Рассказ №21775 (страница 2)

     - А потом и Марка придет.
     - И останется только одно свободное место.
     - Почему?
     - Потому что раком у дивана больше не поставишь.
     - Ха! Точно!
     - Вовка! Давай по полтаблеточки примем и:
     - И начнем рисовать газету хотя бы в карандаше.
     - А завтра с девчонками еще равновесие потренируем!
     Утром за завтраком они с Иркой обменивались мнениями.
     - И полтаблетки усиливают желание, - сказала Ирка, потирая клитор сквозь школьную форму и трусы.
     - А на меня не подействовало. Только яйца какие-то деревянные стали.
     - Ну, еще бы. Это средство для женщин.
     - Интересно, как там наши девчонки, не растреплются?
     - Не думаю.
     На перемене к Ирке бодро подскочили, держась за руки, Наташа и Люда:
     - Ну, как, сегодня будем газету рисовать?
     - Конечно. Приходите.
     Подошла и Мара.
     - Ир, я приду сегодня?
     - А тебе не рано?
     - Рано. Хоть на вас с Вовкой посмотрю. Привыкла.
     - Приходи. У нас новенькие.
     - Это Наташка и Людка? Здорово! И они тоже? Газету рисуют?
     - Совсем немного. В основном, мы с Вовкой. А они учатся.
     Вечером новые сестры приняли присягу, сидя у Вовки на ногах и потираясь своими щелками. А Мара и Ирка, тоже голые, но в мантиях из занавесок, посвящали их, поглаживая и пощипывая их соски.
     А потом все одетые и серьезные рисовали газету. А Вовка, делая на кухне бутерброды для всей компании, думал о пятом, вакантном месте. До Нового Года оставалась неделя.
     
     Таня
     
     Таня была девочкой тихой и незаметной и Вовке не нравилась, но из девчонок первой стала похожей на настоящую девушку, носила очки, которые сильно портили ее, в общем-то, миловидное лицо. И еще прыщики, усеивавшие ее щеки. Ирка почему-то сразу предложила ее Вовке в качестве пятой "сестры".
     - Не знаю, Ирка, подойдет ли она нам вообще. Поговори с ней насчет газеты, может, она одна все сделает. Праздник на носу, а у нас одно траханье на уме.
     - Я посмотрела на нее в раздевалке. У нее настоящая большая грудь, широкие бедра, а прыщи - только на лице. Из-за сисек она сутулится, а из-за прыщей с ней никто не дружит, думают - заразная. А очки можно и снять.
     - Ну, скажи ей, что я могу избавить ее от очков, а вот от прыщей - не знаю. Попробую. Пусть придет после новогодних каникул.
     Газету они все-таки сдали под самый Новый Год. Ирка нашла в своем доме пьяницу-художника, и тот за 2руб. 87 коп. нарисовал им такую газету, что комиссия хотела дать им первое место, но не дала из-за слабого идейного уровня материала. Второе место - тоже неплохо, серебро - металл драгоценный, не то что бронза или латунь, из которой краны в туалетах делают. Узнав про бронзу, Ирка решила не плакать.
     Отец не приехал на Новый Год, правда, звонил несколько раз и прислал много денег. Немало денег прислал и Константин Глебович, и тридцатого декабря Вовка потребовал пианино. Оно стоило целое состояние - восемьсот советских рублей, но вместе с грузчиками приехал и настройщик, который долго копался, но тридцать первого декабря пианино "Родина" прошло первую обкатку. Пришла Людка Шенгелия, притащила своего педагога, и они сыграли в четыре руки что-то из "Щелкунчика". Это что-то Вовке очень понравилось, и он тоже решил стать пианистом, потому что онанистом он уже был.
     Да, вот еще что. В этом году у Макаровых были две елки - на старой и "новой" квартирах, как ни у кого в доме, а может быть и во всем городке. Тридцать первого Макаровы и Ирка с ними отметили праздник на старой, а первого Вовка устроил вакханалию на новой под пианино. А числа десятого января пришла Таня Дудина в стареньком пальтишке и белой шапке с длинными ушами аля "Дикая собака динго". И в валеночках. И с прыщиками. Увидела елку и расплакалась. Оказывается, в этом году у них впервые не было елки. Папа приболел, не успел купить, зарплату и премию положили на депонент и все. Остался только "Голубой огонек" по черно-белому телевизору и немного колбаски с черным хлебом.
     Услышав такую душераздирающую историю, Вовка так расстроился, что решил немедленно заняться психотерапией. Пока Таня со своими прыщиками ходила по квартире и удивлялась (ах, пианино, ах, холодильник, ах, два туалета, а это что за штука "бидэ") , Вовка накрыл на стол, то есть достал из "ах, холодильника" все консервы, лимонад и даже полбутылки "Советского шампанского". Такое изобилие поразило Таню в самое сердце, и она заплакала второй раз. Тогда Вовка мужественно налил Тане шампанского и предложил тост:
     - С Новым Годом и избавлением Тани Дудиной от очков и прыщей в новом году! Ура!
     Таня была так удивлена, что выпила полбокала шампанского и начала есть все подряд, но очень скоро насытившись и запив все вторым полубокалом шампанского, уснула за столом. Вовка погасил свет в гостиной и перебрался на кухню, но тут зазвонил телефон, и Таня проснулась. Звонил Танин папа и беспокоился. Вовка, как мог, успокоил его, сказав только, что они отмечали Новый Год и перепутали лимонад с шампанским. Таня ушла, сказав в пространство, что придет завтра, и унося с собою все, что успел завернуть ей Вовка. Остальное полусъеденое добро Вовка загрузил в холодильник "до завтра" и загрустил. И грустил бы до завтра, если бы не позвонил Танин папа и не поблагодарил за дочь и за праздник. Тут Вовка воспрял духом и уснул с улыбкой на лице. Психотерапия удалась по крайней мере по отношению к Таниному папе.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: