Рассказ №0931 (страница 50)

     Подняв трубку, Мендрейк услышал царапанье, и, думая, что звонит какой-то идиот, у которого не нашлось монеты для телефона-автомата, бросил трубку. Мы уселись за карточный стол и за выпивкой часа через два я рассказал им о своей девушке. Мендрейк подпрыгнул. "Святая скумбрия, это, должно быть, была она... в телефоне... до этого... я слышал только царапанье..."
     Не теряя времени, я на машине полетел к ней. Она стояла на своем месте как всегда. Ожидая меня почти два часа, она превратилась в сосульку. Я обнял ее и привез к себе домой, где, как я знал, она отогреется, но как - неизвестно. Эта проклятая дюжина ждала нас, сексуально голодная и горячая. Один вид мужиков смягчил ее и не прошло много времени, как она была трахнута в моей спальне всеми по очереди.
     Мендрейку, однако, захотелось выпендриться. Он должен был сношаться последним. И он ждал со стоячим членом в руках и лукавой улыбкой на лице. Поскольку много гостей входили с главного переднего подъезда, он решил выполнить свою миссию по-гречески, и когда подошла его очередь, поставил бедную девушку на четвереньки на кровати и прежде, чем она поняла, что происходит, всунул свой толстый член в ее девственный зад. Лицо девушки побледнело от боли, и она издала стон "А-а-а-а-х!". Это был первый звук, который мы услышали от нее.
     Мендрейк, не теряя ритма, вскричал: "Ну вот, ребята, я нарушил ее. Теперь она будет болтать об этом по всему городу!"
     Как бы то ни было, в этом и заключалась изюминка рассказов Спиро. И он никогда не повторялся.
      35. КАК МОЖНО ОКАМЕНЕТЬ В СТРАНЕ "РОЛЛИНГ СТОУНЗ"
     В конце августа, когда Винсент должен был провести несколько дней в Манчестере, готовясь к новому учебному году, мужчина по имени Эрик, с которым я до этого разговаривала только по телефону, пригласил меня на воскресный ленч вместе с его друзьями. Все сходилось великолепно. Винсент уехал, и он бы не возражал, если бы узнал, что я отправлюсь в путешествие со своими новоприобретенными знакомыми. Я же не догадывалась, опуская трубку телефона, кого рода поездка меня ожидает.
     Эрик был другом Андриана, довольно скользкого сорокапятилетнего австрийца, который был известен всей Европе в качестве свингера высокого пошиба. Андриан и вся его семья, включая семнадцатилетнего сына и дочерей, тоже были свингерами. Кажется, это доказывает то правило, что семья, ложащаяся спать вместе, и встает вместе. Андриан всегда знакомил меня только с приятными людьми, этому у меня не было никаких сомнений насчет Эрика. Мне он понравился даже по телефонному разговору. В час дня он заехал за мной на машине.
     Его густые каштановые волосы обрамляли довольно вытянутое лицо, на котором сияли большие смеющиеся карие глаза. Одет он был со вкусом: коричневые вельветовые брюки с белым ремнем, белые ботинки, коричневатая прозрачная рубашка с цветочным рисунком и коньячного цвета пиджак. Его глаза улыбнулись мне сквозь темные очки. Когда он позднее снял их, то напомнил мне Уоррена Битти, с которым я встретилась несколько дней тому назад на вечеринке, организованной Хью Хеффнером в Клэрмонт Клубе, принадлежащем журналу "Плейбой". Уоррен был со своей подругой Джулией Кристи, одной из моих киноидолов. Список включал Питера Селлерса, Майкла Кейна, Берни Корнфелда (еще до того, как он угодил в тюрьму), Джорджа Хэмилтона и Хантингтона Хартфорда, который, казалось, успевал быть одновременно на всех званых вечерах в мире. Там же показался и Том Джонс в окружении своих парикмахерш.
     Но вернемся к Эрику. Он был одновременно дружелюбен и деловит. Он намеревался отвезти меня в Хэмпстед на ленч месте с его друзьями и обсудить там свои планы организации новой конторы, которую он предлагал мне возглавить, то есть стать ее директором.
     Суть работы конторы: бизнесмены из США будут платить его компании пятьсот долларов, а за это гарантируется для них или их жен обеспечение обществом лондонской девушки, вторая станет сопровождать их во время посещений магазинов, охоты за антиквариатом или же визитов к парикмахерам. Или вообще знакомить их с городом. В мою задачу входило поставлять девушек без всякой договоренности о том, что они будут выполнять какие-то побочные обязанности. Если же, однако, мужчине захочется пригласить девушку переспать, то он должен будет договариваться об этом с ней индивидуально.
     Эрик хотел использовать мое имя для рекламы из своих книжек в Америке и, конечно, хотел, чтобы я возглавила упомянутую выше службу в Лондоне. К лучшему или худшему, но из этого ничего не вышло.
     Мы обсуждали эту проблему по пути из Челси Клойстера в Хэпмстед, весьма респектабельный район Лондона. После двадцатиминутной расслабляющей поездки добрались до места назначения, где нас приветствовали две весьма симпатичные девушки. Одна из них блондинка с классическими нордическими чертами лица; ее звали Джойс. Она действительно производила ошеломляющее впечатление, очень гладкая кожа, бледное лицо, искусственные брови и ресницы, закрывающие ее чистые синие глаза. И зубы, которые выглядели так, будто были только что вставлены. Естественные светлые волосы спадали на красного цвета свитер и жакет из змеиной кожи. Интересно, что ее возраст было трудно определить - ей могло быть от двадцати пяти до тридцати пяти.
     Вторую девушку звали Габриэла или сокращенно Гэй. Она обладала хорошеньким круглым личиком, большими карими с зеленоватым отливом глазами (почти, как у меня), великолепными длинными ресницами и длинными пушистыми рыжими волосами. Ее сочное тело было заковано в черного цвета одежду - свитер и брюки, широкий пояс сверкал позолотой. У нее был чувственный рот, вздернутый кверху нос, и вообще она была милой особой и с гордостью познакомила меня со своим резвым любимцем - колли по имени Докси.
     А потом меня представили Патрику - высокому, симпатичному мужчине с небольшими пронзительно-коричневыми глазами и седыми волосами. Он был президентом солидной фирмы и владельцем дома с пятью спальнями, в котором мы находились.
     Я смогла уяснить взаимоотношения этих людей только позже. Мне было известно только то, что Патрик жил в этом доме с двумя девушками, а Эрик часто навещал их.
     Однако, вскоре я выяснила, Джойс была постоянной подружкой Патрика, к тому же очень ревнивой. Хотя она выдела в десять раз лучше и красивей, чем Гэй или я, у нее был один недостаток - отсутствовало чувство юмора. Когда-то она работала танцовщицей, а сейчас была манекенщицей. Гэй, которая до последнего времени подвизалась в съемках порно-роликов, сейчас помогала своему шефу затыкать разного рода дырки, выступая в роли "помощника".
     Как только мы вошли в гостиную, Патрик включил хорошую джазовую музыку. Затем появилась Джойс с кусками фруктового торта и с завлекательной улыбкой предложила нам отведать его. Это угощение показалось мне странным, и я не могла понять, в чем дело, пока внимательно не посмотрела Джойс в глаза, после чего она призналась, что съела уже четыре куска. Она обалдела от сочетания фруктов с гашишем, и глядя, как она удалялась с детской улыбкой во весь рот, я сообразила, что торт действовал весьма эффективно. Эрик и я решили приобщиться к торту тоже и съели каждый по кусочку. Патрик и Гэй, будучи, очевидно, под воздействием принятого несколько часов тому назад гашиша, решительно отказались от еще одной порции столь действенно блюда.
     Затем все втиснулись в машину Патрика, и он на самой большой скорости повез нас в Хот Рок, напротив Гайд Парка. Хот Рок одно из тех мест, которые вы скорее встретите в Нью-Йорке, чем в Лондоне - перекресток между Максвеллз Плам и П.Дж.Кларкс - он переполнен молодыми хиппи. Это большое пространство, уставленное деревянными столами и скамейками; некоторые из них стояли на возвышении, а другие образовывали галереи по бокам. Самым главным была пища по-американски. Официантками работали хорошенькие английские девушки, трепетно шевелящие своими аккуратными попочками. Они приносили клиентам гамбургеры, жареное мясо и грудинку.
     Именно тогда я почувствовала специфический звон и поняла, что одурманена. Помещение начало вращаться вокруг меня. Гэй сидела на другом конце стола рядом с Эриком и Джойс, все трое пили молочные коктейли и ели гамбургеры. Я сосредоточилась на своем гамбургере, а точнее, я на нем помешалась. Намазала его горчицей, томатным соусом, луком и вообще всякой приправой, которая находилась в пределах досягаемости. Я очень серьезно разговаривала с этим гамбургером и крутила его в воздухе, прежде чем пришлепнуть к куску хлеба, который появился невесть откуда. Затем все это перепачканное специями чудище я запихнула себе в рот и стала жевать.
     Я решила заказать клубнично-молочный коктейль, смесь различных ощущений на языке и в горле стала невероятной. Чувствительность моих клеток была в десять раз выше обычной, и я буквально наслаждалась каждым кусочком этого огромного фантастического гамбургера и столь же вкусного молочного коктейля.
     Взглянув на сидящую напротив Джойс, я уяснила, что она занята своим блюдом - картошкой. Она ублажала себя, поглощая одну за другой большие картофелины. Она, которая была столь изящной и, очевидно, придерживалась очень строгой диеты, тоже расслабилась, положила три кусочка масла на картофелину, затем сметану и перец с солью, а также все, что было под рукой. Наверное, количество еды нас не удовлетворило, на середину стола поставили огромную плошку с картофелем, чтобы мы расправились и с ним.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ] [ 38 ] [ 39 ] [ 40 ] [ 41 ] [ 42 ] [ 43 ] [ 44 ] [ 45 ] [ 46 ] [ 47 ] [ 48 ] [ 49 ] [ 50 ] [ 51 ] [ 52 ] [ 53 ] [ 54 ] [ 55 ] [ 56 ] [ 57 ] [ 58 ] [ 59 ] [ 60 ] [ 61 ] [ 62 ] [ 63 ] [ 64 ] [ 65 ] [ 66 ] [ 67 ] [ 68 ] [ 69 ] [ 70 ] [ 71 ] [ 72 ] [ 73 ] [ 74 ] [ 75 ] [ 76 ] [ 77 ]

Читать также: