 |
| |
| | Я уже хотел отшутиться, что не мерил у негров, и вдруг вспомнил этого Кинг-конга, и завел разговор о том, что видел, с каким интересом она разглядывала его причиндалы, через шорты. Она даже сначала обиделась, мне пришлось сказать, что ничего в этом страшного нет, я же разглядываю на пляже девушек, и мы даже вместе с ней обсуждаем их достоинства, поэтому не вижу ничего такого, почему бы мы не могли также и мужиков обсудить. Тогда она созналась, что на самом деле обалдела, увидев его. Тогда ей и пришла в голову мысль, если у него там в спокойном состоянии такая елда там болтается, то какой же она должна стать, когда он встанет и кто способен выдержать секс с ним. На это я ответил, что ей надо пообщаться на эту тему с его девушкой. Мы ещё пообсуждали его, постепенно отдаляясь от темы. Меня эти разговоры дико завели, член был как деревянный, и лаская Лену я обнаружил, что она тоже течет как ниагарский водопад. Когда я вошел в нее, то не почувствовал абсолютно никакого сопротивления, настолько она была возбуждена. Мы легли на бок, вставив ей, я добавил к члену ещё один палец, лаская им точку "G". Постепенно добавляя по пальцу, у нее в киске оказались уже мой член вместе с тремя пальцами. Леночка стонала, извивалась, иногда ее стоны переходили в рычание, и я не мог понять хорошо ей или больно. Чуть сильнее надавив на область в районе точки G, я ощутил, как стенки начали сжиматься, Лена начала биться в конвульсиях и тут я вместе с ней начал кончать... . | | |
| |
|
| |
| | Доение, казалось, тянулось бесконечно в тот день, но к концу дня спасательная команда все еще не появилась. Хлою, как обычно, отвели обратно в спальное помещение. Впервые она не заснула сразу - она лежала с открытыми глазами и мечтала о том, как будет восхитительно избавиться от процедуры принудительного кормления и, взяв в руки вилку и нож, пообедать в ресторане. Мысленно, она пообещала себе. Что это будет вторым пунктом ее повестки дня после освобождения. Первым пунктом значился врач. Ее руки были связаны изуверским способом с момента поступления на фабрику, и она уже давно перестала их чувствовать. А еще эти безумные гормональные инъекции... | | |
| |
|
| |
| | Иногда, не доезжая до дома несколько остановок, мы с ней выходили из трамвая, чтобы Наталья Анатольевна успела пробежаться по нескольким продуктовым магазинам до их закрытия. Я тоже сопровождал её при этом, а она не возражала, тем более, что я потом помогал ей нести тяжелые сумки до дома. В такие дни мы возвращались пешком уже вдоль автомобильной дороги, шедшей параллельно ж/д путям, шли по узким улочкам к нашим домам, тем более, что нам было по пути, они были на одной линии, у дороги. Мне этот путь больше нравился, так как я мог быть подольше вместе с Натальей Анатольевной. При этом я удивлялся, тому, что Наталья Анатольевна несмотря на свою полноту всегда ходила быстро и легко и как она не устает так бегать в туфельках или босоножках на каблучках, а она лишь посмеивалась в ответ и отшучивалась, что без каблучков она станет совсем низенькой и некрасивой. | | |
| |
|
| |
| | Как только он окреп, я усадил Иру на подоконник, она уперлась в него руками, а я закинул её ноги себе на плечи. Мой член легко вошел ей во влагалище. Я начал её трахать, стараясь попадать головкой члена по матке. Ира старалась помочь, вовсю подмахивая мне задом. Так прошло около получаса. Всё её тело покрылось мелкими капельками пота, а руки начали дрожать. Я понял, что она уже устала, вышел из неё и опустил её ноги на пол. Потом, покрывая частыми поцелуями всё тело, я опустился перед ней на колени и прильнул к её половым губкам, лаская языком твердую горошинку клитора. Ирина стояла передо мной, широко раздвинув ноги и крепко прижав мою голову к себе. После того, как она кончила, я схватил её за руку и повел на балкон. Там я опер её грудью на перила и вошёл в неё сзади. Ночь была теплой и темной. Может, нас и видел кто-то страдающий бессонницей, но меня это мало волновало, а Иру приводило в восторг. Её оргазм был не слабее, чем от руки. У меня же кончать было уже нечем, поэтому член стоял всё время, как стойкий оловянный солдатик. Я имел Ирину на протяжении всей ночи ещё несколько раз в классических позах, но, думаю, читателям это не так интересно. Утром я завалился домой весь измотанный, невыспавшийся и выжатый как лимон. | | |
| |
|
Рассказ №10771
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 22/07/2009
Прочитано раз: 16629 (за неделю: 15)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Я хочу сказать тебе, Андрюха, что это классно... классно, что в армии я встретил тебя - что всё у нас получилось именно так. А ведь могли же мы и не встретиться - не попасть в одну часть, в одну роту... вот я о чём сегодня подумал, - Максим, говоря это, неотрывно смотрит на Андрея...."
Страницы: [ 1 ]
Трах "по второму кругу" всегда получается чуть дольше... но кайф от этого - ничуть не меньше! Молодой, упоительно сладкий кайф... какое-то время они лежат, не шевелясь - приятно опустошенные, лёгкие, сексуально удовлетворённые... не хочется ни шевелиться, ни разговаривать, ни даже думать, - на исходе своей службы они лежат на матрасе в каптерке пустой казармы, оба голые, оба умиротворённые... и даже мысли об Игоре у Андрея на какое-то время размываются, тускнеют, теряют свою остроту, - они, ещё сержанты - ещё командиры отделений, лежат на исходе своей армейской службы, лежат на одном матрасе, плечом к плечу, а за окном под звёздным небом проплывает неспешно их дембельская весна... Наконец, собираясь вставать, Андрей становится на колени.
- Пойдём? - нарушая молчание, Андрей толкает Макса в бок. - Вставай, бля... теоретик!
- Андрюха... - Максим, словно споткнувшись о какое-то невидимое препятствие, на мгновение замолкает. - Подожди...
- Макс, всё - я не хочу больше! Хватит на сегодня... - тут же отзывается Андрей, думая, что Максим, говоря "подожди", хочет его трахнуть-поиметь ещё раз. Однажды такое уже было: они, как обычно, "отпистонили" друг друга по разу, потом сделали это ещё по разу, а потом Макс, чувствуя себя не до конца удовлетворённым, захотел "ещё разик", и Андрею, вторым разом полностью удовлетворённому и уже не хотевшему, пришлось подставлять Максу своё очко в третий раз, причем Макс в третий раз - в третий заход - кончить не смог, хотя мурыжил Андрея, сопя и потея, не меньше получаса... думая, что Максим хочет свой неудавшийся "подвиг Казановой" повторить, Андрей тихо смеётся: - После армии женишься - будешь жену ублажать половыми эксцессами... её будешь радовать неиссякаемой потенцией...
- Я не об этом, - говорит Макс. Он смотрит на Андрея, не улыбаясь - никак не реагируя на слова Андрея про жену и эксцессы, и Андрея, глядя на Макса, вдруг ловит себя на мысли, что ему совсем не хочется, чтобы Макс говорил сейчас что-то серьёзное... что-то такое, что может заставить его, Андрея, мучительно подбирать слова, чтоб его, Макса, не обмануть... Андрей понятия не имеет, о чём Макс хочет сказать, и вместе с тем он интуитивно чувствует, что говорить сейчас ничего не надо... вообще говорить ничего не надо!
- Макс, поздно уже... ни хуя не выспимся, - произносит Андрей, решительно поднимаясь с матраса. Максим, не шевелясь, смотрит на Андрея снизу вверх: Андрей строен, пропорционально сложен, и член его, после траха кажущийся прилично опухшим, внушительно свисает вниз толстой сарделькой. - Пойдём! - говорит Андрей. Не глядя на Макса, Андрей сворачивает полотенце, которым они вытирали после траха члены, чтоб незаметно выбросить его в урну, стоящую у входа в казарму... хотя, кто их увидит? Давно уже ночь. Андрей, не глядя на Макса, думает об Игоре.
- Я хочу сказать тебе, Андрюха, что это классно... классно, что в армии я встретил тебя - что всё у нас получилось именно так. А ведь могли же мы и не встретиться - не попасть в одну часть, в одну роту... вот я о чём сегодня подумал, - Максим, говоря это, неотрывно смотрит на Андрея.
- Макс, ты что - хочешь сейчас, чтоб я сказал тебе то же самое? - Андрей смотрит на Максима вопросительно. - Так я тебе говорю - то же самое говорю... или ты, может, сомневаешься в искренности моих слов?
Говоря это, Андрей не врёт - не кривит перед Максом душой. Да, где-то рядом, в соседней казарме, спит Игорь - ничего не знающий, ни о чём не подозревающий стриженый пацан, который ему, Андрею, не даёт покоя одним фактом своего существования... Но Игорь возник-появился неделю назад, а с Максимом они прослужили полтора года: в один день из разных учебок прибыли в роту, вместе ходили в наряды, в один день - одним приказом - получили звания младших сержантов... в их отношениях не было испепеляющей, сводящей с ума страсти? Да, не было. Ни сводящей с ума страсти, ни испепеляющей любви между ними не было... а было - что? Была нормальная взаимная симпатия, было взаимное желание - и был секс, доставляющий им обоим полноценное наслаждение... разве этого мало? Они прослужили бок о бок полтора года - прослужили как дай бог каждому. И потому Андрей сейчас не врёт, совершенно не кривит душой, говоря Максиму, что он, Андрей, точно так же благодарен судьбе, что они оказались вместе - в одной части, в одной роте... А что сегодня, трахаясь с Максом, он мысленно представлял на месте Макса Игоря, то здесь он, Андрей, ничего с собой поделать не может... но ведь они же, Макс и Андрей, никогда не говорили друг другу о любви, никогда не давали друг другу каких-либо клятв - они были просто друзьями, были обычными сексуальными партнёрами, а значит... значит, все эти мысли об Игоре - не предательство по отношению к Максу; "любовь сильнее дружбы... может быть, она не умнее, но она всегда - сильнее" - думает Андрей, глядя на Макса.
- Я, Андрюха, не сомневаюсь... просто ты, как мы попали в "карантин", стал каким-то другим. А сегодня я подумал... я и раньше об этом думал, но сегодня подумал об этом как-то особенно ясно... - Макс, словно оправдываясь, хмыкает. - Это, наверное, потому, что служба идёт к завершению - потому и приходят такие мысли... так вот: я подумал сегодня, что на гражданке, Андрюха, мне тебя будет не хватать... и вообще...
- Макс! - перебивает Андрей, не давая Максиму договорить. - Мы с тобой не голубые - на гражданке начнётся совсем другая жизнь. И потом... ты сейчас, Макс, какой-то пафосный, а тебе это не очень идёт... ты, Макс, не похож на себя, и это меня пугает, - через силу смеётся Андрей, стараясь изменить направление разговора. - Это во-первых. А во-вторых, вазелина у нас совсем нет... этот тюбик я тоже выбрасываю. А нам здесь с тобой ещё тусоваться - долг бесплатный отдавать - недели две или, может быть, даже три... вот о чём нужно подумать!
- Никому не угодишь! - Максим, подбрасывая вверх тело - рывком поднимаясь с матраса, меняет интонацию голоса. - Один говорит, что я слишком разговорчивый, для другого я слишком пафосный... полный субъективизм - в мире объективной реальности! - Макс, глядя на Андрея, смеётся. - А реальность в данном случае - что? Ну-ка, бля... ответь!
- Реальность? - переспрашивает Андрей. Глядя на Макса, Андрей думает об Игоре... ну, что ему, если вдуматься-разобраться, этот Игорь - что он, Андрей, за две недели до дембеля может с чувствами своими сделать реально? Скажет Игорю, что его любит - что он, Игорь, сводит его с ума? Можно представить, как у пацана от такого признания округляться глаза - каким взглядом Игорь на него, на Андрея, посмотрит... Скажет Игорю, что он, Андрей, хочет-мечтает его, Игоря, выебать? Вполне конкретное - совершенно внятное - желание... понятное желание! Глаза у Игоря, может, и не округляться, но вряд ли он, Игорь, тут же начнёт снимать с себя штаны - расставлять, повернувшись задом, ноги... с какой, бля, стати? И потом: что про него, про Андрея, Игорь подумает - какими глазами, услышав такое, на него, на Андрея, посмотрит? А это - что конкретно Игорь про него, про Андрея, подумает - Андрею кажется очень важным; смешно, бля, но ему, Андрею, через две недели уходящему на дембель, почему-то не всё равно, ч т о Игорь, этот стриженый "запах", про него будет думать... "невозможность возможного" - думает Андрей, глядя на Макса. - Реальность, Макс... реальность - это то, что мы есть... мы есть - здесь и сейчас, и мы вместе...
- Ты, Андрюха, какой-то пафосный... очень, бля, пафосный! А всё, как всегда, намного проще: реальность - это, товарищ сержант, всего-навсего вазелин... обычный вазелин, и не более того. Вазелин, который я завтра куплю... дембельский тюбик! Прикинь: дембельский тюбик вазелина... будь моя воля, я б выпускал это средство для облегчения траха именно с таким названием: "Вазелин дембельский"... классно звучит? - Максим, глядя на Андрея, тихо смеётся.
- Прикольно! Особенно это было бы актуально в свете твоей новаторской программы искоренения дедовщины, - отзывается Андрей, смеясь в ответ. - Только тогда, Макс, нужно брать шире... и шире, и глубже нужно брать, чтоб охватить все сроки службы - чтобы в этом смысле не было даже намёка на какую-либо дискриминацию! Например: "Вазелин армейский"... или, скажем, "Вазелин для бойца"... да? По-моему, звучало бы тоже неплохо. Во всяком случае, было б точнее - универсальнее... ты согласен со мной?
Армия, весна; ночь... парни, с наслаждением трахнувшие друг друга - погасившие свой молодой сухостой, неспешно одеваются, весело перебрасываясь словами, а в это самое время в совершенно другом здании, в спальном помещении другой казармы, крепко спят будущие солдаты - одинаково стриженые пацаны, вымотанные бесконечно длинным днём начала своей службы, и среди этих пацанов спит, по-домашнему лёжа на животе - одной рукой обнимая подушку, симпатичный парнишка по имени Игорь...
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
