Рассказ №22691 (страница 2)

     
     Но он не только не успокоился, но и заразил меня. Мы хохотали, как безумные, не в силах подняться. Вряд ли почтенные старички так веселились, лежа под вампиром:
     
     - Лён, сколько тебе лет? - Вспомнила я, все еще давясь смехом.
     
     Вампир как-то сразу погрустнел и замялся, но все же ответил:
     
     - Семьдесят три года.
     
     - Ско-олько? - ахнула я, растеряв остатки веселья.
     
     - Восемьсот семьдесят девять месяцев, - со вздохом уточнил Лён, поднимаясь и подавая мне руку. Ошеломленная, я осталась сидеть, вытаращив на него глаза:
     
     - Что, правда?
     
     - Я говорю только правду. - Вампир нагнулся, бесцеремонно подхватил меня под мышки и поставил на ноги.
     
     - Да ты мне в прадедушки годишься! - Мне стало очень, очень неуютно. Даже лес как-то помрачнел и притих, осуждающе нависнув над моей головой. Ну когда же я перестану наступать на одни и те же грабли?! Сначала приняла Повелителя Догевы за нахального любителя купающихся девиц (было бы на что смотреть!) , теперь вот за легкомысленного недоросля, заполучившего трон по наследству. - Сколько же тогда Старейшинам?
     
     - Одному двести сорок, остальным около трехсот.
     
     - С ума сойти! Моему Учителю сто семьдесят четыре, а его седая борода длиннее иной косы!
     
     - Что, существует прямая зависимость между бородой и интеллектом? - привычно отшутился Лён. - Брось, не в возрасте дело. Мы дольше живем и медленнее стареем, только и всего. В пересчете на ваш век мне около двадцати лет.
     
     У меня немного отлегло от сердца.
     
     - Так ты покажешь мне Ведьмин Круг, старый хрыч? - И торопливо добавила: - Пожалуйста!
     
     - С этого и следовало начинать. Смотри! - Лён отбросил плащ за спину, аккуратно снял обруч и поднес его к стене, держа за дужки.
     
     Мне показалось, что обруч затрепетал в его руках. В глубине изумруда зажглась крохотная зеленая точка, мигнула и разлилась по всему камню теплым сиянием, которое быстро окрепло, выпустило длинные острые лучики и ощупало руну, оставляя золотые метки-искорки. Помедлив, искорки слились, золотая копия руны медленно отделилась от гранита и повисла в двух вершках от стены. Вампир повернул обруч, как ключ в скважине - два оборота влево, три вправо. Руна вращалась вместе с ним, а под конец окрасилась зеленью и растаяла в воздухе. Из недр земли донесся приглушенный гул, и скала послушно отползла в сторону, шурша по песку каменной подошвой.
     
     Лён отбросил волосы со лба и прижал их обручем.
     
     - Идем.
     
     - А она не закроется?
     
     - Пока обруч у меня - нет.
     
     - А если его кто-нибудь отберет?
     
     - Разве что снимет с трупа.
     
     
     
     
     Глава 12
     
     
     В пещере было темно, но - сухо. Вот только под ногами неприятно похрустывало и почвякивало, как в логове гоблинов-людоедов. Я встряхнула рукой, и в ладонь скатился сияющий восьмиконечный пульсар. Пошевелив пальцами, я заставила его взлететь и он ночной бабочкой затрепыхался над моим правым плечом. Опустив глаза, я обнаружила, что бодро шествую по слежавшемуся помету и костям летучих мышей, во множестве копошившихся под сводом пещеры. С десяток летунов, разбуженных светом, сорвались с потолка и с писком закружились над нашими головами.
     
     Я поймала пульсар в кулак, как муху, скомкала и впитала.
     
     - Зря, - упрекнул вампир. - Скоро он тебе понадобится.
     
     - Понадобится - вызову.
     
     Лён быстро и уверенно вел меня вдоль стены. Темнота оказалась не такой уж кромешной, и, задрав голову, я разглядела широкую зигзагообразную трещину в своде пещеры, сквозь которую как раз пролетала запоздавшая мышка.
     
     - Запасной выход? - хмыкнула я. - Или служебный вход?
     
