 |
| |
| | Куро не заметил, как движение наружу сменилось погружением, для него эти ощущения стали сливать в одно большое, тёплое блаженство, которое Куро ни за что не хотел бы прерывать. Широ плавно, без резких движений и остановок трахал Куро в попку, вытаскивая свой член полностью и снова погружая его обратно на всю длину. На выдохе попка Куро расслабляется, и член легко погружается вглубь его тела. Затем следует вдох, и член двигается наружу. Левой рукой он обнимал Куро за талию, поэтому хорошо чувтвовал, когда следует двигаться вперёд, а когда назад. | | |
| |
|
| |
| | Моему взгляду открылась совершенно чистая попка и бледно розовая дырка,не в силах больше сдерживаться я сняол свои трусы и нагнувшись несколько раз облизнул его зад. Мой член взрывался, сердце бешено билось не в силах остановиться я смазал свой член слюной и вошел внутрь,там было так горячо и плотно,что мне хватило двадцати секунд, чтобы кончить прямо туда. Я проделал это еще раз такими рывками,что чуть не разбудил Димку.После этого успокоившись убрал пузырек и прислонившись и обняв Димку уснул. | | |
| |
|
| |
| | Он открыл рот и с восхищением смотрел на ее прекрасное лицо, упиваясь её красотой. Ирина спустила ему в рот густую, сладкую, белую слюну. Глотай! Приказала красавица. Мальчик проглотил и судорога наслаждения прошла по его телу. Он был на грани оргазма. Будешь моей секс игрушкой? Спросила Богиня. Конечно Любимая! Произнес он задыхаясь. Будешь послушной и верной собачкой на ошейнике? Буду! Ирина подставила ему ручку для поцелуев и с удовольствием наблюдала как парень страстно целовал её. Будешь удовлетворять любой мой каприз? Да буду! Прокричал он между поцелуями. Ирина кайфовала от его обожания она тоже сильно возбудилась и схватила его за лицо смотря сверху во влюбленные глаза произнесла смакуя каждое слово: Ты будешь лизать мне жопу голый на цепи! Столько звериной первобытной похоти было в ее словах и голосе что весь мир исчез для него осталась только сучка-воплощение женственности и красоты которую надо любой ценой удовлетворить. Подлей мне вина- голос Ирины вывел мальчика из транса. Он подлил блондинке вина сел рядом и нежно приобнял девушку. | | |
| |
|
| |
| | Я хочу найти девочку, которая и при замужестве хочет быть желанной и доступной для других, хочет истинного счастья - наслаждения на всю жизнь! Пишите, если мы близки по духу: MAERSK: iloveyou@freenet.am | | |
| |
|
Рассказ №22692 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 25/03/2020
Прочитано раз: 18912 (за неделю: 3)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кому из нас в данный момент было хуже, трудно сказать. Но если Лён в самом худшем случае лишился глаза, то я находилась в предынфарктном состоянии, именно это себе вообразив. Выбить глаз Повелителю Догевы, метнув в него краденым кристаллом, пусть даже нечаянно - только я могла вляпаться в подобную историю! Я представила, как со всей Догевы сбегаются вампиры, как они в ужасе толпятся у носилок, на которых лежит, душераздирающе постанывая, их обожаемый Повелитель, далеко не такой симпатичный, как прежде, и Старейшины, пораженные его скорбным обликом, указывают на меня трясущимися от праведного гнева перстами, а потом:..."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
В начале весны в деревню пришел обоз с мукой и мороженым мясом. Заиндевевшие лошади со спавшейся в ледышки гривой привычно остановились у ворот. Ими управлял мертвец, закутанный в волчью шубу - старминский купец, торгующий с отдаленными поселениями. Сегодня он не требовал денег за свой товар, и люди дрались за его шубу, как настоящие волки.
Вместе с купцом пришла чума, его последняя подруга. Она неслышно прокралась в избы, отогрелась у жарко натопленных печей и спустя неделю вышла на охоту.
Первые три могилы еще кое-как выдолбили в мерзлой земле за частоколом. Остальных складывали сверху, заваливали смолистыми еловыми лапами и поджигали. Прогорев, костры ядовито скалились из груды пепла обугленными черепами. По утрам с них вспархивали сороки, вертлявые, длиннохвостые, вечером степенно расхаживали вороны.
Насытившаяся чума остановилась на четвертом десятке. Из двадцати пяти уцелевших девять медленно выздоравливали, остальные ежечасно искали страшные метины на коже, но боги миловали. Костры за частоколами угасли, пепел подернулся серым снегом. В деревне осталось девять мужчин и пятнадцать женщин, из детей выжила я одна. Никто не хотел заново обживать проклятое место. Собирались, как только потеплеет и подсохнут тропы, разбрестись по окрестным деревням, по родственникам. Я временно жила с дядей, братом отца, потерявшим жену и пятерых детей. А зима все затягивалась. То ударят морозы, то повалит снег, то оттепель нагонит воды под самый порог. Продукты снова подходили к концу, когда я приметила тянущиеся к деревне подводы. Встречать их высыпала вся деревня - не выходя, впрочем, за частокол. Кто их знает, гостей незваных, - вдруг разбойники какие, банда татей лесных. Да и с теми можно договориться, лишь бы, не разобравшись, стрельбу по встречающим не открыли.
Мне все было видно и отсюда, с соломенной крыши сарая, куда я вскарабкалась в поисках необмолоченных колосков. Странный это был обоз. Три телеги, а на них горой, под дерюгой, что-то гремящее и угловатое. Впереди двадцать воинов на лохматых лошадках, и сзади столько же. Война, что ли? С кем? Кому мы, болезные, потребовались?
Обоз встал под вековым дубом, в пятистах локтях от частокола. Воины смотрели насторожено, не спешиваясь. Наконец вперед выехал десятник на саврасом коне, косясь на своих и поминутно проверяя направление ветра обслюнявленным пальцем. Его смелости хватило локтей на двести.
- Много вас тут? - завопил он, прикрывая нос кожаной рукавицей.
- Есть чуток! - радостно откликнулся мой дядька, шагнув было за ворота, но воины немедленно ощетинились взведенными арбалетами, и он поспешно отступил назад. - Кто не помер, тому уже бояться нечего, две недели хворь не сказывалась! Заходите, не тревожьтесь - схлынуло моровое поветрие!
Десятник, не отвечая, повелительно махнул рукой. Молчаливые воины редкой цепочкой окружили деревню, за ними с надсадным скрипом потянулись телеги. Под сдернутой рогожей оказались пузатые бочонки в черных потеках.
Кто-то из мужиков, смекнув, к чему идет дело, перемахнул частокол и припустил к лесу в отчаянной надежде прорваться между двумя воинами. Короткий арбалетный болт целиком скрылся под его левой лопаткой. "Спасатели" сноровисто выбивали днища бочек, с размаху плеща на частокол вязкой смолой, пока десятник неторопливо разжигал соломенный факел. Я кубарем скатилась с крыши, метнулась туда-сюда - бежать некуда, черный удушливый дым слепит глаза, першит в горле, люди мечутся в огненном кольце, натыкаясь друг на друга. Брызгами разлетаются искры, гудящим пламенем разрастаясь в соломенных крышах. Частокол пылает, близко не подойдешь, сухо тренькает арбалетная тетива, не выпуская за ворота, в ушах звенят истошные вопли, и не разобрать, чьи - то ли воет перешибленная бревном собака, то ли заживо горящая женщина:
Только ребенок надеется укрыться от смерти в родном, пусть и горящем доме. Это меня и спасло. Ослепленная клубящимся внутри дымом, я споткнулась о кадушку в сенях и с визгом провалилась в открытый подвал. Крышка, за которую я судорожно попыталась уцепиться, хлопнула над моей головой. Скатившись по лестнице, я на четвереньках отползла в угол и забилась между ларем и стеной, поскуливая от боли и страха. Дым медленно истаивал под потолком, глинобитный пол холодил ушибленный бок. К реву пламени добавился грохот падающих балок - последнее, что я запомнила, прежде чем потерять сознание.
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
