 |
 |
 |  | С этой вечеринки девчонки зачастили к нам в гости, чтобы попользоваться нашей рабыней. Однако нам с Наткой вовсе не улыбалось даром расходовать сделанное нами, поэтому мы установили таксу... сто долларов в час. После этого мы посещения резко уменьшились. Нас даже обвинили в жадности, на что мы резонно ответили, мол, заведите себе рабынь и трахайте их на здоровье. После этой вечеринки мы рискнули выпускать Пупсика и наружу. Теперь она ездила за продуктами, сопровождала нас в разных поездках, улаживала разные денежные дела, потому как по малолетству ещё не могли за это отвечать, и прочее. Кстати, по нашему приказу, дом и машину Пупсик переоформила на нас. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Робот провел пальцем руки по металлической блестящей гладкой голой груди, стоящего перед ним в обнаженном виде, другого андроида и положил палец себе в рот. Там был сенсор распознавания биохимических составов и идентификации личности, признаки которой после пересадки души человека в тело машины были даже в жидком полиморфе металле. Он другой рукой провел по человекоподобному лицу из жидкого металла своими искусственными машины пальцами. Его электронные глаза подбирали видеоспектр зрения, и он осмотрел всего своего стоящего перед ним и смотрящего, молча на него такого же, как и он робота. Особенно всматриваясь в его горящие, из-под жидкого металла полиморфа синим таким же светом, как и у него глаза. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сколько же они уже близки? Довольно давно... Близки?.. Если это можно так назвать. Ведь, по сути дела, знают они друг о друге и сейчас не больше, чем на первой встрече в кафе, когда Он не знал толком как начать разговор, а Ее голова была забита совсем другими вещами, нежели получение наслаждения... Но вроде бы, это положение вещей устраивает их обоих. Ведь они встретились совсем не для того, чтобы быть все время вместе. Они по-прежнему свободны друг от друга, и лишь раз в две недели в пятницу предаются отдыху и наслаждению... По другому, в принципе, и быть не должно - ведь они такие разные... Они никогда не обсуждали, зачем они встретились, а если этот вопрос затрагивался, старались уйти от ответа. Очевидно, у каждого были свои цели, а может просто чего-то захотелось в конкретный момент. Нет, они оба знают, что в любой момент могут прекратить эти встречи, но зачем? Вроде им обоим неплохо в эти пятничные вечера... А остальные дни они проводят в своих мирах, абсолютно непохожих друг на друга. И только пятница является тем днем, когда их миры пересекаются... И на стыке этих двух миров иногда бывает успокоение, иногда веселье, а чаще всего страсть... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Пришли, разделись. Зашли в парную. Да, уже не парилка, но еще пока нормально, попариться можно слегка. Стали мыться. Не выдержал, посмотрел на него, а он до сих пор хорош, хоть и тридцать уже, такой же худой, тело молодое, поджарое. Блядь, как же я его хочу. Отвернулся. Да не отворачивайся уже, видел все равно уже, что член твой не совсем спокойный. Видимо, предчувствует. Сереж. Что? А ты меня вообще-то вспоминаешь? А что? Ну, как, я тебя часто вспоминаю, особенно, наши старые дни. Ну да. Весело было. Давай, я тебе спинку потру? Не надо. Да ладно, че ты? Я сам. Ну, как хочешь. Подошел к нему вплотную. Дим, не надо. Почему? Если ты не хочешь, почему тогда не сказал, чтобы я не приезжал? А? Просто хотел тебя увидеть. И я тоже. И не только увидеть. Все, я в тазике сижу и отсюда не вылезу. Ну и сиди. Кто тебе мешает? Я и так все сделаю. Нет. Почему? Окна. Что? Окна. А, сейчас, сейчас. Взял одно полотенце, зацепил его за гвоздики по краям рамы. Второе повесил на другое окно. Ну, все, теперь ты спокоен? Дверь закрой. Ты что думаешь, Катька к нам войти может, когда ты здесь не один? Все равно. Ладно. Пошел. Закрыл на щеколду. Ну, вот, теперь все. Может, не надо, Дим. Тише, все будет хорошо. Сел на лавочку под ним. Нагнулся. Вот он, мой друг, целый год по нему скучал. Взял член в руку, он уже стоял. Хорош. Первый раз я его видел при свете. Красив. См 16-17, наверное, не толстый, не тонкий, средних размеров. Взял его в рот и стал сосать. Сережка закрыл глаза, голову запрокинул и сидит, кайфует. Вот так, раз, вниз, два, вверх, раз, вниз, два, вверх. Жаль до попки не достать, а то бы пальчиком ему там поласкал. Ну, славу богу, хоть не притворяется теперь, что ему все равно. Даже вроде постанывает. А может тогда... Вставай, Сереж. Чего это? Ну, встань, пожалуйста. Встал. Я сел на корточки. Снова взял в рот. Обхватил его руками за талию и начал двигать его на себя, от себя, на себя, от себя. Проникся. Через пару движений мне уже не надо было им руководить, сам стал двигаться. Раз-два, раз-два. Но я не хотел, чтобы он кончал сейчас. У меня были другие планы. Я встал. Взял его за руку. Подошел к лавке и повернулся к нему спиной. Взял мыло с полки, намыл себе руку и смазал себе дырочку. Сереж, возьми меня. Он стоит. Сереж, ну, пожалуйста. Давай. Смотрит на меня. Вижу, что пытается бороться. С одной стороны, нельзя это, неправильно, а с другой стороны, вижу, что хочет. Наконец, решился. Я нагнулся и уперся руками в лавку. Он подошел сзади и стал пристраиваться. Я вытянул руку назад и старался помочь ему, взял его член в руку и направил в себя. Он надавил. Ай, вошел. Так. Теперь давай, двигайся. Он начал движения. Сначала потихоньку, потом полностью вошел в меня. Как ни странно, но боли в этот раз я почти не чувствовал. Было только чувство заполненности. И счастья. Что он снова во мне, что я добился опять своего! Ну, давай же, давай, двигайся. Раз-два, раз-два. Он стал убыстряться. Быстрее, быстрее, я не выдержал, стал стонать. Слышу, он тоже постанывает. Еще быстрее, еще быстрее. Меня больше нет, я где-то растворился. Какое же это великолепное чувство, ощущать в себе частичку самого дорогого и любимого человека! Уф. Все, кончил. Вышел. Сел на лавочку. Я тоже. У меня по ногам течет сперма. ЕГО сперма. Взял в руку свой член, два три движения и я кончил. Он взял ковш и стал поливаться. Помыл член, ополоснулся. Молчит, нахмурился. Я подошел к нему. Спасибо, Сереж, я так счастлив. Да пошел ты! Ты чего? Да ничего. Кто тебя просил? Но я же люблю тебя, Сережа! А я тебя ненавижу, ненавижу, понял? Ты мне всю жизнь поломал! Только все приходит в норму, и тут появляешься ты и все портишь! Ты понимаешь, что не может у нас ничего быть, не может! У меня семья, жена, ребенок и меня все устраивает. Я их никогда не брошу. Блядь, что я говорю. Я вообще не принимаю этих отношений. Я не голубой, понял? Я тебя не обвиняю, это твоя жизнь и ты можешь жить, как хочешь. Хочешь спать с мужиками, ради бога. Мое отношение к тебе не изменится. Но я никогда не смогу быть с тобой. Быть с тобой постоянно. Пауза. Тишина. Долгая тишина. Другими словами, Сереж, ты хотел сказать, что можешь быть со мной только иногда, изредка? Смотрю в глаза, попался. Не цепляйся к словам, Дим. Я хотел сказать, что это не правильно, мы больше никогда не должны этого делать. Ты понял? Понял. Только не очень. Я же вижу, ты тоже этого хочешь. Зачем ты скрываешь это от меня, а главное, от себя. Ну, признайся, не бойся. Меня устроит, если мы хотя бы иногда будем с тобой встречаться. Хоть раз в месяц. Хоть раз в полгода. Но я должен знать, что это будет. Тогда мне будет, зачем жить, и я буду ждать. Ну, все, хватит, поговорили. Он ушел в предбанник. Когда я вышел, он уже оделся и ушел. |  |  |
| |
|
Рассказ №11419
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 25/02/2010
Прочитано раз: 57311 (за неделю: 1)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "В подтверждение своих слов он тут же приказал принести мешок соли. По его команде женщина легко подняла мешок на плечо и опять опустила на землю. Я приподнял мешок, в нем было никак не менее семидесяти килограммов. Явно боги не обидели эту женщину силой...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я приблизилась сзади к уху господина и прошептала:
- Этот янтарь-электрон стоит у ромеев золотом половину его веса.
Господин принял с поклоном подарок, но, кажется, не поверил мне. Потому он был так удивлен на торгу, когда подтвердилась цена столь нежданного подарка.
И вот я снова на торгу, на котором Медведко когда-то купил меня. И потому это место не вызывает приятных воспоминаний. У причалов в несколько рядов стоят ладьи всех окрестных племен. Товары вынесены на торг, а наиболее ценные сложены в клетях на берегу. В них же ночуют приезжие посетители торга. Рабы на продажу уже разведены по торговым рядам.
Нас встретил торговый наблюдатель, переписал приезжих и цели посещения торга. На меня он надел ошейник с биркой моего хозяина. Все рабы, не предназначенные для продажи, должны быть в ошейниках с пометкой их хозяина. Только после этого моему хозяину указали назначенную нам клеть, в которую я перенесла наши пожитки. Там же Воин оставил и янтарь-электрон, завернутый в его пеструю куртку. Никто не знал, что в нашей клети хранится такое богатство. Но если бы и знали, то никто не посмел бы на него покуситься. Воровство на торгу было немыслимым делом. После чего хозяин отправился осматривать торг. Я, как положено, шла на два шага позади своего господина.
Семен Иванов, торгаш
Торговая площадь ошеломляла криками на всех мыслимых языках. Рядами стояли прилавки с пряностями (неужели их покупает кто-то из местных народов?) , дорогими тканями, вином в амфорах, железом в крицах и в изделиях (ножи, топоры, насадки копий) . Дорогой товар соль боится дождя, потому ее хранят в особых лабазах, перед которыми стояли весы - торговля должна идти без обмана!
Я сейчас нищ, как церковная крыса, никакого товара или денег у меня нет. Разве что продать Елену... Кажется, она побаивается, что я, в самом деле, настроился ее продать. Но она для меня и врач, и советчик, и сладкая телом наложница. Правда, хитра и себе на уме, при случае за это ее можно и выпороть розгами. Боится Елена порки, прямо трясет ее при виде прута. Она не девка Ива, приученная к розгам с раннего детства. Но это все лирика, а в активе мы имеем только странный подарок нурманского кнеза - глыбу янтаря размером с большую тыкву и весом килограммов десять. Что-то мне шептала Елена о его громадной цене. Нужно найти богатого купца из ромеев и проверить.
Нашел большую лавку. Двери нет, вход завешен ковром, который по торговому времени откинут в сторону. Перед лавкой стол с россыпью стеклянных и каменных бус, золотых и медных браслетов, толстых золотых цепей. Тут же шейные гривны из меди, серебра и золота - это знаки достоинства для самых важных старшин и походных кнезов. Дорого стоят эти украшения и не заметно, чтобы вокруг них народ толпился.
Хозяин купец богатый, торговлю ведет не только на местные товары, но и на золотые монеты - статеры. Каждая монетка разменом с пятак из моей прежней жизни. И дают в нынешний год за золотой статер две ладные девки-целки. А мужатые женщины-рабыни идут по четыре за статер. Такие цены сегодня. Спросил я у многих купцов цену северного камня электрона и везде ответ был один:
- Идет электрон весом на половину веса статеров, но в этот год никто его купцам не предлагал. Не привезли нурманы камень электрон.
Правду говорила Елена: в руках у меня немыслимое богатство. Вернулся в свою клеть, переоделся в словенскую рубаху. Нож на пояс повесил, пистолет в карман и завернутый в куртку янтарь под мышку. За одно позвал с собой и Медведко быть послухом-свидетелем торговой сделки. Елена молча идет позади на два шага. Можно начинать торговаться.
У самой богатой лавки растолкали прислугу и вошли внутрь, к хозяину. Жилистый темнолицый ромей с ухоженной бородкой недовольно окинул взглядом необычных посетителей - что этим голодранцам здесь надо? Только развернул я свой товар, хозяин от удивления кровью налился. Я думал, что его удар хватит! Быстро накрыл глыбу янтаря моей курткой:
- Я тебе ДАМ цену СТА мешков ржи целых ДЕ-СЯТЬ мешков СОЛИ! - выкрикнул купец отирая разом вспотевший лоб.
Медведко глаза вытаращил от удивления:
- Соглашайся, такое беремя соли за камень дают!
Но он цены настоящей не знает. Купец, было, попытался камень-электрон загрести и под стол спрятать, но я остановил его и назвал настоящую цену со ссылкой на соседних торгашей. Скис мой купец, сморщился:
- Такого количества статеров на всем торгу нет.
- Давай соли, сколько можно.
- Такого огромного количества соли не наберется, большая часть ее уже распродана.
- Солью, статерами, железом в крицах и в кузнечном инструменте давай. Молотки, зубила, наковальню, пилы - принимаю на вес по тройной цене железа. Даже браслеты, гривны и бусы готов взять. Своего не хватает, так займи у других купцов. В Царьграде продашь электрон за тройную цену и с ними рассчитаешься.
Купчина дивится, откуда у дикого словена торговая хватка. Нас не отпускает, боится, что к другому торгашу электрон понесем. Побежали его помощники по складам, а хозяин нас ублажает:
- Дорогие гости, выпейте вина теплых морей - голос у него стал, как у римского оратора на трибуне, рукой красивые жесты делает.
Мигом появилась на столе амфора с вином, но мы пить отказались: может и отравить купчишка.
- Мы пьем только брагу сваренную нашими женами.
- Тогда, может молодую рабыню, нежную телом.
Щелкнул пальцами и из-за занавески позадь купца вышли две девушки. Как это они делали непонятно, но на ходу упали с них покрывала и стоят перед нами две голые не то девочки, не то девушки. Попки кругленькие, в талии узкие, а грудочки еще совсем маленькие. Прибавьте к этому накрашенные губы бантиком и высокую прическу - высший уровень соблазна в представлении ромеев.
- Насладитесь ими дорогие гости, пока для вас товар собирают - хозяин пытается отвлечь наше внимание от сделки. Все понятно, надеется обсчитать нас, пока мы его рабынь трахаем.
- Нет, - говорю - у меня для удовольствия есть вот эта рабыня - и на Елену показываю.
Хозяин не знает, как угодить нам и, наконец, предлагает еще одно, самое экзотическое удовольствие.
- Прошу попробовать молодых мальчиков! Кожа у них гладкая и попки нежные, как у девушек. В ваших племенах такого наслаждения еще не знают.
Опять щелкнул пальцами и вошли в комнату мальчики-кастраты так лет десяти-двеннадцати. У всех мошонки и детские члены коротко отрезаны, на лобках волосы так и не успели вырасти. Потому лобки их очень похожи на девчоночьи письки. Русые волосы красиво причесаны, кожа гладкая чистая и попки кругленькие, как у девочек. С ними вышел какой-то мужик, судя по всему их наставник, и говорит.
- Дорогие гости из местных племен, я обучу вас недоступному ранее для варваров мастерству наслаждаться мальчиками. Только в культурных странах достойные мужи используют мальчиков вместо женщин. Теперь и вы сможете приобщиться к этому великому достижению цивилизованного мира.
Поставил одного раком, задрал свой хитон и всунул член в попку мальчишки-кастрата. Тот закатил глазки, стал охать, изображая наслаждение:
- Ох, как хорошо! Ох, поглубже, мой господин! Я так люблю тебя!
Тьфу ты, погань! Остальные кастраты повернулись к нам спиной и начали вилять задами, как ни одна стриптизерша в моем прежнем мире не умеет.
Медведко кровью наливается, сейчас начнет крушить все вокруг:
- Нам такое делать зазорно. И предки наши, и боги не велят использовать кастратов вместо женщин и девушек. Убери их отсюда!!!
***
А потом началась приемка товаров. Медведко позвал сыновей соль таскать, да и железа много получилось. Для себя и Медведко взял я пару золотых толстых цепей; такие на моей родине Новые Русские носят с красными пиджаками. Кольца, браслеты, бусы сложить было некуда. Сняли с Елены рабскую рубаху и сложили в нее всю мелочь. Так и шла Елена к нашей пристани - голая, в ошейнике и с узлом в руках.
О-хо-хо! Тяжела жизнь богатого человека!
Заботы бесконечные о том, что куда сложить.
Как добро от лихого человека защитить.
Где охрану нанять.
На чем товар до дома довести.
Пропал бы я с этим богатством, если бы не хозяйственный Медведко. Он с сыновьями и ладьи дополнительно купил, и товар укладывал. Елене дал беличьи шкурки, содранные "чулком" и поручил разложить в них браслеты-кольца-бусы. А чтобы голова не пустовала у лукавой рабыни, пока руки работают, пусть подумает, что из женской мелочи еще купить надо - вроде иголок и подобного. Одновременно, хитрая рабыня, разведи огонь, да поставь на него котел и свари на всех кашу...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|