 |
| |
| | Но самое сексуальное было то, что внизу то я был голый (только в короткой футболке) , а семнадцатилетняя лежала все-еще лицом к столику. Член был уже тяжелый от налившейся крови и от перевозбуждения немного ослаб процентов на двадцать. При движении он раскачивался в такт с вагоном и при освещении фонарями была картина просто фантастическая: мое лицо находится между ног у девушки на верхней полке, а ниже пояса (включая стоящий член) ниже уровня верхней полки где то на полпути от двери до окна т. е. недалеко от лица нижележащей. Да еще чтобы поддержать ослабший член я начал его подрачивать левой рукой потихоньку, боясь кончить прямо на спящую внизу. | | |
| |
|
| |
| | Вижу, тетка страдает, никак кончить не может. Я оргазм изобразила, за нее взялась. За сиськи подергала, клитор полизала, а потом соски ей защемила, клитор закусила, она и кончила. Бурно, надо сказать. Халат запахнула, а по ногам все течет. Я ей опять про менструации, а она говорит, что у вас в классе у некоторых девочек уже есть. У Тани, например, у нее спроси. Я дурочкой прикинулась, спросила, у нее волосы на лобке, как у меня. Тетка засмеялась, опять халат расстегнула, на себе показывает, что у Тани волос больше, чем у нее. Я говорю, как же так, мы же в школу вместе поступали. А она: "На вид ей лет шестнадцать-восемнадцать, а по росту и по уму вы - ровесницы". На том и разошлись. Да я ей еще двадцать рублей дала, чтобы Тане передала при случае, а она возьми, да и ляпни, если что, она их Таниному отцу отдаст, часто заходит, мол, общие интересы объединяют: пизда и профессия. Я тут же: "Он что, врач?" Она: | | |
| |
|
| |
| | "Нет, не надо мне клизму!", жалобно завыла девушка, "дайте мне слабительного или поставьте свечку в попу!". "Поздно, дорогуша!", я ответил, "к таким мерам нужно было прибегать раньше, пока запор был в начальной стадии. Но ты тогда молчала, ничего никому не говорила. Теперь тебе сможет помочь только клизма и тол, боюсь, не сразу". "Я не хочу клизму!", закричала Тоня, вскочила на ноги и так же, со спущенными трусиками, бросилась к двери. Но бабушка тут же схватила её за руку. "Ещё чего, бежать вздумала!", она сердито заворчала и изо всех сил хлопнула ладонью по голой попе внучки. "А ну быстро ложись обратно на кушетку!". "Не пойду! Не хочу!", Тоня начала биться в истерике. Я понял, что без моего вмешательства тут ничего не получится, поэтому подошел к девочке, схватил её за пазухи и потащил в обратном направление. Вдвоём с бабушкой после непродолжительной борьбы нам удалось уложить Таню на кушетку, повернуть на левый бок, согнуть её ноги в коленах и прижать их к животику. | | |
| |
|
| |
| | Однажды моя жена надолго отлучилась к подруге, с которой они договорились вместе пойти к парикмахеру. Мы с Инной остались вдвоём. Уже одно это меня возбудило. Посмотрели какой-то фильм по телевизору, где было несколько откровенных сцен. Я искоса наблюдал за Инной. Она сидела на диванчике рядом со мной в лёгком халатике, вначале плотно запахнутом. Потом она стала ёрзать, возбуждённая увиденным на экране, и полы халатика разъехались, обнажив плотно сжатые девичьи бёдра и полосочку трусов. Мой член, естественно, на это отреагировал. | | |
| |
|
Рассказ №8127 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 14/06/2024
Прочитано раз: 36011 (за неделю: 11)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Майор деловито и проворно водил ручкой по бумаге. Юный угонщик, раскрасневшийся от теперь уже нешуточного волнения, ерзал в кресле и сдавленно пыхтел. Капитан Тихомиров, глядя на него, потешался. Он был уверен, что шеф просто пугает нарушителя, к которому на деле испытывает своеобразную симпатию. А протокол если и будет составлен - то лишь для острастки. И через час этот ушлый Коля Лакки будет хвастать перед дружками, как ловко развел он этих лохов в серой форме и с очень серым веществом в голове:..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Тот, хранивший дотоле молчание, мрачно спросил у задержанного:
- Парень, а ты понимаешь, что сейчас конкретно под уголовку влетел? Хуевый твой прикол был!
- Верно! - подтвердил Бабаков. - То, что вернул машину, - это, конечно, зачтется. Но факт угона - имел место. Железно. Все основания для открытия дела.
Паренек с шумом выдохнул дым:
- Ну так открывай - хуйли глазки строить? Только учти: под протокол я тебе расскажу, как на улице тачку нашел, брошенную. А в суде - пущу слезу праведного негодования. "В кои-то веки решил сделать чего-то хорошее для милиции, типа, имущество вернуть, - так не поняли, гоблины тупые! Не оценили красоты поступка!"
- Расскажи, расскажи: как это делают ежи! - Бабаков махнул рукой. Он поправил своенравный галстук, упрямо сползавший к уху, и включил официальную суровость: - Расскажи. Суд, может, тебе и поверит. Реального срока - точно не дадут. Но на киче ты у меня посидишь. Дозрел. Оборзел ты, баклан, до невозможности. Могли бы закрыть еще месяц назад, когда ты со стаканом анаши попался. Но тогда - Елена Георгиевна тебя отмазала. Инспектор по малолеткам. Поручилась она за тебя. А сейчас - подвел ты ее. И через то - в тюрьму пойдешь. Отлетался, голубь. Потому как влетел на сей раз - крепко!
Сказано было без злости, даже как-то равнодушно, устало - и, вероятно, именно от этой смены тона дотоле неустрашимо нахальный паренек вдруг встревожился:
- Да ладно! Вы чего, дядь Олег, правда меня в тюрьму упечь хотите? Да за что? Вы ж знаете: я ничего плохого-то не делаю!
- Ага. Вот только "хорошего" - лет на десять за тобой, по совокупности.
Была долгая неуютная пауза. Долгая, как дорога кандальная, и неуютная, как тот казенный дом, к которому эта дорога ведет.
- Да ладно вам! - сейчас Коля если и не готов был еще разреветься, то нервничал заметно. - Я же:
- Посидишь ты! - жестко оборвал его майор. - Подумаешь!
И, раскрыв на столе папку, действительно принялся в ней что-то писать. Воцарилась гнетущая тишина. Ее нарушал лишь шорох ветра за окном да шелест ветвей высокой вербы, скребущих по стеклу. Эта верба своим назойливым скрипом отвлекала сотрудников ОВД от мыслей о борьбе с преступностью, и Бабаков все порывался обратиться в управу, чтобы "херову вербу срубили нахер", но как-то руки не доходили.
Майор деловито и проворно водил ручкой по бумаге. Юный угонщик, раскрасневшийся от теперь уже нешуточного волнения, ерзал в кресле и сдавленно пыхтел. Капитан Тихомиров, глядя на него, потешался. Он был уверен, что шеф просто пугает нарушителя, к которому на деле испытывает своеобразную симпатию. А протокол если и будет составлен - то лишь для острастки. И через час этот ушлый Коля Лакки будет хвастать перед дружками, как ловко развел он этих лохов в серой форме и с очень серым веществом в голове:
Это сознание малость удручало строгого капитана Тихомирова. Хмель и обида взыграли в нем, и он вдруг бухнул:
- А вот взять бы тебя, баклан, - и хорошенько высечь! Розгами!
Парень, казалось, встрепенулся. Криво усмехнулся:
- А что, в прейскуранте услуг - предусмотрено?
- Шутит все: - пробормотал Бабаков, не отрывая взгляда от бумаги. - Нет, не предусмотрено. Тюрьма предусмотрена. Срок - вряд ли, по первоходу-то, но хотя бы трое суток ИВС я тебе гарантирую.
Рыжий Коля снова закурил, молвил хрипловато:
- Да по-чесноку, начальник - уж лучше б высекли, чем в тюрьму!
Бабаков наконец поднял глаза - и проступил в них некий странный блеск.
- Ты это серьезно? - спросил он.
Нарушитель нервно хмыкнул:
- Ну, как бы, да.
- Ага! - подхватил Тихомиров, оживившись. - А потом побежишь прямиком в прокуратуру. Или к правозащитникам каким-нибудь. Типа, ментовский беспредел, произвол, применение пыток.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
