 |
 |
 |  | Это был один из моих сильнейших оргазмов, после которого я увидел, что Анечкин животик и киска все измазаны мой спермой. Я рухнул на спину рядом с Аней, и хотел было ее обнять, но она неожиданно приподнялась, перебросила одну ногу через меня, и немного сползла к моим ногам. Мой член был еще не опал, и она его обхватила своей рукой. Оттянув по максимуму кожицу на нем, она языком начала водить вокруг головки, которая была вся в сперме и нашей смазке. Потом она опустила свою голову на уже окрепший член, и начала с причмокиванием его сосать. Ко мне стремительно возвращались ощущения, и вот я уже помахивал ее бедрами, стараясь проникнуть членом как можно глубже. Отстранившись, она сказала: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Подбадривая себя довольными возгласами, Игорь всаживал в нее свой кол, наблюдая, как беззащитная киска растягивается,принимая его. Друзья почувствовали свою вседозволенность, Андрей уже не лапал, а жестко теребил ее грудь, царапая и сжимая соски, а Коля, взяв девушку за голову обеими руками глубоко всаживал свой член ей в рот. Насте тяжело было дышать, она стонала и мычала, скорее от боли, чем от наслаждения, и ничего не могла поделать. Игорь прижал ее к березе, взял за горло, а ногой широко раздвинул ее ножки. Снова вогнав свой член, он начал мощными толчками припечатывать ее к дереву. Ее губки покраснели, она чувствовала свою беспомощность и боялась пошевелиться. Девушка начинала жалеть, что захотела Игоря на эту ночь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Закричал второй и сперма излилась в кишку. Только после этого оба члена меня оставили. Я пытался откашляться. Я уже не слышал о чём они говорили, находясь в каком-то непонятном состоянии. Посмотрел на Анну. Она сидела в кресле. Дыхание было тяжёлым, глаза буквально пылали желанием. В руке бокал вина, который показывал дрожь. Её невозможно было унять. Но она этих двоих пригласила для меня, а не для себя. Захотела просто остаться наблюдателем, хоть и находилась на пределе. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | По выходным мы подолгу валялись на раскладном диване и к ней частенько приходил поболтать её двоюродный брат лет семнадцати, живший неподалеку. Она лежала голая под одеялом в единственной комнате, а я, прикрывшись полотенцем, впускал его и возвращался обратно под одеяло. Он проходил в комнату, садился на край дивана слева от неё и говорил: "Привет, Вероничка". Далее всегда происходило то, что я тогда не мог понять со своим совковым воспитанием: Она приподнималась полусидя, слегка придерживая одеяло на груди, и целовала его прямо в губы. После чего, как ни в чём не бывало, расспрашивала его о делах в техникуме и отношениях с его девушкой, а я лежал под одеялом со стояком. Уже тогда я стал фантазировать на тему, как бы сделать так, чтобы их поцелуй не прерывался, но так ни на что и не решился. Эх, дурак был! Надо было действовать решительней и убрать одеяло совсем. Впрочем, не знаю, что бы из этого получилось, хотя потом Вероника мне сказала по секрету, что он подростком имел собственную родную сестру на чердаке летней кухни. Раскрепощенный парень. |  |  |
| |
|
Рассказ №11419
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 25/02/2010
Прочитано раз: 56590 (за неделю: 28)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "В подтверждение своих слов он тут же приказал принести мешок соли. По его команде женщина легко подняла мешок на плечо и опять опустила на землю. Я приподнял мешок, в нем было никак не менее семидесяти килограммов. Явно боги не обидели эту женщину силой...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я приблизилась сзади к уху господина и прошептала:
- Этот янтарь-электрон стоит у ромеев золотом половину его веса.
Господин принял с поклоном подарок, но, кажется, не поверил мне. Потому он был так удивлен на торгу, когда подтвердилась цена столь нежданного подарка.
И вот я снова на торгу, на котором Медведко когда-то купил меня. И потому это место не вызывает приятных воспоминаний. У причалов в несколько рядов стоят ладьи всех окрестных племен. Товары вынесены на торг, а наиболее ценные сложены в клетях на берегу. В них же ночуют приезжие посетители торга. Рабы на продажу уже разведены по торговым рядам.
Нас встретил торговый наблюдатель, переписал приезжих и цели посещения торга. На меня он надел ошейник с биркой моего хозяина. Все рабы, не предназначенные для продажи, должны быть в ошейниках с пометкой их хозяина. Только после этого моему хозяину указали назначенную нам клеть, в которую я перенесла наши пожитки. Там же Воин оставил и янтарь-электрон, завернутый в его пеструю куртку. Никто не знал, что в нашей клети хранится такое богатство. Но если бы и знали, то никто не посмел бы на него покуситься. Воровство на торгу было немыслимым делом. После чего хозяин отправился осматривать торг. Я, как положено, шла на два шага позади своего господина.
Семен Иванов, торгаш
Торговая площадь ошеломляла криками на всех мыслимых языках. Рядами стояли прилавки с пряностями (неужели их покупает кто-то из местных народов?) , дорогими тканями, вином в амфорах, железом в крицах и в изделиях (ножи, топоры, насадки копий) . Дорогой товар соль боится дождя, потому ее хранят в особых лабазах, перед которыми стояли весы - торговля должна идти без обмана!
Я сейчас нищ, как церковная крыса, никакого товара или денег у меня нет. Разве что продать Елену... Кажется, она побаивается, что я, в самом деле, настроился ее продать. Но она для меня и врач, и советчик, и сладкая телом наложница. Правда, хитра и себе на уме, при случае за это ее можно и выпороть розгами. Боится Елена порки, прямо трясет ее при виде прута. Она не девка Ива, приученная к розгам с раннего детства. Но это все лирика, а в активе мы имеем только странный подарок нурманского кнеза - глыбу янтаря размером с большую тыкву и весом килограммов десять. Что-то мне шептала Елена о его громадной цене. Нужно найти богатого купца из ромеев и проверить.
Нашел большую лавку. Двери нет, вход завешен ковром, который по торговому времени откинут в сторону. Перед лавкой стол с россыпью стеклянных и каменных бус, золотых и медных браслетов, толстых золотых цепей. Тут же шейные гривны из меди, серебра и золота - это знаки достоинства для самых важных старшин и походных кнезов. Дорого стоят эти украшения и не заметно, чтобы вокруг них народ толпился.
Хозяин купец богатый, торговлю ведет не только на местные товары, но и на золотые монеты - статеры. Каждая монетка разменом с пятак из моей прежней жизни. И дают в нынешний год за золотой статер две ладные девки-целки. А мужатые женщины-рабыни идут по четыре за статер. Такие цены сегодня. Спросил я у многих купцов цену северного камня электрона и везде ответ был один:
- Идет электрон весом на половину веса статеров, но в этот год никто его купцам не предлагал. Не привезли нурманы камень электрон.
Правду говорила Елена: в руках у меня немыслимое богатство. Вернулся в свою клеть, переоделся в словенскую рубаху. Нож на пояс повесил, пистолет в карман и завернутый в куртку янтарь под мышку. За одно позвал с собой и Медведко быть послухом-свидетелем торговой сделки. Елена молча идет позади на два шага. Можно начинать торговаться.
У самой богатой лавки растолкали прислугу и вошли внутрь, к хозяину. Жилистый темнолицый ромей с ухоженной бородкой недовольно окинул взглядом необычных посетителей - что этим голодранцам здесь надо? Только развернул я свой товар, хозяин от удивления кровью налился. Я думал, что его удар хватит! Быстро накрыл глыбу янтаря моей курткой:
- Я тебе ДАМ цену СТА мешков ржи целых ДЕ-СЯТЬ мешков СОЛИ! - выкрикнул купец отирая разом вспотевший лоб.
Медведко глаза вытаращил от удивления:
- Соглашайся, такое беремя соли за камень дают!
Но он цены настоящей не знает. Купец, было, попытался камень-электрон загрести и под стол спрятать, но я остановил его и назвал настоящую цену со ссылкой на соседних торгашей. Скис мой купец, сморщился:
- Такого количества статеров на всем торгу нет.
- Давай соли, сколько можно.
- Такого огромного количества соли не наберется, большая часть ее уже распродана.
- Солью, статерами, железом в крицах и в кузнечном инструменте давай. Молотки, зубила, наковальню, пилы - принимаю на вес по тройной цене железа. Даже браслеты, гривны и бусы готов взять. Своего не хватает, так займи у других купцов. В Царьграде продашь электрон за тройную цену и с ними рассчитаешься.
Купчина дивится, откуда у дикого словена торговая хватка. Нас не отпускает, боится, что к другому торгашу электрон понесем. Побежали его помощники по складам, а хозяин нас ублажает:
- Дорогие гости, выпейте вина теплых морей - голос у него стал, как у римского оратора на трибуне, рукой красивые жесты делает.
Мигом появилась на столе амфора с вином, но мы пить отказались: может и отравить купчишка.
- Мы пьем только брагу сваренную нашими женами.
- Тогда, может молодую рабыню, нежную телом.
Щелкнул пальцами и из-за занавески позадь купца вышли две девушки. Как это они делали непонятно, но на ходу упали с них покрывала и стоят перед нами две голые не то девочки, не то девушки. Попки кругленькие, в талии узкие, а грудочки еще совсем маленькие. Прибавьте к этому накрашенные губы бантиком и высокую прическу - высший уровень соблазна в представлении ромеев.
- Насладитесь ими дорогие гости, пока для вас товар собирают - хозяин пытается отвлечь наше внимание от сделки. Все понятно, надеется обсчитать нас, пока мы его рабынь трахаем.
- Нет, - говорю - у меня для удовольствия есть вот эта рабыня - и на Елену показываю.
Хозяин не знает, как угодить нам и, наконец, предлагает еще одно, самое экзотическое удовольствие.
- Прошу попробовать молодых мальчиков! Кожа у них гладкая и попки нежные, как у девушек. В ваших племенах такого наслаждения еще не знают.
Опять щелкнул пальцами и вошли в комнату мальчики-кастраты так лет десяти-двеннадцати. У всех мошонки и детские члены коротко отрезаны, на лобках волосы так и не успели вырасти. Потому лобки их очень похожи на девчоночьи письки. Русые волосы красиво причесаны, кожа гладкая чистая и попки кругленькие, как у девочек. С ними вышел какой-то мужик, судя по всему их наставник, и говорит.
- Дорогие гости из местных племен, я обучу вас недоступному ранее для варваров мастерству наслаждаться мальчиками. Только в культурных странах достойные мужи используют мальчиков вместо женщин. Теперь и вы сможете приобщиться к этому великому достижению цивилизованного мира.
Поставил одного раком, задрал свой хитон и всунул член в попку мальчишки-кастрата. Тот закатил глазки, стал охать, изображая наслаждение:
- Ох, как хорошо! Ох, поглубже, мой господин! Я так люблю тебя!
Тьфу ты, погань! Остальные кастраты повернулись к нам спиной и начали вилять задами, как ни одна стриптизерша в моем прежнем мире не умеет.
Медведко кровью наливается, сейчас начнет крушить все вокруг:
- Нам такое делать зазорно. И предки наши, и боги не велят использовать кастратов вместо женщин и девушек. Убери их отсюда!!!
***
А потом началась приемка товаров. Медведко позвал сыновей соль таскать, да и железа много получилось. Для себя и Медведко взял я пару золотых толстых цепей; такие на моей родине Новые Русские носят с красными пиджаками. Кольца, браслеты, бусы сложить было некуда. Сняли с Елены рабскую рубаху и сложили в нее всю мелочь. Так и шла Елена к нашей пристани - голая, в ошейнике и с узлом в руках.
О-хо-хо! Тяжела жизнь богатого человека!
Заботы бесконечные о том, что куда сложить.
Как добро от лихого человека защитить.
Где охрану нанять.
На чем товар до дома довести.
Пропал бы я с этим богатством, если бы не хозяйственный Медведко. Он с сыновьями и ладьи дополнительно купил, и товар укладывал. Елене дал беличьи шкурки, содранные "чулком" и поручил разложить в них браслеты-кольца-бусы. А чтобы голова не пустовала у лукавой рабыни, пока руки работают, пусть подумает, что из женской мелочи еще купить надо - вроде иголок и подобного. Одновременно, хитрая рабыня, разведи огонь, да поставь на него котел и свари на всех кашу...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|