Рассказ №17347

     Нет, она не лучше. Она такая же похотливая самка, как и они... Две хитрые озабоченные шлюхи сделали ее такой же, как они сами. Лиза откинулась, упершись головой в стенку. Она все поняла. Все сошлось, закольцевалось, замкнулось в стройную, гармоничную, понятную и простую схему. Похоже, у нее нет недостатков, слабых мест - все только выигрывают.
     Незаконно, аморально, грязно? Да. Для того, кто стоит за пределами этой схемы. Зато эффективно - для того, кто внутри. И приятно, возбуждающе до дрожи. Секс не только ради удовольствия, но и ради результата, процветания, величия, успеха. Так и должно быть. И странно, что она возмущалась и возражала в начале...
     Входя, вживаясь в новую роль, Лиза успокаивалась, обретала себя, а вода смывала с ее тела и уносила в слив сомнения, страх, предрассудки, стыд...
     
     ***
     
     Так что уже спустя какой-нибудь час, облаченная в старый, но чистый халат хозяйки, она сидела с обеими коллегами за одним столом и в прекрасном расположении духа завтракала и познавала ту атмосферу, в которой ей предстояло работать.
     - А кто разработал эту... педагогическую систему? - осторожно спросила она у директрисы.
     - Предполагаю, что вот она - моя наставница, почти вторая мать, - и Надежда кивнула в сторону висевшего на стене портрета статной женщины, - мир ее праху. Сами понимаете, она отнекивалась - дело-то подсудное. Но именно при ней заштатная школа стала процветать, штампуя вундеркиндов. Предыдущий губернатор оказался нашим выпускником, он и превратил школу в лицей, да еще с особым статусом. Ей заслуженного учителя выхлопотал...
     - А этот... ритуал - он существовал тогда?
     - При мне - уже да. Я пришла сюда двадцать три года назад, уже с опытом работы, замужняя, гордая, независимая. Ирина Васильевна, - Надежда вновь с уважением, граничащим с преклонением, кивнула на портрет, - пригласила к себе домой. Должна была еще придти Анастасия Геннадьевна, нынешняя географичка, да заболела. Так что мы с Ириной Васильевной вдвоем четверых обслуживали... - Надежда замерла, видимо, опять переживая то состояние. Она умолчала о том, что ее наставница не обладала ни особой привлекательностью, ни высокой сексуальной стойкостью, да и было ей тогда уже за пятьдесят. Всего через полчаса после начала посвящения она удовлетворила одного, но потом не сдержалась, кончила сама, и была способна только лежать и стонать, при этом школьники, которых она всего лишь разогрела, вчетвером насели на молоденькую смазливую практикантку. Как она вынесла одновременный бешеный секс с четырьмя - она до сих пор не понимает. Потом было все - и расстройство желудка, и рвота, и судороги, и кровотечения, и невыносимая мигрень... Но она выжила и даже произвела неизгладимое впечатление на малолетних любовников...
     - А как же... муж?
     - Я задала ей тот же вопрос. На наше общее счастье, муж тоже был учителем. Да не будь он учителем, она бы и разговаривать со мной не стала. Кстати, он тоже в тот же вечер проходил посвящение под руководством ее мужа. Их было двое на трех девчонок.
     Лиза воздержалась от вопросов, но задумалась: будь у нее муж, смогла бы она позволить ему изменить ей, при условии, что в то же время она изменяет ему?
     - А вы как? - спросила она Олесю, чтобы никто не заметил ее задумчивости.
     - Нормально. Была еще Светлана...
     - Светлана Николаевна Ковач, учительница русского языка и литературы, - то ли поправила, то ли пояснила Сергиевская.
     -... и семь пацанов.
     "Значит, по ее мнению, семеро на трех учительниц - это нормально, - подумала Лиза, то есть шестеро, как вчера - это так, разминка... Что же у меня так болит-то внутри? А школьники-то все наперечет оказались стойкими и опытными! Целуют, лижут и трахают прямо как взрослые мужики! Впрочем, чему удивляться: они же элита, не раз прошедшая через школу опытных Сергиевской и Гапонцевой, которые многому их научили! Видимо, мне тоже многое предстоит узнать на этой работе... ".
     - Не переживайте вы так, - словно прочитав ее мысли, улыбнулась Надежда, - новенькие к нам не так часто приходят. Как правило, школьники поощряются по стандартной схеме - один на один.
     - Как правило?
     - В прошлом году, - встряла Олеся, - двое моих учеников заняли первое и второе места. Что же их, отдельно, что ли, поощрять?
     "Значит, это называется - поощрять. Такой невинный эвфемизм... ".
     - А были те новенькие, кто... не соглашался? Уходил? Или даже жаловался?
     - Мужчины - ни разу, на моей памяти точно, - жуя, задумчиво сказала Сергиевская, - женщины две ушли, и еще одна пошла жаловаться.
     - И что?
     - Ее внимательно выслушали и пообещали разобраться. Прислали комиссию. Мы хором все отрицали. Слова против слов - тупик. Тогда они задумались: кто им важнее - мы, приносящие славу городу, району, области, или никому не известная сопливая девчонка?
     - А из учеников?
     - Бывает. В основном от ревности. Им кажется, что они больше достойны, а поощрили другого. Обычно мы все узнаем заранее, приглашаем к себе, разбираемся. Скандалов удается избежать.
     - А если, например, школьник расскажет родителям?
     Надежда усмехнулась.
     - Вы, Елизавета Ивановна, как девственность потеряли?
     Лиза вспыхнула:
     - А что?
     - Вы родителям об том рассказали?
     Лиза улыбнулась, поняв, что вопрос ее был глупым.
     - Но слухи-то ходят? Ведь школьники общаются с друзьями?
     - Вы знаете, почти нет. Лицей на окраине, вокруг рабочие районы, народ быдловатый. Нас, яйцеголовых, такие недолюбливают. Мы для них - чуждый элемент. Прогуляться по району, особенно в одиночку - почти наверняка нарваться на неприятности. Парней бьют, девочкам рвут одежду, раздевают почти донага, валяют в грязи. Иногда даже не грабят, просто унижают таким образом, но иногда дорогие вещи все же отнимают. Школьники уже привыкли ходить гурьбой. Так что друзей среди местных у наших ребят и нет. А между собой дружат тоже редко. Ведь в десятый класс приходят из разных школ, первое полугодие почти не общаются. А потом... Все ведь понимают, что идет погоня за золотыми медалями, местами на олимпиадах, конкурсах и соревнованиях, так что они скорее конкуренты и соперники, чем друзья. Да к тому же, у них весь день - подготовка к занятиям, библиотека, кружки, секции. Так что варятся они в том же котле...
     - Но ведь слухи... все равно ходят?
     - Ходят, - тряхнула головой Надежда, - и очень хорошо ходят. Ирина Васильевна, - произнося имя наставницы, она всякий раз выпрямляла спину и придавала взгляду строгое выражение, - не только не возражала против слухов, но даже сама их распространяла через сеть... как она их называла "моих верных друзей". Она вообще была... политиком, - Сергиевская произнесла это слово так, как обычно говорят "гением", - она как никто умела работать с контингентом. Так что слухи - это хорошо, и чем их больше, тем лучше. Понимаете? Слухи становятся чем дальше, тем невероятнее, и в их море тонет достоверная информация, если она есть, и тогда человеку со стороны невозможно понять, где истина, а где ложь. Всему верить тоже нельзя, потому что слухи опровергают друг друга. Приходится не верить ничему, а именно этого мы и добиваемся.
     Сергиевская помолчала, потом продолжила:
     - Теперь, если уж вы прошли испытание, мне придется дать вам инструктаж. Сначала - о вашем внешнем виде. Запомните - никаких брюк. В магазин, на прогулку - пожалуйста. В лицей - только в юбке. Не макси, но и не мини. От сих... и до сих, - Надежда дважды провела по своей голой ноге чуть выше и ниже колена.
     - Жаль, - вздохнула Лиза, - а я обожаю мини...
     - Немудрено, - хмыкнула Олеся.
     "Какая она забавная, - подумала Лиза, улыбкой и кивком показав, что поняла намек старшей коллеги, - Она даже комплименты говорит развязным и издевательским тоном".
     - Повторюсь, - несколько занудно заметила Надежда, - Вне лицея ходите хоть голой. В лицее - только миди-юбка. Обтягивающими кофточками тоже не увлекайтесь - все в меру.
     - А если я голой иду по улице, скажем, в магазин, и встречаю школьника? - немного раздраженно спросила Лиза.
     - Отлично, - отчеканила директриса, - О более удачном стечении обстоятельств и мечтать нельзя.
     - Не поняла, - остыла Лиза.
     - Они не настолько глупы, чтобы понимать, что в свое свободное время вы вольны носить что угодно. Во-первых, они более полно смогут оценить вашу красоту. А во-вторых, вы подчеркиваете, насколько ревностно вы относитесь к своим служебным обязанностям. Вы же сами сказали - обожаю мини. Они тоже понимают, что при такой фигуре это вполне естественно. Но вы показываете: на уроке я строга, скромна и сдержанна, а на самом деле я яркая, дикая, страстная и сексуальная! Вроде понятно объяснила?


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: