Рассказ №8132 (страница 3)

     
     Весь оставшийся вечер ни Ваня, ни Ростик ни словом и даже ни словечком не обмолвились о том, что было - словно совсем ничего не было... и хотя вполне счастливый Ростик постоянно теребил Ваню разными-всякими вопросами, и хотя Ваня с готовностью, ему ранее совершенно не свойственной, на все-все вопросы маленького Ростика обстоятельно отвечал, тем не менее, о том, что случилось в "детской", оба они за весь вечер ни словечком не обмолвились. А когда подошло пора ложиться спать и Ваня пошел готовить свою постель, маленький Ростик, оказавшийся тут как тут, безапелляционно и даже немного самоуверенно заявил:
     
     - Ванечка, я с тобой сплю!
     
     Маленький Ростик не спросил, будет ли он с Ваней спать, и даже не поинтересовался, что вообще по этому поводу старший брат Ваня думает, а именно заявил - поставил Ваню, студента первого курса технического колледжа, что называется, перед жареным фактом: сплю с тобой!
     
     - Ну, спи... - неопределённо и даже как бы индифферентно отозвался Ваня, в то время как его петушок, вполне отдохнувший и поднабравшийся сил, радостно и даже преждевременно встрепенулся, предчувствуя новые, не менее впечатляющие приключения.
     
     Ростик, беспечно сбросив с себя футболку, сдернув штаны, тут же с улыбкой запрыгнул в постель, едва только Ваня застелил простынь. И как только Ваня выключил свет и повалился, вытягиваясь, рядом с Ростиком, маленький Ростик тут же нетерпеливо и бесхитростно перешел к делу: нащупав без особого труда в темноте горячую ладонь Ваниной руки, он настойчиво и даже как бы по-хозяйски потянул её к своему вновь возбуждённо вздёрнутому петушку.
     
     - Потрогай - прошептал Ростик, обдавая Ваню горячим дыханием... Конечно, для Ваниной свёрнутой в трубочку ладони, а сказать по-другому - для его вполне взрослого кулака, петушок маленького Ростика был всё ж таки мал... но он был горяч и твёрд, словно разогретый на солнце стальной валик, и Ваня, осторожно сжимая этот валик-огурчик большим и указательным пальцами у самой головки, так же осторожно задвигал вверх-вниз нежнейшую, как китайский шелк, петушиную кожу... Ростик какое-то время лежал, не шевелясь и словно прислушиваясь к еще невнятной и едва различимой, но уже рождавшейся музыке грядущих симфоний... затем, придвигаясь к Ваниному боку вплотную, он прошептал, горя нетерпением и неисправимой тягой к познанию: - Всё... теперь я... я у тебя потрогаю! - как будто нельзя было трогать одновременно...
     
     Рука маленького Ростика на ощупь скользнула по Ваниному бедру - и в тот же миг Ваня почувствовал, как Ростик, нырнув ладонью ему в плавки, обхватил своей горячей ладошкой его нетерпеливо вздыбленного петуха... Вот оно - то, к чему маленький Ростик так упоительно стремился, преодолевая самые разнообразные препятствия и обходя самые коварные рифы! Член у шестнадцатилетнего Вани стоял колом, и маленький Ростик, затаив дыхание, несильно сжал-обвил его пальцами...
     
     - Большой... - простодушно-восторженно выдохнул счастливый Ростик, придвигаясь к Ване ещё ближе, то есть совсем вплотную.
     
     - У тебя тоже вырастет, - тихим шепотом тут же отозвался Ваня, позволяя маленькому Ростику и так и этак играть со своим большим петушком.
     
     - Давай разденемся... ну, совсем! - то ли предложил, то ли приказал Ростик, и опять... опять, даже не пытаясь узнать, что по этому поводу думает старший брат, Ростик, на какое-то время выпустив из горячей ладони Ваниного друга-петушка, первым прытко стянул с себя трусы, придавая тем самым своим торопящимся устремлениям максимальную свободу самовыражения. - Ванечка, ну... снимай! - поторопил уже голый Ростик Ваню, видя в голубом сиянии луны, что тот немотивированно с этим элементарным делом замешкался.
     
     Ну, и что оставалось делать Ване? Беспрекословно подчиняясь нетерпеливому Ростику, Ваня безоговорочно стянул с себя "семейные" трусы, в которые он облачился, чтоб не стеснять петушка, после душа, и - бросив трусы на пол, тут же, перехватывая у Ростика инициативу, уверенно и даже преднамеренно взял многообещающий сюжет в свои руки.
     
     Обнимая одной рукой маленького Ростика за плечи, прижимая его к себе, Ваня ладонью другой руки нежно и страстно гладил, ласкал и мял, снова гладил и снова мял, сжимал-стискивал тугие и в то же время аппетитно мягкие булочки голого Ростика, то и дело скользя пальцами по бархатисто-нежной ложбинке, с каждым разом всё ближе и ближе продвигаясь к туго сомкнутой и девственно сжатой норке... впрочем, читатель, я не скажу, что Ваня скользил-продвигался к туго сомкнутой девственной дырочке своим пальцем вполне сознательно, - нет, это выходило-получалось у Вани само собой... ну, а Ростик... маленький Ростик в это самое время скользил ладонью по твёрдому и горячему Ваниному петушку, обнимал вальцами и сжимал петушка ладонью, словно это был и не петушок вовсе, а сказочный и даже заморский экзотический принц неописуемой на ощупь красоты... конечно, мы можем сказать, что Ростик, лёжа рядом с Ваней, Ване петушка элементарно и даже банально дрочил, но это будет неправдой, ибо маленький Ростик еще не имел никакого внятного опыта в этом естественном ремесле, и потому дрочить осознанно и внятно он, то есть Ростик, еще просто-напросто не мог - он именно играл, и играл упоённо и в целом непреднамеренно...
     
     - Росточка... - голос у Вани вдруг оказался чуть изменившимся и даже как бы вибрирующим, то есть жаром дрожащим в жаркой темноте юного наслаждения. - Давай... давай по-настоящему?
     
     - В попу? - вмиг догадался смекалистый Ростик.
     
     - Да... в попу... - нетерпеливо прошептал Ваня, и в этот самый миг Ване, студенту первого курса технического колледжа, неоспоримо показалось, что он коснулся пальцем целомудренной и непорочно сжатой дырочки маленького Ростика. - Давай!
     
     - Давай, - не раздумывая, откликнулся маленький Ростик...
     
     Надо ли говорить, что у Вани с Ростиком ничего путного из этой затеи - познакомить петушка с жаром обжимающей, обволакивающей норкой - не получилось? Конечно, мой искушенный читатель, мы без труда и даже видимых усилий могли бы сейчас расписать небывалыми красками, как Ваня, преодолевая сопротивления анальной девственности, вогнал своего петушка в покорно и даже небывало податливо для первого раза разжавшуюся норку маленького Ростика... и как оба они - и Ваня, и Ростик - тут же забились, застонали и закричали в плену охватившего их небывалого наслаждения... и всё это, заметь, мой читатель, с первого и даже наипервейшего раза, - о, сколько таких правдивых историй нам приходилось уже читать! Но в том-то и дело, что если б случилось именно так или мы бы, читатель, именно такой прозаический поворот придали нашему вялотекущему сюжету, то наша история вмиг бы утратила все признаки сказочности и неповторимости, тут же превратившись в самую что ни на есть животрепещущую реальность... А у нас, мой читатель, всё-таки сказка, какой бы правдивой и даже впечатляющей она местами не казалась...
     
     Итак, начнём с того, что Ваня, этот великовозрастный студент первого курса технического колледжа, даже не сразу сообразил, что перво-наперво нужна в таком деле хоть какая-то элементарная смазка... Нет-нет, мой читатель, я вовсе не хочу сказать, что наличие смазки есть абсолютное и безусловное условие для проникновения одного предмета в другой, - разве мы, мой читатель, не встречали в своей многообразной жизни или хотя бы ни разу не слышали о подлинных бойцах анального фронта, которым всякая смазка не только не нужна, а даже мешает по причине их подлинного и неоспоримого профессионализма? Конечно, встречали! Или хотя бы слышали. Но Ростик... малолетний Ростик, доверчиво ставший на колени к Ване задом, а затем и вовсе склонившийся вниз, отчего его булочки приглашающе и даже призывно распахнулись, не был ни бойцом, ни тем более ветераном... и когда Ваня, сосредоточенно сопя, пристроился сзади и, направив своего петушка в туго сжатое и еще безволосо нежное отверстие мальчиковой попки, попытался войти, что называется, насухую, то есть банально надавил бордово залупившейся головкой в самое то, маленький Ростик, тихо и даже непроизвольно ойкнув, тут же стремительно дёрнул задом вперёд, уходя из-под удара...
     
     - Ну... ты чего... стой! - нетерпеливо прошептал Ваня, обеими руками возвращая бёдра Ростика на место.
     
     - Больно... - удивлённо и даже как бы не совсем уверенно отозвался маленький Ростик, вместе с тем послушно подставляя Ване свою целомудренную попку для новой попытки преднамеренного штурма.
     
     Ну, подставил он попку - ну, и что? А ничего... то есть, ничего путного ни из второй попытки, ни из третьей не получилось. В четвёртый раз Ваня попытался удержать Ростика за бёдра, но и здесь маленький Ростик, в четвёртый раз ойкнув, резко отстранился-увернулся...


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать из этой серии:

Читать также: