 |
| |
| | Терпение! Он же художник. Он должен творить. Его пальцы блуждали по карамельным губам, по затвердевшему клитору. Он почувствовал, что под слоем твердой карамели пульсирует жизнь. Интересно, а как она отреагирует, если довести ее до оргазма. Он начал нежно нализывать карамель на клиторе, вокруг него. Язык неуправляемо спустился и попал в залитое карамелью влагалище, он как можно глубже постарался вытянуть язык и проникнуть в нее, ощутив языком ее смазку. Но вкус карамели был везде. Вернувшись на пульсирующий клитор языком облизывал со всех сторон. Он чувствовал, что этот процесс ее заставляет течь с большей силой, клитор пульсировал все сильнее. Желание испить чистой смазки натолкнуло его на мысль о ложке. И в одно мгновение ложка погрузилась в ее логово. Она почувствовала, как что-то очень твердое коснулось волшебного бугорка. | | |
| |
|
| |
| | Раздевайся-раздевайся, прокричал я из-за ширмы, при этом я сам сначала испугался своих слов. Я сейчас выйду, добавил я, что бы избавиться от мучительной тишины безответности. Сам же стал одеваться медленнее и не отрывался от щели. Наталья уже покраснела. Она повернулась спиной к целителю, скрестив руки перед собой, взялась за краешки обтягивающей фигурку кофточки и потянула ее вверх. Она всегда очень трепетно подходила к выбору нижнего белья, поэтому сейчас она была даже рада возможности покрасоваться перед посторонним мужчиной, нечасто приходится показывать себя кому-то, кроме собственного мужа. Я, немного полюбовавшись столь волнующим зрелищем сквозь ширму, оделся и вышел. Мне было предложено присесть на стул, пока целитель осмотрит Наташу. Она стояла, максимально выпрямив спину и, по просьбе врача, выполняла различные манипуляции телом. Он же водил пальцами вдоль ее позвоночника, местами надавливая и прощупывая что-то. Было интересно наблюдать за действом со стороны. Когда человек мастер своего дела, за ним всегда интересно понаблюдать, а когда в его руках слегка прикрытое тело вашей жены, это тем более привлекает внимание. Я вдруг понял, что его фоновое до этого момента бормотание, это комментарии процесса. Стало немного неудобно, ведь он старался рассказать мне что-то, а я погрузился в свои фантазии. Теперь я внимательно слушал все, что он говорил. Собственно он лишь проговаривал названия мышц и сообщал их состояние. Периодически он просил свою пациентку принять то, или иное положение. То, как он ее ставил, смущало и мою супругу, и меня самого. Не то, чтобы это были слишком непристойные позы, просто сам процесс был нестандартен. Хоть и врач, но все же мужчина ощупывает женщину в присутствии ее мужа, да еще и просит ее всячески выгибаться и наклоняться. Пока он осматривал спину, я еще успокаивал себя, но принципом его метода было то, что он за время сеанса не оставлял без внимания ни одной мышцы, пусть даже она и не беспокоила пациента. Я понимал, что он вот-вот попросит развернуться мою жену. Если бы она готовилась к такому осмотру, то, конечно, надела бы закрытое белье, больше похожее на одежду для занятий спортом. Сейчас же на ней был настолько открытый бюстгальтер, что кружевная линия проходила над самым выступом сосков. Мне очень нравилось, когда Наталья надевала такое белье. Грудь была высоко поднята, и каждое движение открывало взору розовый ореол, а иногда и сам сосок. Я сидел за спинной врача, чуть правее от него. За время осмотра он не раз просил Наталью поднять руки вверх, и я ни разу не замечал, что бы она поправляла бюстгальтер после каких-то телодвижений. Я замирал при каждом слове доктора, ждал, что он попросит ее повернуться, но эта фраза все равно словно ударила меня. Повернитесь, пожалуйста, произнес он. Движения моей супруги казались мне кадрами замедленной съемки. В висках тарабанил пульс, все сжалось внутри и лицо охватило жаром. Наверняка, многие из вас бывали в ситуациях, которые вызывали подобные ощущения. Очень волнующее и возбуждающее чувство. С одной стороны ревность, стыд, какая-то непонятная жадность будто бы он собирался воспользоваться ею, одновременно с этим, желание предложить отложить осмотр на другое время, но с другой стороны, где-то в глубине, не давала покоя мысль о том, что сейчас я буду свидетелем чего-то необычного. Попытка успокоить себя тем, что это всего лишь врач и для него это стандартная ситуация, не дала никаких результатов. Когда она повернулась, я заметил, что врач на какое-то время отвлекся, он осматривал мою жену, как и я. Мы смотрели на женщину, взволнованную ситуацией, ее дыхание участилось. При каждом вдохе, грудь поднималась. От этого, и без того уже заметный контур ореола, открывался все больше. Она явно была возбуждена, кожа вокруг сосков приобрела характерный, более темный, чем обычно цвет и немного сморщилась, кроме того, стали заметны увеличившиеся соски. Она знала об этом, старалась не встречаться глазами ни с кем из нас. Этот знакомый мне блеск в глазах: Похоже ей нравилось шокировать меня. В таком наряде, она казалась еще более развратной чем, если бы она была совсем голой. Белоснежный, почти не скрывающий грудь, бюстгальтер, длинная черная юбка и обнаженные ступни ног, давали странный эффект, как бы недосказанность. Юбку чуть выше колен поднимите, попросил доктор. Наталья покорно, как мне показалось, излишне низко нагнулась и, взяв руками край юбки, выпрямилась. При этом она задрала подол намного выше, чем ее просили. Когда врач, осмотрев суставы, предложил провести первый сеанс прямо сегодня и сказал, что в обход кассы, это будет дешевле, я уже был не способен над чем-то думать. Ну, как вы? Он переспросил, так и не получив ответа. Если не начнете сейчас, то вас второй раз сюда не затащишь, почувствуете эффект и решите, продолжать или не стоит. Даже если бы мы и решили отказаться, то хотя бы оправдывающую причину нужно было выдать. В общем, так или иначе, мы согласились. Вернее ответ дала моя жена, а я лишь одобрительно кивнул. И снова последовала обжигающая слух фраза. Раздевайтесь, произнес доктор и жестом показал на ширму. Насколько нужно было раздеться, он не сказал, жена моя не спросила, а я не находил себе места. В каком же виде она выйдет? Вышла она, обернув себя простыней, которая лежала в пакете забытом мной. Простыню она держала рукой на груди. Однако простыня должна была лечь покрывалом на кушетку и жене моей пришлось остаться в одних трусиках. Это были скорее маленькие шортики из плотного кружева. Вещица довольно таки красивая и не открывающая лишнего. Началась процедура. Я уже со странным ощущением удовольствия наблюдал, как по телу моей супруги скользят смазанные каким-то маслом руки доктора. Пациентка тоже вкушала прелести массажа. Разогрев, довольно приятная процедура, а после, очень болевые воздействия во время которых, даже мне хотелось взвыть от боли, но после которых, в теле ощущалась такая легкость, что хотелось повторить. Она ели сдерживала крик, на глазах появились маленькие капельки несдержанных слез, от которых немного потекла тушь. Болевые приемы чередовались успокаивающими, почти ласкающими поглаживаниями и растираниями. В такие моменты на лице появлялось блаженство. Она уже не стеснялась смотреть на меня, даже дразнила. Когда было больно, она прикусывала губу. Ее негромкие вскрикивания, стали больше похожи на сладострастные постанывания. Дыхание стало тяжелым, лицо сильно раскраснелось. Она была очень возбуждена и даже не старалась скрыть это. Наоборот всем своим видом она подчеркивала это. Когда врач работал над ее поясницей, она прогибалась изо всех сил, то выпячивала попку, то прижималась лобком к кушетке. Не заметить ее странного поведения уже было невозможно. Наверное, и на моем лице было написано, что я готов кончить от одного прикосновения к члену. Тем временем, руки доктора опускались все ниже. Он уже приспустил широкую резинку белья на несколько сантиметров. Он ничего не говорил, но и мне, и моей жене была понятна причина небольшой паузы. Растирать нежную кожу через кружево было не очень то удобно. Супруга не стала дожидаться предложения. Она приподняла попку и медленно спустила трусики почти до колен. При этом, она так согнулась, что ее попка едва не коснулась груди сидящего позади ее доктора. Все это время она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Ее глаза были преисполнены похоти. Опускаясь, она расправляла перед собой простынь, а когда руки были на уровне груди, она поправила ее, но не просто удобно уложила, сильно сжала и оттянула соски. Сидящему сзади врачу, не было заметно этих подробностей, но акт ласки не остался незамеченным. Он уже понял, что является участником некой игры. Он давно заметил, что супруги, находящиеся в его кабинете, оказались в подобной ситуации впервые, что ситуация эта вызвала интерес у обоих, и что они совсем не против подобного эксперимента. Дошла очередь до ног. Я уже говорил, без внимания не оставлялась ни одна группа мышц. Естественно было необходимо немного расставить ноги, но этому мешали трусики, которые так и остались на уровне колен. До последнего момента, я надеялся, что это небольшое развлечение, игра закончится на этом. Трусики должны были оказаться на прежнем месте, они больше не мешали. Я ошибся! Моя супруга села на кушетку и сняла их совсем. Она стояла абсолютно голая. Ты не против, милый, неуверенно сказала она. Не знаю почему, но я не стал возражать, хотя сам вопрос и голос были поставлены так, что она как будто спросила разрешения на то, что бы ее поимели на моих глазах. Самое интересное то, что я был согласен и на это и всем своим видом давал им обоим понять это. | | |
| |
|
| |
| | После этого начались записи нашего супружеского секса в разных позах. Сергей неожиданно предложил прервать показ, чтобы переварить увиденное, налил еще по порции и после этого задал неожиданный вопрос, как я отношусь к мастурбации. | | |
| |
|
Рассказ №16338
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 26/02/2015
Прочитано раз: 38283 (за неделю: 6)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Рон даже ухом не повел, старательно вылизывая все до капли, водя языком по коричневой мякоти пизды и изредка щекотно задевая клитор. Он пытался не потерять ни одной капли молока. Его движения были жадными и неумелыми, он напомнил Рипли юного игривого щенка...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Женщина наблюдала беспомощно, как молоко течет по ее телу. Это было страшно, и это завораживало: гипнотическое течение двух белых рек.
И в этот миг Рон и Эни хором завопили:
- Мамино молочко! Ура!
Они выскочили из-за ящиков, побежали туда, где чудовище продолжало ее доить - похоже, Рипли сама не осознавала, сколько молока скопилось в ее налитых грудях, и поняла это только теперь, когда в белые сиськи вцепились темные пальцы ксеноморфа, заканчивающиеся бритвенно-острыми лезвиями когтей.
- Бегите! - заорала она, надрывая горло! - Бегите, прячьтесь, спасайтесь! Не смейте приближаться!
Но они словно не слышали ее. Подбежав, они замерли в нерешительности, глядя на чудовище, доившее маму, и с интересом разглядывая подвешенную голую женщину. Рипли покраснела, но тут Чужой опустил ее ниже, и ее промежность оказалась прямо перед лицами обоих мальчишек. По голой пизде, бесстыдно выставленной на обозрение сыновей, все так же неторопливо текли для молочных ручейка.
Вот черт, подумала она беспомощно. Каждый раз, когда мне кажется, что стыднее и позорнее быть уже не может, происходит что-то, что погружает меня еще глубже в бесконечное унижение. Иди, - она нашла внутри себя чуть-чуть храбрости, позволявшей ей еще шутить, пусть хотя бы напоследок кто-то посмотрит на мою дырку? Ведь на нее давно никто не смотрел с таким интересом: работавшие с тобой доктора, похоже, вообще не воспринимали тебя как женщину.
Тьфу ты, одернула она сама себя! О чем ты думаешь? Это же ТВОИ дети! Ты можешь сдохнуть здесь, но они должны спастись.
- Бегите! - заорала она в очередной раз, не вполне понимая, как это поможет им в запертой комнате и все еще надеясь, что проклятый Обэнон откроет дверь и вытащит хотя бы их. - Прячьтесь!
Но тут Рон неожиданно бросился вперед, стремительным, порывистым движением, и, высунув язык, провел по ее пизде.
Язык мальчика был теплым и влажным. Рипли чуть не поперхнулась собственной слюной, когда поняла, ЧТО, он делает, а потом на миг прикрыла глаза, шокированная этим пониманием.
- Ты... - выкрикнула она и осеклась.
Она даже не знала, что сказать - настолько это потрясло ее, заставило сжаться в комок от стыда.
А язык сына вновь и вновь пробежался по промежности, слизывая теплое грудное молоко, текущее из маминых сосков.
- Ты что делаешь! Не смей!
Рон даже ухом не повел, старательно вылизывая все до капли, водя языком по коричневой мякоти пизды и изредка щекотно задевая клитор. Он пытался не потерять ни одной капли молока. Его движения были жадными и неумелыми, он напомнил Рипли юного игривого щенка.
И в то же время она поняла, что прикосновения языка к клитору заводят ее. Возможно, на возбуждение повлияло и ощущение смертельной опасности, в миг обострившее все ее чувства.
- Так нельзя! Сыночек! Не делай этого!
- Вылижи ей пизду, пацан! - вмешался из-за бронированного стекла откровенно потешающийся Обэнон. - Отлижи этой суке, чтобы она кончила.
Почему я не убила тебя раньше, когда у меня была возможность, бессильно подумала женщина. Тогда ты не мог бы сейчас отпускать свои комментарии, стоя там, в коридоре, в полной безопасности.
Рипли показалось, что еще мгновение - и она сойдет с ума, начнет причитать, как старая бабка, упрашивающая кого-нибудь помочь ей, еще секунда - и не будет храброго и сильного лейтенанта космического флота, а будет только убитая стыдом женщина.
До этого момента Эни как будто пребывал в прострации, но тут он словно проснулся, накинулся на Рона и попытался оттолкнуть его. Сначала Рипли даже подумала, что он борется с братом, потому что понимает: тот делает что-то плохое, запрещенное, постыдное. Однако Эни вытянул язык, стараясь дотянуться до стекающего молока, и закричал на брата:
- Пусти! Я тоже хочу! Пусти, ну же!
Рон был неумолим. Толкнув брата, он продолжал слизывать капли молока с пизды Рипли.
Эни, похоже, никак не мог решить, что лучше: то ли полезть в драку, то ли попросту разреветься. Но тут он заметил, что ручеек молока раздваивался: часть текла по лобку и попадала в рот Рону, а другая стекала по ягодицам. Решившись, он обежал маму и пристроился сзади. Второй язык коснулся ягодиц Рипли, слизывая с них теплое молоко. Чтобы было удобнее, мальчик обнял мамину задницу ладонями.
- Ох, - только и подумала Рипли.
Язык Эни был не менее настойчивым, чем тот, что щекотал ее пизду, но Эни еще и потискивал упругие ягодицы женщины, висевшей в объятьях инопланетного чудовища совершенно голой перед собственными детьми.
Звуки, которые издавала Рипли, она сама не смогла бы описать однозначно: это были и стоны, и крики, и вопли возмущения, и что-то, связанное со стыдом. В отчаянии она заорала еще громче - но тщетно: на нее попросту не обращали внимание. Чужой все так же продолжал мять ее груди, в которых, несмотря на длительную дойку, молоко, похоже, и не думало заканчиваться. Оба сына щекотали языками ее пизду и жопу, слизывая молоко и стараясь не упустить ни капли.
- Да чтоб вы все... - выкрикнула она и нажала на спуск.
Автомат затарахтел, с огромной скоростью выплевывая пули в никуда, они рикошетили от потолка и разлетались по залу, никого не задевая.
Наконец, патроны кончились. И это было единственное, что изменилось.
Рипли выронила автомат.
Тут раздался громкий требовательный крик Рона:
- Этого мало!
Чудовище, словно повинуясь его команде (Рипли уже не могла удивляться) подняло женщину еще выше и понесло по складу, уложив голой спиной на какой-то ящик. Его черные пальцы продолжали удерживать щиколотки и запястья, стискивать белые голые груди. В следующий момент женщина почувствовала себя на приеме у гинеколога, потому что лапы, которыми ее держали за щиколотки, напряглись, разводя ноги шире. Или, мрачно подумала Рипли, это миссионерская позиция.
Ее охватил стыд, она покраснела так, что дальше некуда - здоровая сорокалетняя тетка лежит голая, с раздвинутыми ногами, перед собственными сыновьями и демонстрирует им пизду. Вернее, не демонстрирует - ее заставляет инопланетный монстр.
Она покрутила головой, и тут ее взгляд вновь упал на ухмыляющегося Обэнона, продолжавшего внимательно наблюдать за всем, что творится в зале. Он только шире улыбнулся и сказал:
- Что, сука, у тебя ведь давно не было мужика? Тебе, наверно, все равно, с кем ебаться, лишь бы что-нибудь в пизду засунули? Может, эта тварь тебя поимеет, и ты под ним кончишь? И доставишь ему удовольствие?
Зачем он говорит такое при детях, подумала Рипли. Хотя... Учитывая то, что начали творить е собственные сыновья, уже все равно.
Она напряглась. Я сильная, подумала она, пытаясь собрать остатки растоптанной гордости. Я убиваю людей голыми руками. Я побеждала Чужих. Неужели сейчас я не справлюсь.
Вздулись мышцы по всему телу, набухли вены, Рипли заскрежетала зубами, выпятив вперед сильную челюсть. Сейчас я сведу ноги...
Никакого результата. Чудовище, похоже, даже не заметило е стараний. Рипли обмякла, еще не отказавшись от борьбы, но не вполне понимая, что ей теперь делать.
Молоко продолжало течь по грудям, молочные реки распадались на несколько молочных ручейков. Да сколько же его там, подумала Рипли. Господи, взмолилась она, останови этот поток.
Она посмотрела на Рона и Эни, стоящих рядом и жадно рассматривающих ее нагое тело, шарящих взглядами по большим грудям, из которых вытекало молоко, по раздвинутым ногам, между которыми влажно поблескивала пизда. Затем подняла глаза и взглянула в морду возвышающегося над ней чудовища. Прочитать выражение морды Чужого было невозможно, он просто уперся в нее немигающим взглядом и молчал. Боже, беззвучно взмолилась она, ну почему бы тебе просто не убить меня? Не разорвать в клочья, в кровавые ошметки, а потом съесть? Чтобы все это, наконец, завершилось.
Но как же мне стыдно - пробежала еще одна мысль.
Это снова придало ей сил, и Рипли опять напряглась, мышцы взбугрились, она вновь стала дергаться - правда, результата опять не было никакого, с тем же успехом она могла пытаться просверлить своим черным от ярости взглядом стальную стену и бороться с металлическими канатами. От рывков ее большие груди звонко шлепались друг от друга, из сосков вырывались маленькие капли молока. Они взлетали в воздух, а потом влажно шлепались на голую кожу.
Увидев это, Рон и Эни словно очнулись от какого-то оцепенения. До этого они просто стояли и смотреть, но тут в них словно включилось что-то: они буквально накинулись на Рипли, припали ртами к ее сиськам и принялись жадно сосать молоко.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
