Рассказ №14876

     Тем не менее постоянно нажимать кнопки "вверх" и "вниз" Марк все-таки не забывал, ведь лифт мог понадобиться кому-то в любую минуту на любом этаже. Как бы мы тогда выглядели застигнутые врасплох? Хорошо еще, что гостиница имела много этажей и было где разогнаться. Оргазм, который нахлынул на меня, был чудовищным. Я только молила: "Еще, еще! Только сам пока не кончай". Сама нажала кнопку, и мы снова начали подниматься.
     Охваченные азартом, мы прокатились так четыре раза туда и обратно, но, как говорит Б. Пастернак, "в поцелуях с дороги не сбились". Когда кабина устремлялась вниз, мне казалось, что головка члена входит в меня. а когда шла вверх, было такое чувство, что возносимся к оргазму.
     Кончили мы где-то между десятым и одиннадцатым этажом, и Марк смог наконец нажать кнопку этажа, на котором был его номер. Когда кабина остановилась и открылась дверь, мы увидели, что перед лифтом в томительном ожидании его уже собрались несколько человек. По нашему взлохмаченному виду, раскрасневшимся лицам они, конечно, догадались, чем мы занимались в кабине, но деликатно виду не подали. Наверное, каждый мысленно поставил себя на наше место.
     В этой пикантной ситуации, достойной пера юмориста, нам было, однако, не до смеха. Смеялись мы уже после, когда оказались в номере. В сексе вообще смеются потом, но никак не во время самого процесса.
     Надо сказать, что в общении с клиентами комичные ситуации нередки. Бывает, что иные, сентиментально настроенные, заискивающе вопрошают: "Ты меня любишь?". Знают ведь, что чушь собачью несут, а все равно задают проститутке этот идиотский вопрос. О какой любви можно говорить, если взял на кратковременное подержание? Но иному гурману такое признание даже в устах проститутки непременно требуется для настроя. Тоже мне - лирики и мечтатели! В этом случае я обычно уклончиво отвечаю:
     - Что ты хочешь, чтобы я сделала? Или "как ты хочешь, чтобы я легла, села или встала?".
     Ведь от "любимой" , по мнению мужчин, ни в чем не должно быть отказа. Вот я и спрашиваю напрямую, чего он, собственно, хочет, вместо того, чтобы клясться ему в вечной любви до гроба. Видала я их всех в гробу с их запросами.
     И уж совсем смешно выглядит, когда клиент ревнует, а бывает, представьте, и такое. Один ревнивый клиент ничего лучшего не придумал, как однажды заявил:
     - Сколько у тебя было мужчин до меня? Я пристально посмотрела на него и ничего не ответила. В ревности ведь больше самолюбия, чем любви.
     - Ты что, обиделась? - всполошился он, решив, что проявил бестактность и задел мое женское достоинство.
     - Нет, просто в уме подсчитываю, чтобы не соврать, - ответила я невозмутимо совершенно серьезно, а про себя подумала - неужели держит меня за обидчивую дурочку? Между тем сам выглядит довольно глупо. Нашел о чем спрашивать, да еще кого. И вообще следует знать, что для женщины важны только те мужчины, которых она любила. И мы, проститутки, не исключение.
     Не могу забыть и другой комичный случай из той же оперы.
     Музыкант из филармонии ничего лучшего не нашел, как заявить однажды:
     - Не хочу быть у тебя второй скрипкой! Он, видите ли, почуял запах предшественника. Ну, что такому можно было ответить? Я спокойно и с достоинством сказала:
     - Скажи спасибо, что ты у меня вообще в оркестре! Новоявленный Отелло оказался достаточно сообразительным, больше потом уже не приставал с претензиями и спокойно дожидался в "живой очереди" своего часа.
     Интересные соображения о юморе в сексе высказал, по-моему, выдающийся артист Игорь Ильинский, давая однажды интервью журналисту. А он знал в этом толк. В некоторых образах, созданных им в кино и театре, присутствуют элементы секса. Таков, скажем, фильм "Папиросница из Моссельпрома" , в котором он играл бухгалтера, безнадежно влюбленного в очаровательную девушку. В "Гусарской балладе" в сцене с корнетом, которого играла Лариса Голубкина, а он старика Кутузова, ему тоже не чужды слабости к женскому полу, который он инстинктивно угадывает по флюидам, источаемым "пусечкой корнетом".
     Так вот что он сказал тогда на сей счет со страницы московской газеты:
     - Французы, будучи людьми остроумными и легкими, рассматривают секс, как своего рода простительную человеческую слабость и относятся к ней с юмором. У нас же все сводят в этом вопросе к наукообразным размышлениям и советам доморощенных любителей. От этого все превращается в жуткую пошлость. Заниматься этим я вообще предоставил бы определенным изданиям, и пусть те, кто интересуются, там читают Так, кстати, поступают во всем мире. Учитывают, что газеты попадают в руки подростков. Они же такие "материалы, адресуемые взрослым" , понимают по-своему, а это не может не сказываться отрицательно на их нравственности и морали. А мы потом удивляемся их циничному отношению к сверстницам и вообще к женщинам.
