Рассказ №279 (страница 10)

     Ира встретила машину у подъезда. За время его отсутствия она чуть похудела, но на лице сохранилось выражение довольства жизнью и готовности удивлять и удивляться. Евгений поцеловал ее руку и вручил конверт. Ира что-то шепнула Ивонне и проводила его к себе. Переступив порог, хозяйка надела на Евгения ошейник с поводком и отвела его за собой в гостиную. Она не стала тянуть и тут же углубилась в чтение письма. По мере знакомства с объемной рукописью она несколько раз кивнула и улыбнулась чему-то, затем неожиданно посерьезнела и обеспокоенно сжала губы.
     - Значит, ты оказался достаточно хорош, чтобы с честью выдержать это испытание? Впрочем, ничего другого я и не ожидала. Мэм-саиб пишет о значительном потенциале, но и о твоем неповиновении тоже. Ты спал с этой ее девчонкой без моего разрешения, мерзавец! Впрочем, за нарушение приказов рабов наказывают. А с подобными тебе ослушниками поступают достаточно строго. Нет, не бойся, прогонять тебя я не собираюсь: ты все еще мой, наши клятвы остаются в силе. Мы еще не завершили этот прекрасный эксперимент, любовь моя.
     В этот вечер ему было позволено заняться с госпожой сексом. Впрочем, Иру гораздо больше занимал его язык, чем член. Она была очень нежна с Евгением, внимательно ласкала его, не забыв осторожно погладить недавние шрамы и поговорить о наказании.
     - Его ты заслужил, это более чем очевидно. Раб не должен себе такого позволять, Мэм-саиб права. Но к мужским желаниям можно быть снисходительнее. Хотя в случае с рабыней тебе нет оправданий.
     Ира согласилась, что он нуждается в дальнейшем обучении, но о сущности его не распространялась. Она спросила Евгения, каковы его дальнейшие планы, и получила известный заранее ответ:
     - Они состоят в подчинении твоей воле, когда она будет высказываться. Это смысл нашего взаимного общения, вне которого для меня ничего не существует.
     · Как ты прекрасен! - вздохнула она. - И все тот же:
     Все эти дни запомнились Евгению как прекрасная сказка. Ира была нежна с ним, хотя и строго контролировала работы по дому. Вечерами они непринужденно болтали, занимались учебой (благодаря содействию неведомой покровительницы Евгений продолжал числиться в университете, получив по неведомой причине академический отпуск), смотрели телевизор, любили друг друга, наслаждаясь познанием плоти. Ира как-то заметила ему, что внимательнее любовника ей не найти:
     - Только раб может по-настоящему нежно и чувственно удовлетворить женщину-хозяйку. Обычному мужчине это недоступно.
     Но вскоре блаженству настал конец. Ира ушла в какие-то дела, продолжала телефонные переговоры и дома, высылая Евгения на кухню. В конце концов она еще раз напомнила ему о предстоящем суровом наказании и заверила, что избрала наиболее подходящее.
     - Видишь ли, мое финансовое положение сейчас не позволяет особо роскошествовать. А ты - самая ценная из моих вещей, как мы и уговорились. Я вовсе не собираюсь тобой торговать, но в данном случае речь идет скорее о твоей пользе. Ты должен утвердиться в качестве вещи, единственное прибежище которой - власть госпожи. Поэтому и предстоят испытания. Ты согласен их вытерпеть?
     Евгений молча кивнул. Что могли добавить новые господа к его унижению? А для него самого руководство и внимание хозяйки было самым важным и полезным.
     Ира продолжила объяснения. Несколько желающих воспользоваться Евгением среди ее знакомых нашлось. Все они - люди более чем подходящие в смысле сексуальных привычек, СПИДа и прочих гадостей он мог не опасаться. А вот за здоровье и жизнь будет нести ответственность сам; это зависит только от исполнения приказов. Ира прибегла к этой мере для его же блага и не испытывала особой радости по поводу разлуки. Но - такова жизнь вовлеченных в отношения рабов и господ. И Евгений должен стать идеальным рабом для тех, кто пожелал им воспользоваться. Никаких возражений и вопросов Ира больше не ожидала. Их и не последовало.
     К первым хозяевам они отправились вместе с Ирой, которая почти всю дорогу в такси молчала. Евгений был одет в обычную одежду; он не решался заговорить без приказа госпожи. Даже когда они оказались у девятиэтажного нового дома и поднялись в лифте вверх, он не произнес ни слова. Ира вполголоса пояснила:
     - Это очень приятная семейная пара. У них двое детей, так что приготовься к обилию хозяйственной работы. Будет тяжело поначалу, но тебе не привыкать. В случае непослушания, если они не пожелают больше иметь с тобой дела, я тебя тотчас же отправлю в стационар в клинике. Понимаешь, что это значит?
     Евгений кивнул, не в силах ответить. Ира заметила его страх:
     - Не бойся, это пустая угроза. Я ведь знаю, что ты справишься со своими обязанностями.
     У двери она поцеловала его в щеку и позвонила. Их явно ожидали, поскольку сразу же отворили. В коридоре стояла женщина лет тридцати - тридцати двух, крепко сбитая, светловолосая и очень привлекательная. Она пожала Ире руку, пригласила войти, но та отказалась:
     - Нет, Марина Дмитриевна. Вот Евгений; он приступит к своим обязанностям немедля. В случае малейшего отклонения или каких-то трудностей - звоните мне или сразу в клинику. По окончании срока я заеду за рабом. Передайте привет Валерию Ивановичу.
     Дверь захлопнулась. Женщина спокойно осмотрела раба, затем сделала ему знак пройти в одну из комнат. Это оказалось небольшое квадратное помещение без окон - скорее чулан, вмещавший только матрас на полу, широкую скамью и металлические столбы, в предназначении которых у Евгения сомнений не возникло.
     Марина Дмитриевна улыбнулась, наблюдая за его попытками сориентироваться:
     - Жить будешь здесь; твоя одежда на матрасе. Передвигаться по дому, если не будет других приказов, только на коленях, что тебе должно быть привычно. В твои обязанности входит кухня, уборка и присмотр за детьми - в общем, работа немаленькая, хотя наиболее ответственную ее часть я делаю сама. О твоем опыте мы осведомлены, за это и платим. Но ты, естественно, здесь не первый и не последний:
     Она удалилась, а Евгений осмотрел разложенную на матрасе одежду. Все это уже становилось привычным: и приезды к новым хозяевам, и знакомства, и обязанности. Но о скуке речи не было: ведь исполнение воли хозяйки не могло быть для него утомительным, особенно теперь, когда за спиной Иры стояла Мэм-саиб, прекрасная и удивительная женщина, еще одна часть его мечты, его детского сна: А предназначался ему следующий гардероб: простого покроя трусы, свободные юбки выше колен, бюстгальтеры и блузки - униформа обычной служанки в богатом доме.
     А к этой квартире вполне подходило определение "богатая" - пять комнат, высокие потолки, дорогая, на заказ, мебель, обширная кухня, прекрасно обставленная детская - и комнатка для жизни и наказаний раба. Видимо, это семейство очень давно пользуется услугами людей вроде него, и поведение Марины Дмитриевны это подтверждало.
     На кухне она протянула ему пару темных наколенников:
     - Мне не хотелось бы, чтобы рабы подвергались бессмысленной порче. В этом доме твое подчинение будет вполне рациональным: за исполненную работу - плата, за ошибки - наказание. Впрочем, к сексуальной сфере это не относится: ведь для удовольствия хозяев раб должен быть готов ко всему. Не так ли?
     Всю эту сентенцию Евгений выслушал, стоя на коленях. Затем ему приказали встать и приготовить обед. Все составляющие обнаружились в холодильнике, большинство достаточно было только разогреть, так что работа оказалась очень простой. Затем следовало под руководством Марины Дмитриевны накрыть стол. А потом появились и дети: девочка лет десяти, мальчик лет двенадцати. Его представили как новую служанку Женечку. Дети благонравно поздоровались, Евгений сделал реверанс и усадил их за стол. Он стоял за креслом хозяйки, выполняя все ее распоряжения по ходу обеда: уносил и приносил блюда, накладывал добавки детям, подавал приправы и приборы. Марина Дмитриевна и дети принимали все это как должное, обсуждали дела в школе, затем ему было приказано прибрать и вымыть посуду.
     До вечера он успел вымыть полы, начистить паркет в прихожей и сходить в магазин - в том же женском наряде. Там на него покосились, но в целом это сошло с рук: многие женщины выглядели гораздо менее женственно, чем он. А девушка в форменном платье с сумками особого внимания не привлекла. Да и магазин находился всего в двух кварталах. Марина Дмитриевна наблюдала за его успехами из окна и выругала за медлительность. Затем настал черед ужина, поданного в том же порядке.
     Вечером прибыл сам хозяин дома: лет сорока, высокого роста, спортивного сложения - мужчина в расцвете сил. Валерий Иванович смерил стоявшего на коленях Евгения скептическим взглядом и заметил супруге:
     - Не слишком покорным он выглядит, как ни расписывала твоя знакомая! Впрочем, это можно проверить. Пойдем-ка, малышка!
     Евгений вошел в свою клетушку и был усажен на пол. Хозяин вкатил следом столик и продемонстрировал разложенные на нем принадлежности: несколько цепочек с зажимами, пару-тройку плетей, перчатки с шипами и спиртовку с набором игл.
     На последнем предмете он особенно задержался:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ]

Читать также: