 |
| |
| | Иногда ты давилась членом, но тебя это только заводило еще сильнее от того что ты чувствовала себя шлюшкой которую трахают как хотят. Вот тебе в рот полилась густая сперма, ты как примерная соска начала глотать, глотая его сперму ты кончила еще раз. Проглотив все до последней капли ты начала вылизывать начисто член отъимевший тебя в рот. Затем ты начала лизать его яйца, но тут тебя грубо схватили за волосы, это начал кончать второй, он хорошенько отъимел тебя в зад и хотел тоже накормить тебя шлюшку своей спермой. Ты бысто перевернулась и вот уже второй хуй кончает тебе в рот, ты с наслаждением проглотила все. Парни сказали что к сожалению спешат и им пора, они сказали что бы водила остановился. Они вышли. Водила же после этого смотрел на тебя как на суку которую можно отодрать не спрашивая. Я открыл глаза и спросил понравилось ли ему смотреть на то как отодрали мою суку?? Он сказал что тоже хочет поиметь тебя в твою красивую попку. Мы свернули на нелюдную улицу. Я сказал что бы ты сняла топик и юбку. Ты вышла из машины только в колготках и туфлях на высоких шпильках. Я сел на капот машины и достал хуй, ты начала жадно мне сосать, тебя заводило что пока ты сосешь своему парню, какой то незнакомый мужик засадил тебе в попку и грубо трахает тебя в нее. От всего происходящего ранее и от того что мы ебем тебя вдвоем я почти сразу спустил тебе в рот, но мой член все равно стоял колом и ты продолжала сосать мне. Таксист тоже был сильно заведен, он шлепал тебя по жопке и называл потаскушкой, сучкой и блядью. Он быстро кончил тебе в попу, затем он тискал твои груди, мял и шлепал твою попку, называя тебя классной сучкой, в итоге у него опять встал и он засадил тебе в твою мокрую пизденку. Мы трахали тебя вдвоем, два члена одновременно имели тебя в киску и рот. Ты опять начала кончать, постанывая как сучка. Через минуту тебе в киску спустил таксист а я спустил тебе в рот. Ты взяла свои вещи, обкончанную юбку и топик, а таксист тут же запрыгнул в машину и уехал. Мы же остались на каком то отшибе, мы пошли в поисках остановки общественного транспорта и скоро вышли на довольно оживленную дорогу. На автобусной остановке стояло куча народа. Мы стояли на остановке и все мужики пялились на тебя, слишком уж коротенькая юбочка была на тебе надета. А ты еще и специально пару раз нагнулась, стоя спиной к толпе на остановке, якобы поправить туфлю, так что кто то точно сумел рассмотреть твою полуголую попку прикрытую колготками и обсалютно голую киску в вырезе на твоих колготках. Мужики просто откровенно пялились на тебя, на твои ножки. Вот подъехал автобус, из него вышла куча людей, но зашло еще больше, нас затолкали на заднюю площадку автобуса, мы стояли зажатые людьми со всех сторон, была давка. Вдруг ты шепотом сказала мне на ушко что к твоей попке прижался мужик стоящий сзади и что у него стоит и его хуй через брюки упирается прямо тебе между ягодиц. Ты сказала это и взяла меня за член и начала его ласкать через джинсы. Затем ты опять нагнулась к моему ушку и сказала что этот мужик уже залез тебе под юбку и лапает тебя между ног, лапает твою попку и что еще кто то ласкает твое бедро рукой и лезет тебе под юбку. Мои руки лежали на твоей талии, я не хотел мешать лапать тебя. Твоя же рука ласкала мой член. Я заметил что тебе сзади просто задрали юбку. Тебя начали лапать сразу два мужика, один был симпатичный, лица другого ты даже не видела. Мы начали целоваться. Ты уже залезла ко мне в ширинку и дрочила мой член. У тебя же между ног орудовали две руки незнакомых тебе мужчин, две другие лапали твою красивую попку. Вдруг ты замерла, выгнула спину и завела вторую руку за спину, легкий толчок и затем ты опять меня поцеловала в засос, наши языки переплелись в единое целое. Затем ты оторвалась на секунду и сказала, что один из них уже ебет тебя в жопу. Буквально через остановку мужик кончил в тебя и направился на выход протискиваясь сквозь толпу людей. Второй мужик долго не думая так же пристроился к тебе сзади и начал иметь тебя в киску, од медленно насаживал тебя на свой большой член а ты в это время ласкала мой член и целовалась со мной. Стоящий сбоку от нас троих мужик начал догадываться что происходит, пока тебя трахал второй в киску, он начал ласкать твое бедро, ты же свободной рукой расстегнула ему ширинку и достав его член начала дрочить ему. Вот второй спустил в тебя, по твоим ножкам текла сперма. Тот которому ты дрочила подстроился сзади, его хуй ты приставила по моей просьбе к своему анусу и тебя снова начали долбить в попу. Я же засадил тебе свой хуй в твою блядскую пизденку, мы сношали тебя в обе дырки одновременно. Я шептал тебе на ушко что ты у меня самая замечательная, что мне очень нравиться что ты у меня настоящая сучка и шлюшка. Мужик вдруг грубо схватил тебя обеими руками за грудь и спустил тебе в попу. Тут же мы одновременно кончили с тобой вместе. Мы вышли из автобуса на ближайшей остановке. Но нам надо было немного в другую сторону. Я спросил хочешь ли ты еще проехаться на такси? Ты кивнула мне. Я поймал такси, сказал что о цене договоримся. На этот раз спереди села ты. Как только мы тронулись я сказал таксисту, что он может поиметь в рот мою соску, что ты можешь сосать ему всю дорогу. Он тут же достал хуй и схватив тебя за волосы насадил на него ротиком. Ехал он не спеша и за 20 минут езды успер спустить тебе в рот 2 раза. Он трахал тебя в рот называя соской и блядью. Вот мы и приехали, поднимаясь на лифте я поставил тебя рачком и оттрахал тебя сзади спустив тебе на попку: | | |
| |
|
| |
| | Мисс Эйприл вручила несколько тестов Антону, и он стал решать их. Мисс Эйприл сменила деловую одежду на блузку со штанами и сидела возле Антона. Она "случайно" расстегнула 2 верхние пуговицы и Антон мог наблюдать за громадным бюстом учительницы. Также, она специально надела обтягивающие штаны и распустила свои темные волосы. Антон серьезно выполнял тесты, пока мисс Эйприл случайно прижалась своей грудью к Антону. Она 10 минут терлась грудью об его руку. Антон возбудился. На его правой штанине вырос громадный бугор. Он уже не мог спокойно сидеть и писать тесты. Он захотел трахнуть сексуальную училку, которая явно намекала на секс. | | |
| |
|
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | От наслаждения я чу чуть присполз вниз по стулу из-за чего девочке пришлось слегка повернуться предоставив часть попки, которую я сразу же прикрыв рукою и стал мять и ласкать, на обозрение публике, которая стала делиться на несколько лагерей со своим пониманием происходящего: кто-то негодовал столь бесстыдному поведению, кто-то считал, что я продемонстрировал отличный способ обхода некоторых законов или просто в тайне получали наслаждение, какие-то парочки под влиянием не довольных девушек, хотели повторить происходящее. Росси всё не успокаивалась, жадно лаская меня по шее и спине и бешено целуя, зажмурив глазки от наслаждения. | | |
| |
|
Рассказ №9689
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 10/02/2025
Прочитано раз: 41110 (за неделю: 3)
Рейтинг: 67% (за неделю: 0%)
Цитата: "Очень-очень плавно перевернувшись на живот, я встал на четвереньки и сел на колени. Мышечный контроль становился все глубже и глубже, появилось осознание, согнута или разогнута рука, напряжена или расслаблена мышца, однако ни кожная чувствительность, ни общая картина тела не приходили. Казалось, будто меня запихнули внутрь безжизненного механического робота. Такое ощущение было один раз после того, как я получил сильный удар током. Руку не парализовало, она продолжала двигаться, но не выдавала абсолютно никаких ощущений, даже не болела. Я с ужасом смотрел, как она из части меня самого превратилась в нечто чужеродное, а потом долго бил ее о жесткую щетку, надеясь вернуть чувствительность. Попробуем тот же прием...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Настоящий джентльмен может иметь столько женщин, сколько имеет
Сегодня будет удачный день. Солнце ласково светит в небе, легкий ветерок разогнал свежевыхлопнутые газы, а планеты образовали благоприятную зодиакальную комбинацию.
Я захлопнул дверь, и, прыгая через ступеньки, выбежал на улицу. Хорошо! Я окунулся в мир с головой, вынырнул и снова окунулся. Очень хорошо! Машина била копытом под окнами. Метрах в ста зазывно продребезжал красный трамвай. Нет, ребята, сегодня гуляем пешком.
Мимо блондинка с фигурой вешалки провела на поводке лохматого терьера. Ветер раздувал истонченные химией волосы, а бедра, начинавшиеся сразу под грудью, плавно покачивались. Она обдала меня волной неуверенности и беспокойства. Я легко почувствовал, что несмотря на раннее время, она уже устала, ей смертельно надоел черный терьер, с которым приходится таскаться на улицу в любую погоду. Но... Надо сохранять лицо и считать псину любимцем семьи.
Я внимательно присмотрелся к родинке на ее шее. Чтобы почувствовать состояние человека и узнать о нем всю правду, надо найти какой-нибудь яркий знак на его теле, такой, как неправильная мочка уха, родинка, шрам или что-то другое, и внимательно удерживать этот образ в сознании. Если удастся, и никакие другие мысли не полезут в голову, то через полминуты нахлынет понимание сути данного человека. Для меня такой прием - пара пустяков. Вот и из родинки девицы налетел целый поток образов. Работает она в какой-то промозглой конторе, в которой пахнет сапогами, а самое яркое впечатление - облупленный деревянный стул. Господи, зачем же она волосы красит? Наверное, для мужа. Кстати, кто у нас муж? В сознании возник какой то маленький толстенький человечек, с дурным запахом изо рта. Хозяин коммерческого ларька. Квартиру купил, обставил. Кормилец! Ну, дай вам Бог счастья.
Я оторвался от блондинки и пошел своей дорогой. Хорошо, что у людей нет глаз на затылке. Можно совершенно безбоязненно копаться у них в мозгах. Но некоторые женщины все же что-то чувствуют.
Кстати, о женщинах. Учитель говорит, что не следует тратить на них время. Да, может быть, любовь и глупость, но и вреда от нее никакого! Обыкновенный мужчина груб и вечно занят, и только я, человек высокой душевной организации, который никогда не спешит, способен доставить женщине истинное наслаждение. Что она видит в жизни хорошего? Ничего. Дать ей невинное удовольствие - благородная миссия. Тонкий учитель, раскрывающий сексуальность. Искуситель. Соблазнитель. Любитель женщин. Любитель природы. Поймать и сделать чучело. О чем это я? Мысли весело перекатывались у меня в голове.
Солнце между тем достаточно поднялось и стало прогревать дома и тротуары. Легкий ветерок окончательно разогнал обычные дым и чад большого города, создав ощущение легкости и свежести. Пора мой друг, пора! Пора начать новый виток изучения жизни, новый виток поиска удовольствий.
Я вошел в подъезд, поднялся на третий этаж и нажал кнопку звонка. Дверь открылась. На пороге возникла Машка.
- Привет, - кивнула она, - заходи.
Я прошел внутрь и снял кроссовки. Было очень приятно стоять босиком на полу, устеленном соломенными циновками, которыми вместо паласов и ковров Машка покрыла пол в своей квартире.
- Выпьешь чаю или сразу начнем? - деловито осведомилась она.
- Давай без чая.
- Тогда я переоденусь.
Я молча кивнул, сбросил куртку и, оставшись в легких брюках и футболке, прошел в гостиную.
Машку я знал уже около десяти лет. Мы вместе росли в своем мастерстве, вместе умнели и параллельно проходили один и тот же путь. Машка была мне ровесница, имела мужа, сына-оболтуса, маму и папу, которых на лето выселяла на дачу. Внешне она не красавица, но довольно привлекательная особа, имевшая массу ухажеров. Если бы не ангельское терпение ее мужа, наверняка разразился бы скандал, но они предоставляли друг другу достаточную свободу, которой, впрочем, не злоупотребляли.
Меня за кавалера и ухажера не считали. Это вполне соответствовало истине, потому что последний раз мы с Машкой занимались любовью года четыре назад, и то ясно осознавая, что это не слишком интересно. Потом же грубым плотским удовольствиям мы предпочитали удовольствия духовные, более изощренные, недоступные большинству людей.
Однако сегодня другое дело. К этому дню мы готовились две недели, накапливая в себе энергию. Мы соблюдали диету, не смотрели телевизор, ели всякие снадобья и непрерывно медитировали. И мы собирались заняться сексом. Но не просто так. Мы хотели поменяться телами.
Такого, скорее всего, до нас никто не проделывал. Ни один мужчина не в силах даже представить себе, что такое женский оргазм, и ни одна женщина не знает, что чувствует мужчина. Различия мужского и женского начала в момент их слияния можно описывать без конца, но на разных языках и без малейшей надежды на взаимопонимание. Мужчина женщину до конца никогда не поймет, и женщина мужчину тоже. А хотелось бы. Это будет пик наслаждений, фонтан, взрыв чувственности, после которого мои исследования в области человеческой сексуальности можно считать законченными.
- Ну, начнем?
Машка вошла в комнату и села напротив меня, скрестив ноги. На ней был ярко-красный спортивный купальник и тонкие черные колготки, на плечи она набросила темно-синий махровый халат.
- Ты сегодня необычайно сексуальна. - Я слегка поклонился, выдав комплимент.
Она засмеялась и закрыла глаза. Я сел в позу лотоса и последовал ее примеру. Перед моим внутренним взором возникло привычное ничто. Это ничто было маленьким, как маковое зернышко, лежащее в глубине моего сознания. Тихонько, словно боясь спугнуть, я потянулся к нему, коснулся, и зернышко взорвалось безумным хаосом различных образов. Оно отбросило меня от себя, оставит лишь ощущение блаженства. Так и должно быть. От первого прикосновения зернышко выросло и приблизилось. Я снова потянулся к нему, и снова получил мощный наплыв каких-то хаотических, как в сюрреалистическом сне, образов. Но зернышко опять выросло.
Примерно через полчаса я сумел полностью погрузиться в ничто. Я сам стал ничем. Абсолютная пустота и покой окружали со всех сторон, и в этой безграничной пустоте оставалось только мое собственное, бесконечно расширившееся сознание. Тогда из пустоты я ощупал внутренним взором свое тело и медленно-медленно лег на спину на циновку.
Теперь я как личность существовал отдельно, а весь мир, в том числе и тело, отдельно. Я чувствовал, что это тело мое, но только потому, что сознание заполняло его, как вода заполняет сосуд. И я стал потихоньку вытаскивать сознание из тела.
Начал с ног. Казалось, что мышцы стекают, как вода, настолько они расслабились. Но вот сознание вышло из икроножной мышцы, и она несколько раз непроизвольно сократилась, точно так же, как непроизвольно дергаются лапки лягушки на электрической батарее. Я потянул сознание дальше. Я чувствовал, как все тело задергалось мелкими судорогами, но абсолютно не придал этому значения. Любая мышца пару раз сокращается при снятии контроля.
Судороги прекратились. Теперь я полностью свернул самого себя где-то в районе горла. Сердце билось ровно, дыхание было очень медленным и поверхностным. И тут я оборвал последнюю нить, глубоко вздохнул и выплюнул сознание из тела.
Пролетев по трубе собственного позвоночника, микроскопическая горошина души выскочила через темя и, подпрыгнув, повисла в метре над полом. Не открывая глаз, я видел внизу свое собственное мертвенно-бледное лицо.
Внутреннее зрение стабилизировалось. Теперь рядом со своим телом я отчетливо увидел женщину, так же лежащую на полу. По ее телу пробегали мелкие судорожные сокращения, и вдруг над теменем возник свет, который мгновенно преобразовался в мягкое облачко, всплывшее к потолку.
Половина дела сделана. Ног и рук у меня не было, ходить я, конечно, не мог. Воля - единственное оставшееся средство передвижения. Усилием воли я представил себя каплей воды, плавно перетекающей из сосуда в сосуд и медленно, очень медленно, как в вязкую жидкость, стал вдавливать серебристое облако сознания в затылок женского тела. Оно сопротивлялось, не давало возможности соединиться, отторгало меня, как капля масла отторгает воду, но если найти единственную точку входа, оно подчинится. И точно, в женском теле будто что-то хрустнуло, и я по колени провалился в незнакомую среду.
Мысленно извиваясь, как извиваются, влезая в узкий спальный мешок, я вдавил себя в тело и пропихнул сознание во все органы. Внутри еще раз что-то хрустнуло, и я почувствовал, как бьется сердце. Нормально. Я вдохнул. Воздух с шумом вошел в легкие.
- Системы в норме, - констатировал я, - начинаем полет.
Полежав еще немного и отдохнув, я открыл глаза. И увидел свет. Тело слушалось. Сконцентрировавшись, я попытался согнуть ногу. Для этого пришлось давать команду отдельно каждой мышце, совершенно не полагаясь на рефлексы, которые у нормального человека миллионы лет впечатывались в генетическую память.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
