 |
 |
 |  | Однажды, тоскливым поздним осенним вечером вернувшись с работы и по привычке посмотрев на ее окна он увидел в свете ярко горящей люстры что она стояла совершенно голая и рассматривала себя в зеркало. Кажется она представляла себя кем то другим. Красивые каштановые волосы струились по ее плечам и слегка прикрывали правильной формы с небольшими сосками груди. Ему показалось что он рассмотрел небольшую родинку под ее левой грудью. Она повернулась задом к окну шаловливо проведя рукой по осиной талии как это делают девушки из запретных фильмов и ему удалось рассмотреть ее очаровательную попу. Член стоял с первого мгновения как он ее увидел, и он не мог оторвать взгляд от ее окна стоя за непрозрачной шторой. В очередной раз крутнувшись перед зеркалом она страстно сжала свои груди и проведя шаловливо пальчиком по слегка заросшему волосами лобку накинула халатик. В комнате появился отчим, видимо только что вернувшийся домой и не дал Валере насладиться формами малышки до конца. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Пришло время доставить удовольствие и мужчине. Мы, стоя перед ним на коленях по очереди, словно соревнуясь, глубоко сосем его до предела напряженный член, облизываем яички, одновременно лаская друг друга. И вот финал, горячая струя спермы бьет в наши раскрытые ротики. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Неужели я сейчас скажу своей жене ЭТО? Неужели попрошу, чтобы она легла спать с Игорем, а меня выдворила из спальни? Неужели сам произнесу вслух пожелание, чтобы Жанна выбросила меня за борт супружеской кровати, променяв законного мужа на более сильного самца? Ведь это уже не секс, это отношения, и одной ночью это явно не обойдется. И если сейчас от меня и так немногое зависит, то вскоре - не будет зависеть ничего. НИЧЕГО! Я ведь могу превратиться для жены в пустое место. В ПУСТОЕ МЕСТО! Еще не поздно все это прекратить, еще не поздно вернуть жену, еще можно остаться с ней один на один, еще есть шанс отстоять свое право на обладание ей... Я ведь понимал, что нахожусь уже даже не на краю пропасти, а в процессе падения. Но мои четырнадцать сантиметров хотели одного - скорее достичь самого дна: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Завороженная дивным зрелищем, я простояла на краю поляны целую вечность. Пузатый жук мягко ткнулся в мое плечо, сел, сложил крылья и замер, как магическая брошь. Я задрала голову. Рой светляков смешивался с роем звезд. Я перевела взгляд на Лёна. Жук, неподвижно сидящий у меня на плече, отражался в глазах вампира двумя золотыми точками. Мы стояли так близко, что я чувствовала запах выделанной кожи, исходивший от его потрепанной куртки. При желании он мог наклониться к моим губам и: или ниже, к шее. Да все равно! В эту прекрасную ночь я жаждала романтики, как никогда в жизни. Затаив дыхание, я чуть подалась вперед: |  |  |
| |
|
Рассказ №17347
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 17/07/2015
Прочитано раз: 33013 (за неделю: 0)
Рейтинг: 70% (за неделю: 0%)
Цитата: "Незаконно, аморально, грязно? Да. Для того, кто стоит за пределами этой схемы. Зато эффективно - для того, кто внутри. И приятно, возбуждающе до дрожи. Секс не только ради удовольствия, но и ради результата, процветания, величия, успеха. Так и должно быть. И странно, что она возмущалась и возражала в начале......"
Страницы: [ 1 ]
Нет, она не лучше. Она такая же похотливая самка, как и они... Две хитрые озабоченные шлюхи сделали ее такой же, как они сами. Лиза откинулась, упершись головой в стенку. Она все поняла. Все сошлось, закольцевалось, замкнулось в стройную, гармоничную, понятную и простую схему. Похоже, у нее нет недостатков, слабых мест - все только выигрывают.
Незаконно, аморально, грязно? Да. Для того, кто стоит за пределами этой схемы. Зато эффективно - для того, кто внутри. И приятно, возбуждающе до дрожи. Секс не только ради удовольствия, но и ради результата, процветания, величия, успеха. Так и должно быть. И странно, что она возмущалась и возражала в начале...
Входя, вживаясь в новую роль, Лиза успокаивалась, обретала себя, а вода смывала с ее тела и уносила в слив сомнения, страх, предрассудки, стыд...
***
Так что уже спустя какой-нибудь час, облаченная в старый, но чистый халат хозяйки, она сидела с обеими коллегами за одним столом и в прекрасном расположении духа завтракала и познавала ту атмосферу, в которой ей предстояло работать.
- А кто разработал эту... педагогическую систему? - осторожно спросила она у директрисы.
- Предполагаю, что вот она - моя наставница, почти вторая мать, - и Надежда кивнула в сторону висевшего на стене портрета статной женщины, - мир ее праху. Сами понимаете, она отнекивалась - дело-то подсудное. Но именно при ней заштатная школа стала процветать, штампуя вундеркиндов. Предыдущий губернатор оказался нашим выпускником, он и превратил школу в лицей, да еще с особым статусом. Ей заслуженного учителя выхлопотал...
- А этот... ритуал - он существовал тогда?
- При мне - уже да. Я пришла сюда двадцать три года назад, уже с опытом работы, замужняя, гордая, независимая. Ирина Васильевна, - Надежда вновь с уважением, граничащим с преклонением, кивнула на портрет, - пригласила к себе домой. Должна была еще придти Анастасия Геннадьевна, нынешняя географичка, да заболела. Так что мы с Ириной Васильевной вдвоем четверых обслуживали... - Надежда замерла, видимо, опять переживая то состояние. Она умолчала о том, что ее наставница не обладала ни особой привлекательностью, ни высокой сексуальной стойкостью, да и было ей тогда уже за пятьдесят. Всего через полчаса после начала посвящения она удовлетворила одного, но потом не сдержалась, кончила сама, и была способна только лежать и стонать, при этом школьники, которых она всего лишь разогрела, вчетвером насели на молоденькую смазливую практикантку. Как она вынесла одновременный бешеный секс с четырьмя - она до сих пор не понимает. Потом было все - и расстройство желудка, и рвота, и судороги, и кровотечения, и невыносимая мигрень... Но она выжила и даже произвела неизгладимое впечатление на малолетних любовников...
- А как же... муж?
- Я задала ей тот же вопрос. На наше общее счастье, муж тоже был учителем. Да не будь он учителем, она бы и разговаривать со мной не стала. Кстати, он тоже в тот же вечер проходил посвящение под руководством ее мужа. Их было двое на трех девчонок.
Лиза воздержалась от вопросов, но задумалась: будь у нее муж, смогла бы она позволить ему изменить ей, при условии, что в то же время она изменяет ему?
- А вы как? - спросила она Олесю, чтобы никто не заметил ее задумчивости.
- Нормально. Была еще Светлана...
- Светлана Николаевна Ковач, учительница русского языка и литературы, - то ли поправила, то ли пояснила Сергиевская.
-... и семь пацанов.
"Значит, по ее мнению, семеро на трех учительниц - это нормально, - подумала Лиза, то есть шестеро, как вчера - это так, разминка... Что же у меня так болит-то внутри? А школьники-то все наперечет оказались стойкими и опытными! Целуют, лижут и трахают прямо как взрослые мужики! Впрочем, чему удивляться: они же элита, не раз прошедшая через школу опытных Сергиевской и Гапонцевой, которые многому их научили! Видимо, мне тоже многое предстоит узнать на этой работе... ".
- Не переживайте вы так, - словно прочитав ее мысли, улыбнулась Надежда, - новенькие к нам не так часто приходят. Как правило, школьники поощряются по стандартной схеме - один на один.
- Как правило?
- В прошлом году, - встряла Олеся, - двое моих учеников заняли первое и второе места. Что же их, отдельно, что ли, поощрять?
"Значит, это называется - поощрять. Такой невинный эвфемизм... ".
- А были те новенькие, кто... не соглашался? Уходил? Или даже жаловался?
- Мужчины - ни разу, на моей памяти точно, - жуя, задумчиво сказала Сергиевская, - женщины две ушли, и еще одна пошла жаловаться.
- И что?
- Ее внимательно выслушали и пообещали разобраться. Прислали комиссию. Мы хором все отрицали. Слова против слов - тупик. Тогда они задумались: кто им важнее - мы, приносящие славу городу, району, области, или никому не известная сопливая девчонка?
- А из учеников?
- Бывает. В основном от ревности. Им кажется, что они больше достойны, а поощрили другого. Обычно мы все узнаем заранее, приглашаем к себе, разбираемся. Скандалов удается избежать.
- А если, например, школьник расскажет родителям?
Надежда усмехнулась.
- Вы, Елизавета Ивановна, как девственность потеряли?
Лиза вспыхнула:
- А что?
- Вы родителям об том рассказали?
Лиза улыбнулась, поняв, что вопрос ее был глупым.
- Но слухи-то ходят? Ведь школьники общаются с друзьями?
- Вы знаете, почти нет. Лицей на окраине, вокруг рабочие районы, народ быдловатый. Нас, яйцеголовых, такие недолюбливают. Мы для них - чуждый элемент. Прогуляться по району, особенно в одиночку - почти наверняка нарваться на неприятности. Парней бьют, девочкам рвут одежду, раздевают почти донага, валяют в грязи. Иногда даже не грабят, просто унижают таким образом, но иногда дорогие вещи все же отнимают. Школьники уже привыкли ходить гурьбой. Так что друзей среди местных у наших ребят и нет. А между собой дружат тоже редко. Ведь в десятый класс приходят из разных школ, первое полугодие почти не общаются. А потом... Все ведь понимают, что идет погоня за золотыми медалями, местами на олимпиадах, конкурсах и соревнованиях, так что они скорее конкуренты и соперники, чем друзья. Да к тому же, у них весь день - подготовка к занятиям, библиотека, кружки, секции. Так что варятся они в том же котле...
- Но ведь слухи... все равно ходят?
- Ходят, - тряхнула головой Надежда, - и очень хорошо ходят. Ирина Васильевна, - произнося имя наставницы, она всякий раз выпрямляла спину и придавала взгляду строгое выражение, - не только не возражала против слухов, но даже сама их распространяла через сеть... как она их называла "моих верных друзей". Она вообще была... политиком, - Сергиевская произнесла это слово так, как обычно говорят "гением", - она как никто умела работать с контингентом. Так что слухи - это хорошо, и чем их больше, тем лучше. Понимаете? Слухи становятся чем дальше, тем невероятнее, и в их море тонет достоверная информация, если она есть, и тогда человеку со стороны невозможно понять, где истина, а где ложь. Всему верить тоже нельзя, потому что слухи опровергают друг друга. Приходится не верить ничему, а именно этого мы и добиваемся.
Сергиевская помолчала, потом продолжила:
- Теперь, если уж вы прошли испытание, мне придется дать вам инструктаж. Сначала - о вашем внешнем виде. Запомните - никаких брюк. В магазин, на прогулку - пожалуйста. В лицей - только в юбке. Не макси, но и не мини. От сих... и до сих, - Надежда дважды провела по своей голой ноге чуть выше и ниже колена.
- Жаль, - вздохнула Лиза, - а я обожаю мини...
- Немудрено, - хмыкнула Олеся.
"Какая она забавная, - подумала Лиза, улыбкой и кивком показав, что поняла намек старшей коллеги, - Она даже комплименты говорит развязным и издевательским тоном".
- Повторюсь, - несколько занудно заметила Надежда, - Вне лицея ходите хоть голой. В лицее - только миди-юбка. Обтягивающими кофточками тоже не увлекайтесь - все в меру.
- А если я голой иду по улице, скажем, в магазин, и встречаю школьника? - немного раздраженно спросила Лиза.
- Отлично, - отчеканила директриса, - О более удачном стечении обстоятельств и мечтать нельзя.
- Не поняла, - остыла Лиза.
- Они не настолько глупы, чтобы понимать, что в свое свободное время вы вольны носить что угодно. Во-первых, они более полно смогут оценить вашу красоту. А во-вторых, вы подчеркиваете, насколько ревностно вы относитесь к своим служебным обязанностям. Вы же сами сказали - обожаю мини. Они тоже понимают, что при такой фигуре это вполне естественно. Но вы показываете: на уроке я строга, скромна и сдержанна, а на самом деле я яркая, дикая, страстная и сексуальная! Вроде понятно объяснила?
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|