 |
| |
| | Маленький клитор уже показался и теперь находился соблазнительно близко от моего лица. Я не удежался и втянул его губами. Этот вкус просто супер. Тот, кто когда нибудь лизал малолетку, поймет какая огромная разница между ней и даже взрослой девушкой. Она вся задрожала мелкой дрожью и теперь уже я заулыбался. Я снова погрузил в неё пальчики и поврашав немного во влагалище решил начать приучать девчёнку к попке. Один мой палец прошёлся по её сжатой и морщинистой дырочке. Затем я приостановился и стал медленно погружать средний палец в её попку. Ее дыхание задрожало и вдруг тугая попка расслабилась и мой палец погрузился в неё до самого основания. Я даже приостановился, озадаченый такой "благовоспитаностью" со стороны это 15-летней шлюшки. Она качнулась попкой в мою сторону давая понять, чтоб я не отвлекался на лишние размышления. Я понял намёк и энергично принялся за дело. Скоро моим пальцам стало жарко да и рука устала и я вынул их, осматривая что осталось под ногтями, но там всё было чисто. Я был рад. Леночка восприняла это как приглашение к настоящему и половому акту и раздвинув рками покрасневшие губки, попыталась усесться на мой член. Но он уже обсох и не хотел его снова мочить и поэтому лишь притотрмозил руками разгон её попки, резко встал и наградил Леночку звонким шлепком по милой округлости. | | |
| |
|
| |
| | "Да, спасибо тебе огромное, Вовочка... прррк... клизма всё-таки не плохая вещь, иногда её надо сделать, чтобы кишечник досконально прочистить". Лиза продолжила пукать и тужиться ещё минут десять, пока наконец из её сраки уже ничего не выделялось, хотя позывы на низ ещё сохранялись. Тогда она с трудом встала с ведра, края которого были крепко прилипши к её ягодицам и отправилась в туалет выливать содержание ведра, а потом пошла в ванную обмываться после обильного каканья, вызванного клизмой. Ваня всё это время был не уставно наблюдавши за действиями подруги брата, член мальчика был так поднявшись, что чуть не порвал брюки. "Вова, мне... ", он смущенно указал рукой на бугор себе между ног. "А что ты хочешь, как и должно быть, когда мужик видит голую девицу. Вот, у меня тоже стоит", он указал рукой на такой же бугор у себя, "правда, ты ещё маловат, мог бы и так не реагировать. Но видно, теперь молодежь действительно взрослеет с каждым голом всё раньше". "А что делать, как убрать, неудобно ведь", недоумевал мальчик. "Ну не знаю, я скоро уберу свой, когда трахаться стану. А тебе придется подрочить рукой", ответил старший брат. "Вот так?", спросил мальчик, засунув правую руку в штаны и обхватив ею свою письку. "Да, так надо дёргать... только не тут, если хочешь, иди в ванную!". "Так там же Лиза!". "Ну, подожди, пока она выйдет!". "А нет, вы с ней трахатся будете, а я в ванной сидеть!", Ваня возразил. "Ну, тогда жди, пока мы закончим", отрезал Вова, которому уже стали надоедать капризы брата. Тут в комнату вернулась голая девушка, она была здорово обмывши интимные места своего тела, вытерши полотенцем и намазавши их душистым гелем. "Ну что, Лиза, ты чистая и к траханью готова?", спросил Володя. "Так точно. Можем начинать, только Ваня пусть уйдёт в другую комнату", подруга ответила. | | |
| |
|
| |
| | Наши отношения продолжались четыре года. При этом каждый год четвертого июня мы обязательно отмечали наш "день рождения" - День Рождения наших отношений. Это стало почти традицией - мы пили много пива в многолюдных кварталах старого города. После достижения необходимой кондиции мы прятались где-нибудь на лестнице, и Ольга торжественно совершала "праздничное мочеиспускание" в моём присутствии. Сразу после этого мы занимались любовью. Эти минуты я запомню навсегда. Для меня до сих пор нет ничего более возбуждающего, чем влажное влагалище только что поссавшей женщины. | | |
| |
|
| |
| | Аккуратные красивые маленькие розовые сосочки становились твердыми при первом же касании, а от трения о любую одежду вообще постоянно остро проступали. Ягодицы стали еще круглее и красивее, а Член терял свою силу и опускался только когда девочка спит. Все время бодрствования он стоял как кол, и наотрез отказывался увядать, как бы красотка не старалась себя успокоить. Но самое удивительное происходило с яичками малышки: они постоянно накапливали в себе сперму, и ощутимо тяжелели и увеличивались, при ее поступлении. | | |
| |
|
Рассказ №12233 (страница 7)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 22/11/2010
Прочитано раз: 104043 (за неделю: 80)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "ОН отступает. ЛИНА в упор смотрит на ЛИКУ, и та начинает медленно идти к ней, как кролик к удаву. ЖЕНЩИНЫ чокаются бокалами, пьют на брудершафт. Долгий поцелуй. Пауза. ЛИНА тянется рукой к столу, берёт очищенную дольку апельсина, наполовину зажимает в своих зубах. . , ЛИКА тянется губами ко второй половинке апельсина и новый долгий поцелуй. С головы ЛИНЫ сваливается фуражка, не без лёгкой помощи ЛИКИ. ИВАН ПЕТРОВИЧ, как заворожённый, следит за непонятным ему ритуалом, механически поглатывая шампанское...."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 7 ] [ ] [ ]
в так знакомых железных цветах.
И куда ты негаданно делась
в нашей собственной кровной стране,
партизанская прежняя смелость?
Или, может, приснилась во сне?
Опустили мы головы низко
и оружие сдали легко.
До Италии было неблизко,
а до дому совсем далеко.
Я, кидая оружье и шмотки,
под рубашкою спрятал тот флаг,
но его отобрали при шмоне:
"Не достоин: - сказали, - Ты враг:"
87.
И лежал на оружье безмолвном,
что досталось нам в битве святой,
красный флаг, а на нём серп и молот
из юбчонки девчушечки той:"
"А потом?" Усмехнулся он жёлчно,
после спирту ещё пропустил,
да и ложкой комкастого джема,
искривившись, его подсластил.
Вновь лицо он сдержал через силу
И не знал - его спрятать куда:
"А не стоит: Что было - то было,
только б не было так никогда:
Завтра рано вставать мне - работа:
Ну, а будешь в Италии ты:
где-то в городе Монте-Ротонда
там живут партизаны-браты.
И Мария - вся в чёрных колечках,
а быть может в седых - столько лет!
Передай, если помнит, конечно,
Ей от рыжего Вани привет.
Ну не надо про лагерь, понятно.
Как сказал, что прошло - то прошло -
Ты скажи им - им будет приятно -
в общем, Ваня живёт хорошо:"
: Ваня, всё же я в Монте - Ротонде
побывал, как просил меня ты.
Там крестьянин, шофёр и ремонтник
Обнимали меня, как браты.
Я не видел синьоры Марии,
только просто вошёл в её дом,
и смотрели твои голубые
с фотографии рядом с Христом.
Меня спрашивали и крестьяне
и священник - весь белый, как снег:
"Как там Ванья?" "Как Ванья?" "Как Ванья?"
и вздыхали: "Такой человек!"
Партизаны стояли рядами -
столько их для расспросов пришло,
и твердил я, скрывая рыданья:
"В общем, Ваня живёт хорошо:"
Были мы ни пьяны, ни тверёзы -
88.
просто пели и пили вино.
Итальянские, русские слёзы
и любые - всё это одно.
Что ж ты плачешь, опять наливая,
что ж ты цедишь: "А, всё это блажь!"
Тебя помнит Италия, Ваня,
и запомнит Россия - не плачь!
ЛИНА кончила декламировать. Пауза. ОНА ставит на стол бокал, продувает мундштук.
Слышатся всхлипы ИВАНА ПЕТРОВИЧА.
ЛИНА: Жора, принесите ему водки.
ЖОРА, пряча лицо, идёт в сени, наливает две стопки водки; одну выпивает сам, а вторую стопку и бутылочку кока-колы подносит ИВАНУ ПЕТРОВИЧУ. Тот выпивает водку, как корвалол из стопки.
ЛИНА: Ну что вы молчите, дрянной старик? Жора, посадите его на кровать - это у нас будет теперь - скамья подсудимых. А вы, принцесса, пересядьте на стул.
ЛИКА послушно идёт к стулу и садится на него. ЖОРА усаживает ИВАНА ПЕТРОВИЧА на кровать, и становится в проёме между комнатой и сенями. ЛИНА становится у дальней спинки кровати, что в ногах.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/сдерживая, плачь и угнув голову/: За что же это - на скамью подсудимых?
ЛИНА: Он ещё ничего не понял. За то, что вы углубляете пропасть молчания, то есть - лжи, теперь уже своей собственной лопатой. Вашу правду не знают ни ваши дети, ни ваша вот - собственная внучка.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Ну да ты уже всё рассказала.
ЛИНА: Не-ет, это я только сыграла увертюру.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Только меня! - под Вильнюсом долбануло,
ЛИНА: Колись, дедушка, колись.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Так, долбануло-то так, что я ничего и не помню!
ЛИНА: Раска-алывайся.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: К тому времени и двух месяцев не прошло, как меня в Армию призвали! Я ни одного фрица убить не успел! . . Я вообще не понимаю - зачем они меня в плен взяли! Как подопытного, что ли?! . У меня же вот /снял фуражку/ - кусок железа
вместо черепа! /ЛИКЕ/ Вот, внученька, кусок немецкого железа /стучит ладонью по голове, плачет/!
ЛИКА бросается к нему на кровать, обнимает его, гладит по голове.
ЛИНА: Короче. . , после войны, Советская власть вас привезла сюда - на Рудник?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Ну! Сюда - на Каракубу!
ЛИНА: На что, на что??
ИВАН ПЕТРОВИЧ: На Каракубу!
ЖОРА: Да-а, это железнодорожная станция здесь так называется. Или называлась, хрен её знает.
ЛИНА: А здесь есть железная дорога?
ЖОРА: Та. . , там уже ничего не ходит. Рудник её использует и всё. Ну, вроде, поезд какой-то, когда-то идёт - то ли в Ростов, то ли в Донецк: А, не знаю.
ЛИНА: Та-ак, значит, бывшие наши военнопленные основали у рудника городок и назвали его - Комсомольском. Оригинально. А на самом деле, это - Каракуба.
ЛИКА: Фу, . . перестаньте произносить это мерзкое слово, оно заряжено чёрной энергетикой.
89.
ЛИНА: Ха, . . оно так и есть, в прямом смысле этого слова. Это азиатское слово - Каракуба, а по-русски - Чёрный Город.
ЖОРА: Ну, мы к этому, слава Богу, никакого отношения не имеем. Мы тут отдельно - на своём бугре живём, . . у нас тут старый хуторок:
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Мы даже не можем встречаться в День Победы, у нас нет такого места на земле! Наших армий и подразделений даже и не существует! Как их и не было никогда! Самолёты наши сгорели на земле, так и не взлетев. Целые Армии взяты в плен,
не успев получить никаких Приказов сверху. Там - в Германском плену - я думал, что это немецкая пропаганда, а теперь понял - правда.
ЛИНА: Поэтому, после отсидки, вы не стали возвращаться на свою родину - в Аксай, . . до которого, от сюда, рукой подать?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Конечно! . . С какою же это я победой вернусь. . , да ещё через столько лет! . . Вопросы да восклицательные знаки на своей спине носить, как чугунные чушки на проволоке!? . /Зарыдал/!
ЛИКА, /гладя его/: Дедушка, дедуля, . . ну не плачь, родненький:
ЛИНА: Вот твоя история, Иван Петрович, и никакой другой истории у тебя нет.
ЛИКА: Ну не плачь, дедушка, не плачь.
ЛИНА: Теперь, пусть плачет. Слеза - она смягчению на "грудя" даёт. /Берёт апельсин, связку бананов и направляется в сени. / Жора, ступайте за мной.
ЖОРА идёт за ней в сени. ЛИНА кладёт фрукты на столик, включает в розетку приёмник. ЖОРА осаживается на табурет. ЛИНА садится на стул, изящно снимает туфли со своих ног, и ставит их на столик, а ноги кладёт на печь где постелена газета. Теперь, ОНА медленно начинает очищать апельсин. Пауза.
Вечереет. Свет в окошках становится красным.
В КОМНАТЕ.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 7 ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 27%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 39%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 44%)
|
