 |
| |
| | Мама Веры по истечению пяти минут наконец-то решила дать дочери встать с кровати и сесть на горшочек. Они с мамой Вани вдвоем помогли девочке выпрямить ноги, затем Надя быстро схватила девчонку за пазухи и подняла её вверх, а Света подставила под попочку горшок. Затем Верочке было велено опускаться вниз, одновременно садясь на судно. Как только края ягодиц девочки коснулись горшка, из её анального отверстия полилась мощная струя воды, которая даже частично разбрызгивалась мимо горшка. Заметив это, Света пальцем слегка прижала аннус ребёнка, заставляя воду менять направление течения. "Маловатый горшок для неё, надо бы купить по больше", она рассказывала соседке Наде, "думала, зачем ей, пусть ходит на унитаз, большая уже, однако при клизме ведь надо опорожняться на судно тут же, рядом с кроватью". "Да, моему Ванечке тоже горшок скоро станет маленьким", та согласилась. Верочка тем временем закончила выливать воду и стала выжимать размытый клизмами кал. Первые порции у неё выходили весьма трудно, заставляя усиленно тужиться. Однако вскоре последовал более мягкий стул, который посвистывая вышел вон. Сильный, противный запах старого, запорного кала наполнил комнату. "Ладно, Света, я чую, что с Верочкой всё будет в порядке, пойду, посмотрю, как там мой Ванечка, ему ведь тоже только что была клизма сделана", сказала Надя. "Ах так, он что, еще не раскакался?". "Нет, муж держал его на диване". "Ну, беги, беги, Вера теперь уже раскаканная, всё окей будет", соседка согласилась. Надя вернулась в свою квартиру как раз в тот момент, когда Андрей подтирал попу Ванечке. "Ну, хорошо покакал?", мама спросила. | | |
| |
|
| |
| | Дима нежно взял в рот залупу, обхватил её губами и ласково провёл вокруг неё языком несколько раз. Но, решив, что всему своё время, начал медленно спускаться языком вдоль ствола к яйцам пока не уткнулся носом в волосатую мошонку с потрясающим запахом пота, мочи и сегмы. Сначала он ласкал её языком, затем захватил в рот огромное яйцо и стал ласкать и щекотать. Затем он проделал тоже с другим "китайским шаром". | | |
| |
|
| |
| | Лена расслабилась, а подруга принялась нежно размазывать гель по дырочке. Сначала Лена ощущала некий дискомфорт от стеснения и необычных ощущений в попе, потом стала немного привыкать к своему положению и мысли ее уже сосредоточились на действиях подруги, а та в свою очередь не торопилась, тщательно массируя Ленину дырочку. Иногда Катин пальчик соскальзывал вниз по губкам и касался клитора, в такие моменты Лена непроизвольно выгибалась еще сильнее стараясь плотнее прижаться клитором к руке подруги. Клитор ныл и требовал ласки и прикосновений. Катя видя готовность подруги взяла грушу и приставила носик к дырочке, Лена вздрогнула и сжалась, но это не помешало, клизма легко вошла в попу девочке. | | |
| |
|
| |
| | Продолжая развивать кулинарные аналогии, следует отметить, что самым желанным лакомством, своего рода сексуальным "тортом" для меня могла служить только моя любимая маменька. Но после того, что произошло между нами, она стала совершенно недоступна. Полная неприступность многократно усиливала её привлекательность и распаляла мои желания. Как я ни старался заглушить их общением с другими женщинами, червячок неудовлетворённого желания всё рос во мне, не давая мне покоя. В ночных мечтах я всё чаще видел манящие и недоступные образы моей прекрасной дамы, а каждый раз, когда маменька встречалась мне днём, я с восторгом и вожделением впивался взглядом в её прекрасные формы и впитывал в себя полные обаяния движения её рук, ног, головы, губ и всего чувственного тела. | | |
| |
|
Рассказ №22692 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 25/03/2020
Прочитано раз: 19339 (за неделю: 12)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кому из нас в данный момент было хуже, трудно сказать. Но если Лён в самом худшем случае лишился глаза, то я находилась в предынфарктном состоянии, именно это себе вообразив. Выбить глаз Повелителю Догевы, метнув в него краденым кристаллом, пусть даже нечаянно - только я могла вляпаться в подобную историю! Я представила, как со всей Догевы сбегаются вампиры, как они в ужасе толпятся у носилок, на которых лежит, душераздирающе постанывая, их обожаемый Повелитель, далеко не такой симпатичный, как прежде, и Старейшины, пораженные его скорбным обликом, указывают на меня трясущимися от праведного гнева перстами, а потом:..."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
В начале весны в деревню пришел обоз с мукой и мороженым мясом. Заиндевевшие лошади со спавшейся в ледышки гривой привычно остановились у ворот. Ими управлял мертвец, закутанный в волчью шубу - старминский купец, торгующий с отдаленными поселениями. Сегодня он не требовал денег за свой товар, и люди дрались за его шубу, как настоящие волки.
Вместе с купцом пришла чума, его последняя подруга. Она неслышно прокралась в избы, отогрелась у жарко натопленных печей и спустя неделю вышла на охоту.
Первые три могилы еще кое-как выдолбили в мерзлой земле за частоколом. Остальных складывали сверху, заваливали смолистыми еловыми лапами и поджигали. Прогорев, костры ядовито скалились из груды пепла обугленными черепами. По утрам с них вспархивали сороки, вертлявые, длиннохвостые, вечером степенно расхаживали вороны.
Насытившаяся чума остановилась на четвертом десятке. Из двадцати пяти уцелевших девять медленно выздоравливали, остальные ежечасно искали страшные метины на коже, но боги миловали. Костры за частоколами угасли, пепел подернулся серым снегом. В деревне осталось девять мужчин и пятнадцать женщин, из детей выжила я одна. Никто не хотел заново обживать проклятое место. Собирались, как только потеплеет и подсохнут тропы, разбрестись по окрестным деревням, по родственникам. Я временно жила с дядей, братом отца, потерявшим жену и пятерых детей. А зима все затягивалась. То ударят морозы, то повалит снег, то оттепель нагонит воды под самый порог. Продукты снова подходили к концу, когда я приметила тянущиеся к деревне подводы. Встречать их высыпала вся деревня - не выходя, впрочем, за частокол. Кто их знает, гостей незваных, - вдруг разбойники какие, банда татей лесных. Да и с теми можно договориться, лишь бы, не разобравшись, стрельбу по встречающим не открыли.
Мне все было видно и отсюда, с соломенной крыши сарая, куда я вскарабкалась в поисках необмолоченных колосков. Странный это был обоз. Три телеги, а на них горой, под дерюгой, что-то гремящее и угловатое. Впереди двадцать воинов на лохматых лошадках, и сзади столько же. Война, что ли? С кем? Кому мы, болезные, потребовались?
Обоз встал под вековым дубом, в пятистах локтях от частокола. Воины смотрели насторожено, не спешиваясь. Наконец вперед выехал десятник на саврасом коне, косясь на своих и поминутно проверяя направление ветра обслюнявленным пальцем. Его смелости хватило локтей на двести.
- Много вас тут? - завопил он, прикрывая нос кожаной рукавицей.
- Есть чуток! - радостно откликнулся мой дядька, шагнув было за ворота, но воины немедленно ощетинились взведенными арбалетами, и он поспешно отступил назад. - Кто не помер, тому уже бояться нечего, две недели хворь не сказывалась! Заходите, не тревожьтесь - схлынуло моровое поветрие!
Десятник, не отвечая, повелительно махнул рукой. Молчаливые воины редкой цепочкой окружили деревню, за ними с надсадным скрипом потянулись телеги. Под сдернутой рогожей оказались пузатые бочонки в черных потеках.
Кто-то из мужиков, смекнув, к чему идет дело, перемахнул частокол и припустил к лесу в отчаянной надежде прорваться между двумя воинами. Короткий арбалетный болт целиком скрылся под его левой лопаткой. "Спасатели" сноровисто выбивали днища бочек, с размаху плеща на частокол вязкой смолой, пока десятник неторопливо разжигал соломенный факел. Я кубарем скатилась с крыши, метнулась туда-сюда - бежать некуда, черный удушливый дым слепит глаза, першит в горле, люди мечутся в огненном кольце, натыкаясь друг на друга. Брызгами разлетаются искры, гудящим пламенем разрастаясь в соломенных крышах. Частокол пылает, близко не подойдешь, сухо тренькает арбалетная тетива, не выпуская за ворота, в ушах звенят истошные вопли, и не разобрать, чьи - то ли воет перешибленная бревном собака, то ли заживо горящая женщина:
Только ребенок надеется укрыться от смерти в родном, пусть и горящем доме. Это меня и спасло. Ослепленная клубящимся внутри дымом, я споткнулась о кадушку в сенях и с визгом провалилась в открытый подвал. Крышка, за которую я судорожно попыталась уцепиться, хлопнула над моей головой. Скатившись по лестнице, я на четвереньках отползла в угол и забилась между ларем и стеной, поскуливая от боли и страха. Дым медленно истаивал под потолком, глинобитный пол холодил ушибленный бок. К реву пламени добавился грохот падающих балок - последнее, что я запомнила, прежде чем потерять сознание.
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
