 |
 |
 |  | - Витек в наглую смотрел на ошалевшую бабку, куря перед ней сигарету. Что было вообще наглостью, наши покойные отцы в доме никогда не курили. Злая мадьярка, Витькина мать, которая курила одна из наших баб, тоже выходила смолить сигарету на крыльцо а нам и по давно не позволено было курить дома, да ещё в наглую при бабке. Но сейчас Витек был прав а баба Зоя не права. Она отобрала у нас паспорта чтобы мы не сбежали с хутора и не отпускала от себя ни на шаг. И вот по её вине мы вынуждены были дрочить, вместо того чтобы ебать девчонок в городе. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - говорила кобыле тётя Зина, поглаживая рукавицой заиндевелый от мороза, лошадиный круп. Мы не загоняли Зорьку в сарай когда приехали втроём с фермы. Зинаида Михайловна моя тёща, просто распрягла кобылу, сняв с неё хомут и отвязав оглобли, оставила лошадь на морозе, кинув ей охапку сена. Эти благородные животные без которых немыслима жизнь крестьянина в деревне. Не боялись холода но при условии что у них есть корм. Лошадь ела сено и тем самым согревалась на сильном морозе. Да и Зорька была колхозной лошадью а ко всему колхозному у советских крестьян было стойкое пренебрежение. Доярки били колхозных коров на ферме, воровали у них корм и напившись пьяными не доили бедных буренок. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я не знаю, что двигало мной в следующее мгновение. Может, я считал, что обязан сделать это после того, как он сделал это мне. Может, меня двигало некотороенеспокойствие, возникшее в груди при виде этого бугра. А, может, мне было любопытно. А может мною вообще ничего не двигало - я заметил его эрекцию и потянулся к нему. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но вскоре мне снова захотелось в туалет, и вода вся целиком до конца вышла из меня там одним большим толчком вместе с газами. Только это была уже не просто вода, а ужасная противная каша из того, что заполняет человеческий кишечник и меньшего количества воды. Я еще немного посидел на унитазе, тужась изо всех сил, чтобы из меня вышли абсолютно все остатки жидкости и газы, а потом встал с туалета и пошел в комнату. Теперь в моем животе было ощущение невероятной легкости. Мне было довольно хорошо, хотя ощущение слабости также присутствовало. Потом я пошел в комнату, лег на кровать и просто лежал, обдумывая все, что со мной случилось. Живот немного побаливал, но совсем не сильно. |  |  |
| |
|
Рассказ №19015
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 03/02/2017
Прочитано раз: 12303 (за неделю: 1)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Не было ни Диамира и Изуфуиль. Никого, кто оставлял единое и раздельное, когда-то его целое. Целое ангела Вуаленфура. Сына самого ангела смерти Азраила. Заключенного многие и долгие годы в человеческое тело земного человека. Он воссоединился сам с собой. Воссоединил, злое и доброе в едином целом. Оставив человеческое тело и душу человека, с которым, соседствовал все прошлое долгое время. Разум, которого породил демона Диамира. Демона захватившего, через сознание человека его мир. Мир Вуаленфура. Мир второго уровня, наводя свои там порядки...."
Страницы: [ 1 ]
Он лишь в одном месте сделал остановку. И подсадил попутчиков.
Но, это было, всего лишь, один раз. На втором уровне. На том уровне, где его душа, когда-то была. В его потусторонних ментальных снах. Но, теперь ее путь лежал выше. Туда, где его ждали. Ждала его давно уже умершая мама. Там, где этот поезд должен был сделать конечную лично для него остановку.
У черного озера
Он увидел себя у большого черного озера возле полуразрушенного теперь того с трубами какого-то завода или фабрики.
Он снова был здесь, как и раньше. Та же насыпь, рельсы, разбросанные в стороне и цистерны, раздавленные в лепешку невероятной силой. Той силой, которой он, тогда раздавил их и расшвырял по сторонам, чтобы пройти вперед и эта здесь же у самого берега и камышей детская крутящаяся карусель. А, камыши шевелились как живые и склоняли к нему ангелу Вуаленфуру свои стебли и практически касались его, стоящего на краю самом озера смотрящим на его гладь и черную безмятежную тихую воду.
Здесь он очнулся сразу, как только освободился от земного своего умершего сорокалетнего больного тела. Его освободил от себя Сурганов Андрей.
Освободил его и свою душу. Они смогли освободиться вместе. И друг от друга. И он был теперь совершенно свободен.
Он покинул его, и они разделились. И вот Вуаленфур оказался, у этого черного застывшего черной водой озера. У границы этого мира. Мира мертвых на самом нижнем уровне.
Ангел стоял и смотрел на возвышающийся посередине озера громадный каменный дворец и замок с необычными стенами и башнями.
Перед ним стоял его хозяин и хозяин этого мира. Мира мертвых. Сын ангела смерти Азраила.
Его кто-то коснулся. Коснулся руки и плеча слева, и он обернулся, и он увидел огромного того льва. Льва из той черной квадратной ночной комнаты. Лев посмотрев на него, прижался косматой большой гривой и головой к его плечу и руке. К руке того, кто смог победить демона Диамира.
Он был совершенно теперь свободен.
Лев прижался к нему, и ничто теперь ему не угрожало. Никто не смел, приблизится даже к нему в этом потустороннем мире. Мире умерших. В промежуточном инфернальном мире между небом и землей.
Его лев, его ангел хранитель был теперь с ним рядом. Он, будет снова охранять его, как охранял раньше.
А демон Диамир, так и останется замурованным в гниющее мертвое изуродованное, им же самим, то человеческое тело. Тело, которое было, больным шизофреником Красноярской психиатрической больницы имени Ломоносова Андреем Александровичем Сургановым. Зарытое в деревянном гробу, как и практически все пациенты, погибшие той ночью, кого удалось найти, хотя бы частично и опознать по частям объеденных и обсосанных тел и похороненных вместе с ним на безымянном кладбище. Без имени и без таблички на простом деревянном грубо сколоченном кресте. На кладбище. Которые есть во всех городах. Где хоронят людей без рода и племени. Далеко за чертой города Красноярска. На кладбище, куда никто не приходит, хотя бы раз помянуть усопших.
***
Ангел Вуаленфур сидел на большом золотом и тяжелом троне в огромном каменном с высокими потолками зале. Сложив свои большие. Похожие на птичьи крылья. За своей спиной. И, спустив их острые, как бритва края вниз. С края больших поручней. Он, был одет в черную одежду, похожую на длинный монастырский балахон, в браслетах, перстнях и кольцах. Распустив длинные черные вьющиеся волосы по своим плечам и спине. Сверкая черными горящими огнем адской мести, и небесной благодетели глазами. И положив, правую руку в золотом широком браслете на запястье, на одно свое колено. И положив левую в таком же золотом широком браслете, руку на левый поручень своего золотого большого трона, он смотрел вперед на всех своих приглашенных гостей. Гостей в этом тронном главном зале своего озерного неприступного из черного камня и металла замка. Стоящего посередине черного большого такого же, как этот его дворец озера.
Он был теперь един.
Не было ни Диамира и Изуфуиль. Никого, кто оставлял единое и раздельное, когда-то его целое. Целое ангела Вуаленфура. Сына самого ангела смерти Азраила. Заключенного многие и долгие годы в человеческое тело земного человека. Он воссоединился сам с собой. Воссоединил, злое и доброе в едином целом. Оставив человеческое тело и душу человека, с которым, соседствовал все прошлое долгое время. Разум, которого породил демона Диамира. Демона захватившего, через сознание человека его мир. Мир Вуаленфура. Мир второго уровня, наводя свои там порядки.
И Небеса сделали то, что должны были тогда сделать. Они соединили их вместе. Поселив ангела Вуаленфура внутри Сурганова Андрея. Оставив под присмотром его отца, ангела смерти Азраила.
Он вернулся в свой мир. Вернулся, и готовился забрать его обратно себе.
Он стал единым. Он слился в одно целое и единое. Он собрал все воедино. То, что он из себя представлял. И все во, что мог превращаться.
Он сидел и смотрел на всех своих приглашенных к длинному перед его троном столу. Всех кто составлял этот его мир. Всех кого он сам своей силой создал, как и этот нижний потусторонний инфернальный заполненный духами умерших людей и лярвами мир.
Вуаленфур король второго уровня. Мира мертвых и живых душ, проходящих через тот его созданный им загробный мир. Сын самой смерти. Сын самого ангела Азраила.
Он освободился от человеческого Я, которое занимал долгое время и мучил его своим присутствием.
Теперь его родной отец должен сам лично сопроводить усопшего в высшие и более тонкие миры. Он заслужил освобождения.
Вуаленфур долгое время прятался в его душе.
Теперь он сидел на своем золотом большом троне в тронном зале перед длинным столом с множеством разных угощений. И там сидели его гости.
Вуаленфур проглотил Диамира и свою Изуфуиль. И он был сейчас силен как никогда. Он намеревался вернуть все. Свой мир. Мир призраков и мир мертвецов. Душ уходящих на Небо.
- Кто ты такой, чтобы оспаривать право?! - прокричала из-за стола сидящая недалеко от Вуаленфура сгорбленная очень уже старая худая как скелет в серой сморщенной скукоженной от старости коже оболочке старуха. Голая уродливая лярва. Наверное, самая из всех лярв самая старая в этом мире - Кто ты такой, чтобы мог взять власть у Диамира?!
Она соскочила как ужаленная со своего кресла и подбежала раскачиваясь в стороны к ангелу сидящему перед всеми демонами и чудовищами незримого живым миром инфернального загробного мира. Она подбежала к его золотому высокому трону.
Она подбежала и выкинула свою с худыми длинными старушечьими растопыренными пальцами руку с длинными когтями. Выкинула в сторону Вуаленфура и он схватил ее.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
|