Рассказ №14092

     Глава 9
     
     Вопреки моим ожиданиям, в отношении телевидения Эш сдержал своё слово... ну, почти. Мне не разрешалось смотреть что-либо самой. Он давал мне смотреть лишь записи, сделанные с общедоступных каналов. Этими каналами были только ABC и SBS - либо он смотрел только их, либо никакие другие у него не ловились. Подозреваю, что на самом деле он выбрал их из-за того, что передачи там не прерывались рекламой или новостями, которые ему пришлось бы отслеживать и вырезать. Казалось, он старался изолировать меня от всех изменений в окружающем мире, и это пугало меня, учитывая возможные последствия через долгий срок. В итоге я смотрела лишь костюмированные драмы и зарубежное кино, но и таким поблажкам я была более чем рада.
     Куда больше мне не нравилась депрессия, которая наступала, когда по каким-то причинам меня лишали этих поблажек. Он погружал меня в ещё более глубокую зависимость от себя... более тонкую, на уровне условных рефлексов, бороться с которыми было очень трудно. Изначальный режим "кнута" сменили "пряники" , которые могли в любое время исчезнуть. Он укоротил цепь моего ошейника так, чтобы я не могла дотянуться до телевизора, рядом с которым он обычно клал пульт. Однажды он забыл пульт на кровати, и я смогла посмотреть один и тот же фильм дважды. В наказание за это он выпорол меня, а затем оставил в темноте, без книг и телевизора. За это время я, казалось, постарела лет на шесть, оплакивая свои маленькие радости, которых меня лишили.
     Не знаю, сколько прошло времени, пока однажды утром (?) он не пришёл и не сказал, что я могу совершить прогулку. Это застигло меня врасплох, и сердце едва не выпрыгнуло у меня из груди. С тех пор, как я робко затронула этот вопрос, речь о нём более не заходила. Но, как обычно, Джен ничего не доставалось просто так. По традиции, Эш снова использовал меня для насильственного секса. Я, конечно же, не могла сопротивляться, и изо всех сил старалась скрыть любую положительную реакцию на такое обхождение. Но порой это было довольно сложно. За время моего плена он использовал меня таким образом раз двадцать-тридцать. Лишний раз не играл особой роли - с каждым разом отвращение моё всё слабело, а тело моё всё чаще отвечало взаимностью. Такие желания тела, в то время как разум с негодованием отвергал подобное, беспокоили меня.
     На этот раз он, не снимая с меня цепей, поставил меня на колени под короткой стальной распоркой, свисавшей с потолка параллельно полу. В моём рту снова оказался мягкий резиновый шар, а на голове - смирительный шлем... видимо, в этой части мира для следящих за модой пленниц без них было никуда. Затем он пристегнул мои наручные браслеты к распорке, и я ощутила, как под стрекотание лебёдки поднимаюсь вверх. Цепи, соединявшие лодыжки с запястьями, всё натягивались, звеня в кольцах пояса, пока мои ступни понемногу приближались к ягодицам. Я продолжала подниматься вверх, слегка наклоняясь вперёд, и запястья над моей головой поднимались всё выше. Затем я остановилась. Это была не самая неудобная из поз - основной вес приходился на лодыжки, хоть я и старалась снять часть нагрузки руками.
     Я висела во мраке, гадая, долго ли мне придётся пробыть в таком виде. Внезапно, без предупреждения, меня крутанули на верёвке. В темноте, под шлемом, ощущение было не из приятных. Я схватилась за распорку, к которой были прикованы мои руки - будто я могла каким-то образом сорваться оттуда. Я протестующе замычала в резиновый шар, удерживаемый кожаным шлемом, но безрезультатно. У меня закружилась голова, и я с ужасом представила, как меня тошнит в запечатанный шаром рот. Вдруг сильные руки, схватив меня, резко остановили моё вращение. Меня всё ещё мутило, но Эш уже начал лапать меня. Он стоял позади, прижимаясь ко мне и забавляясь с моими грудями, тиская и поглаживая их до тех пор, пока соски не затвердели. Тогда он начал щипать и выкручивать их, пока я взвизгивала сквозь кляп.
     Затем его руки двинулись вниз, ласками нащупывая себе дорогу, прокрадываясь в святая святых и вызывая ощущения, с которыми я не могла бороться. Я начала извиваться в своих цепях, и дыхание моё участилось, покоряясь неуправляемым спазмам удовольствия, которые посылало моё тело. Я поняла, что приближаюсь к финалу, и обнаружила, что бессознательно подаюсь навстречу пальцам, которые так успешно ломали мою волю и подрывали мою решимость быть стойкой и сильной.
     Одна рука проникла мне сзади между ног. Сунув пальцы во влагалище, Эш потянул его на себя, в то время как пальцы другой руки с силой натирали мне клитор. От волны удовольствия я содрогнулась, и из горла вырвался стон. Где-то между ног зародилась жаркая волна, и остановить её я уже не могла. Задыхаясь, я готовилась к оргазму, когда вдруг пальцы исчезли, и вместо этого его руки схватили меня за бёдра.
     Меня потянуло назад, и раздвинутыми бёдрами я ощутила наготу Эша. Но завершающий штрих, которого я так жаждала, достался вовсе не влагалищу. Эш проник мне в попу, и я вскрикнула от неожиданной боли. Ни я, ни мои анальные мышцы не были к этому готовы. Хоть мой анус и был как следует смазан, но мне самой необходимо было расслабиться. Контраст между ожидаемым и случившимся был чудовищным. Я могла лишь покорно висеть на месте, пока Эш долбил меня сзади, держась за мой торс и хватаясь за соски.
     Это был Эш во всей своей извращённой красе - раздразнить меня до предела, чтобы грубо бросить и получить что-то своё, совершенно другое. Как я ни старалась расслабиться, мне было больно, и ещё больнее было от того, как Эш терзал мою грудь. Наконец он кончил, жёстко всаживаясь в меня и с такой силой стискивая меня в медвежьих объятьях, что я едва не потеряла сознание. Я слышала, как он тяжело дышит у меня над ухом, изливаясь в меня, после чего он грубо вышел, оставив меня, растерзанную, висеть в своих цепях. Кажется, именно такой ценой мне предстояло получить свою порцию внешнего мира.
     
     * * *
     
     Несмотря на очередное унижение, несмотря на очередную мысленную зарубку, возможность оказаться на улице взволновала меня. Я чувствовала себя как ребёнок, которому пообещали поездку на пляж или в кино. Самые простые вещи вдруг стали значить для меня чрезвычайно много. В глубине души такое искажение восприятия меня беспокоило, но я знала, что мне нужно сосредоточиться на том, чтобы найти способ убежать, а для этого было нужно было оставаться покорной и ждать подходящего момента.
     Эш вернулся где-то через час после того, как выебал меня в жопу. Кляп и шлем, пристёгнутый к ошейнику, оставались на мне до сих пор. Я услышала, как открывается дверь, и подняла голову. Я лежала на кровати, на которую он в конце концов меня бросил - сжавшись в комочек, пытаясь забыть о боли, которую только что испытала.
     - Вставай, Джен, - сказал жизнерадостный голос. - Пора гулять. - Я свесила ноги с постели и встала, ожидая дальнейших приказов. - Перед тем, как выйти, намажься-ка кремом от загара - сегодня солнечно. Мы же не хотим, чтобы твоя чудесная кожа покраснела и пошла волдырями, правда? - Он рассмеялся. - Так будет неинтересно. - Пауза. - А может, и наоборот - интереснее... Как думаешь? - Я яростно замотала головой, не произнося ни звука. - Ну хорошо, хорошо, крем так крем. Голова у тебя и так защищена. Держи. Но учти, что рубашки у тебя не будет. - Снова хихиканье. В моей ладони оказался тюбик. - Я натру спинку, Джен, а ты всё остальное. Эх, до чего же я славный парень.
     Спина и плечи ощутили холодок крема. Когда руки Эша закончили свою работу, оставив на моей груди несколько жирных мазков, я принялась довершать начатое. Я старалась как могла, несмотря на цепи - из-за них мне пришлось встать на колени, чтобы дотянуться до каждого участка тела. Я раньше никогда не загорала обнажённой... очередной "первый раз" , мрачно подумала я. Встав, я ощутила, как на переднем кольце ошейника застегнулся поводок. Эш дёрнул за него, и я послушно двинулась вслед.
     Я шла осторожно. Идти вслепую, с кляпом во рту, и без того было не по себе, но от невозможности выпрямить перед собой руки было ещё страшнее. Я провела пальцами по дверному косяку, когда мы вышли, и через несколько шагов оказалась ещё одна дверь - очевидно, входная. Я ощутила дуновение ветра, и, следуя приказам Эша, сошла с бетонного крылечка на более грубую поверхность - видимо, тропинку во дворе. Через несколько шагов я оказалась на траве, где мою кожу согрело солнце и где от ветерка шевельнулись волоски у меня на руках.
     На траве я почувствовала себя увереннее, хотя до сих пор не представляла, куда я могу по ней придти или во что упасть. Команд больше не поступало, и я просто шла вслед за поводком, надеясь, что мой тюремщик будет предупреждать о препятствиях впереди.
     - Посиди-ка здесь немного, Джен, - сказал голос.
     Я подчинилась, опустившись на колени в траву, довольно высокую. Её явно стригли не слишком часто. Я наслаждалась ощущениями и пыталась уловить звуки цивилизации. Где-то вдалеке слышался шум случайных машин на дороге, но, не считая этого, вокруг было тихо, за исключением звуков природы... ветра, карканья ворон и пения прочих птиц. Над головой я распознала скрежетание пролетевшего мимо лорикета. Где-то неподалёку хохотала кукабарра, словно в насмешку над моими злоключениями. Но даже так оказаться наконец на улице было прекрасно. Трава пахла даже сильнее, чем вездесущий запах кожи от шлема - до того, что я даже забыла о цепях на лодыжках и запястьях.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: