 |
 |
 |  | Прошло полгода, наступило лето. Искать Олесю я перестал и поэтому нашёл. У меня появилась привычка каждый вечер гулять в парке, где мы познакомились. На верно моё подсознание считало это последней возможностью найти её. И однажды идя по парку, я увидел Олесю. Она сосала негру. Здоровый негр с огромным членом сидел на лавочке спустив шорты, а Олеся стояла перед ним на коленях и делала ему минет. Её топик был задран, и негр периодически поигрывал с её сосками. Я стоял в нескольких десятках метрах от них и смотрел, не зная, что мне делать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Если бы миссис Лоусон не успела её подхватить, девушка точно бы скатилась вниз и что-нибудь себе слома¬ла или вообще убилась. Миссис Лоусон на руках снесла её вниз в другой отсек подземелья, где быстро раздела пленницу, просто разрезав её одежду. Усадив девушку у стены, она привязала её руки к трубе, а её ноги - к двум кольцам, вделанным в пол. Оставив Кэтрин приходить в себя, миссис Лоусон вернулась наверх, чтобы убрать следы прихода девушки в этот дом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Влагалище, наконец, дождалось органа, который был готов расшурудить гнездо разврата. С хлюпаньем мой пенис заскочил в пещеру троглодитки. Горячая, названием соответствуя мокроте в ней, вагина оказалась раздолбаней твоей лагуны. После пяти-семи минут долбежки, я сбросил напряжение в мошонке. Изначально, конечно, спросив слить в ее влагалище. Она не была против мужского семени. Рита, не удовлетворенная единственной палкой, прильнула к моему члену ртом. Но тут зазвонил телефон в прихожей. Матерясь, голая Рита пошла, отвечать на звонок. Что-то там послушала, сказала "Через полчаса буду". Оделась и исчезла как дочка. |  |  |
| |
|
Рассказ №9360
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 10/04/2008
Прочитано раз: 39534 (за неделю: 19)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она быстро сняла с кровати покрывало и застелила постель. Потом стала медленно раздеваться, поглядывая на меня: платье, нижнюю сорочку, лифчик, трусы. Я стоял рядом уже совсем голый, но мой "дружок" висел, как строительный отвес...."
Страницы: [ 1 ]
В нашем городе есть спортивный терренкур. Это дорожка такая, где желающий может в любом темпе пройти дозированное расстояние или прокатиться на велосипеде. Там даже метки есть, показывающие пройденное расстояние - 500 м, 1 км, 2 км и так далее до 10-ти. Я тоже, если можно так сказать, повадился по утрам ходить по этой самой дорожке. Вначале по полтора-два километра, потом - больше и, наконец, мой рекорд составил 9 км (если считать туда и обратно) . Я этим очень гордился. Рано вставал (около половины шестого утра) и к половине восьмого был уже дома. Раззадоривало меня и то, что на терренкуре можно было встретить таких людей, как, например, мэр города, известные в городе журналисты, знакомые работники банка, владельцы частных магазинов. Узнав, что эти, казалось бы, занятые люди, по утрам ТОЖЕ уделяют внимание оздоровительным прогулкам, невольно проникаешься уважением к самому себе.
Ну, а я по своей постоянной привычке приглядывался не только к знаменитостям, но обращал постоянное внимание и на дефилирующих рядом со мной женщин. Особенно мне приглянулась высокая (под 185 см) дама из соседней 9-этажки. Она выходила из дома почти всегда позднее меня, и мы встречались на моём пути "обратно" - я не люблю, когда во время прогулки солнце бьёт мне в глаза, предпочитаю - чтобы в спину. А ей это, видимо, всё равно. Тем более, что она всегда в тёмных очках.
Так получилось, что мы стали друг другу кивать при встрече (на дорожке принято друг друга приветствовать) . Большинство утренних "спортсменов" ивритоязычные, но с Идой (так зовут "коломенскую версту" - прозвище придумал я) мы перекидывались парой слов по-русски. Вскоре мы начали при встрече останавливаться и, если это можно так назвать, обмениваться впечатлениями. Вначале - о погоде. Дальше-больше: я выяснил, что она приехала из Донецка, где я когда-то был в командировке, филолог (славянские языки) , ей 55 (выглядит значительно моложе) , у неё здесь взрослый сын и двое внуков. "Бывшая спортсменка?" - "Как вы догадались? Когда-то увлекалась бегом - 5000 метров". В общем, познакомились. Видимо, со стороны мы выглядели комично - у меня рост 166, а она на 20 сантиметров выше. Но, как говорится, "лишь бы человек был хороший... "
Однажды, возвращаясь со своего маршрута, я вдруг заметил, что Ида прихрамывает и всё-таки упорно продолжает путь.
- Ида, что случилось?
- Да вот - ногу подвернула...
- Ну, так куда же вы в таком разе? . .
- Может, разойдётся ещё? . .
- Ни в коем случае! Надо немедленно возвращаться. Разве так можно? Сотовый телефон хоть с собой?
- Нет, дома оставила.
- А как "скорую" при случае вызвать? Вы что? . .
С трудом мне удалось уговорить Иду вернуться домой. Я её проводил и впервые оказался в её маленькой квартирке на самой верхотуре девятиэтажки (здесь они считаются домами в 8 этажей - первый этаж нежилой) . Квартирка мне показалась уютной - всюду вязаные салфеточки ручной работы, гобелены, чистота и аккуратно уложенные в коробки детские игрушки - для внуков. Так мы постепенно стали друзьями. Перезванивались, я повадился ходить к ней "на пироги" (тогда у меня с сахаром ещё было всё в норме) , порою вместе отправлялись в какой-нибудь из магазинов, когда при покупке технической обновы требовалась моя консультация. И, конечно, почти каждый день встречались по утрам на нашей дорожке.
Однажды ближе к вечеру у меня раздался телефонный звонок:
- Игорь, если будет настроение, заходи часиков в 8 на чай.
- Просто так, или по поводу?
- Ну, можно сказать, по поводу - у меня день рождения.
- Поздравляю с 18-летием! Кто-нибудь ещё будет?
- Сын звонил и сказал, что не может - срочная работа. Они в выходные приедут. А мне как-то не хочется оставаться одной в такой день...
Я быстро "смотался" в цветочный магазин и ровно в 8 был у двери Иды.
Сегодня она была не в своём обычном тренировочном костюме, а в красивом платье, как и полагается имениннице. Платье очень шло её высокой стройной фигуре. К тому же она не преминула надеть и туфли на каблуках, что делало её совершенно недосягаемой для меня.
- Идочка, поздравляю! Ты сегодня - просто КОРОЛЕВА ШАНТЕКЛЕРА! . .
- Да уж!
На столе оказался вовсе не один лишь чай, а целый ассортимент всякой всячины, от которой я давно уже здесь отвык: настоящий прозрачный студень, отварной язык, пара-тройка салатов, водочка в запотевшем графинчике. В воздухе висел аромат жарящегося мяса.
- Ну, ты даёшь! Это всё ради моего прихода?
- Нет, Игорёк. Я думала, что мои сегодня нагрянут. Ну, ладно, - не пропадать же добру! А насчёт "ты даёшь", ты тоже прав. Или ты не хочешь? . .
- Что я не хочу? Я не понимаю, что ты имеешь ввиду...
- Ну и не надо! - она рассмеялась. И тут я вдруг догадался. Какой же я дурак! . .
Мы сели за стол и принялись за еду. Две-три стопки водки сделали своё дело, языки у нас развязались.
- Ида, где твой муж?
- Ответила бы тебе, как обычно по-русски отвечают на "где-где", но не знаю, что ты обо мне подумаешь. Лучше скажу так: ушёл к другой. Даже уже не помню когда. Сына одна вырастила. Он с ним так ни разу и не встретился.
- А сын твой чем занимается?
- Он программист. 22 тысячи "брутто". Чуть ли не половину сжирают налоги, но, в общем-то нормально: машина, квартира, жена его тоже работает по специальности - она фармацевт...
Слово за слово, пришло время фирменного Идиного пирога. А стрелка часов неуклонно приблизилась к 12-ти. Пора, вроде бы, и домой. Но моя жена в отъезде, и словечко "даёшь" из моей головы пока не выветрилось.
- Ида!
- Что, мой хороший?
- Ты мне... дашь?
- А ты меня... сможешь? . .
Вместо ответа я подхватил свою "коломенскую версту" на руки и понёс в спальню. Она на ходу молча расстёгивала пуговки на платье. Я уложил Иду на покрывало.
- Погоди, так нельзя. Лучше разденься, а я пока всё приготовлю...
Она быстро сняла с кровати покрывало и застелила постель. Потом стала медленно раздеваться, поглядывая на меня: платье, нижнюю сорочку, лифчик, трусы. Я стоял рядом уже совсем голый, но мой "дружок" висел, как строительный отвес.
- Игорь, что с тобой? Ложись!
Ида легла на свежую простынь, раздвинула ноги и развела руками свою письку. Было темновато, и я почти ничего не видел.
- Если хочешь, включи свет...
Я подошёл к тумбочке и включил настольную лампу, а Ида тем временем взялась рукой за мой член и стала его мять. Он на это никак не отзывался, и она стала перебирать пальцами яйца, а мою руку положила себе на грудь. Грудь была маленькая и вялая. Я опустился ниже, нащупал лобковые волосы и сунул палец в тёплую щель. Ида развела ноги пошире. Я сунул ей в письку вначале два, а потом три пальца, одновременно массируя клитор. Она продолжала ласкать мои яйца, и я почувствовал, как член стал постепенно набухать, а писька Иды сжималась и разжималась на моих пальцах.
- Ида, - сказал я, - я не захватил с собой презерватив...
- Не смеши меня, - у меня уже много лет нет месячных. Так что, если ты мне подаришь немножко своей "живительной влаги"...
Я лёг на Иду и направил член в её письку. Но... не тут-то было! Я натолкнулся на неожиданное препятствие - Ида так напряглась, что член внутрь не входил. Как будто я имел дело с целкой. Я продолжал надавливать, что было сил. Нет! . .
- Идочка, что с тобой? . . - я стал её целовать, одновременно лаская рукой клитор и придерживая свой член, чтобы он не выскочил из щелочки. Ида расслабилась, и мой "агрегат", наконец, проник туда, куда нужно.
- А-а-а-х! . . - Ида застонала и, постепенно увеличивая темп, стала двигаться мне навстречу. Писька её судорожно сжималась и разжималась. Я едва успевал "работать" синхронно с ней. Наконец, Ида с громким криком прижала меня к себе и перекрестила на моей спине свои длинные ноги. Мы кончили одновременно. Пока мой член содрогался в письке Иды, выплескивая внутрь её содержимое яиц, мы молча лежали в сцеплённом состоянии. Через некоторое время Ида опустила ноги, и я высвободился.
- Извини... Я всё забыла... Прости...
- За что? . .
- Спасибо тебе... Я думала, что у меня никогда в жизни больше не будет такого...
Я молчал. А что сказать? . .
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|