     В номере, едва Марк закрыл дверь, мы, не сговариваясь, тут же разделись и пошли в душ. Там, намылив друг друга, ласкали, подготавливая тело для новых игр. В постели я лежала обнаженная, с ногами, показывающими четверть десятого и мою российскую гостеприимность, радушную готовность снова принять клиента с Ближнего Востока.
     Марк предложил мне серию таких вариантов, от которых дух захватывало, и в конце концов совершенно уморил. Как я ни противилась потом сну, он все-таки одолел меня, и я будто куда-то провалилась. При пробуждении, хотя оно и было тяжелым fa и внутри меня все еще пылало, меня снова как магнитом потянуло к Марку. То, что он был рядом, не было ни миражом, ни галлюцинацией. Его тело, оснащенное солидным членом, ставшим мне близким и дорогим, находилось рядом со мной, и нужно было только растормошить его, снова вдохнуть в него жизнь. Что я и сделала.
     Пробежала по головке
     Резвым влажным языком
     И член касаньем ловким
     Встать заставила торчком.
     На следующий день, когда встретились снова, "лифтер" , как я называла про себя Марка, выразил желание ануса. Удивляться теперь этому уже не приходится. Если в прошлом такой способ практиковали крестьяне, сообразившие, что этим можно избежать нежелательной беременности, поскольку противозачаточными средствами не располагали, а о спринцевании вообще понятия не имели, то теперь он, как и минет, вошел в моду и взят на вооружение во всех странах всеми социальными группами, как один из вариантов обоюдного наслаждения.
     Голубые, пристрастившиеся преимущественно к мужскому аналу, мотивируют такую "слабость" якобы аномальным гормональным развитием, своими природными особенностями. Называют себя "сексуальным меньшинством" и требуют сочувствия и снисхождения. Я же считаю, что они просто морочат голову публике. На самом же деле большинство в этом самом "меньшинстве" совершенно нормальные люди, только своего рода гурманы, попробовавшие однажды анал и при¬страстившиеся к нему.
     Иначе как объяснить распространение педерастии в местах заключения и сугубо мужских "сообществах"? Анал стал здесь "отдушиной" для совершенно нормальных мужчин, лишенных общения с женщинами. Другое дело действительно ставшие жертвами "игры" природы. Например, Чайковский и Гоголь, а также, по утверждению такого авторитетного исследователя, как Саймон Карлинский - Сергей Есенин, который писал Вольфу Эрлиху: "Милый мой, ты у меня в груди!". Клюев укорял Есенина тоже не менее прозрачно: "Помнишь, как мы любили друг друга, и как меня сейчас любит этот Архипов! Завидуй! Вот, что я могу с ним делать!".
     Для нас, женщин такое предпочтение анала по большому счету оскорбительно. Это - однозначно. Но если рассуждать объективно, то в этом есть и своя положительная сторона. Оно заставляет нас обратить самое пристальное внимание на влагалище и заняться тренировкой его мускулатуры, чтобы быть конкурентоспособными на рынке секса и успешно держать свою собственную "марку". Нет, как говорится, худа без добра. Тем более, что мы сами можем предоставлять тем же гурманам и то и другое по их выбору. Убеждена, что в этой конкурентной борьбе с пассивными голубыми мы безусловно выиграем. Природа возьмет свое...
     Зная силу воздействия тесного мускулистого анала на член, что в него мужчина кончает быстрее и "ярче" , я отнеслась к желанию Марка спокойно и с пониманием, как вполне естествен¬ному порыву, который мне тоже не чужд. Отнекиваться под разными благовидными предлогами не стала, но и дала не сразу. Какое-то время мы поговорили на отвлеченные темы о литературе и искусстве. Выяснилось, что Марк свободно ориентируется в этих областях, начитан и даже знаком с журналом "Днипро" , где опубликованы дневники кинорежиссера Довженко.
     - Решили ими показать его прозорливость, -сказал Марк, -что он, дескать, видел, что творится, и осуждал. Преподносят, как порядочного человека. Между тем по фильмам зрители знали Довженко совсем другим - ревностным апологетом социалистического строя. Выходит, он жил двойной жизнью. Был приспособленцем. Думал одно, а показывал другое. Жил, скрывая и тая свои истинные мысли и чувства. Ради материального благополучия лицемерил. Не стал по примеру других обличителем. Не хотел неприятностей.
     Сам того не желая. Марк невольно затронул тему, волную¬щую и меня.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также: