Рассказ №11429

     Поклонился Ладе и сел на нашу новобрачную постель. Она опустилась на колени и очень ловко разула меня - сняла прыжковые ботинка и шерстяные носки. Таких ботинок она в жизни не видала, и расшнуровать их могла только с Елениного научения. Кончив с разуванием, поднялась и сняла поневу, а вот снять рубаху и обнажить тити застеснялась. Я уже все снял и предстал перед ней голый, как в бане.
     - Помочь рубашку снять? - говорю.
     Лада покачала головой и, собравшись с духом, сняла рубашку. Сразу же прикрыла ладошками свои грудочки и - быстренько на постель. Прилег я к ней. Лада сжалась калачиком, тити руками прикрывает, колени к животу подтянула. Начал ее целовать ее твердокаменные губы. Насильно отрывать руки от титечек не охота - если насилие, то какая уж тут радость зачатия ребенка.
     Как же ее расслабить? Мужчина любит глазами, а женщина любит ушами и телом. Не поможет ли опыт дон Жуана?
     Много песен, много крови
     За прелестных льется дам:
     Голос у меня музыкальности козлиной, потому серенады исключаются: Постараюсь разговорить. Наклонился к своей новобрачной на неделю:
     Ладушка-коровушка
     Не роди теленочка,
     А роди ребеночка.
     В ее понимании нормальный мужик, лежа с женой на лавке, должен задрать благоверной рубаху до пупа (ах, рубаха уже снята!) , раздвинуть ляжки и возможно быстрее всунуть свой уд, куда следует. Дальше только один вопрос, на сколько толчков мужа хватит до впрыска спермы. Потом он отвалится и заснет. А этот что-то вроде заклинания говорит, гладит лицо, губы целует - будто парень девушку на вечерке.
     Мои руки погладили ее по спине, перешли на тугое бедро и, дальше, на мягкую округлость попки. Наверное, Лада первый раз в жизни испытала нежное прикосновение к своим интимным частям. Словенские мужчины лапали - хватали, мяли, щипали девушек и своих жен за сокровенные места. Но нежно ласкать они просто НЕ ДОГАДЫВАЛИСЬ!
     Потому у Лады кроме страха появилось вполне понятное удивление. А любопытство, как гласит поговорка, сгубило кошку.
     До того Лада была обращена ко мне спиной. Но теперь любопытство заставило повернуться лицом. И ее титички сразу попали во власть моих рук. А коварный голос продолжал:
     Тити наливаются,
     Мне подставляются.
     Молоко в них сладкое,
     Деточке приятное.
     Никакого молока в них нет и в помине, но титичкам-сисичкам так хорошо. Тускло освещенная плошкой, лежит на спине молодая голая женщина, бедра широкие, титьки стоймя стоят, подставляют соски в розовых ореолах. Пупок вдавлен в слабо выпуклый животик. Внизу его курчавятся светлые, почти белые, волосики. Ляжки плотно сжаты. Упитанное тело гладко и округло везде, где надо. А хитрые руки дальше путешествуют по телу Лады под устный комментарий:
     Ляжки молодые
     Очень тугие,
     Животик гладкий,
     Гладить приятно.
     Шелковый пупок,
     Высокий лобок.
     Между ног хохолок
     Мягкий, опрятный,
     Потрогать приятно.
     Гладят, гладят руки теперь уже расслабленное тело. Ее осторожно перевернули на живот, руки ходят по ложбинке между половинками попочки, проникают между ляжек, и теперь у Лады нет ни малейшего желания их сдвинуть. Рука пытается проникнуть под Ладу, в складочку, что идет от лобка в самое заветное место. Неожиданно Лада высоко подняла попу и освободила дорогу этой путешественнице. Между ее лобком и постелью можно два кулака друг на друга поставить. Палец скользнул по влажной складочке и остановился у ТОЙ дырочки. А голос продолжает свое:
     Раздвинь ляжки, Лада,
     Попку подними!
     Важно, что говорит голос о ее теле и говорит только хорошее. Не зажималась Лада, когда ее снова перевернули на спину, согнули ноги в коленях и еще шире раздвинули.
     Что тут описывать, первый раз в новую для меня женщину всегда вхожу с особым удовольствием. Член мой стал твердости необыкновенной, заходил вперед-назад. Лада почти сразу стала подмахивать, двигаться в ритме моих толчков. А я по ходу этой пляски выдал новый экспромт:
     Лада попкой играет,
     Ляжки раздвигает,
     Кунку подставляет,
     Меня ублажает.
     Потом завел речитатив, на каждый толчок в ее нутро новое слово, полное значения:
     Будет
     Пояс
     Расширяться,
     Будет
     Пузо
     Раздуваться.
     В животе
     Детеночек,
     Маленький ребеночек.
     Ножками сучит,
     Кулачками стучит.
     А Лада шептала подо мной:
     - Маленький ребеночек, маленький ребеночек.
     Ее окончательно забрало, стала охать, стучать по моей спине пятками.
     - Ой, что со мной делают!
     Странно, но, наверное, это был в ее жизни первый оргазм.
     Не знаю, чем нас опоила Елена, но в течение этой ночи я поимел Ладу шесть раз! И каждый раз я заливал в ее нутро сперму. Точно знаю, потому как отдых начинал лежа на ней, и на волосиках лобка оставалась последняя белая капля. Лада ее аккуратно собирала ее пальцем и размазывала по низу живота, где, по моим представлениям, находится у женщины матка. Один раз, смущаясь, лизнула палец - попробовала на вкус. Перерывы были не долги. Малость отдохнем и говорю ей:
     - Давай еще.
     После пятого раза я выдохся основательно, но теперь уже сама Лада улыбнулась и просительно сказала:
     - Давай еще.
     Начала меня ласкать, рассматривать мой член и очень испугалась, когда сдвинула крайнюю плоть и открыла головку. С мужем все происходило в темноте избы, где на лавках лежали другие супружеские пары, а на полатях многочисленные дети. Мы же не стеснялись света, своей наготы и любили друг друга в полный голос. Кого нам стесняться? Мы одни, Елена спит где-то за дверью.
     Было позднее утро, когда дверь приоткрылась и рука Елены поставила у порога горшок с молоком, второй - с пшеничной кашей, в которую воткнуты две ложки. Как были голые, уселись у порога плечом к плечу. Стали по очереди загребать кашу ложками, передавать друг другу молоко. И тут Лада неожиданно выдала свой экспромт:
     Я раздвинусь широко,
     Пусть воткнется глубоко!
     Засмущалась и уткнулась носом мне в шею. Оваций не было, просто я наградил ее поцелуем и сказал:
     - Поели, - ложись в постель.
     - Как ложиться - на попку или на живот? - расшалилась моя молодуха.
     Так и провели мы всю неделю. Одевались и выходили только нужду справить.
     А через неделю дивный сон закончился: Лада ушла в избу своего мужа. Потом я видел ее с пятнами на лице и большим пузом. Жизнь шла своим чередом...
     Ладу, конечно, одолевали расспросами другие бабы - расскажи, как все было. Об интимных подробностях она не распространялась, чтобы не вызывать ревность Беляна. Но не утерпела и рассказала золовке мой речитатив "Будет пояс расширяться, будет пузо раздуваться:" и каждое слово под новый толчок мужнина члена. Весть пошла дальше, и теперь жены, лежа под мужьями, бормочут этот заговор. Говорят, что это старинное заклинание и оно очень даже помогает зачатию. А в соседнем роду две женщины подрались, выясняя важный вопрос - можно этим заговором пользоваться только под мужем, или его разрешается шептать невестам накануне свадьбы. О моем авторстве никто уже не помнит, да я на нем и не настаиваю.
     Моя история с Ладой имела неожиданное последствие. Как только все убедились, что Лада стала брюхатой, соседи попытались приводить ко мне бесплодных жен. Но роль быка-производителя мне претила, и я категорически отказался.
     Зорька, порванная целка.
     Болит моя щелка, порвана целка!
     Как и многие девчонки еще не вошедшие в возраст невест, я порой думала, как это произойдет. В мечтах видела красивого жениха, которого я разуваю. Потом он поднимет мою рубашку выше пояса и перережет нитку, завязанную глухим узлом на талии. Эта, первая спряденная девочкой нитка, всегда хранится у матери, и в день свадьбы ее повязывают под одеждой по голому телу невесты. А потом жених опустит сзади мою рубашку, чтобы не ней осталась честная девичья кровь. Уложит меня любимый на постель из немолоченых снопов в брачной клети. Я сама раздвину ноги и обниму жениха. И тогда он порвет мою целку. Будет ли очень больно? Женщины говорят, всяко бывает, но девушка, становясь бабой, должна громко кричать.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: