http://neoethics.com
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 72%)
|