     - Это как посмотреть. Отсюда не выйдешь, а оттуда не войдешь. Не стоит тратить силы и здоровье, карабкаясь по отвесной скале. Ты не обнаружишь там и крохотной щелочки.
     
     - А мыши?
     
     - Мыши плохо видят и больше полагаются на слух, улавливая отраженные звуки. Видишь ли, защита действует только на того, кто в нее верит. А мыши, как и ты, сначала летят, а потом думают.
     
     - Это оскорбление? - подозрительно осведомилась я.
     
     - Комплимент. Выпускай своего светлячка.
     
     Пульсар взъерошился лучами, расплавляя тьму. Я заметила еще одну руну-скважину, но Лён, не останавливаясь, прошел прямо сквозь стену, и мне пришлось проследовать за ним, ежась от могильного холода, источаемого гранитом. Узкий коридорчик изгибался вверх-вниз, я то и дело обо что-то спотыкалась или стукалась макушкой о потолок, не поспевая за уверенно идущим, вовремя пригибающимся вампиром. В конце пути нас поджидала еще одна заговоренная стена. Лён небрежно коснулся ее рукой, и она словно растаяла в пятне ослепительного света. Я робко шагнула в него вслед за Повелителем и замерла, пораженная. Даже на экскурсии по Элгару, горным катакомбам гномов, я не видела ничего подобного:
     
     * * *
     
     : Горный хребет окаймляет Белорию с востока, перекрывая выходы к морю, и основным источником дохода элгарских гномов является пошлина, взимаемая за провоз товаров по специально выдолбленному туннелю, единственному на весь Элгар. Таким образом бородатый народец фактически контролирует морские порты и флот Белории, в случае чего угрожая взорвать проход к загадочной "Коврюжьей Матери" , что происходит довольно часто и вынуждает короля в спешном порядке пересматривать таможенные ценники. Обленившиеся гномы вконец забросили рудную промышленность, взвинтили цены на драгметаллы и оружие, качественное, но производимое в мизерном количестве, ошиваются по старминским кабакам, поглощая неимоверное количество пива. И никто с ними ничего не может поделать, опасаясь очередного "сыновнего" воззвания.
     
     На экскурсию нас, адептов, водил Алмит. Ехидные усмешки гномов при входе несколько его смутили, и я решила, что они вызваны общими и, несомненно, занятными воспоминаниями.
     
     Нас провели по Ар Крэлу, главному туннелю, вкратце поведали о наиболее богатых месторождениях, издалека ("случались досадные инциденты" , - пояснил Алмит, почему-то краснея) продемонстрировали груды алмазов, рубинов и изумрудов, в таком количестве не вызывающие никаких эмоций.
     
     В шлифовальном цехе меня очаровали уже обработанные плитки мрамора, расцветкой напоминающие срез плесневелого сыра - от едва подпорченного до буйно зеленеющего. Назревал досадный инцидент, но сопровождающий нас гном широким жестом разрешил девушкам выбрать себе по камушку. "По небольшому камушку" , - испуганно добавил гном, увидев, как мы примериваемся к огромной, явно надгробной плите - чтобы на всех хватило.
     
     Еще мы полюбовались самоцветными жилами, поблескивающими в серых стенах всевозможных пещер, сухих и наполовину затопленных, выслушали легенду о колченогом сухоруке, живущем под водой и промышляющем зазевавшимися рудокопами, после чего вылетели оттуда, как ошпаренные.
     
     Осмотрев экскурсионную часть катакомб, которыми Элгар пронизан, как старый амбар - мышиными ходами, мы вслед за гномом-проводником направились в Эст Алли, музей, где хранятся наиболее интересные образцы камней, собранных за время тысячелетней разработки горы. Алмит, в общем-то мужчина молодой, здоровый и цветущий, понемногу отцветал и бледнел, исподволь перемещаясь в хвост растянувшейся процессии и всячески замедлял наше продвижение, цепляясь за стены и едва переставляя ноги, словно шагал по узкому карнизу над пропастью. В тускло-зеленом свете дымных факелов мы и сами выглядели не лучшим образом, напоминая процессию давно не евших упырей, предводительствуемых полуразложившимся гномом, так что никто не обратил внимания на метаморфозы, происходившие с Магистром.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории: