 |
| |
| | Его член просто разрывался в штанах. Он рвался на волю. Он готов был уже кончить, но знал, что это может, не понравится его Госпоже, поэтому сдерживал свой порыв. Но как это было трудно! Невозможно! Но не желание разочаровать свою Госпожу его сдерживало, оно было сильнее. Его язык ловко облизывал половые губки, глубоко проникая внутрь. Он лизал так, словно это было его самое любимое занятие. Хотел проникнуть настолько глубоко, чтобы доставить больше удовольствия! Губы раба стали сладко посасывать каждую половую губку, он нежно всасывал их в свой в рот, и когда выпускал, казалось, что он расстаётся с самым дорогим. Но он тут же брался за другую нежную складочку молодого тела и проделывал с ней тоже самое. Соки наслаждения всё текли и текли из упоительного лона девушки. Казалось, что нет наслаждения слаще. Раб упругим языком умело, словно дразня, провёл по твёрдому клитору девушки, доставляя Ей тем самым неописуемые ощущения сладострастия. Сходя с ума, от огромного, разрывающего желания, раб, продолжая сосать клитор своей Госпожи, всасывать его в себя, и сосать, сосать, как сладкую карамель, одной рукой расстегнул брюки, дрожащими руками, от переполняющего его возбуждения, которого он никогда не испытывал в своей жизни, достал твёрдый, готовый в любую секунду кончить, член, начал сжимать его в своей руке. Стоя на коленях, нагнувшись пред своей Госпожой, он лизал, преданно лизал щёлку девушки. Слизывал все вытекающие соки, и глотал. Казалось, что не в силах насыться, он проникал во влагалище и словно пытаясь достать до запретного плода, всё глубже и глубже, трахал языком свою Госпожу. Свободной рукой он теребил набухший клитор девушки, тем самым доставляя всё больше и больше удовольствия ей. | | |
| |
|
| |
| | После поцелуя они встали и Ксения легла на кровать расставив ноги и распростерши руки. Аня упёрлась своим брюхом в её пах и толстый живот и расстегнула лифчик девушке. Ей предстали сосочки, острые, розовые, на упругой груди третьего размера. Пузатая улыбаясь поцеловала сосок, а потом принялась его сосать. Знатно испачкав соски Ксении слюнями, она полезла дальше вниз и уже на коленях, остановилась у пупка. Он был такой глубокий, особенно на толстом пузике. Она всунула язык в чистый пупок и будто бы целуясь в засос с ним начала водить лицом по мягкому животу. Ксения схватила себя за сиськи и ахкая, старалась не извиваться, чтобы не мешать Ане целовать её живот. Когда беременная прекратила свои игры, Ксения попросила её достать из под кровати недостающею ножку кровати. Аня удивилась, что она хочет лишится девственности именно так, но после улыбнулась и направила палку на уже мокрую письку. | | |
| |
|
| |
| | Она выдавила из тюбика какой-то гель прямо мне на анус и стала втирать мне его большим пальцем руки. Это расслабит твои мышцы - сказала она. А я продолжал сосать Саше как заведённый, его член был очень вкусный. Сначала мизинчиком, потом пальчиком побольше...шептала Маша, вводя в меня уже средний палец. Сева иди он уже готов для тебя. Вдруг я почувствовал мужские руки у себя на талии и прикосновение чего-то очень горячего к своей попке. Я понял, что это Севин член входит в меня, а он такой же большой, как и тот, что был у меня во рту. Я непроизвольно сжался, Ну тихо - тихо, услышал я голос Маши, ну потерпи ещё капельку, скоро боль пройдёт, и стала нежно гладить мои яички. Я замер, и весь сосредоточился на ранее не известных мне ощущениях, мне казалось, что член просто не пролезает в меня. Вскоре я немного расслабился и Сева стал по чуть-чуть толкать в меня свой член. Смазка уже хорошо разошлась внутри моей попки, сначала вошла только головка, потом ещё чуть-чуть, и я не заметил, как все 20 сантиметров были уже внутри меня. Я ощутил, как что-то большое и горячее через прямую кишку уперлось, прямо в желудок и начало двигаться то назад, то вперёд. Сева постепенно ускорял толчки, и я чувствовал, как его яйца в ритм движениям шлёпаются о мои ягодицы. Где-то внутри меня начало расходиться какое-то тепло, перерастающее в приятное жжение, как будто через меня пустили электричество. Господи, какой это оказывается кайф, когда тебя трахают сразу два парня, сразу два упругих члена протыкают тебя с двух сторон, в рот и в попку. Я начал немного постанывать и подмахивать попой в такт Севиным толчкам. "Ну что? нравится? я же говорила! Промурлыкала Маша. А сейчас будет ещё лучше". Она подлезла головой под меня и стала ртом играться с моим членом, нежно посасывая головку. В этот самый момент я почувствовал, как Сашин член, который был у меня во рту начал резко пульсировать, выбрызгивая сперму. Горячая, пресная на вкус жидкость, быстро наполняла мой рот, я немного растерялся, её было так много, и чтобы не поперхнуться я убрал голову. А Саша всё продолжал спускать, и густые комки спермы брызгали мне на лицо. В этот самый момент сзади застонал Сева... "А..а..а...я сейчас кончу". | | |
| |
|
| |
| | Гленда до этого никогда не занималась любовью с женщиной и сначала действовала слегка неуклюже, но скоро ее язык и губы нашли торчащий клитор. Сибил наслаждалась тем, что ее обслуживает такая молодая женщина - гораздо моложе, чем ее прежние подруги. А Гленда неожиданно поняла, что лизать женщину ей нравится, куда больше, чем делать минет мужчине! Необычнее всего было то, что пока она возилась среди густых зарослей между ног Сибил - пирожок миссис Лэндон был очень и очень волосатым - ее собственная щелка прямо-таки вопила, чтобы ей тоже уделили внимание! | | |
| |
|
Рассказ №12233 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 22/11/2010
Прочитано раз: 102803 (за неделю: 92)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "ОН отступает. ЛИНА в упор смотрит на ЛИКУ, и та начинает медленно идти к ней, как кролик к удаву. ЖЕНЩИНЫ чокаются бокалами, пьют на брудершафт. Долгий поцелуй. Пауза. ЛИНА тянется рукой к столу, берёт очищенную дольку апельсина, наполовину зажимает в своих зубах. . , ЛИКА тянется губами ко второй половинке апельсина и новый долгий поцелуй. С головы ЛИНЫ сваливается фуражка, не без лёгкой помощи ЛИКИ. ИВАН ПЕТРОВИЧ, как заворожённый, следит за непонятным ему ритуалом, механически поглатывая шампанское...."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Выпрямилась. Встала, посмотрела в окошки. Открыла шифоньер. Стала доставать и рассматривать какие-то вещи. Сняла с себя юбку, бросила её на кровать. Сняла с себя чёрные облегающие трусы и надела чёрные узенькие супертрусики ; сняла белую кофту, бросила на кровать, . . поменяла бюстгальтер; надела пояс и чёрные сетчатые чулки - пристегнула их, надела туфли на высоком каблуке; стала крутиться перед зеркалом, делая какой-то лёгкий макияж и, поглядывая в окошки. Теперь, она сняла туфли, снова надела чёрную юбку, чёрную кофту, чёрные ботинки и обвязала голову и шею чёрным платком. Белую кофту, туфли и тёплые трусы прибрала в шифоньер, поправила постель, пошла, отперла первую, а затем и вторую дверь, вернулась в сени и начала возню с печкой, шуруя кочергой в поддувале.
Шумно входит Иван Петрович, держа в руках полные бутылки, а за ним ЛИКА с двумя плетёными корзинами в руках, нагруженных свёртками.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А мы к тебе, соседка! . . Не прогонишь?! . /ЛИНА испуганно оглянулась! / Не имеешь права! Сегодня мой день -День Победы - имею права!
ЛИНА: А как же: ваши гости?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А она их отправила. Пускай едут. /Проходит в комнату, ставит бутылки на стол/.
ЛИНА /шагнула в комнату за ним, взяла одну банку с сиренью/: Иван Петрович, один баллон с сиренью - ваш. С праздником вас, . . здоровья и: всего доброго.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/взял банку/: Я даже подбриться успел, /подставляет ей свою щёку/.
ЛИНА, /смеясь/: Поздравляю, /целует его три раза в щёки/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А теперь - я тебя /тянется к ней губами/.
ЛИКА: Алаверды.
ЖЕНЩИНЫ смеются.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Свои цветы я поставлю вон туда - на печку /идёт в сени, ставит банку. / Анжела, корзины разбираешь ты, поскольку знаешь - где, что.
ЛИКА разбирает свёртки и накрывает на стол.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Но сперваначалу выпьем мировую. Я? Натюрлих? Лина, давай стопки.
ЛИНА, /доставая из шкафчика, в сенях, стопки/: Какую мировую?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Анжелка мне всё рассказала.
ЛИНА: Что рассказала?!
ИВАН ПЕТРОВИЧ/берёт у Лины стопки, поласкает их под рукомойником/: Дорогая моя девочка, в нашей стране:
ЛИНА: В бывшей нашей стране.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/ставит стопки на стол/: Тем более, что в бывшей - всегда: одни были по одну сторону колючей проволоки, другие - по другую её сторону. . , а потом, менялись сторонами. /Наливает водку в стопки. / А тем более, вы встретились в тюремной больнице. Или, как у нас там говорят - на больничке.
ЛИНА: У нас! там. Говорят.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Я, конечно, ничего не знал - у бабки Дуси никаким слухом не разживёшься:
ЛИНА, /передразнивая/: Казачура ещё та.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Да-а, ха-га. А уж о таких! вещах, . . ну что ты. И правильно. Поддерживаю. А то, что Анжелика работала медсестрой в спецбольнице, я, конечно,
знал, . . ну и что. Вас ист дас? Короче, берите стопки и выпьем мировую: мирись, мирись и больше не дерись.
ЛИКА: Тогда уж надо пить на брудершафт /подходит со стопкой к ЛИНЕ/.
ЛИНА: Я водку на брудершафт не пью.
ЛИКА: У нас вот и шампанское есть.
ЛИНА: Вот когда дойдёт очередь до шампанского, тогда и будет брудершафт, /выпила залпом свою стопку/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Вот и славно /чокается с Ликиной стопкой, пьёт/!
ЛИКА: Я водку пить не хочу, /ставит стопку на стол/.
ЛИНА: Откройте кока-колу. . , для ребёнка. /Идёт в сени, берёт открывалку/.
77.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Угу, давай открывашку.
ЛИКА: Почему-у - открывашку?: Открывалку.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/Лине/: Дай же хоть стаканы, какие для этой колы. . , а то пролью.
/ЛИНА пошла, принесла стаканы/.
ЛИКА: А что, у вас кто-то умер? Или у вас на Украине теперь так ходят, /указывает на Линыно одеяние/?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А я ей сёдня уже говорил. Ну, а теперь, за День Победы полагается! /Наливает/.
ЛИКА: Может, гостям предложат сесть, вообще.
ЛИНА: Сесть вы всегда успеете, как заметил выше ваш дедушка.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Та ну-у, . . вон весь колхоз растащили и ничего.
ЛИНА: Ладно. Учитывая положение: Присаживайтесь, гости дорогие /подаёт два венских стула, себе табурет. Сели/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/Лине/: Ты хотела сказать: учитывая пожелания. .
ЛИНА: Нет. Я сказала, что сказала.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Н-ну, за Победу!
ЛИНА/заговорщицки/: За нашу победу /чокается с Иван Петровичем/.
/ЛИНА и ИВАН ПЕТРОВИЧ пьют. Он закусывает. Она запивает кока-колой. Пауза/.
ЛИКА: Хорошо сидим.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Да-а-а /ест/.
ЛИКА: Дед, у тебя ж там картошка варится.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Точно, . . а то эта вся иностранщина, не по нашему вкусу, . . хотя-а, ничего. Счас, сбегаю, принесу картошку.
ЛИКА: Да ты ешь, пусть Ангелина Владимировна сходит.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Да ты что, она же там ничего не знает, /удивлённо смотрит на внучку. / Ты чего?? .
ЛИКА: Ну, как же, одним бизнесом занимаетесь: Молочным, как я уже поняла.
ЛИНА: Петрович, в Евангелии говорится, - не мечите бисер перед свиньями. Петрович, зачем мечешь бисер? Пойдём за картошкой вместе, /обнимает его, поднимает с места и, они идут к выходу. Она запела/ "Шумел камыш, дере-е-евья гнулись! . ." /ЛИКЕ/, а ты, Малявка, пока "ради-ва" послушай, /включает на ходу приёмник/.
Ушли. ЛИКА осталась одна. Она встаёт, смотрит в окошки, идёт в сени - недолго рассматривает фотографии на стене, оглядывается по сеням; идёт в комнату, открывает шифоньер, роется там, рассматривает какие-то вещи, опять роется. . , закрывает шифоньер. Заглядывает под кровать. Смотрит в окошки. Делает приёмник тише. Снова открывает шифоньер и залазит руками ещё глубже, слева, где полки. Снова закрывает. Ходит по хате, заглядывая в окошки. Подходит к столу, выпивает свою стопку водки, запивает кока-колой, идёт к двери, но быстро возвращается и садится на свой стул, принимая эпатирующую позу.
Входит ЛИНА с бокалами в руках, без платка на голове и ИВАН ПЕТРОВИЧ с парящим чугунком в руках.
ЛИНА: Идёт картошка в чугуне и бокалы под шампанское!
ЛИКА: Оригинально.
ЛИНА: Да. Будем есть картошку прямо из чугунка.
/Иван Петрович ставит чугунок на стол/.
ЛИКА: А масло-то у вас есть?
ЛИНА: Никакого масла, это вредно для фигуры. Правильно я говорю, Петрович? /Коснулась щекой его щеки, проползла телом по растерянному Ивану Петровичу и усадила его на стул/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Н-ну-у, не знаю, . . кому как.
78.
ЛИНА, /обратив внимание на пустую стопку Лики/: О! А кто-то без нас уже и выпил. Втихаря под одеялом. Малявка, что ли? . . Ма-ля-вка. /Села на колени Ивану Петровичу, лицом к ЛИКЕ, положив руку ему на плечи. / Петрович, ну зачем ты не снимаешь свою противную фуражку. У тебя ведь такие волнующие волны из волос на голове! /Сняла фуражку, надела себе на голову/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/Лине/: А что ты её всё Малявкой зовёшь?
ЛИНА: Как, это её настоящее имя. На больничке её только так и звали - Ма-ля-вка.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Бу-удет вам, девочки.
ЛИНА: Так что, Малявка, крутым бизнесом, говорят, занялась. . , с крутыми на "мерсах" катаешься?
ЛИКА: Да уж не молочко сцеживаю.
ЛИНА: Ничего, скоро будешь сцеживать.
ЛИКА: Я-а-а?!
ЛИНА: Н-да. Своё молочишко - неизвестно чьим детишкам.
ЛИКА весело расхохоталась. ЛИНА встала, прошла по комнате, оглянулась и, тоже вдруг захохотала.
ИВАН ПЕТРОВИЧ налил себе стопку и молча выпил её.
ЛИНА, /успокоившись, Лике/: Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.
ЛИКА: Банально.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Картошка стынет, /ест/.
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 70%)
|
